Ангел в черном

11 августа 1998 года «Ежедневный пророк»

СЕВЕРУС СНЕЙП — ТЁМНЫЙ АНГЕЛ СВЕТА, ПОСЛЕДНИЙ РЫЦАРЬ ЛЮБОВНОЙ КЛЯТВЫ

Автор: Рита Скитер

После кровавой битвы, развернувшейся 2 мая этого года и завершившейся гибелью Того-Кого-Нельзя-Называть, страна продолжает залечивать кровоточащие раны войны.

Почти все уцелевшие Пожиратели Смерти уже приговорены к срокам в Азкабане; Министерство Магии обещает реформы и открытость. Гарри Поттер — Мальчик-Который-Выжил и ныне уже Мужчина-Который-Победил — продолжает выступать за историческую справедливость, в том числе в отношении тех, чьи заслуги при жизни оставались в тени. Пока камень за камнем восстанавливается Хогвартс, а семьи хоронят своих героев, одно имя не перестаёт будоражить воображение миллионов.

Это имя — Северус Снейп.

Одинокий воин, мученик войны и человек с разбитым сердцем, отдавший жизнь ради будущего магического мира, спустя три месяца после своей гибели был удостоен Ордена Мерлина Первой степени. Но разве можно измерить орденом жизнь, ставшую самой трагичной и самой величественной тайной современности?

Лето нынешнего года окончательно расставило точки над «i»: Северус Снейп был официально оправдан и награждён посмертно. Ваша любимая репортёр присутствовала на заключительном заседании Визенгамота, когда решалась судьба памяти профессора Снейпа. И смею заверить, уважаемые читатели: зал был потрясён. Судьи — эти закалённые мужи и дамы — не смогли сдержать волнения. Многие утирали глаза, а некоторые рыдали в голос, потрясённые обнажённой правдой, раскрытой в подлинных воспоминаниях Северуса Снейпа, переданных Гарри Поттером Визенгамоту. Мы потеряли не только самого талантливого профессора Хогвартса, но и Героя, заплатившего жизнью за наше с вами будущее.

Северус Снейп, человек, которого вы привыкли бояться и презирать, оказался тем, кого я всегда видела за его холодным взглядом. Его жизнь — драма в тени, его молчание — проповедь, его смерть — величайшее откровение нашего времени. Несмотря на показную холодность и сдержанность, в приватных беседах с вашей покорной слугой он всегда был удивительно мягок и вежлив. Когда он делился со мной воспоминаниями о своей жизни, его глаза застилала пелена печали. Скажу больше: я, как никто другой, знала, что за ледяной маской этого мрачного с виду мужчины скрывалось сердце, которое билось в цепях отчаяния. Его душа — словно книга, исписанная чернилами боли и предательства, но последняя её страница оказалась посвящена любви и самопожертвованию.

Напомним читателям: тело профессора Снейпа так и не было найдено. Визжащая хижина сгорела дотла, оставив лишь обугленные балки — словно чёрные кресты памяти. Визенгамот признал его мёртвым и посмертно вознёс до высших почестей. Однако в редакцию «Ежедневного пророка» продолжают приходить десятки писем: будто его видели в Болгарии, будто он скрывается в Португалии, а кто-то клянётся, что встречал его в далёких африканских землях. Проверить эти истории невозможно, но ясно одно: фигура Северуса Снейпа и после смерти тревожит, волнует и вдохновляет воображение волшебников всего мира.

Смею заверить: если бы Северус был жив, он непременно дал бы о себе знать — если не всему миру, то уж точно вашей покорной слуге. Судьба сделала его пешкой, но ушёл он как король. И даже смерть не властна над образом Тёмного ангела света — последнего рыцаря забытой клятвы, арестанта собственной любви.

Читайте также:

«Ангел в чёрном. Голоса тех, кто знал Северуса Снейпа настоящим» (страница 6, автор Рита Скитер).

Скоро в продаже!

Книга Риты Скитер «Северус Снейп. От детства до Визжащей хижины». Всё то, что он успел доверить мне лично... и то, о чём так и не успел рассказать. ___________________________________________________ — Рита Скитер… — Снейп скривил губы так, будто во рту вдруг раздавился тухлый привкус. — Ядовитая тварь, ходячая помойка с пером в лапах… Самовлюблённая сплетница с манией величия. Всё, что она пишет, — пафосная ложь и выдумки. Никогда я не был настолько глуп, чтобы довериться этой… мерзкой бабенке хоть на полслова. Он сидел в мрачной гостиной, освещённой лишь дрожащим пламенем в камине да огарком свечи на низком столике. Воздух был густо пропитан запахом дешёвого алкоголя. На столике, рядом с полупустой бутылкой, лежали смятые клочки пергамента, хлебные крошки и пустая стопка. Под столом громоздилась куча пожелтевших газет — будто он складывал их сам не понимая зачем. Когда-то идеально выглаженный сюртук был брошен на спинку кресла; в полумраке бросались в глаза потускневшие пятна зелий. Снейп сидел сгорбившись, в мятых брюках и рубашке, давно забывшей, что такое свежесть. Трёхдневная щетина делала его лицо ещё жёстче и мрачнее. Он взял стакан, сделал медленный глоток виски и резко перелистнул страницу — так, что бумага хрустнула. — Министр, орден, героизм… — процедил он. — Министерские крысы теперь могут гордо заявлять, что они «всегда знали». Конечно. Знали. Признали мёртвым — значит, искать не будут. Хоть в этом их тупость сработала на меня… Он фыркнул, снова поднёс стакан к губам и пробурчал: — Орден Мерлина Первой степени… Пусть засунут себе этот орден в… Фраза оборвалась. Снейп криво усмехнулся, развернул газету на шестую страницу. — Воспоминания?! — прошипел он. — Да какие, к чёрту, воспоминания? Вы не знали меня ни дня, ни часа. Никто из вас никогда не знал меня.

