Глава 20. Волка ноги кормят... и другие части тела жертвы

Колсельмо раздавал указания стражам в своей лаборатории. После удачной лекции по истории он был особенно надменен. "Да-да, конечно", - устало ответил его племянник, Айкантар, на то, что маг собирался идти спать. А сам направился в самое дальнее помещение, кабинет по изучению языка фалмеров. Дядя не дал ему уехать в отпуск, потому что племянник был его "палочкой-выручалочкой". "Подставкой", благодаря которой у старого альтмера всё должно было получаться. "Тенью", которая должна была его скопировать как можно лучше и когда-нибудь его заменить. После ужина посидев пару часов за текстами, Айкантар начал слишком медленно моргать, чтобы продолжать, и тоже отправился "на боковую". К Подкаменной крепости Маркарта со стороны гор приближалась стайка летучих мышей, невидимая в темноте. Она обогнула бесшумные горы, спикировала вниз и обосновалась под крышей балкона. Летучие мыши слились в тёмный силуэт, и тот вошёл в дверь крепости в скале. Айкантар проснулся от холода. Благодаря тусклому свету свечей, он разглядел силуэт, сидящий за столом нога на ногу, лицом к нему. Весь чёрный, как тень. Он вызвал испуг, но рассудок альтмера справился, ведь у него было нечто большее: желание, и к этой встрече он был готов. Тёмная фигура молчала. "Так Вы пришли на сделку со мной?" - начал несмело молодой эльф. Тень кивнула и протяжно ответила: "Да. Я исполняю "плохие" желания. Чего ты хочешь?" - голос пришельца имел загадочный отзвук, будто был двойным, и отдавал холодом из темноты. "Я хочу, чтобы кое-кто умер", - ответил Айкантар. Тень не шевельнулась. "Мой дядя, Колсельмо. Он - придворный маг, начальник раскопок и владелец музея двемеров и этой лаборатории", - альтмер старался говорить слышно, но не слишком громко. "Чувствую интригу. Родной племянник желает смерти своему дяде... Хм. Что скажешь в своё оправдание?" - ответил незнакомец заигрывающе. "Я готов сам управлять делами дяди. Я уже готов выйти из его тени. И мне кажется, он и сам хочет меня убить, отправить в явно опасную экспедицию". "Хм, тень хочет выйти на свет... Не хочешь увидеть и свою́ тень?" "О чём Вы говорите?" - эльф начал ощущать страх. Тень не ответила, а поднялась со стула и направилась к остывшему камину, на котором стояли несколько свечей. Айкантар успел заметить, что молодой человек обладал внешностью норда, пока тот не снял маску... Немое "вампир" застыло на губах. "Вампир будет убивать твоего дядюшку. Забирать его кровь по капле. У тебя есть пожелания?" "Ах... Только не оставляйте его жжживой нежитью". "Не планировал". "Хорошо... Тогда пожеланий больше нет. Вот оплата и... и-имейте ввиду, что я единственный, кроме дяди, кто может улучшить Вашу броню и в целом помочь со снаряжением". Ассасин бросил хитрый взгляд и удалился. "Н-надеюсь, он не превратит меня в вампира", - подумал альтмер и понял, что больше заснуть он не сможет. *** Ночной охотник убивал каждого охранника. Некоторые из них рвались в бой, забыв об осторожности, и активировали ловушки двемерских механизмов, чем очень потешили наёмника. Лезвия ловушек рубили людей пополам, колья калечили или отбрасывали в стену. Убийца остановил очередного бронированного охранника, крупную редгардку, схватив за горло: "Тихо. Мы ведь не хотим, чтобы нас кто-нибудь услышал", - и вцепился в это же горло зубами. Женщина уронила оружие; вампир позволил её телу упасть. "Надо поменьше привлекать внимание с этими громкими ловушками", - подумал ассасин. Он убивал тихо. В "объятиях теней". Целясь в слабые места. Пока не перебил всю охрану. В большой спальне было тепло. Вампир не мог не отметить хороший вкус. Как бы разбудить эльфа? Пожилым созданиям обычно требуется помощь, чтобы заснуть. Интересно, держало ли что-то во сне конкретно это пожилое создание? Незваный гость послал Колсельмо кошмар. Низкий храп приглушился частым дыханием и едва заметными стонами. "Нет... Нет, Айкантар... Положи нож... Айкантар, - альтмер вскочил с кровати и выбежал из спальни. - Айкантар!" Но никто не откликался. Постепенно старик пришёл к пониманию, что ничего не происходило. Была глубокая ночь. Он вытер холодный пот со лба и медленно направился обратно. Ночной хищник стал видимым и