Часть 13 "Танец теней"

Голос Лорда, искажённый синтезатором, ещё висел в запылённом воздухе, а по огромному экрану поползли трещины. Но хаос, который он запустил, был живее всех живых. ТЦ «Нексус» превратился в адскую карусель: вопли, грохот падающих конструкций, давка у запасных выходов, которые оказались наглухо заблокированы. — К чёрту протоколы! — крикнул Рио, с силой отталкивая от себя обезумевшего мужчину в костюме. — Группируемся! Держим периметр! Они впятером встали спиной к спине в центре атриума. Лукас чувствовал, как его «Булавка» сама просится наружу, реагируя на сгущающуюся угрозу. Именно тогда из клубов дыма вышли они. Их было шестеро. Движения — плавные, синхронные. Не маски, а искажённые, но узнаваемые лица. На груди у каждого — вышитый знак паука-короны. «Очеловеченные», — с ужасом подумал Лукас. Один из них, высокий и тощий, с пальцами, похожими на спаянные лезвия, вышел вперёд. —Дирижёр, — представился он шуршащим голосом. — Маэстро начинает увертюру. Где-то на балконе третьего этажа, за стеклянным ограждением, тускло блеснул объектив камеры. Ещё один. Люди жались к барьерам, не в силах оторваться от зрелища, их лица были бледными пятнами в полумраке. Лукас мельком поймал движение над головой и почувствовал странный, давящий дискомфорт — будто за ними наблюдают не только эти шестеро. Дирижёр взмахнул рукой. Двое коренастых последователей с гипертрофированными мускулами ринулись вперёд, скользя по полу. — Контакт! — рявкнул Рио, встречая удар. Лезвие со скрежетом встретилось с рукой-клешнёй. На балконах зашевелились тени, послышались приглушённые возгласы. Лукас отскочил, чувствуя, как мимо его лица проносится шипящий сгусток энергии от третьего последователя. — Они связаны! — закричал Лукас. — Он ими управляет! Сверху донёсся чей-то приглушённый возглас: «Боже, это же настоящие...» — но голос тут же оборвался. Дирижёр улыбнулся, обнажив игольчатые зубы. —Первая часть завершена. Теперь... интермедия. По его кивку из-за колонны вышла женщина в потрёпанном плаще. Она прошла мимо них к заблокированному выходу, коснулась затвора, и металл начал разъедаться. — Она открывает путь! — Интермедия для толпы окончена, — прошипел Дирижёр. — А для вас... начинается адажио. На какой-то момент Лукас поймал себя на мысли, что боится сделать лишнее движение — не потому что враг воспользуется этим, а потому что десятки глаз следят сверху за каждым его жестом. Пятеро последователей сомкнули круг. Где-то наверху упал и разбился телефон, но никто не обратил на это внимания. Положение становилось отчаянным. Последователи Лорда, ведомые невидимыми нитями воли «Дирижёра», наступали, выжимая их по кругу. Лукас, отбиваясь, чувствовал, как его «Булавка» бесполезна против этой слаженности. И тут его взгляд упал на массивную люстру, висящую над одним из «Мускулов». «Барьер... Но не для защиты», — пронеслось в голове. Он вспомнил насосную. Вспомнил, как сжимал энергию. — Рио, отвлеки того, что справа! — крикнул он, отскакивая назад. Не создавая сферу, он выбросил руки вперёд, представляя не щит, а таран. Плоскость искажённого воздуха, тупая и невероятно плотная, рванулась от него не как защита, а как ударное ядро. Она не отскакивала — она толкала. Плоскость ударила в основание люстры. Металлический крепёж с оглушительным скрежетом не выдержал. Тонны метала и хрусталя рухнули вниз, накрывая одного из «Мускулов» сокрушительным каскадом. Раздался не крик, а короткий, хлюпающий звук, и связующая нить в тактическом узле последователей рванулась. На мгновение в их строю возникла заминка. Хаос, который они сами наводили, обратился против них. — ДУХ! — не своим голосом взревел Рио, пользуясь секундным замешательством «Дирижёра». Он не стал атаковать сам. Вместо этого он резко отступил, подставив под удар одного из бойцов Гильдии — того самого, что специализировался на скоростных, режущих атаках. Тот, будто поняв мысль наставника без слов, сделал молниеносный выпад вперёд. Его клинок, разогнанный до невидимости глазу, описал в воздухе серебристую дугу. «Дирижёр», всё ещё пытаясь перестроить разваливающийся «оркестр», слишком поздно увидел опасность. Он инстинктивно поднял руку с пальцами-лезвиями, чтобы парировать. Раздался сухой, костяной хруст. Его изувеченная рука с блестящими лезвиями вместо пальцев отлетела в сторону, кувыркаясь и оставляя на плитке брызги чёрной, густой жидкости. Наступила тишина, настолько оглушительная после грохота боя, что был слышен лишь тяжёлый, захлёбывающийся хрип «Дирижёра». Он смотрел на культю, не в силах осознать произошедшее. Его «оркестр» замер в полном беспорядке, лишённый дирижёрской палочки. Испуганный шёпот на балконах сменился напряжённым, жутким молчанием. Шоу внезапно превратилось в нечто настоящее и ужасное. Рио, тяжело дыша, стоял