Часть 2 У меня есть кот!

      Он шёл по узкой улочке, где слабый ветерок гонял разноцветные листья, заставляя их водить хороводы вокруг его ног. В воздухе стоял пряный аромат согретых совсем ещё летним теплом деревьев, и всё вокруг казалось слишком тихим, слишком спокойным — словно мир знал о чём-то, о чём он сам ещё не догадывался.       Осень в этот день была слишком совершенной, чтобы быть случайностью, она шла рядом, подстраиваясь под его шаг и нашёптывая ему прямо в ухо что-то непонятно-нежное, но от этого не менее важное. Листья падали медленно, кружась, будто кто-то невидимый осторожно снимал их с ветвей и отпускал в воздух, любуясь полётом.       Он шёл вперёд, и город прислушивался к звуку его неторопливых шагов. Реальность под его ногами уплотнялась и отзывалась тихим мелодичным звоном, который он слышал впервые; она уверенно вела его вперёд сквозь поток вечно спешащих куда-то людей и машин.       Сегодня город жил как будто приглушённо: звуки смягчились, стали тише, спокойнее, превратившись в фон. Но для чего? Он не знал, продолжая двигаться туда, куда его тянуло и подталкивало. По мере движения покой ложился на его плечи почти осязаемо, делая окружающий мир гармоничным и правильным, как будто не существовало в нём боли, потерь и разочарований.       И в этой мягкой тишине он подошёл к небольшому кафе на углу. В нём не было ничего примечательного, но он чувствовал, что оно и является конечной целью его пути.       Замешкавшись, пропустил входящую молодую пару и, наконец, вошёл внутрь. Колокольчик на двери мелодично звякнул, словно обозначив окончание его дороги.       Внутри было почти пусто, пахло хорошим кофе и свежей выпечкой, солнце отбрасывало прямоугольники света на плиточный пол. Ничего особенного. Тысячи подобных мест, разбросанных по всей планете… Он подошёл к стойке и улыбнулся девушке-баристе, делая заказ…       А потом он обернулся, оглядывая зал, в котором в этот час было немного посетителей: та самая пара шепталась у окна, глядя на экран смартфона, делая селфи, старушка с маленькой собачкой, которую она пыталась накормить круассаном с вишнёвым джемом, и… вдруг мир сделал глубокий вдох и замер… Нить, что привела его сюда, натянулась и ослабла….       Она сидела за дальним столиком, склонившись над клавиатурой ноутбука, и быстро набирала текст, останавливаясь лишь изредка, чтобы обдумать следующее предложение. Тонкие длинные пальцы порхали с грациозностью и быстротой мотыльков — то замирая, то снова приходя в движение.       Она обладала тем редким типом красоты, который не подчиняется веяниям времени и моды. В её чертах не было ничего вызывающего — только чистая, спокойная гармония, рождённая из света, оставленного восходом на спокойной глади воды. Её длинные светлые волосы переливались на солнце живыми искрами. Она поправляла непослушные пряди каким-то вечным жестом, как умеют только женщины. Глаза — голубые, глубокие, ясные — были цветом похожи на небо после весеннего дождя. В них было всё: нежность, тревога, тихая мечтательность, и одновременно — странная сила, которую она, похоже, сама в себе не замечала; всё, кроме пустоты, которую он, к своему огорчению, всё чаще замечал во взгляде современных людей.       Пространство вокруг неё было пронизано покоем и естественным теплом. Она творила, и получала огромное удовольствие от этого процесса. Спешила записать то, что уже разложено по полочкам в её голове, ничего не упустить, а времени так мало… его всегда не хватает. Как это было похоже на процесс его Творения!       Ему вдруг захотелось услышать её смех, хотя где-то в глубине души он помнил, как он звучит…       Она излучала свет, почти такой же сильный, как его собственный.       Он взял чашку и присел за столик у окна, борясь с чувством узнавания, хотя быстро понял, что видит её впервые. Тогда почему Судьба, или кто-то ещё, привёл его к ней? В этот мир, в этот город, в это место и время? Кто вообще способен указывать ему подобным образом? Что это за сила, которой ему впервые хочется подчиниться, и не только из-за чистого любопытства, а из-за того, чего он ещё не понял? Он не привык действовать спонтанно — это было бы слишком по-человечески, ему нужно во всём разобраться и сделать непривычный для него выбор.       