План без гарантий

— Я… был груб, — произнёс он, когда она закончила приводить себя в порядок. — Прости. — Не извиняйся, — холодно сказала Уэнсдей. — Ты делаешь это слишком часто. И это начинает раздражать. — Я правда… — Я благодарна за опыт, — перебила его Аддамс. — Но у нас нет времени разводить розовые сопли. Тайлер сжал челюсти. Её слова не просто ранили — они вскрывали старую, до конца не зажившую рану, связанную с Лорел, которую он так и не смог стереть из памяти. Гейтс относилась к нему как к рабу, упиваясь своей безграничной властью. Единственным чувством, которое она к нему испытывала, было собственничество. Теперь он снова ощущал себя использованным — только на этот раз Уэнсдей, чтобы получить свой «первый опыт», будто поставила галочку в списке дел. «Я всегда ставлю свои цели и потребности на первое место» — её слова эхом отдавались в голове. Уэнсдей заметила, как потемнело его лицо. Он что, ожидал, что она растечётся лужей у его ног после близости? — Нужно помешать Арлин взорвать школу, — продолжила она. — Если поторопимся, то успеем застать динамит на территории поселения. — Почему ты думаешь, что они не сделают это сразу, как только найдут? — спросил Тайлер. — Потому что только Арлин всё решает, — пояснила Уэнсдей. — Никто в её секте не станет действовать самовольно. Они принесут находку ей… а она превратит это в показательный ритуал, чтобы укрепить авторитет. — Это всего лишь предположения, — сухо заметил Тайлер. — Я бы поступила так же, — отозвалась она. Галпин фыркнул. — Не сомневаюсь. Он помолчал, затем продолжил: — Если взрывчатка действительно в поселении, там, где мы и хотим, чтобы она была… — Тогда один из нас должен туда отправиться и заминировать, — закончила за него Уэнсдей. — А второй придерживается первоначального плана и собирает зомби. Она сделала короткую паузу. — Я пойду в Мир Пилигримов. — Мы должны держаться вместе, — резко возразил Тайлер. — Сейчас разумнее разделиться, и ты это понимаешь, — не уступила Уэнсдей. — Я в случае опасности могу трансформироваться в сверхсильного монстра, а ты — умереть или заразиться! — повысил он голос. — Я должен быть рядом. — Ты переоцениваешь своё значение, — Аддамс посмотрела на него исподлобья. — Близость не даёт тебе власти надо мной… — А то, что твоя жизнь для меня не безразлична, ты учла? — краска ударила ему в лицо, но это нужно было сказать. — Ты правда ещё не поняла? Уэнсдей прищурилась. Сейчас он снова начнёт говорить о чувствах? — Ты не могла не заметить. Ты теперь моя хозяйка. — Что? — Аддамс моргнула. Для неё это действительно стало новостью. — Так что хочешь ты этого или нет, я привязан к тебе. Моё выживание зависит от тебя, и я не позволю тебе рисковать. — В таком случае я приказываю тебе следовать плану. — Не делай этого, — предупредил Галпин. — Тайлер, — как можно спокойнее начала она. — Помни: у нас есть цель. Чтобы её достичь, мы должны разделиться. Я отправляюсь к Арлин и минирую всё там. Ты хорошо знаешь город — ты поведёшь стадо. Возразить было нечем. Он понимал это, но внутри всё равно поднимался бунт. Он посмотрел на Уэнсдей — и от его взгляда её пробрала дрожь до самого низа живота. В нём было всё: боль, страх, злость и то, что она не хотела называть вслух. — Я доведу тебя до поселения, — произнёс он твёрдо. — А потом выполню свою часть плана. Даже если взрывчатки там не окажется. — Тогда я просто сожгу там всё, — ответила она. — В лучших традициях Крэкстоуна…

