Глава 17

Мыслов — город, расположенный на юге Ривервалии. Находился в регионе, где большая часть территории занимала горная местность. Из-за труднодоступного рельефа он не был так хорошо освоен, как северная часть страны. На юге городов было не так много, а из крупных было буквально пару городов. Находились они возле месторождений минеральных ископаемых, в случае же с Мысловым, возле залежей железной руды и других не менее важных металлов. Однако в последнее время их добыча была увеличена в разы. Причиной послужила новая торговая политика после падения изоляции, благодаря которому стала возможной активная продажа ресурсов за рубеж. При Величайшем Союзе такое было невозможно представить, даже дружественным государствам предлагали покупать только уголь, который всегда был в огромном избытке, продажа же остальных металлов находились под строгим запретом. Более того, точные данные о количестве и местонахождении ресурсов было засекречено, а разговоры об них, за исключением угля, запрещались и сурово наказывались. Во время же реформации эти директивы были отменены, что в свою очередь побудило многих крупных добывающих компаний отправиться ко всем раскрытыми на карте месторождениями природных богатств. В том числе добрались и до Мыслова, в который стали перевозить туда всех, кто подходил по специальности. Одним из таких и стал Патрик, к которому потом и переехала Ким. Только что делать ей в этом месте она не совсем понимала. Да и поселилась она не в самом городе, а в посёлке, до которого еще нужно доехать. Тем не менее, она в первые дни пыталась занять себя чем-нибудь. Ким как-то захотела сварить суп, и на удивление у нее он получился не таким уж и ужасным, его можно было есть, пусть и был пересоленным. Она захотела прибраться по дому, однако пыль находилась лишь за задними стенками мебели. Оставалось ей только или гулять, или спать. Заметив, что она стала скучать, Патрик захотел свозить её в город. Пару интересных мест, где можно было вместе прогуляться, имелось. В одном из дней Ким и Патрик захотели прогуляться по Мыслову. Ходили они рядом и рассматривали виды с серыми домами. Настрой у Ким был хороший, учитывая, что ходила она в своей новой одежде, которую она привезла с собой. Красная рубашка и темные брюки. На шее у нее было ожерелье, которое подарил ей Патрик в день приезда, когда у них состоялся праздничный ужин. Не считала, что оно подходило ей, но ради своего любимого готова была ходить в нем всю жизнь. Также в Тихостоке она нашла местную парикмахерскую, где ей сделали прическу с объемным высоким хвостом и небольшой челкой. О дредах теперь она не вспоминала, они навсегда остались в прошлом. Зато теперь можно не запариваться над своими волосами, ухода за ними требовали уже гораздо меньше. И с такой новой прической она не привлекала так много внимания, как раньше, но зато очень нравилась ее любимому. В центре города Ким приметила одно заведение южно-борейской кухни, которое по рекламным вывескам сообщала о том, что оно было открыто совсем недавно. Очередь была там такой большой, из-за чего Патрик предложил сходить туда в другой раз, но ей было так любопытно попробовать ту еду, которую никогда еще в своей жизни не пробовала, что уговорила его остаться. И как оказалось, для нее это было не напрасно. Они заказали себе острый салат из капусты и густой суп из мяса. Для Ким это было так вкусно, что мигом съела все, что ей принесли. Патрик, который не торопился со своим обедом, поражался тому, как она все так быстро съедала: — Не знал, что ты так любишь борейскую еду, — с удивлением подмечал он. — Я сама не знала, что мне так сильно понравится! А вообще, меня многое связывает с Бореей. Неудивительно, что мне это было ой как по вкусу, — говорила удовлетворенная Ким, усевшаяся за спинку стула после обеда. — Да? И как же ты связана с Бореей? — Ну… У меня вот имя борейского происхождения, моя красная рубашка была сделана в той же Южной Борее… Да даже пиво мы пьём борейское. — И было логично, что тебе еще зайдет и борейская еда? — Конечно! Она очень вкусная! Как же хочется ее еще раз попробовать! Может, ещё чего-нибудь закажем