Часть 96

      Конан ждала меня у входа с зажжённой масляной лампой, сидя за столом и перебирая какие-то высушенные травы, которые она собрала на окраинах посёлка несколько дней назад. Мягкий свет очерчивал её профиль, делая черты лица ещё более выразительными. На мгновение я замер в дверях, просто наблюдая за этим обыденным действием, которое сейчас казалось мне самым ценным зрелищем в мире.       Она подняла голову, услышав мои шаги, и в её глазах мелькнуло сначала облегчение, а потом, когда она увидела моё лицо, на смену ему пришла настороженность.       — Что-то случилось, — утвердительно произнесла она, откладывая травы в сторону. — Я вижу это по твоему лицу.       Я подошёл к столу и опустился на татами напротив неё. Усталость после сегодняшних событий брала свое, наваливаясь на плечи тяжёлым грузом. Рука, которой я держал Забузу, всё ещё слегка подрагивала от случившегося. Такого ведь раньше не случалось. Пожалуй, впервые с момента перерождения я полностью отбросил аналитическую часть себя, поддавшись эмоциям. Более того, где-то глубоко внутри все еще кипела ярость от случившегося.       — Ты была права насчёт шиноби Конохи, — заговорил я, решив не ходить вокруг да около. — Сегодня на мост напали Момочи Забуза с напарником.       Конан подалась вперёд, и в её глазах мелькнуло беспокойство. Имя одного из мечников Тумана ей было знакомо, и это вообще не удивительно. Все-таки, как Какузу отвечал за ресурсы в Акацуки, так и Конан являлась информатором. Ей по статусу было положено это знать. Не сомневаюсь, что Забуза даже попадал в её поле зрения в качестве кандидата на вступление.       — Ты вмешался? — уточнила она спокойным тоном, явно догадываясь до ответа.       Я кивнул. Губы дрогнули, расползаясь в горькой усмешке.       — Я был вынужден. У него был Кубикирибочо.       Увидев непонимание в её глазах, я поспешил пояснить:       — Это меч моего первого напарника в Акацуки, Джузо Бива. Он погиб в Стране Воды во время миссии по ликвидации Ягуры… Я оставил этот меч на его могиле, чтобы отдать дань уважения его жертве.       Конан молчала, давая мне возможность выговориться, и я продолжил:       — Честно, я потерял контроль. Этот ниндзя-отступник был таким слабаком, что наличие в его руках меча Джузо…       — Выводило из себя? — с улыбкой закончила Конан.       — Ага. Тело как-то само действовало. Я даже и не понял, как шея Забузы оказалась у меня в руках…       Я замолчал, прокручивая тот момент в голове. Пожалуй, со стороны эта сцена выглядела максимально жуткой и пугающей. Какой-то странный шиноби появляется на мосту и с удивительной легкостью подавляет элитного джоунина, с которым кое-как справился Какаши ранее. В голове сами по себе всплыли глаза того паренька (как его там? Хаку вроде). Он так сильно испугался за Забузу, что уже сейчас я понимаю — он воспринимает его, как отца.       — Но ты не убил его, — тихо подметила Конан, кладя руки на мои плечи. Кажется, на моем лице отразилось абсолютно все. Или, быть может, кто-то отправил мне вслед бумажного журавля, чтобы быть в курсе происходящего.       — Не убил, — подтвердил я. — Просто я осознал, что Джузо, несмотря на свою помешанность на мече, хотел бы передать его достойному человеку.       — И ты счел Забузу достойным? — слегка удивилась девушка, наливая мне чаю       — Скорее нет, чем да, — мрачно ответил я на вопрос.       — Но тогда почему ты отдал ему меч? — вновь спросила Конан.       — Я… увидел в нем потенциал стать достойным, — девушка приподняла бровь, явно не понимая, о чем я говорю. — Едва в мире найдется даже один достойный человек, однако Забуза вполне может им стать. Его напарник сильно привязан к нему. Думаю, Момочи всему обучил его, и за это паренек ему благодарен.       — Можешь не продолжать. Я поняла, о чем ты говоришь, — осторожно перебила меня Конан. — Ты увидел в Забузе свое отражение и позволил ему уйти, посчитав, что тот сможет стать лучше, — закончила Конан. Я выдавил улыбку и положительно кивнул.       Она была полностью права. Если такое чудовище, как я, смогло сойти с кривой дорожки, то и другие могут. Важно лишь дать немного мотивации к действию, и они сами начнут меняться. Буду ли я следить за действиями Забузы? Вряд ли. Мне и своих забот хватает.       — Ты сильно изменился, — отметила Конан с улыбкой. — Тот Томура, который пришел в Амегакуре несколько лет назад, просто прошел бы мимо этой битвы, не увидев особой выгоды для вмешательства.       — Хех, тогда я банально не понимал своих чувств, а дома не было человека, ради которого стоило возвращаться, — ответил я, глядя ей прямо в глаза.       Конан слегка покраснела и отвела взгляд.       — Но теперь нам придётся уходить, —после короткой паузы, заметила она с нотками сожаления. — Конечно, Забуза с напарником покинут страну Волн, если уже не покинули, а команда Конохи последует их примеру, как только мост будет закончен. Не знаю, есть ли у этого шиноби связь с деревней, но рисковать не хочется.       Я вздохнул, признавая её правоту. Какаши, безусловно, доложит о встрече. Информация о том, что бывший член Акацуки объявился в Стране Волн, разойдётся по нужным каналам, и рано или поздно здесь начнут искать. Возможно, это случится не завтра и не через неделю, но риск становился слишком велик. На миссии с Копирующим ниндзя я не ходил, но у меня даже сомнения не возникает, что экстренно связаться с деревней он сможет.       — Ты права, — согласился я. — Нам нужно уходить. И чем быстрее, тем лучше.       Конан поднялась из-за стола и направилась к старому сундуку в углу комнаты, где мы хранили самые необходимые вещи.       — Я соберу самое важное, — бросила она, открывая крышку. — Документы, немного денег, твои свитки…       Она замолчала на полуслове, а потом, не оборачиваясь, произнесла с лёгким оттенком укора:       — Знаешь, я ведь говорила тебе не вмешиваться. Мы ведь должны оставаться незаметными. А ты пошёл и ввязался в драку с Мечником Тумана прямо на глазах у джоунина Конохи. Мог бы сделать это чуточку раньше или позже… Тогда бы нам в спешке не пришлось покидать страну Волн.       Я невольно улыбнулся, слушая это ворчание. В голосе девушки не было и намека на злость. Она просто была раздражена неожиданным переездом и пыталась вот таким своеобразным способом принять сей факт.       — Прости, — удивительно легко произнес я. — Но я и вправду не мог поступить иначе. Когда я увидел этот меч… во мне словно что-то оборвалось.       Конан наконец обернулась со стопкой аккуратно сложенных свитков в руках. Оу, кажется, это мои собственные записи из архивов «Корня».       — Я знаю, — смягчив тон, ответила она. — Просто нам снова придётся искать новое место, а сделать это, ну, ты сам понимаешь, не так просто.       Она поставила свитки на стол и принялась укладывать в небольшую сумку смену одежды для нас обоих, несколько метательных кунаев, запас еды на пару дней. Я смотрел на её быстрые и экономные движения, и внутри неприятно начало подавать признаки пробуждения ото сна чувство вины. Она была права. Мы оба хотели тихой жизни, вдали от суеты ниндзя, и вот сейчас, когда мы нашли тихий уголок и обустроили его, случилось вот это. А ведь не прошло и двух месяцев, как я сам разрушил эту идиллию.       — Конан, — позвал я, и она замерла, вопросительно глядя на меня. — Я понимаю, что я виноват. Из-за меня нам придется снова бежать. Поэтому… я хочу, чтобы следующий шаг выбрала ты.       Она удивлённо моргнула, явно не ожидая такого предложения.       — Что ты имеешь в виду?       — Именно то, что сказал, — ответил я, поднимаясь и подходя к ней. — Я втянул нас в эту историю и нарушил наш покой. И теперь, когда нам нужно искать новое убежище, я хочу, чтобы ты решила, куда мы направимся. Выбери место и страну, а я сделаю всё, чтобы мы туда добрались.       Конан смотрела на меня долгим, изучающим взглядом, словно пытаясь понять, насколько серьёзно моё предложение. Потом её губы тронула лёгкая улыбка.       — Ты правда готов отправиться куда угодно?       — Куда угодно, — подтвердил я без тени сомнения.       Она задумалась, и в этой задумчивости было что-то трогательное. Редко она вот так замирала, погружаясь в свои мысли. Прошло несколько секунд, может быть, полминуты, прежде чем она подняла на меня глаза и дала свой отве.       — Я хочу побывать на родине Джирайи, — объявила она.       Это заявление застало меня врасплох. Честно признаться, ожидал услышать многое. Конан явно хотела покоя и уединения, так что какая-нибудь дальняя деревушка в Стране Рек или полуостров страны Воды идеально бы подошел для этого. Да что уж говорить? Я даже предполагал, что она соскучилась по дому и предложит посетить Амегакуре, но вот это… совсем не входило в мои план, но родина Джирайи?       — Ты имеешь в виду… — начал я, пытаясь собраться с мыслями, но Конан тут же кивнула, заканчивая за меня мысль.       — Коноху, — спокойно произнесла она, словно речь шла о самой обыденной вещи на свете. — Родина Джирайи — это Деревня Скрытого Листа. Я много слышала о ней от него самого, когда мы ещё общались. Он рассказывал о горе, на которой высечены лица Хокаге, о тренировочных полигонах и лесах, окружающих деревню. Там вроде бы даже есть горячие источники.       Я смотрел на неё, прекрасно видя запал в глазах. Она реально хотела посетить это место, и я бы был даже не против, если бы не куча маленьких деталей.       — Конан, ты же не забыла, что я тоже из Конохи, — с намеком уточнил я, пытаясь подавить нервный тик.       — Конечно, знаю! И это еще одна причина посетить это место! — ответила она на поднятой волне энтузиазма.       — Ох, — с тяжелым выдохом я вернулся на пол. Сегодня прямо день открытий.       — Ты не хочешь посетить дом? — тут же заметила перемену в атмосфере Конан.       — Тут дело даже не в моем желании, дорогая… — мрачная ухмылка сама наползла на лицо. — Давай проясним момент. В Конохе я уничтожил целый квартал, из-за чего несколько личностей имеет на меня особый зуб. И вот теперь, зная это, ты же понимаешь, как опасно соваться туда? — спросил я, делая голос ровным и спокойным, несмотря на все напряжение внутри. — Коноха — это одна из Пяти Великих Скрытых Деревень. Там полно сенсоров, элитных джоунинов, и, что самое главное, там меня может узнать даже обычный прохожий.       Конан подошла ближе и положила ладонь на мою руку, выказывая поддержку и явно пытаясь успокоить меня.       — Я знаю, — тихо сказала она. — Именно поэтому я и хочу туда. Твоя логика работает в двух направлениях, Томура. Да, тебе могут опознать местные по некоторым признакам, однако, с другой стороны, кто вообще ожидает твоего появления в Конохе? Это же даже звучит абсурдно. И потом… — она замолчала на мгновение, а потом добавила с лёгкой улыбкой: — Ты ведь формально всё ещё шиноби Конохи, разве нет?       Это замечание заставило меня горько усмехнуться. Шиноби Конохи? Ах да, я же и вправду не перечеркивал свой протектор, а просто убрал его, забыв о его существовании. Но была ли Коноха моей родиной? Нет, это вряд ли.       — Формально — да, — протянул я с печальной ноткой, вспоминая прошлое. — Но это ничего не значит. Коноха никогда не была моей родиной, Конан. Это всего лишь место, где я родился… Да и оно очень-очень далеко отсюда. Мы не сможем быстро добраться до туда.       Конан не отводила от меня внимательно взгляда, полного любопытства.       — А мне бы хотелось побывать там, — настояла она на своем с милой улыбкой, совсем не вязавшейся с её суровой внешностью и кровавым прошлым. — Если это возможно, я бы хотела сделать это с тобой.       У меня нервно дёрнулись уголки губ. Выходило очень забавно… Мне очень тяжело было отказать ей. К тому же, я и сам предложил ей выбрать место. Не очень красиво будет резко отказываться от своих же слов.       Коноха, значит… Хм, ну, наверное, Конан права. Никто не будет искать отступника S-ранга в месте, где он и стал отступником. Но стоит все хорошенько продумать перед тем, как пробираться в Великую Деревню.       — Ладно, — все же согласился я. — Но давай пока сосредоточимся на том, что мы можем сделать здесь и сейчас.       Я подошёл к столу, где лежали мои свитки, и развернул один из них. Тонкие линии, испещрявшие пожелтевшую бумагу, складывались в сложный лабиринт. Это был план подземной базы Корня, набросанный на скорую руку. На нем отмечались тайные ходы и запасные входы. В общем и целом, такие выдавали всем новичкам, которые покидали базу Корня. И да, потом его забирали (и наш план я отдал Хиси). То, что находилось перед нами, представляло собой восстановленный по моей памяти кусок карты.       — Видишь это? — я ткнул пальцем в точку на карте, расположенную глубоко под Конохой. — Это один из запасных выходов «Корня», позволяющий выйти за пределы деревни. Вход находится у одного малоизвестного хребта.       Я никогда там не был, но у меня было представление о географическом расположении всех выходов. Понятное дело, что все эти выходы были трудно обнаружимыми. Часть из них вообще представляла собой норы животных с виду, ну а этот конкретный являлся проходом в хребте (а подобных пещер там было очень много).       