Она взглянула на часы и удивлённо расширила глаза, мило чертыхнувшись громким шёпотом, захлопнула крышку ноута и чуть ли не бегом рванула к выходу, вмиг исчезнув среди людей, спешивших по своим делам.       Он глубоко вздохнул, удивившись ощущению пустоты, которое она после себя оставила, и принялся медленно цедить свой остывший кофе, не чувствуя вкуса. ***       День клонился к вечеру. Ранние осенние сумерки обняли город, приглушив краски и звуки. Вторую половину этого странного дня он провёл, как заключённый в невидимую сферу: он так же взаимодействовал с людьми, сидел в аудитории, сходил в бассейн, но ощущалось это лишь на половину — мысли его постоянно возвращались в то кафе, к образу девушки, набирающей текст на ноутбуке.       И когда зажглись первые фонари, он понял, что просто не может находится дома, и, сняв с вешалки куртку, он почти бегом выскочил на улицу. Там он ступил на влажный от дождя тротуар и замер, прислушиваясь к Эфиру. Ну, и что теперь?       Он привык доверять своему внутреннему чутью, которое никогда его не подводило, но теперь оно выкидывало странные финты, слабо сопоставимые с холодной логикой. Нужно было двигаться, но куда? Направо — в центр города, где светящиеся витрины и широкие площади, или налево — его теневую сторону — на узкие улочки позади магазинов и кафе?       Он нетерпеливо подёргал Связь, и она отозвалась, уверенно таща его в темноту.       Разумеется, здесь же можно найти для себя приключения на пятую точку…       Грязный проулок вывел его в тупик, к большим мусорным бакам. Смесь запахов заставила его зажать нос пальцами.       Наверное, сегодня не мой удачный день.       Он уже развернулся, чтобы уйти, как вдруг что-то белое и мяукающее выкатилось из-под пластикового ящика и кинулось ему под ноги. — Эй, — он присел на корточки. — Это тебя я должен был найти? Котёнок потёрся о его штанину и утвердительно мявкнул. — И что ты такое? — он подхватил его на руки и без доли сомнения сунул под куртку. — Ладно, идём.       Зверёк, пригревшись, тут же заурчал, потолкался немного, устраиваясь поудобнее, и затих.       Он вышел из тупика и уже не раздумывая пошёл к центру, где светились фонари, окутанные лёгким туманом. Вывеска ветеринарной клиники была погашена, но внутри горел свет. Она сидела за стойкой на высоком вертящемся стуле и что-то писала, склонившись над бумагами. Тихо играла музыка, и девушка дёргала в такт босой ногой. Он постучал, предварительно глянув на табличку с надписью: «Закрыто, ждём вас завтра!». Она подняла голову и пожала плечами, указав пальцем на закрытую дверь. Он улыбнулся и молитвенно сложил руки. Она вздохнула и подошла к входу, отперев замок. — Привет. — Привет. — она вопросительно приподняла брови. — Мне нужна помощь. — Это ветеринарная клиника. — заметила она, глядя ему прямо в глаза. — Больница выше по улице. — У меня есть кот. — проговорил он, чувствуя себя распоследним идиотом. — И я подозреваю, что ему очень плохо и он даже может умереть прямо сейчас. Она выдохнула, очевидно смиряясь с неизбежным. — Где он?       Он расстегнул молнию, и в образовавшееся отверстие тут же высунулась чумазая любопытная голова с большими глазами. — Гм… действительно есть. Входите вы оба. — она заперла за ними двери и проводила в смотровую. Там он поставил котёнка на стол. — Кстати, я — Мэтью Беннет. — Эмбер Уоттс. — откликнулась она. — Если это действительно твой кот, то как его имя? Мне нужно заполнить карту. — О, всё как у людей. — он почесал животное за ухом. — Это — Снежок. — Это девочка. — она попыталась скрыть улыбку, но это ей плохо удалось. — Тогда — Снежинка. — не моргнув глазом исправился Мэтт. — Ладно. — её глаза задержались на его лице чуть дольше, чем нужно и он это заметил. — Давай её осмотрим более тщательно… Через десять минут Эмбер