себе? — Еще чего-нибудь… — Патрик посмотрел на стоящую рядом очередь. — Думаю, одного раза будет достаточно. — Ладно, как скажешь, — Ким продолжила с наслаждением усиживаться на своём стуле, дожидаясь, пока Патрик доест. Для него же эти блюда были просто нормальными, не вызывали такого восторга, как у нее, однако для него это все равно было хорошим разнообразием в его однотипном рационе. После обеда они вернулись к прогулке, свернув к центральному парку. Сделан этот парк только из дорожек со скамейками и деревьями разной высоты. Больше ничего тут и не было, однако Ким с Патриком, как и другим людям, было все равно, что их окружало вокруг, зеленые деревья и так компенсировали всю простоту проектирования. Ким прижималась к нему близко, облокачивалась об его плечо. Они все ходили и ходили мимо насыщенных деревьев, пока Патрик не захотел разбавить обычную прогулку разговором: — Ким, как ты себя чувствуешь здесь? — Здесь? В этом парке или в Мыслове? — Можно про все в целом. Ты где-то неделю или полторы сюда приехала. — Главное, что ты есть. И для меня этого достаточно. — Нам придётся тут годами жить тут, так что если что-то не нравится тебе здесь, то придется потерпеть. — Патрик, ну я же понимала, на что соглашалась. Ты меня предупреждал к тому же… А тебе разве тут не нравится тут жить? — Привык уже. Правда, в Велвоже мне было куда приятнее. — Так мог бы и остаться там. — Ага… Только платить мне там, как тут, никто собираться не хотел. — Ох, бедный Патрик, — с иронией произнесла Ким, — на деньгах ты замешан, поэтому и живёшь тут. А я тут живу, потому что хочу быть рядом с тобой. Мог бы и радоваться тому, что ты живешь не где-то среди гор, а рядом со мной. После своих слов Ким поцеловала в щёчку Патрика, тот засмущался. Пройдя по парку несколько минут, они захотели отдохнуть на лавочке. Не успели они присесть, как она захотела продолжить разговор: — Вообще, мне нравится это место. Нравится и твоя маленькая квартирка. — Нравится квартирка? Считаешь его идеальным жильём для себя? — захотел поинтересоваться Патрик. — Конечно, нет. Мне приходилось до этого жить в трех разных местах — все они, безусловно, выглядели лучше, чем наше жилище. Однако мне на это, как бы так выразиться, все равно. Да и если посмотреть с другой стороны, то у нашей квартирки тоже есть свои преимущества. Все находится рядом, и кухня, и спальня, и ванная. Спальная освещается не только лампами, но и солнцем, что уже замечательно. Так ещё открываешь ты окна, а на улице так тихо! Я и представить не могла, как в своей жизни буду так хорошо ценить тишину. Всего лишь-то в первый раз я проснулась, а уже смогла ощутить всю эту гармонию. Так что… В каком-то плане нам повезло с ней! — В каком-то плане... — повторил за ней Патрик, слегка выражая свое несогласие. — Ну а что не так, скажи мне? Неужели большое пространство так важно для тебя? — Не только. Хотелось бы, чтобы она выглядела поприятнее. Хоть бы светлые обои поклеить, да вот запрещено. Это служебная, а не личная квартира. — Ну и важны тебе эти обои? — с воодушевлением все говорила она ему. — Вот тебе просто надо выйти в наш скверик. Там такие прекрасные дубы стоят, которые преображают наш, да и другие маленькие домики в разы! Выглядит это очень эстетично! — Ким, а я даже не знал, что ты такая оптимистка. На тебя это не совсем похоже. Когда ты стать таковой успела? — Ну… С момента твоего первого письма, наверно... Но я просто искала плюсы нашему месту, где мы и живем. Я, кстати, говорила тебе о соседях? Там как раз напротив, в третьем доме, живёт Мия. Чуть старше меня, на несколько лет. Она ещё и беременна, где-то на 4 месяце. Такая жизнерадостная девушка! И с таким нетерпением ждет своего первого ребенка. Во втором доме живёт такой же горняк, как и ты. Его зовут Витанино. Необычное имя, правда? Он в свободное время повести какие-то пишет. Причем стал писать не так давно, несмотря на свой зрелый возраст. Ходит каждый день к скверу, смотрит на дубы и заряжается вдохновением, как он говорит сам. Помимо этого, может рассказать о чём-нибудь захватывающем или увлекательным из своей жизни. А он многое что