отбросил тень с потолка. "Доброй ночи, - произнёс он ровным голосом. - Хм, молчание... Тебе пойдёт молчание... В могиле". "Тссс, - зашипел Эльф. - Ты - ночной кошмар. Наваждение". "Всё так, - улыбнулся ассасин под маской. - И в этом кошмаре такой простор для фантазии! Столько ловушек! - он медленно зашагал, будто окружая жертву. - Двемеры, оказывается, были такими извращенцами! - его голос неожиданно повысил ноты на двух последних словах. - Похоже, им нравилась смерть. Нравилось смотреть, как внутренности выворачиваются наружу; как разрывается плоть, оголяя кости; как металл обагряет кровь со сгустками..." "А-о чём ты говоришь?! Ловушки древних двемерских механизмов были устроены специально для того, чтобы исключить факт нападения фалмеров и прочих... агрессивно настроенных..." - Колсельмо пытался включить снобизм, чтобы вернуть себе привычный тон голоса. "Утомил, - прервал его вампир. - Я не был агрессивно настроен. Но посмотри, что сделали твои ловушки", - он протянул руку в сторону выхода так, что плащ потянулся за ней. Учёный обернулся, медленно, чтобы не упасть от шока, подошёл ближе: стражи были мертвы. Он понял, что это они активировали ловушки, судя по расположению трупов, а те их растерзали. Огненные ловушки плевались до сих пор. "Осторожно! - остановил его ночной гость. - Я не позволил им активировать все́ ловушки. Некоторые оставил..." - последнее предложение он произнёс с интригой. Сонная пелена окончательно спа́ла с разума и взора придворного мага. Он понял, как это выглядело: он остался без охраны один на один с незнакомцем. Альтмер развернулся к нему, округлив глаза. А убийца наслаждался зрелищем. "Кто послал тебя?!" - вырвалось из пожилого эльфа с ужасом. Его голос звучал непривычно тонко на эмоциях. "О, я тебе не скажууу. Вдруг, эта новость убьёт тебя? И тогда мы не повеселимся", - ответил ассасин, протянув "у" в первом предложении, а закончил речь пафосным жестом. "Э-это... Мёрсер? Из-за того, что я снабдил его конкурента?" Ночной хищник широко улыбнулся уже без маски и зашагал по потолку, прикрывая глаза: "Может, ты сам догадаешься? Я загадаю загадку: Годами сильно моложе, Повадки комично похожи; Ум, уши и прищур остры, Со скуки кинул в тебя он клинки. Ну, не столько со скуки, Сколько с тоски, А то кто же не сму́чится, До гробовой-то доски? Жаждать и ждать, быть как ты? Иль пока́зно решать: я или ты", - голос эхом разносился по залу. Колсельмо задумался: "Айкантар?.. Неет. Ты врё-ёшь. Ты водишь меня за нос. Поэт ты, конечно, не плохой, нордам это свойственно. Ну, так и шёл бы в музыкальную академию в Солитьюд!" - с этими словами альтмер быстро пустил огненную стрелу в пришельца. Тот успел раствориться в воздухе. "Старый эльф не будет лёгкой добычей. Этого и следовало ожидать", - проскользнула затейливая мысль уже за колонной в виде укрытия. Страх парализовал учёного. Перед ним тени собрались в страшное очертание монстрообразной рогатой зубастой головы. "Так и думал: его ум сейчас уязвим. Даже такая банальность из магии Иллюзии способна взять над ним верх. Он всё ещё воспринимает происходящее, как ночной кошмар", - рассуждал мастер теней. "Ты ведь в смерти видишь величие двемеров? Не желаешь присоединиться к ним? - произнёс мастер Иллюзии властным голосом, направляясь в сторону придворного мага. - Здесь есть разные интересные варианты... Можем тебя поджарить, распилить пополам, надеть на колья, сварить или приготовить на пару́. Что скажешь?" "Я не хочу умирать", - ответил изобретатель, держась за голову. "Как жаль", - сказал ассасин с равнодушным выражением лица. Его тень приближалась к Колсельмо, пока не накрыла. Мастер-вампир поднял его с колен: "Ты развязываешь руки моему воображению", - прозвучал зловещий полушёпот. *** Приятный холодный ночной воздух выветрил стойкий запах крови из носа. Вампир шёл по безлюдному тёмному городу Маркарт, будучи невидимым. "Хм, в доме кто-то есть", - подумал он, остановившись рядом со знакомым зданием. Ассасин без труда открыл дверь. В доме действительно находилась человеческая пища, что было странно. Было темно, но ночное зрение показывало хищнику чужие следы. Они вели вглубь помещения и дальше, в недра земли, когда-то разрытые им самим. Здесь никого никогда