***

Они вышли на улицу молча. Город был другим — выеденным, опустевшим, с запахом гари и разложения, который больше не шокировал, а просто присутствовал. Тайлер шёл чуть впереди, постоянно оглядываясь, прислушиваясь, будто весь Джерико дышал ему в затылок. Парень вдруг резко замедлился. — Подожди... Уэнсдей обернулась, уже раздражённая. — Ну что еще? Нам некогда. — Я знаю, — ответил он. — Но тут недалеко аптека... Она посмотрела на него внимательно, и понимание пришло почти сразу. Без вопросов. Без комментариев. Только короткий кивок. Аптека была разграблена. Стеклянная витрина разбита, дверь перекошена. Внутри — хаос: опрокинутые стеллажи, рассыпанные упаковки, следы крови, засохшей и потемневшей. Уэнсдей направилась к прилавку, за которым раньше хранились рецептурные препараты. Она нагнулась, роясь среди пустых коробок, когда воздух вдруг изменился. Щелчок. Сухой. Механический. — Ни с места, — раздался голос. Из-за стеллажа вышла Сантьяго с оружием наготове. Форма шерифа была испачкана пеплом и кровью, но нашивка всё ещё держалась. Ствол смотрел прямо в грудь Тайлера. — Руки. Медленно, — сказала шериф, не сводя с него прицела. — И без резких движений, Галпин. Тайлер не шелохнулся. — Поздравляю, шериф Сантьяго, — ровно произнесла Уэнсдей, продолжая перебирать полки. — Вы всё ещё живы. — Тебя это тоже касается, Уэнсдей, — жёстко ответила Ричи. — Поднимись. Медленно. Руки за голову. — А то что? — Аддамс выпрямилась, сжимая упаковку аварийной контрацепции. — Выстрелите? Рискнёте привлечь сюда зомби? Надеюсь, у вас останется хотя бы один патрон… для себя. Ричи скривилась, но оружие не опустила. Её взгляд задержался на том, что именно держала Уэнсдей. Несложная арифметика сложилась быстро. Она снова посмотрела на Тайлера — теперь жёстко, с плохо скрытым осуждением. Галпин сжал челюсти. — Пока я ношу эту форму, — произнесла Сантьяго, — я не позволю преступникам разгуливать на свободе. Тайлер коротко фыркнул. Свобода. Какое громкое слово для руин. — Преступники сейчас — это те «цивилизованные» люди, которых вы так старательно защищали до апокалипсиса, — спокойно парировала Уэнсдей. — Их истинная сущность просто дождалась подходящих условий. Она сделала шаг вперёд, не отрывая взгляда. — Всего этого можно было избежать, если бы вы полагались не только на инструкции. Шериф Галпин умел чувствовать опасность. Вы — только оформлять её задним числом... Тайлер покосился на неё с недоверием. Комплимент его отцу — от Уэнсдей Аддамс? Апокалипсис можно было больше не проверять. Тишина стала вязкой. Сантьяго нехотя опустила оружие. — С удовольствием бы выслушала вашу историю выживания, — ровно произнесла Уэнсдей, собираясь уходить, — но кто-то же должен подтирать за вами… — Что вы собираетесь делать? — нахмурилась Ричи. — Боюсь, с вашим моральным кодексом я не могу посвятить вас в свои планы. — Она может помочь, — вмешался Тайлер. — Ну-ка выкладывайте всё, — приказала Сантьяго. Уэнсдей закатила глаза и вкратце изложила план. — Ты понимаешь, что предлагаешь? — спросила Ричи. — Заманить стадо? Взорвать поселение? — Я предлагаю спасти город, — спокойно ответила Уэнсдей. — Или то, что от него осталось. — У вас есть шанс сделать всё правильно. Хоть раз, — добавила Аддамс. — И почему ты решила, что именно твоё решение — самое правильное? — не отступала Сантьяго. — Девочка-катастрофа. Там, где ты появляешься, всегда наступает хаос… — Я не создаю хаос. Я просто показываю, кто его допустил, — Уэнсдей начала раздражаться. Время уходило, а она всё ещё стояла здесь и доказывала очевидное женщине, которая никогда не хотела её слышать. — Выбирайте, — жёстко добавила она. — Либо вы с нами. Либо вы нам не мешаете. — Потом мне отвечать перед судом за массовое убийство… — произнесла Сантьяго. — Всё-таки когда-то они были людьми. Я готова понести ответственность за то, что допустила. Но за это… — До суда ещё нужно дожить... шериф, — вмешался Галпин. — И зомби — наименьшая из проблем, — добавила Уэнсдей, сухо проглатывая таблетку. Тайлер покраснел. Сантьяго тоже отвела взгляд. Похоже, Аддамс совершенно не волновало присутствие посторонних. — Настоящая угроза — те, кто пережил апокалипсис, — продолжила она. — И то, во что они превратились. Пауза затянулась. — Я с вами, — сдалась Сантьяго.

***

Ричи передала им рацию — коротко, без напутствий. Они снова разделились. На подходе к Миру Пилигримов Уэнсдей сняла рацию и отдала её Тайлеру. — Я хочу, чтобы ты всё проконтролировал, — сказала она. — Чтобы стадо действительно пошло. — Этим занимается Сантьяго. — Я ей не доверяю. И если мы не решим это сейчас, второго шанса не будет. На мгновение перед её глазами вспыхнул образ подруги. Лицо исказилось — едва заметно, но достаточно. — Энид не может долго ждать, — добавила она тише. — Я и так здесь слишком задержалась. — Причём тут она? — нахмурился Тайлер. — Сейчас неважно. Резко. Отсекающе. Уэнсдей поняла это сразу — эмоции берут верх. Невовремя. Она глубоко вдохнула, выравнивая голос и мысли. — Я прошу тебя выполнить свою часть плана, — сказала она уже ровно. — Не приказываю. Прошу. Тайлер сглотнул. Слишком многое хотелось сказать — и ни одно слово не казалось уместным. Он не хотел выглядеть тем, кого она презирает больше всего. Тем, кто цепляется. Кто просит. Он просто притянул её к себе и поцеловал — коротко, без нежности, вкладывая в это движение всё, что не имело права быть сказанным. Отстранился так же резко и повернулся в сторону города. — Тайлер. Он обернулся. Холодная маска исчезла. Она смотрела открыто — недолго, но достаточно. — Если что… — сказала она. — Встретимся на той стороне. Он невольно усмехнулся. Аддамс. Всегда Аддамс.