повидал, аж с самого детства, где ему с родителями пришлось бежать из Вальверде. Думаю, тебе было бы интересно пообщаться с ним… Ким все продолжала с энтузиазмом рассказывать о своих соседях, с которыми успела познакомиться, а Патрик с удовольствием слушал её. Никогда не видел, как она с такой увлеченностью говорила о других людях, раньше было совсем наоборот. А ведь еще до её приезда он опасался, что она слишком бы разочаровалась своей новой жизни. Однако все обошлось, она сохраняла свой позитивный настрой, то ли из-за него самого, то ли ей на самом деле понравилось ее новое место жительства. — В общем, Патрик, — подытоживала она, — не такое уж и плохое место, где мы живёшь. Наверно, тебе просто стоит шире смотреть на свой дом. Вот, например, что ты делаешь каждый день? — Что я делаю каждый день? — Патрик чуть замешкался. — Да просто живу и работаю. Работа не такая пыльная, как может показаться на первый взгляд. Только рано приходится просыпаться, а вернуться обратно могу и вовсе посреди ночи. — И как тебе работа? — Ну, платят хорошо… — Патрик, ты уже говорил про деньги. А что-то ещё там есть? — Ну… Мы управляем и организовываем горные работы. Правда, приходится иногда выполнять и другую бумажную работу… В принципе, все терпимо, да и… — Патрик снова хотел повторить аргумент про деньги, но опомнился и резко замолчал. — Патрик. Тебе стоит больше узнавать о том, что происходит вокруг тебя. Но волноваться не нужно, как раз я к тебе приехала. Буду каждый день тебя радовать и рассказывать обо всем хорошем, что могу найти в поселке, — Ким погладила его по своей шее, чтобы умилить его. Она хотела ещё что-то сказать ему, но немного притихла и чуть отвела взгляд. — Что-то не так? — заметил он. — Нет, все нормально, — перевела обратно свой взгляд на него. — Давай уже домой собираться? Думаю, мы и так нагулялись тут. — Как скажешь! По пути в Тихосток Ким все время прижималась к Патрику, держа его за правую руку. Особой причины такого поведения у нее не было, она просто хотела быть ближе к своему парню. Молча шла с ним до автобуса, молча сидела с ним рядом, молча по прибытию возвращалась с ним к подъезду. Он в свою очередь никак не был против, что она не стеснялась так ходить рядом с ним. Сам того не замечая, он чувствовал, что с ним шла не просто знакомая, а его девушка. Полторы недели совместной жизни, а отношения между ними были прочно закреплены. Однако тот день для них простыми совместными прогулками ограничиваться не стал. После ужина Ким сидела за столом и смотрела на Патрика, который на диване смотрел телевизор. По нему показывали футбольный матч, за которым ему было интересно наблюдать, пусть там и не играл «Шахтер», за который он все не переставал болеть. А если его любимая команда не играла, значит, мог не сильно расстроиться, если вдруг его просмотр прервался бы на время. Ким размышляла о том, от чего краснели ее щеки. Она в какой-то момент встала со стула и пошла в спальню, чтобы зашторить окна, после чего подошла к Патрику и близко подсела к нему. — Я не отвлекаю? — легонько спросила она Патрика. — Не. Нисколько, — моментально ответил он, даже на секунду посмотрел на нее. — Матч не такой интересный, как я понимаю? — Ну почти. Лидер с аутсайдером играет. Уже к первому тайму — 4:0. Матч был предрешен еще до его начала. — А «Шахтер» когда играет? — А он и так сыграл днем с Реддингом. 2:1 — забили аж на последней минуте. Жаль, что не смотрел, конечно, только по новостям узнал счет. — Ой… Получается, ты из-за меня ты пропустил такой важный для тебя матч? — Все нормально, не переживай. К тому же, я ведь сам предложил тебе в Мыслове прогуляться, в чем тут твоя вина то? — И вправду… — сказала она, ее щеки тем временем становились все румянее. — Только предупреждай меня о своих матчах, ведь я же не всегда для тебя могу быть на первом месте. Иногда ты должен находить время и на себя самого. — Ну, хорошо. Я запомнил твои слова. Напомню про них, если будет дерби с «Индустрией», а ты меня куда-то захочешь позвать, — подшутил Патрик. Тут Ким не захотела скрывать свои намерения, которые она задумала для него. Она аккуратно сняла