вынесла вердикт: — Её жизни абсолютно ничего не угрожает. Она, как каждая уважающая себя помойная кошка, имеет целый блошиный цирк в своей шерсти, подозреваю, что внутри проживает без оплаты аренды парочка видов гельминтов, небольшая инфекция глаз и ушей тоже имеет место, но всё легко поправимо. Переломов и травм внутренних органов я не вижу. Она немного истощена, но быстро поправится на хорошем корме. — Прямо гора с плеч. — он смахнул воображаемый пот со лба и погладил котейку по спинке. Она радостно замурчала и стала ластиться к его руке. — Ты заберешь её домой? — девушка заметно напряглась, когда задавала этот вопрос. — Конечно. Ты в ответе за тех, кто сам прыгнул тебе под ноги из-под ящика для помидоров, воя, как сирена! — Это прекрасно. — она широко улыбнулась, внезапно вскинув ясный и счастливый взгляд. — Ей было плохо жить на улице. Кошки любят тепло, а впереди зима. Она будет твоим лучшим другом на долгие годы. Кошки, в отличие от котов, более коммуникабельные и ласковые… хотя, у каждой свой характер. И хотя сейчас в это трудно поверить, но когда она вырастет, то станет очень красивой. Давай теперь искупаем её и дадим лекарства. Завтра подумаем о прививках.       Через полчаса, вымытая противоблошиным шампунем и накормленная влажным «Вискасом», Снежинка сидела в сушильной камере и наслаждалась потоками тёплого воздуха, кторый дул на неё со всех сторон. Она жмурила свои зелёные, как у нового хозяина, глаза, и поглядывала на сидевших за столом людей. — Я напишу тебе список. — сказала Эмбер, подавая своему неожиданному позднему гостю чашку с чаем. — Если хочешь, чтобы её шерсть оставалась такого оттенка, придётся мыть специальным шампунем для блондинок. — Я всё куплю и оплачу счёт. — он не мог отвести взгляд от её лица. — Я только не пойму, к чему такие сложности? Котёнок, мусорник, блохи? Почему ты не подошёл ко мне в кафе? — она смотрела ему прямо в душу, но это его ни капли не смущало. — Может, я изобрёл новый вид подката? — засмеялся Мэтт. — Ничего нового, я такое уже видела. — уверенно ответила она, глядя на него поверх своей чашки. — В романтическом фильме? — Нет, я не люблю эти розовые сопли. — она отрицательно качнула головой. — Это был классный сериал про маньяка. Он засмеялся, запрокинув голову. — И что же там было? — Злой дядька намеренно сбил щенка, чтобы попасть ночью в ветеринарную клинику. Для врача всё окончилось плохо. — он вдруг рассмеялась. — Ты это только что придумала. — он смеялся и не мог остановиться. — Я клянусь, это выглядит именно так! — Вовсе нет! — на её глазах выступили слёзы от смеха, сделав их похожими на бездонные озёра. — Я — не маньяк. Честное-пречестное слово! — Он бы тоже так сказал. — она продолжала хохотать, ощущая лёгкость и головокружение. — Ну, хорошо, тогда я не буду это говорить. А если серьёзно, то я не хотел прерывать тебя, ты так увлечённо писала… — Да так, ерунда, реферат… я учусь на третьем курсе ветеринарки. — Эмбер, наконец успокоилась и перевела дух. — Никогда в это не поверю. Ты определённо переносила текст из головы, и делала это так увлечённо, что я аж залюбовался, а потом ты исчезла… — Ладно. Подруга уговорила попробовать поучаствовать в конкурсе молодых писателей. Можно писать в любом жанре, лишь бы хорошо прослеживалась главная любовная линия, а у меня как раз зрела задумка… — И какой ты выбрала жанр? Детектив про маньяка? — Нет. — она снова смеялась. — Фентези, волшебство, соулмейты, вечная любовь, которая сильнее смерти, девчачье чтиво. Парням не интересно. — Ты так думаешь? По-моему, они просто не признаются в этом, а втихаря почитывают… — Тебе виднее… — хитро прищурилась девушка. — Может, когда-нибудь дашь почитать? — Может, но сначала дай написать хоть несколько глав. У меня готова лишь первая. — Хорошо. Но ты должна мне пообещать. — Обещаю. Так, и кто у нас тут такой красивый? — она достала котёнка из сушилки. — Это наша сладенькая девочка! Я оставлю её до завтра в карантине, в подвале. Здесь не могу, у неё могут быть скрытые инфекции. — Завтра