Ты обещала, ты обещал…

Хижина маленькая, но Том постарался сделать её уютной: камин горит, на столе стоит горячий чай, Гермиона укутана в плед. Узы на её запястье всё ещё пульсируют тусклым светом, но боль утихла. Том сидит напротив, сжимая её руки. Гермиона тихо просит его: -Том... расскажи мне. Как ты там жил все эти годы? Что они с тобой делали? Том молчит долго. Потом начинает говорить — ровно, без эмоций, как будто читает чужую историю. Но Гермиона чувствует, как дрожит его ладонь. - Первый год был самым тяжёлым. Я думал, ты не отвечаешь, потому что я сделал что-то не так. Каждую ночь я писал тебе письма. Каждую ночь совы возвращались с пустыми лапками. Соседи по комнате шептались, что у меня нет родителей, что я из приюта, что Дамблдор сказал держаться от меня подальше. Гермиона шепчет: -Он настраивал их... -Не только их. Профессора. Слагхорн сначала проявлял интерес — фамилия Реддл, древняя кровь. Но потом Дамблдор сказал ему что-то, и интерес угас. На зельях меня перестали спрашивать. На трансфигурации сажали в самый угол. Я был невидимкой. Только хуже — невидимку хотя бы не боятся. А меня боялись. Или презирали. Том отводит взгляд. - На втором курсе я нашёл способ пробираться в Выручай-комнату. Это единственное место, где я мог побыть один. Я читал. Всё подряд. Историю магии, тёмные искусства, ритуалы. Я искал способ связаться с тобой. Пробить барьеры, которые поставил Дамблдор. -Томми... Том не слушает и продолжает: -На третьем курсе я создал свою первую "группу". Не из друзей — из тех, кого тоже травили. Отверженные, полукровки, странные. Я защищал их. А они... они были благодарны. Так появились первые, кто был готов идти за мной. Не из страха. Из благодарности. Он усмехается горько. -Ирония, да? Дамблдор хотел сделать меня одиноким и злым. А я стал лидером одиночек. Просто потому что не мог смотреть, как над ними издеваются так же, как надо мной. Гермиона сжимает его руку: -Ты не стал злым. Ты стал сильным. -Стал. Но цена... Знаешь, что самое страшное? Я перестал ждать твоих писем на втором курсе. Не потому что разлюбил. А потому что боль от ожидания стала невыносимой. Я спрятал свою любовь к тебе глубоко внутрь, чтобы выжить. И только когда я почувствовал твою боль в ту ночь, когда они проводили ритуал... я понял, что любовь никуда не делась. Она просто ждала. Они сидят молча. Камин трещит. За окном ветер. Том встаёт. - Мне нужно уйти. Ненадолго. Гермиона испуганно вскакивает и отчаянно смотрит на него: -Куда? Нет, Том, останься. Дамблдор ищет нас... -Поэтому я и должен уйти. Мои... союзники. Те, кто пошёл за мной в Хогвартсе. Они уже не дети. Они готовы бороться. Мы должны встретиться и решить, что делать с Дамблдором. Пока он не нанёс удар первым. -Том, вы же дети... вы не справитесь с ним... Том опускается перед ней на колени: Мы справимся. Я справлюсь. Ради тебя. Но мне нужно, чтобы ты была в безопасности. Обещай мне, что никуда не уйдёшь. Что дождёшься меня. Гермиона смотрит в его глаза: -Обещаю. А ты обещай, что с тобой ничего не случится. – Обещаю. Том целует её в лоб, долго, будто пытается напечатать этот момент в памяти. Потом резко встаёт и уходит.