свою красную рубашку и еще ближе пододвинулась к нему. — Слушай, я вот хочу спросить тебя… — чуть задумалась она. — Спросить хочу. Ты же любишь меня? — Да, люблю, — твердо ответил Патрик, тот даже повернулся к ней лицом и увидел, что выглядела она совсем не так, как обычно, — Ким? С тобой все хорошо? — Патрик… — с переживаниями сказала она его имя, — мы ведь тут совершенно одни живем в этой квартире, так? Никто за ними не следит, правда? Не нужно переживать, что мы сделаем что-то не так… Да у нас и режим сменился, и страна... — Ким, ты к чему это? — не понимал он ее. — Ну как к чему… Мне ведь 18 лет. Я же стала взрослым человеком. Человеком, которого ничего не должно ограничивать. Как и не должно ограничивать тебя, — тут она со своим страстным взглядом стала гладить его по затылку. — Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь… — медленно произнес он. — И это замечательно… — тут она уже была более дерзка в своих действиях. Тут же начала наваливаться на него, при этом принялась его томно целовать. Патрику же действительно было незачем волноваться, благодаря чему он поддался ее искушению. — Думаю, для этого дела нам лучше пройти в спальню, — с ответным соблазном предложил он ей пойти в более подходящую для них комнату. Он обхватил ее руками за спину и не спеша повел ее к спальне. Ее же руки огибали его шею. Когда же они вместе пришли в спальню, они встали возле кровати и просто смотрели друг на друга. Стояли так около минуты, пока Ким не призналась честно: — Патрик, а что делать дальше? — Я… Да я сам не знаю… По идеи, мы должны раздеться. — А дальше? — А дальше как пойдет… — Хорошо… Ни к каким действиям дальше это не приводило, снова проходила неловкая тишина. Патрик стоял неподвижно, ожидая, что Ким захотела бы все сделать сама, а она все думала о том, что ей нужно предпринимать в этой ситуации. — Патрик… — заговорила она. — А у тебя есть презервативы? — Да, есть, лежат в моей тумбочке. — Это хорошо… Погоди, а откуда они у тебя? — А я заранее знал, что ты предложишь мне подобным заняться. Как там говорилось в директиве, «любовной близостью»? — Думала, что я все равно дойдут до этих «глупостей»? — А ты уже взрослый человек, Ким. Это уже не глупости. — Это уже и не глупости… И я взрослый человек, — Ким внезапно почувствовала в себе прилив сил, от которого она становилась смелой и решительной. Она вернула себе то самое состояние, которое у нее было изначально. Положив ладонь на грудную клетку Патрика, Ким легким касанием толкнула его в сторону кровати. Его это никак не смутило, напротив, завело так же, как и ее. — Дорогая, я и не думал, что напоминание тебе о самостоятельности помогает тебе возбудиться, — с насмешливостью отреагировал он. — Дорогая… — обольщалась она. — Мне нравится, когда ты меня так называешь, мой милый Патрик. Продолжай также. Всю ночь. — Как скажешь, дорогая, — взаимным тоном отвечал он, пока тем временем захотел полезть в тумбочку. — О нет, Патрик, — остановила она его, снимая со своей шеи ожерелье, — дальше я все буду делать сама. Пока просто готовься. Ким снова оттолкнула Патрика, чтобы он окончательно лег, а потом она закрыла дверь в спальню. Весь оставшийся вечер они проводили только вместе и только в постели. Несмотря на появившийся соблазн, волнения у них в этом процессе все так и не покидало. Было долго, было неопытно, но потом им стало очень приятно. И Ким, и Патрик получили то самое удовольствие, которое получали многие им подобные любовные пары. Представить не могли, как невероятно для них это все могло сложиться. В конце они просто лежали на своих сторонах кровати и приходили в себя. Смотрели в потолок, переводили дух от такого наслаждения, признаваясь друг другу в том, как шикарно для них это все прошло. Определенно они повторили бы это еще, единственного раза для них было недостаточно, формируя тем самым у них потребность. Однако для первого раза им было достаточно, их эмоции и так были переполнены до предела. Поэтому они просто мирно лежали на кровати, а их глаза постепенно закрывались. Засыпали под чудесным и романтичным душевным состоянием, которое они разделяли вдвоем.