суббота. — заметил Мэттью. — ты работаешь? — Каждый божий день, просто меньше часов. Ещё пару лет, и это место будет полностью моим, и я смогу работать тут сама, не нанимая врача. — они спустились в подвал по крутой скрипучей лестнице, и Эмбер посадила Снежинку в клетку. — Посиди здесь, моя хорошая, а завтра папочка придёт за тобой и заберёт домой. — Обязательно. — он почесал котёнка за ушком и закрыл дверцу на замок. — Совсем как в том фильме… — прошептала девушка и погасила свет, когда они поднялись на верх. — Ты не боишься? — решил он подыграть и резко схватил её за руку. — Нет, — она посмотрела на него снизу вверх, не отнимая свою кисть. — Я тебя знаю, Мэттью Беннет, местная студенческая знаменитость. — Да ладно, — смутился он, — так уж и знаменитость… — Лучший студент курса, спортсмен, волонтёр. — Это откуда столько информации? — изумился он. — Моя подруга Керри подписана на твой Инстаграмм и часто тусуется в клубах. — А ты? Она, хитро улыбаясь, обвела пространство вокруг себя: — А мне нужно работать. — Неожиданно маленьким оказался этот мир… — он печально вздохнул, ощущая прилив тепла от того, что она стоит совсем рядом. — Уже поздно, можно, я провожу тебя до дома? — Конечно можно. Я очень боюсь маньяков. — её глаза стали темными в полумраке коридора, и просто огромными. — Не похоже… — Я храбрюсь. На самом деле я жуткая трусиха… — она заперла входную дверь и смотрела, как он опускал железные жалюзи на витрине. — Я живу недалеко, в соседнем квартале. А ты? — На другом конце города, за мостом. Люблю ходить пешком или бегать. — он снял куртку, предварительно понюхав, накинул ей на плечи. — Не сильно воняет Снежинкой. Похолодало, скоро придёт зима. — Не хочу холодов. — вздохнула Эмбер. — Я даже думала о том, что стоит переехать куда-то южнее… Как хочется, чтобы осень чуть продолжила сопротивляться зиме. — А какую ты хочешь осень? — Можно заказать погоду? — рассмеялась она. — Закажи. — кивнул он, внимательно глядя ей в глаза и чувствуя, что может, пожалуй, заниматься этим вечно. — Хорошо. Я хочу осень в нашем городе такую, какой никогда не было… И если бы она была только для меня… — она задумчиво прикусила нижнюю губу и подняла взгляд к тёмному небу. — Хочу тишину, то есть отсутствие ветра, чтобы листья падали медленно, температура плюс 23 по Цельсию, тёплые неспешные дожди через день к вечеру и на ночь, чтобы читать после работы, закутавшись в плед, а утром, чтобы солнце на всё небо! Можно? — она счастливо улыбалась, словно верила, что можно только пожелать и всё исполнится. — Можно. Я постараюсь! — он смотрел серьёзно, совсем не рисуясь. — Я тебе верю почему-то… — Это легкомысленно с твоей стороны… — Ну и пусть. Нельзя же быть постоянно серьёзной… Это невыносимо скучно. Хочется иногда верить в чудо, как дети верят в Рождество.       Эмбер остановилась около старинного двухэтажного дома, обнесённого высоким кованым забором, за которым виднелся ухоженный сад с небольшим прудиком. В ответ на их появление на крыльце загорелся стилизованный под старину фонарь. — Вот тут я живу. Он поднял голову и посмотрел на тёмные окна. — Одна? Она тяжело вздохнула. — Родители погибли четыре года назад. — Не боишься? — Я привыкла. Раньше жила со своей тётей, но у неё появилась личная жизнь, и я за неё очень рада. И у меня самая прогрессивная система безопасности. — она открыла высокую калитку и обернулась, глядя на его высокую фигуру. — Я не буду проситься войти. — сказал Мэттью. — Это хорошо, а то я могу не устоять. — она говорила, опустив глаза. — Приходи завтра, к одиннадцати, пойдём в клинику за Снежинкой, а до этого нужно зайти в зоомагазин, я подскажу тебе, что нужно обязательно иметь новому владельцу ангорской кошки. Везде теперь будет очень много шерсти. — Хорошо. — он взял её кисть, чтобы почувствовать, что всё это происходит в реальности. — Спасибо, Эмбер. Спокойной ночи. — Мэтт с трудом заставил себя разжать пальцы и круто развернулся, чтобы не передумать. — Спокойной ночи. — он услышал её тихий чарующий голос. — Сладких снов.