Малиновое варенье

      Наутро я с радостью убедился, что снег не растаял за ночь. За окном была настоящая зимняя сказка. Фил еще спал, а я выбрался во двор, полюбовался чистым, белым ковром, на котором пока не было ничьих следов. Потом вернулся в дом, по привычке проверил все помещения, а то мало ли что…       На кухне сидели Лиза и Джинни.       Надо сказать, мы так и не поняли, кем они друг другу приходятся — сестры, подруги, возлюбленные? Да какая нам, в сущности, разница… Когда Джинни укусил зомби, они вдвоем пришли к нам на ферму. И так и остались — обе. Не знаю, смог бы я так поступить на месте Лизы. Я еще могу понять, что она доверяла Джинни, но остаться среди десятка зомби…       Впрочем, крокодилы не только не причиняли ей вреда — они ее, можно сказать, полюбили. Улыбались ей, собирали для нее фрукты и ягоды в заброшенном саду (сами-то они растительную пищу не едят). А она читала для них вслух книги или вместе с Джинни они дуэтом пели под аккомпанемент Тритона…       Мне, наверное, надо было сразу же покинуть кухню. Они же не видят меня, думают, что они тут вдвоем. Сам не знаю, почему я замешкался.       Лиза взяла две кружки, поставила на стол. Достала из шкафчика банку малинового варенья, она же сама его летом и варила. И пачку чая.       Зомби по сравнению с живыми пьют мало, ведь они почти не теряют влагу с потом и дыханием, и в сыром мясе влаги больше, чем в вареном или жареном. А если и пьют, то только воду. Правда, Эдвард пил вино, когда к нам приезжала полиция. Вроде ему не понравилось.       А Лиза заварила чай, разлила по кружкам. Положила в чай варенье, размешала. По кухне разлился аромат малины. Прямо как будто летом запахло. Джинни стояла рядом с Лизой, внимательно наблюдала за ее действиями.       Потом они обе сели за стол. Лиза придвинула Джинни ее кружку, сама взяла свою, сделала глоток. Джинни сидела неподвижно.       — Почему ты не пьешь? — спросила Лиза. — Выпей хоть немного. Ты же любишь малину!       — Любила, — поправила Джинни, — раньше. Не теперь.       — Но это же ты! — чувствовалось, что Лиза повторяет это далеко не в первый раз. — Это ты, просто изменилась немного… люди всегда меняются от болезни! Ты же все помнишь! Помнишь, как мы с тобой в общежитии гирлянды развешивали и снежинки на окна клеили?       Джинни ответила не сразу. Зачем-то огляделась по сторонам, потом перевела взгляд на Лизу. Осторожно, неуверенно взяла кружку, поднесла к губам. Сделала глоток, помолчала, словно прислушиваясь к себе. И сказала:       — Вкусно. Я помню. Я люблю малину. Повесим потом гирлянду!