в боевой стойке, его взгляд был прикован к корчащемуся от боли лидеру секты. —Говори, где Лорд! — его голос прозвучал как удар бича. — Или следующей будет голова. Но «Дирижёр», истекая чёрной кровью, лишь закатил глаза и, собрав последние силы, прошипел: —Симфония... только начинается... — Где Лорд?! — рычал Рио, наступая на корчащегося от боли «Дирижёра». Тот, истекая чёрной жижей, лишь хрипел, и в его глазах читалась не столько боль, сколько яростная преданность. В этот момент один из оставшихся «Мускулов», до этого замерший в ступоре, с рёвом рванулся вперёд. Но не на Рио или Лукаса. Его целью стал ближайший боец Гильдии — Ян. Парень не успел среагировать. Мощный удар, больше похожий на удар бампером грузовика, пришёлся ему в грудь. Раздался оглушительный хруст ломающихся рёбер. Ян отлетел к витрине разбитого магазина и рухнул без движения, его броня треснула, из-под неё проступала алая кровь. — ЯН! — крикнул Лукас. Этой секундной потери фокуса хватило. «Дирижёр», цепляясь одной рукой за стену, отполз в тень, прикрываемый своими уцелевшими фанатиками. В его глазах загорелась новая искра — не преданности, а животного страха за свою жизнь. Гнев был слепящим. Рио и Лукас, не сговариваясь, обрушили всю свою ярость на оставшихся последователей. Это был уже не бой, а бойня. «Булавки» Лукаса впивались в глаза и горла, меч Рио рассекал плоть и кости. Они шли по телам, не оставляя шансов, движимые горем за товарища и яростью от собственной беспечности. «Дирижёр», отступая к разрушенному проёму, с ужасом наблюдал, как гибнет его «оркестр». Его вера в Маэстро, в его грандиозный замысел, трещала по швам вместе с его собственной болью. Он видел лишь смерть. Бессмысленную и жестокую. — ГДЕ ОН?! — Рио был уже в двух шагах, его клинок был поднят для последнего, смертельного удара. В этот момент из-под развороченной плитки пола, будто из самой преисподней, вырвалось нечто. Не щупальце, а нечто древнее и чудовищное — слияние жил, хитина и живой тени. Оно промелькнуло со скоростью молнии. Не toward Рио или Лукаса. Оно пронзило грудь Яна, который лежал без сознания, и, не останавливаясь, с размаху вонзилось в спину отступающего «Дирижёра». Тот замер с широко открытыми глазами, полными невыразимого ужаса и предательства. Он посмотрел вниз, на выросшее из его груди жало, затем в сторону, откуда пришёл удар, туда, где должен был быть его бог, его Маэстро. — ...Ма... эстро?... — его последний шёпот был полон недоумения. Чудовищное щупальце дёрнулось, и тело «Дирижёра», как тряпичную куклу, отбросило в сторону, где оно и замерло, пустое и безжизненное. Наступила тишина. Лорд не стал спасать своего верного слугу. Он просто... забрал его, как расходный материал. И этим жестом он ясно дал понять оставшимся в живых: ваша преданность, ваши жизни — ничто. Вы всего лишь инструменты в его симфонии. И симфония эта подходит к концу. Тишина, наступившая после гибели «Дирижёра», была оглушительной. Воздух струился маревом, пыль медленно оседала на его безжизненное тело. И тогда из того же пролома в полу, откуда вырвалось смертоносное щупальце, поползла тьма. Это была не просто тень. Это была физическая субстанция — густая, маслянистая, поглощающая свет. Она стекала, как смола, клубясь и переливаясь, и из её недр медленно вытягивались новые щупальца, ощупывая пространство. Затем масса сгустилась, поднялась, и из неё начала вырисовываться гуманоидная фигура. Слишком высокая, слишком худая, с непропорционально длинными руками, которые волочились по полу, оставляя чёрные полосы. Черты лица плыли, как на воде, не в силах задержаться. На мгновение проступал измождённый профиль, затем — оскал без губ, затем — пустота. Но в центре этого месива горели два уголька — точки холодного, безразличного огня. Они были единственным, что не менялось. Это нечто повернуло свою аморфную голову в сторону Рио и Лукаса. Щупальце, убившее «Дирижёра», медленно, почти нежно, втянулось обратно в его массу, став частью целого. — Симфония... — прозвучал голос. Он шёл не из горла, а из самой пустоты вокруг них, вибрируя в костях. — ...требuje жертв. Дирижёр... исполнил свою партию. Один из угольков-глаз скользнул к телу Яна, потом к остальным мёртвым последователям. — Инструменты... изнашиваются. Затем взгляд снова упёрся в живых. В них не было ненависти. Не было гнева. Лишь холодный, вселенский интерес энтомолога, наблюдающего за шевелением букашек. — Но главная партия... — голос зазвучал громче, и стёкла в уцелевших витринах задрожали, — ...ещё не сыграна. Оно сделало шаг вперёд. Его тело колыхалось, как желе, но каждый его движеньице источало такую древнюю, такую чужеродную мощь, что у Лукаса перехватило дыхание. Это был не просто босс. Это было воплощение самой аномалии. Лорд. И он только что вышел на сцену.