АНГЕЛ В ЧЕРНОМ: ГОЛОСА ТЕХ, КТО ЗНАЛ СЕВЕРУСА СНЕЙПА НАСТОЯЩИМ

Некоторые называют его профессором, другие — шпионом, третьи вовсе предпочитают стереть это имя из памяти. Но я, ваша находчивая исследовательница тайн, скажу точнее: он был Ангелом в чёрном. Его мантия — не просто часть формы, а тень, в которой он нёс свой крест и свою тайну. Он ушёл один во тьму, чтобы сотни других могли идти к свету. И, быть может, именно потому, что мне довелось видеть его ближе, чем многим, я не могу молчать. Но сегодня слово я передаю тем, кто знал Северуса Снейпа — и видел его настоящим:

Гарри Поттер

«Северус Снейп всю жизнь любил мою мать. Кто знает, если бы Лили Эванс сделала другой выбор, возможно, сегодня я носил бы фамилию Снейп. Я бы гордился таким отцом», — поведал Гарри Поттер, с трудом сдерживая слёзы.

— Если бы Лили сделала другой выбор, тебя бы, Поттер, попросту не существовало, — процедил Снэйп, царапнув ногтем край стакана. — Да, это была юношеская влюблённость. Лили была моим единственным другом, но уж точно не несбывшейся супругой. Разумеется, Скиттер всегда виднее, чем мне самому… Гермиона Грейнджер

«Он был моим самым любимым учителем. Он замечал таланты, развивал способности и вдохновлял на новые свершения», — рассказала мисс Грейнджер.

По мнению вашей покорной исследовательницы тайн, самая умная ведьма столетия была тайно влюблена в своего преподавателя.

— Девчонка, безусловно, талантлива. Поэтому я и требовал с неё больше, чем со всех остальных. Но “любимым учителем” я для неё не был и быть не мог. И влюблена она была в рыжего недотёпу, едва справлявшегося с базовыми заклинаниями. Дама сердца… Ха! Эта копна, напоминающая змеиное гнездо Медузы, скорее свела бы с ума гребень, чем мужчину, — он фыркнул и сделал длинный глоток. Минерва МакГонагалл

При упоминании имени профессора Снейпа уважаемая деканша не смогла сдержать слёз. Она отвернулась, поспешно утирая глаза платочком, так ничего и не сказав.

— Минерва, благодарю за молчание, — тихо произнёс он, приподнимая стакан. — Иногда лучшее, что можно сделать — это именно ничего не сказать. Рубеус Хагрид

«Профессор Снейп очень любил животных. Он часто заходил ко мне в хижину, помогал ухаживать за Клювокрылом и переживал за его судьбу».

— Я не терплю никаких существ, кроме сов. И то — исключительно из-за их почтовых навыков. Да, в хижину Хагрида я заходил. Чтобы убедиться, что он снова не разводит в огороде монстров размером с дракона, — проворчал он. Аберфорт Дамблдор

«Я не стану делать из него святого, — признался мне Аберфорт Дамблдор. — Он был резким, неприятным человеком. Но даже у такого угрюмого профессора был друг. Альбус, мой покойный брат, всегда оставался для него единственным светом во тьме».

— Аберфорт, как всегда, прост до примитивности, — процедил Снейп сквозь зубы. — Альбус для всех — добрый мудрец, для меня — жёсткий манипулятор. Друзьями мы никогда не были. Он давил, играл и покрывал всё этим своим «всеобщим благом». Сокурсники

Однокурсницы Кассандра Флинт и Мэри Макдональд вспоминают его как одного из лучших студентов Хогвартса — особенно в зельеварении. «Замкнутый, погружённый в книги и колбы, он предпочитал уединение, а потому и остался в памяти одиноким гением. Единственной его настоящей подругой была Лили Эванс».

— “Одинокий гений”… громкое словцо, — хмыкнул он. — Я просто предпочитал книгу пустой болтовне своих сокурсников. И да, Лили была и остаётся моим единственным другом. Молли Уизли

«Он всегда был мрачный, нелюдимый. Мы никогда ему особо не доверяли. И кто знает, не подправил ли он свои воспоминания, чтобы выставить себя в лучшем свете. Он ведь был силён в Легилименции», — заявила миссис Уизли.

— Домохозяйке и матери семерых детей простительно путать собственные догадки с логическими умозаключениями, — холодно отозвался Снейп. Андромеда Тонкс

«Пожиратель смерти не может быть бывшим. Если бы он не передал пророчество Волдеморту, возможно, второй войны вообще не было бы. Не погибла бы моя дочь Нимфадора и мой зять Ремус Люпин», — сказала почтенная дама, прижимая к груди внука, оставшегося сиротой.

Газета выскользнула из его пальцев и полетела в камин. Стакан со звоном ударился о стену, брызги медленно стекали по потемневшей штукатурке. Снейп стоял, тяжело дыша, кулаки сжаты до побелевших костяшек. — Да. Единственная ошибка, которую я сам себе никогда не прощу… — вырвалось почти криком. — За что проклинаю себя каждый день! Для чего выжил?! Чтобы снова и снова рвать одну и ту же рану?! Стоило остаться там! В Визжащей хижине!