Часть 6 Когда сходятся пути.

Глава 6       Лес встретил её радостным пением птиц и шелестом листвы. Но сегодня Согён из-за своих тяжёлых мыслей не могла проникнуться этим состоянием вечного праздника жизни. Она угрюмо брела по едва заметной звериной тропе, нахмурившись и уйдя в себя. Лис бежал впереди изредка радостно тявкая, оглядываясь назад, словно стремясь подогнать свою от чего то медлительную хозяйку.       Она не ускоряла и не замедляла шаг- тело двигалось привычно, почти автоматически. Мысли же возвращались туда, к месту, которое она покинула. Там, в её маленьком домике, остались её большие проблемы, требующие неусыпного внимания. Там, она создала себе сложности почти из ничего.       Приказ короля был предельно ясен: пленник должен находиться в оковах и под воздействием Сонного корня. Его имя не имело значения, как и не имело значения то, кем он был раньше, его прошлое, его титулы, его война. Так говорили законы. Так говорил правитель. И Согён всегда исполняла волю самодержца без колебаний. Она всегда подчинялась — не из страха, а из убеждённости, что порядок важнее сомнений. Было просто следовать приказам не особо вникая, просто делать свою работу. Всё было предельно прозрачно до определённого момента. До этого дня. До Хоши.       Она не стала оспаривать приказ. Он просто перестал иметь для неё прежнюю силу, когда она впервые позволила себе довериться внутреннему чувству. И в этот момент мир вдруг стал шире дворцовых стен, государств и строчек королевских указов. Она расстегнула ржавые браслеты, словно это было самым естественным поступком на свете. В тот миг ей казалось, что она не делает выбор — она просто возвращает всё на своё место. Только потом пришло осознание и вместе с ним — тревога. Почему? Она снова и снова задавала себе этот вопрос, но не находила ответа. Это была не жалость- за свою недолгую жизнь она видела достаточно сломленных людей, чтобы не путать это чувство с тем, что поселилось в ней теперь. Не долг — долг, как раз напротив, требовал от неё совсем иного. Это было что-то тихое, неуверенное, но обладающее своим собственным голосом, который, как она предполагала, будет только крепнуть. Теперь она знала: если бы ей представится шанс всё изменить — то она поступила бы точно так же. Согён пыталась разобрать свои чувства по привычным именам: сострадание, жалость, ответственность, но ни одно не подходило. То, что поднималось внутри при воспоминании о нём, было глубже, но тише: не вспышка, а узнавание. Словно что-то в Хоши отзывалось в ней самой — не образом, не словом, а ощущением правильности момента. Она вспомнила его взгляд, когда он окончательно пришёл в себя и понял, что свободен от пут: он был не умоляющим и не враждебным. В нём было принятие и отчуждённость, будто он давно перестал ждать милости от мира. Будто он смирился с тем, что никто в целой Вселенной никогда не проявит даже каплю милосердия к нему. И именно это странным образом тронуло её сильнее любых слов. Он был сломлен, он не просил свободы, заранее считая эту просьбу невыполнимой, но принял её с благодарностью и некоторой долей удивления, когда она была дана. Согён сжала пальцы на клочке бумаги со списком покупок, чувствуя, как внутри поднимается беспокойство. Она не знала Хоши. Не должна была знать. Он был пленником, частью войны, чужим. Врагом, в конце концов! И всё же мысль о нём не отпускала, цеплялась, возвращалась снова и снова, будто искала в ней разрешения остаться. Теперь ей казалось, что она знает его голос, хотя слышала его всего несколько раз, что может предугадать его движение, его молчание. Это не было памятью — скорее тенью памяти, как отзвук сна, который невозможно восстановить, но и невозможно забыть. Согён нахмурилась, будто пытаясь отогнать навязчивую мысль. Она не верила в знаки и прошлые жизни. Всё, что имело хоть какое-то значение происходило здесь и сейчас. И всё же сердце вело себя так, словно уже однажды шло этим путём и знало, чем он закончится. Оно ныло и ворочалось от одного воспоминания о нём. Это злило и вносило ещё больший сумбур в мысли. — Ну нарушила я прямой приказ короля И что? — девушка остановилась и посмотрела на Рюу, усевшегося перед ней на тропе.