Конан склонилась над картой. Лёгкий запах её волос защекотал ноздри. Это была смесь дождя и чего-то цветочного, что она добавляла в воду для мытья.       — Ты хочешь сказать, что мы можем пробраться в Коноху, никем не замеченные?       — Именно, — подтвердил я. — «Корень» официально распущен, а Данзо, насколько мне известно из последних новостей, отправили под стражу. Что стало с его людьми мне неизвестно, но вряд ли они все еще находятся на базе Корня. Вероятнее всего, их запустили в систему ниндзя Конохи, сделав шиноби или АНБУ.       Я провёл пальцем по карте, показывая маршрут.       — Мы войдем вот здесь, в нескольких километрах от Конохи, и пройдем под землёй к одному главных входов в катакомбы. Думаю, там вполне может стоять охрана, поэтому нам придется что-то придумать на их счет. Если удастся их пройти, мы уже, считай, будем в Конохе.       Конан слушала, внимательно следя за тем, как я вожу пальцем по карте.       — А если ходы обрушились за эти годы? Да и Коноха могла оставить охрану внутри катакомб. Что мы будем делать с ними?       Я покачал головой.       — Что касается обвалов, — начал я, — то с этим проблем не будет. Даже если какой-то тоннель завалило, при помощи Распада я смогу легко расчистить путь. Это займёт совсем немного времени.       — Как-то не подумала об этом, — Конан слегка смутилась, — Прости, а что с охраной? — поспешила она перевести тему.       — Не думаю, что внутри вообще есть хоть какой-то смысл патрулировать. Там полно ловушек и сигнальных печатей. Пройти через все, что там наставлено незамеченным, почти нереально. Не будь у нас карты, я бы вообще не рискнул соваться в эти катакомбы. Так что, если где-то и стоит охраны, то у входа в катакомбы.       — Они нужны, чтобы туда какие-то детишки не залезли во время своих игр, — понимающе выдала Конан.       — Именно так, — подтвердил я, хотя почему-то был уверен, что не только детишки могут залезть в эти туннели. Вполне возможно, что некоторые генины и чунины, решившие поискать архивы Корня, могут рискнуть и попытать удачу в поисках сокровища и запретных знаний. Вокруг таких мест всегда формируются слухи, и, как следствие, появляются «гении», считавшие, что, выучив одну технику, они смогут тут же стать шиноби высочайшего класса.       Конан несколько секунд задумчиво смотрела на карту, а затем её лицо расслабилось.       — Хорошо, — кивнула она. — Думаю, мы вполне можем проникнуть в деревню через катакомбы.       Я взял её руку и сжал в своей. Тепло от соприкосновения вызвало улыбку.       — Тогда решено, — произнёс я. — Завтра на рассвете мы выступаем. Сегодня нужно набраться сил для дальнейшего пути.       Конан кивнула и вернулась к сундуку, а я вышел на веранду, чтобы подышать свежим воздухом. Ночной воздух был влажным и прохладным, туман стелился над землёй, скрывая очертания деревьев. Где-то вдалеке шумело море, действуя успокаивающе и напоминая о том, что даже в этом мире, полном боли и крови, есть место простым, вечным вещам.       На самом деле, я подумывал использовать Хаге для разведки, однако это было бы глупо, потому что я разобрался в том, как работает техника призыва. Если говорить грубо, есть общий свиток призыва и личный. Если твоя подпись стоит в общем свитке призыва существ — ты можешь призвать любое существо, которое подписало свиток ранее. То есть, подписав свиток призыва ворон, шиноби может призвать любого ворона.       Личный свиток призыва же позволяет призвать только одного конкретного призывного зверя — именно такой свиток призыва я и получил от Шисуи. Очевидно, пользователь полного свитка призыва сможет призвать и моего Хаги. Вот только я не думаю, что Шисуи знал, что я покину Коноху и предам их, когда делал этот подарок. Возможно, это была страховка на тот случай, если мы попадем в опасную ситуацию.       Благо три года назад, после смены имени и встречи с Хиси, я запечатал Хаги в специальный свиток, который блокирует любые призывы. Жаль, конечно, что Хаги сейчас оказался в таком положении, но я не мог позволить Шисуи продолжать шпионить за мной.       Распечатывание Хаги будет равносильно признанию: «Я здесь! Это я, Тенку Шимура!». Потому что только Тенку Шимура имел связь с вороном Хаги. Возможно, когда-нибудь я выпущу Хаги на свободу, но это произойдет не в ближайшее время.