***

Гермиона сидит у камина, глядя на огонь. Вдруг воздух в комнате леденеет. Дверь распахивается сама собой. На пороге стоит Дамблдор. Гермиона вскакивает: -Нет... Дамблдор двигается спокойно: -Здравствуй, Гермиона. Долго же ты пряталась. -Как ты нашёл меня? -Узы, милая моя. Они не исчезли со смертью Теодора. Они просто... трансформировались. Я всегда могу найти тебя, пока ты в этом времени. Он делает шаг вперёд. Гермиона пятится. -Ты натворила дел, Гермиона. Мальчик, которого я растил как идеальное орудие, вдруг обрёл сердце. Благодаря тебе. Это недопустимо. -Он не орудие. Он человек. -Был человеком. Станет монстром. Но не сейчас. Сейчас он просто мальчик, который влюбился в женщину, вырастившую его. Ты понимаешь, как это патологично? Гермиона сжимает кулаки: -Это не патология. Это любовь. Ты просто не понимаешь, потому что у тебя самого нет сердца. Дамблдор вздыхает: -Быть может. Но у меня есть долг. Ты изменила слишком много переменных. Твоё присутствие здесь — угроза временному континууму. И моим планам. Он поднимает палочку. А Гермиона испуганно пятится назад. -Что ты делаешь? -Отправляю тебя домой. В твоё время. В будущее, откуда ты явилась. -Нет! Том... он вернётся, а меня не будет... Он подумает, что я снова бросила его! -Именно. Он подумает, что ты сбежала. Что ты испугалась его чувств. Что ты никогда не любила его по-настоящему. И тогда... тогда он станет тем, кем должен быть. -Ты чудовище! -Я реалист. *Redito ad futurum.* Яркая вспышка. Гермиона чувствует, как время сворачивается в спираль, как её вырывает из реальности. Последнее, что она видит — стены хижины, камин, плед, которым она укрывалась. Последнее, что слышит — ветер за окном. А потом - тишина…

***

В темном подвале заброшенного дома собрались семеро молодых людей. Им от 15 до 18 лет. Они смотрят на Тома с обожанием и страхом. Том стоит во главе стола: - Дамблдор контролирует Министерство. Контролирует Хогвартс. Контролирует всё. Пока он жив, мы — изгои. Отверженные. Никто. Парень с тёмными глазами смотрит на Тома с преданностью в глазах: -Что ты предлагаешь, Том? -Мы больше не будем прятаться. Мы нанесём удар. Не по нему — по его источникам силы. По его союзникам. Мы заставим его выйти из тени. Он говорит страстно, убедительно. Но в уголке сознания всё время бьётся мысль: она там одна. Ждёт меня. Я вернусь, и мы будем вместе. -Мы начнём завтра. Сегодня каждый возвращается и ждёт сигнала. Всем ясно? Парни кивают. Начинают расходиться. Том выходит первым, трансгрессирует обратно к хижине.

***

Том появляется на поляне. В окнах темно. Сердце пропускает удар. Он вбегает в дом. Хижина пуста. Камин погас. Плед валяется на полу. На столе — недопитая чашка чая. И никого. Том шепчет в темноту: -Мама? Гермиона? Тишина. Он обходит каждый угол, каждую комнату. Никого. На полу, там, где стоял Дамблдор, — лёгкий след пепла, оставшийся от портала. Том опускается на колени. Сжимает в руках плед, который пахнет ею. -Ты обещала. Ты обещала ждать. Внутри него что-то ломается. Не боль — боль была всегда. Ломается последняя ниточка, связывающая его с человечностью. Глаза становятся абсолютно пустыми, как у дементора. -Она забрала тебя. Он забрал тебя. Они все... они все... Он встаёт. В руке появляется палочка. Вокруг него начинает закручиваться тьма — не чёрная, а абсолютно пустая, холодная. -Я найду тебя. Где бы ты ни была. В каком бы времени ни прятали. Я уничтожу всё, что встанет на пути. Я стану самым страшным кошмаром этого мира. И однажды... однажды я снова обниму тебя. Он выходит из хижины. Сзади дом вспыхивает адским пламенем, уничтожая последнее место, где они были счастливы. Том идёт в ночь. Один. Снова один. Но теперь у него есть цель. И есть имя для той тёмной сущности, что рождается в его душе. Он назовёт себя Лорд Волан-де-Морт. Но в сердце, глубоко внутри, он навсегда останется маленьким мальчиком, который потерял маму.

***

Гермиона приходит в себя на холодном полу Министерства магии. Рядом бегают сотрудники, кто-то кричит, кто-то вызывает скорую. Она смотрит на свои руки — они старые, морщинистые. Она провела в прошлом 16 лет. Здесь прошло 16 минут. Гермиона плачет и шепчет: -Том... Томми... Она знает, что он жив. Что он ждёт. Что он ищет её. И что однажды, если она выживет, если история пойдёт по новому кругу, он найдёт способ прорваться сквозь время. Она обещала. Она будет ждать. Как учила его.