- И что мне с этим теперь делать? Она присела на пень и почесала подошедшего лиса за ухом. — Пошла на поводу у своих чувств.- Согён тяжело вздохнула. — но ведь тебе тоже кажется, что он не опасен? Он просто парень в тяжёлой жизненной ситуации…он чудом избежал смерти. Лис тявкнул и упал на спину. — Нужно же было его спасти. Он бы умер от Сонного корня или стал дурачком, который не может без него жить…. Я всё сделала правильно, но что теперь будет? Его ведь всё равно убьют. Не чужие, так свои…- она устало потёрла глаза.- И где он взялся на мою голову?! Жила ведь спокойно! Говорила мне мама, держаться подальше от таких красавчиков! Она поднялась, подхватив с земли свою широкополую соломенную шляпу. Тропа довела их до большого муравейника и лис радостно устремился в глубь леса.       -Нет, Рюу! — крикнула Согён.- Мы не идем за кроликами! Я иду в город, а ты подождёшь меня здесь или беги домой, присмотри за Хоши.       Она обошла муравьиный дом и, помахав рукой замершему под деревом лису, пошла к видневшейся сквозь поредевший лес дороге. Согён надела шляпу и ссутулилась, засунув руки в карманы и, подражая разболтанным движениям местных подростков, быстро двинулась по направлению к городу. Она шла около часа, по-прежнему прокручивая в голове один и тот же нудный хоровод мыслей, пока не показались первые приземистые домики на окраине.       Городок девушка хорошо знала: ей приходилось периодически выходить из леса, чтобы купить кое-какие мелочи для себя и для дома. Она быстро нашла лавчонку, в которой торговали одеждой и обувью, вошла туда, с заранее приготовленной легендой. Хозяин- тучный старик стоял за прилавком, записывая что-то в толстую амбарную книгу.       — Здравствуйте.- Согён постаралась, чтобы её голос звучал глуше.- мне нужна одежда и обувь для моего отца. Она сняла с головы шляпу и поправила платок, закрывающий лоб.       — Здравствуй.- мужчина склонил голову, вглядываясь в её лицо.- А деньги у тебя есть, малец? Согён положила маленький мешочек из кожи на прилавок.       — Надеюсь, этого хватит.       — Смотря чего ты хочешь.- хмыкнул хозяин и глаза его блеснули неприкрытым интересом.- какой твой отец по комплекции?       — Очень высокий и худой. Мне нужны верхние и нижние штаны, рубаха, а так же сапоги. Вот мерка.- она достала из кармана веточку.       — Ты, видимо, в маму пошёл.- усмехнулся мужчина, выходя из-за прилавка.       — Что? — не поняла Согён, рассматривавшая красивый бледно-розовый, расшитый цветами сакуры, ханбок.       — Ну, ростом… Сколько тебе лет?       — Семнадцать.- у Согён сердце ушло в пятки.- отец вернулся с войны без ноги. Не может сам приехать, ещё болен. Мама послала меня, я самый старший.       Хозяин недоверчиво хмыкнул и пошёл выбирать вещи.       — Вот, самый большой рост. Подойдёт?       — Надеюсь, но можно ткань по тоньше…       — Он кто? Принц? — захохотал мужчина, схватившись за бока.       — Нет.- ещё больше испугалась Согён.- он просто инвалид.       — Может он и инвалид, но ты вовсе не мальчик.- неожиданно заключил он, подойдя поближе и протягивая ей сапоги из толстой коричневой кожи.       Она отшатнулась и в тот же миг глаза её наполнились слезами.       — Простите за этот обман. Мама болеет, а у моего отца нет сыновей, только трое дочерей. Мои сёстры совсем маленькие. Мне очень страшно, я понимаю, насколько опасно мне одной разгуливать по улицам, но у меня нет выбора. Мне ещё нужно купить ему лекарства.- Согён всхлипнула и размазала влагу по лицу.- пожалуйста, я просто куплю одежду и уйду. Я хочу вернуться домой к своей семье…       Взгляд старика смягчился.       — Конечно, конечно.- он спешно складывал её покупки и отсчитывал сдачу.- Может, тебе что-то нужно? Здесь деньги ещё остались.       — Нет, — она судорожно перевела дыхание и вытерла лицо рукавом.