...53...

Хогвартс. Начало сентября 1975 года. Хогвартс встретил меня привычным запахом старого камня, воска и магии, которая витала в воздухе. Замок гудел от голосов студентов, вернувшихся с каникул, и этот шум окутывал меня, возвращая в привычную реальность. Коридоры были заполнены учениками — кто-то спешил на занятия, кто-то обменивался новостями после долгой разлуки, кто-то просто стоял у стен, разглядывая новых первокурсников. Всё было как обычно, но я ощущала, что в этом году всё будет по-другому. Я шла по коридору, сжимая в руке переноску с Луной, которая недовольно мяукала, ощущая моё волнение. Мысли крутились в голове, и я снова и снова прокручивала разговор с Аберфортом. Он согласился помочь, но я видела страх в его глазах. Он боялся потерять меня. И я понимала его — я сама боялась. Но я знала, что должна действовать. Я завернула за угол и почти столкнулась с Сириусом. Он шёл в компании Римуса и Питера, и при виде меня его лицо расплылось в широкой улыбке. — Фрей! — воскликнул он, заключая меня в объятия. — Ты вернулась! Я думал, ты решила остаться у Поттеров навсегда. — Едва ли, — я улыбнулась, отстраняясь. — Я удивлена что ты все лето провел с Римусом и даже ни на денек не приехал домой, чтобы устроить нам веселую жизнь. — А как там Джеймс? — Сириус подмигнул. — Он уже съехал с ума без тебя? Я ощутила, как мои щёки краснеют, и постаралась скрыть это. — Прекрати, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Всё нормально. — «Нормально»? — Римус усмехнулся. — Он говорил о тебе всё лето. Каждое письмо было о тебе. Мы уже устали слушать. — Хватит, — я покачала головой. — У вас есть занятия? — Есть, — Сириус вздохнул. — Трансфигурация. Макгонагалл обещала нам весёлый год. Мы попрощались, и я направилась к гостиной Слизерина. Я чувствовало тепло от встречи с друзьями. Это был мой первый день после возвращения, и я почти ощущала себя счастливой. Но я знала, что меня ждёт другая задача. Гостиная Слизерина: привычные зелёные тона и мерцанием воды за окнами, отбрасывающей причудливые тени на стены. Я остановилась на пороге, оглядываясь. В кресле у камина сидел Северус, погружённый в книгу. Когда я вошла, он поднял голову, и его лицо осветилось едва заметной улыбкой. — Ты вернулась, — сказал он, закрывая книгу. — Вернулась, — ответила я, садясь напротив. — Как прошло лето? — Неважно, — он пожал плечами. — Как обычно. Сидел в Паучьем Тупике, читал. Лучше расскажи о себе. Я слышал, ты была у Поттеров. Я кивнула и рассказала ему о Юфимии и Флимонте, о том, как они приняли меня в свою семью, о Тинки и других домовых эльфах, о том, как я создала для них зелье. Северус слушал молча, но я видела, как его глаза теплеют. — Ты выглядишь... другой, — заметил он, когда я закончила. — Более спокойной. Как будто ты нашла что-то важное. — Так и есть, — я улыбнулась. — Я многое поняла за это лето. О друзьях. О семье. О том, что действительно важно. Мы говорили о школе, о занятиях, о том, что нас ждёт в новом году. Северус рассказывал о своих исследованиях в области зельеварения, о том, что он нашёл несколько интересных рецептов в запретной секции библиотеки. Я слушала его с искренним интересом, но знала, что не могу сказать ему всё. Не сейчас. Вечером я поднялась в свою комнату и села у окна, глядя в тёмную воду озера. Мысли крутились в голове, и я знала, что должна начать действовать. Первым шагом было найти Регулуса. Я сжала кулон на шее, ощущая его тепло. Завтра я начну. Я найду его и попытаюсь завоевать его доверие. На следующее утро я направилась в библиотеку. Я знала, что Регулус бывает там каждый день в одно и то же время — после обеда, когда большая часть студентов отдыхала или гуляла. Библиотека была почти пуста. Только несколько студентов сидели в дальних углах, погружённые в чтение. Я заняла место в дальнем конце зала, за стеллажами с древними фолиантами, и ждала. Когда он вошёл, я узнала его сразу. Уверенный, но неспешный. Он прошёл через зал и сел за свой обычный столик у окна, положив перед собой стопку книг. Я подождала несколько минут, позволяя ему успокоиться и погрузиться в чтение, а затем подошла к нему. — Извините, — сказала я, и он поднял голову. Его глаза — тёмно-серые, почти чёрные — встретились с моими. В них мелькнуло удивление, смешанное с любопытством. — Да? — его голос был вежливым, но сдержанным. В нём ощущалась привычная настороженность. — Вы не против, если я сяду здесь? — я указала на свободный стул напротив него. — Во всей библиотеке больше нет свободных мест. Это была ложь. Библиотека была почти пуста. Регулус на мгновение задержал на мне взгляд, и я заметила, как уголок его губ дрогнул. Он понял, что я лгу, но не стал возражать. — Конечно, — сказал он, кивая. — Присаживайтесь. Я села напротив, раскрыла свою книгу и сделала вид, что погрузилась в чтение. Но я ощущала его взгляд на себе — изучающий, заинтересованный, слегка настороженный. Молчание длилось недолго. — Вы — та самая Лира Фрей, — сказал он, и в его голосе не было осуждения. — Та, что дружит с моим братом. — Да, — согласилась я, поднимая на него глаза. — Но это не значит, что я не могу заговорить с вами. — Обычно те, кто дружит с ним, не разговаривают со мной, — он усмехнулся, и я увидела в его глазах ту же горечь, что иногда замечала у Сириуса. — Я слишком чистокровный для них. — А вы считаете себя «чистокровным»? — спросила я, и он удивлённо поднял бровь. — А вы считаете, что это можно изменить? — Можно, — ответила я. — Если захотеть. Он посмотрел на меня с любопытством, и я ощутила, как между нами протянулась ниточка — тонкая, и пока крайне хрупкая. — Меня зовут Лира, — сказала я, протягивая руку. — Регулус, — он пожал её, и его пальцы были прохладными. Мы говорили почти час. Я задавала вопросы, он отвечал — коротко, сдержанно, но я ощущала, что он начинает открываться. Я рассказывала о своих исследованиях, о зельях, о книгах, которые любила, и он слушал с искренним интересом. — Вы изучаете зельеварение? — спросил он, когда я упомянула о своей работы. — Это моя страсть, — ответила я. — Я считаю, что зелья — это искусство, которое объединяет магию и науку. Он улыбнулся, и я заметила, как его лицо становится более открытым. — Я тоже изучаю зельеварение, — продолжил он. — Но мне кажется, что я не так хорош в этом, как хотелось бы. — Я могу помочь, — предложила я, и он удивлённо поднял бровь. — Зачем вам это? — Потому что я хочу помочь, — ответила я просто. — Я считаю, что каждый заслуживает второго шанса. Он посмотрел на меня долгим взглядом, и я видела, как в его глазах мелькает борьба. — Я не знаю, что сказать, — наконец произнёс он. — Ничего не говорите, — я улыбнулась. — Просто позвольте мне помочь.