раньше не было, кроме него самого. Книга под шкафом, поклонников Боэтии. Она ещё недавно находилась в чьих-то руках. Вряд-ли поклонники другого Лорда даэдра захотели стать вампирами. Попытка осквернения? Попытка вторжения со стороны Боэтии? Из недр сквозило. Слух вампира улавливал шёпот. Хищник двигался бесшумно. Наконец, он заприметил жертву. У самого алтаря. Старик в чёрном балахоне молился Боэтии. Из-под алтаря вырвались колья решётки. Осквернитель оказался в клетке. Он заёрзал на коленях. Вампир показался. "Ты! Кто ты такой?" - голос у старика был неприятным и отдавал недовольством. "Не думал, что будет всего лишь один, - рассмеялся убийца. - Конечно, ты же не был в курсе моих ловушек! Специально для жертвоприношений". Поклонник Боэтии теперь осознавал, что встретился с поклонником противного ему Лорда даэдра - Молага Бала. А значит - с вампиром. "Тебя послали убить меня? Нежить!" - неприятный голос старика вызывал внутреннюю усмешку у оппонента. "Кто должен был меня послать? Я пришёл к себе, к Своему алтарю, - хищник наклонился к клетке, его голос стал тише. - Тебя́ сюда никто не звал", - он улыбнулся, обнажив зубы. Старик замер на несколько секунд. Его глаза расширились. "Не думал, что у Тебя есть плоть и кровь, ходячие по земле. Ты опустился! Боэтии сиё противно!" Ночной охотник смотрел на пришельца сверху вниз, стоя вполоборота. "Думаешь, ты стойкий? Я мог бы перебить всех поклонников Боэтии. Но это и означало бы принести Ей дань. Почести! А я не стану этого делать". "Я не боюсь боли! Никто из поклонников Боэтии не боится ни боли, ни смерти! Она ведёт нас! А Ты воруешь души! Вселяешься в полумёртвую плоть! Ты низок!" Видимый облик из плоти и крови, живая насмешка над жизнью и смертью - мастер-вампир не произносил ни слова, его губы не двигались. Голос раздался из чёрного алтаря: "Я не создавал Себе воплощения, в отличие от Боэтии. Если тебя, старый жрец, это так волнует. Мои преданные могут достигать единства со Мной. Боэтия такого не допустит. В сравнении с горделивой, высокомерной, недоступной Боэтией, Мои предпочтения кажутся тебе низкими", - голос Лорда даэдра звучал хитро и зловеще, не внушая доверия. "Ты останешься здесь, жрец, и будешь медленно умирать... в клетке", - закончил мастер теней, улыбнулся, поднялся от клетки и развернулся. "Подожди!" - возвысил голос незваный гость у алтаря. Ночной охотник обернулся. "Ты же не оставишь меня здесь?!" "Почему же?.. Ах, да! Ты наверное предпочёл бы быструю смерть в бою, как на арене Боэтии. Ты же не думаешь, что со Мной всё будет так же легко?" От отчаяния старик начал злиться. "Если ты отдашь Мне свою душу, умрёшь быстрее". "Этому не бывать!.. Мне даже в полный рост здесь не встать! Прояви почтение к сопернику! Ты не можешь убить меня! Ты боишься! Поэтому держишься на расстоянии!" Пара секунд тишины, и из алтаря раздался смех, почти сотрясающий пространство: "Не к тому ты обращаешься со своими гладиаторскими призывами. И твоя кровь Мне не нужна. Иначе твоя старческая внешность "заморозится" в нынешнем виде. Умоляй! Отдай Мне свою душу!" "Нет! Я хочу жить и служить Боэтии!" "Тогда у Меня для тебя не утешительные новости, жрец", - с этими словами голос стих. "Стой! Ты - бесчестное отродье!" Мастер иллюзии рассмеялся: "Умоляй Его и предлагай свою душу. Иначе твоим мучениям не будет конца, - он наклонился к клетке. - И нам с моим Лордом это по нраву". Со смехом ассасин оставил старика. "А Солитьюд я всё-таки навещу", - сказал он сам себе. *** Дождавшись утра, бессонный Айкантар поднялся, чтобы сделать обход лаборатории и музея. Его охрана была цела, но пройдя совсем немного, молодой альтмер начал убеждаться в правдивости слов убийцы. Помимо мёртвых стражей, в одном из небольших помещений он набрёл на голову своего дяди, висящую над вращающимися лезвиями двемерской ловушки. Молодой эльф отвернулся, даже не заметив, что почти весь пол был залит кровью. На кольях других ловушек, расположенных по коридору, "красовались" разные отрубленные части тела жертвы. "Надо было сказать, чтобы он сделал это быстро, одним ударом, - рвота вырвалась из желудка, новоиспечённый придворный маг присел на колени. - Что это за пристрастный "колосажатель"?!" - говорил он сам себе.