…24…

Вечером того же дня. Гостиная Гриффиндора. Джеймс сидел в кресле у камина, уставившись в огонь. Сириус развалился на диване, Римус читал книгу, Питер что-то жевал. — Ты чего такой мрачный? — спросил Сириус, бросая в Джеймса подушку. — Думаю, — Джеймс поймал подушку на лету. — О чем? О Лили? — Сириус усмехнулся. — Она сегодня была в ярости. — Не только о ней, — Джеймс помолчал. — Эта девчонка, Лира... она странная. — Слизеринская подружка Снейпа, — Сириус скривился. — Еще одна полоумная. — Нет, — Джеймс резко обернулся. — Она не такая. Она... умная. Настоящая. И не боится нас. — Испугалась бы, если бы мы не сдерживались, — фыркнул Сириус. — Ты видел, как она смотрела? — Джеймс задумчиво постучал пальцами по подлокотнику. — В ее взгляде не было страха. Только... спокойствие. Будто она знает что-то, чего не знаем мы. Римус отложил книгу: — Она действительно гений. Слагхорн говорит, она и Снейп уже сейчас варят зелья уровня выпускников. — И Лили с ними, — добавил Джеймс, и в голосе прозвучала горечь. — Ты ревнуешь? — Сириус приподнял бровь. — К Снейпу? — Джеймс усмехнулся. — Нет. Просто... Лили меня не замечает. А с ними она часами пропадает в лаборатории. — Может, стоит перестать ее дразнить? — предположил Римус. — Я и не дразню! — возмутился Джеймс. — Ну, почти. Просто... она такая красивая, когда злится. Сириус закатил глаза: — Ты безнадежен. Джеймс снова уставился в огонь. В голове крутились две картинки: Лили, рыжая, зеленоглазая, с огнем в волосах, когда она защищала Снейпа... и Лира. Серебряные волосы, спокойный взгляд, холодная уверенность. Она не кричала, не угрожала — просто сказала правду, и от этого правды стало не по себе. *Почему она дружит с ним? — думал Джеймс. — Что она в нем нашла?* Ответа не было. И это раздражало больше всего.