- Мне много чего нужно ещё купить.       — У меня самого две дочери и мне очень страшно за них каждый раз. Ты не представляешь, какие подонки ходят по улицам. Они хуже волков в тёмном лесу.- он сочувственно потрепал её за плечо.- будь осторожна.       — Хорошо.       Согён вышла на свежий воздух и огляделась: улица была почти пуста, но это «почти», в лице местного пьяницы бодро направилось в её сторону. Она ускорила шаг, но была тут же грубо схвачена за руку.       -Эй, мелкий! — рявкнул голос над ухом, обдав запахом недельного перегара.- ты что, это украл?!       Сердце провалилось в пятки. Она попыталась вырвать своё запястье из цепких пальцев, но не смогла.       — Дяденька, я ничего не украл! — как можно громче крикнула она, надеясь, что её вопль не останется незамеченным.- я купил всё это! Отпустите меня, пожалуйста! Я не сделал ничего плохого!       Согён вцепилась мёртвой хваткой в свою сумку, которую яростно тянул на себя отвратительно воняющий мужлан.       — Отпусти мальца, Хомин.- крикнул, появившийся в дверях лавки, хозяин.- он ничего не украл. Шёл бы ты работать для разнообразия! Кому сказал! — рявкнул он, уже громче. Пьяница разжал пальцы и оттолкнул от себя девушку, оскорблённо надувшись:       — Просто хотел защитить твою собственность. Ходят здесь всякие, а потом товары пропадают!       — Не твоя забота, старый пьяница. Проваливай, я сегодня не подаю.- старик скрылся в дверях, удостоверившись, что Согён отбежала на безопасное расстояние и бродяга не собирается её преследовать. Она пробежала около двух кварталов, петляя, как заяц, в лабиринтах улиц. Пульс тяжело отдавался в ушах, а сердце сжималось от страха. На правом запястье проступала краснота, быстро набирая багровый оттенок.       — Вот, жеж… придурок- выругалась Согён, потирая руку.- Почему не возможно просто спокойно пройти по улице?       Она присела у высокого забора, чтобы прийти в себя. В горле стоял ком и жутко хотелось разреветься по-настоящему. Согён кусала губы и хлюпала носом, но держалась. Через несколько минут, когда руки почти перестали трястись, она медленно побрела вперёд, опустив голову и нахлобучив шляпу по самые брови.       В лавке с лекарствами всё прошло гладко: она купила всё по списку и очень довольная заглянула в мясную палатку, чтобы взять свинины на ужин. Хотелось ещё фруктов и овощей, но сумка оказалась тяжёлой. Согён вздохнула и двинулась в обратный путь. Лис всё ещё сидел у муравейника и радостно кинулся ей в ноги.       — Мой хороший! — она зарылась носом в его рыжий мех на загривке.-Как же здесь прекрасно! Никаких противных дядек и тётек! Идём домой!       Согён тихонько приоткрыла дверь и вошла, стараясь не шуметь, но Рюу понёсся вперёд, как стрела, пущенная умелой рукой. Он взлетел на кровать и прыгнул на грудь спящего принца.       Хоши открыл глаза и дёрнулся, когда лис тявкнул ему в лицо.       — Ты плохая лиса, — Согён попыталась стащить его на пол, но тот уворачивался, намереваясь лизнуть пленника в нос.- Да что это такое! Прекрати сейчас же! Нельзя так топтаться по больному человеку!       — Я с ума с вами сойду! — простонал принц с трудом переводя дыхание, когда девушка, наконец, сбросила своего питомца на пол, где тот залез под кровать.       — Извини, обычно он так себя не ведёт с чужими.- начала оправдываться она.       — Ничего страшного, — Хоши потёр глаза пальцами.- Я уснул, а это было несколько неожиданно.       — Совершенно невоспитанная лиса.- Согён погрозила кулаком зверю на полу.       — Всё в порядке? Как сходила? Тебя долго не было.       — Нормально.-она достала одежду и обувь из сумки.- Штаны будут коротковаты, сапоги подойдут. В них можно ходить пешком, подошва толстая, не то что твои, игрушечные какие-то. Кожа тонкая, подошвы нет, хотя вышивка красивая.       — Они для верховой езды.- заметил принц.- что у тебя на руке?       — Где? — Согён сделала вид, что не поняла о чём он.       — Как следы от пальцев…       — У меня быстро и легко возникают синяки.- она смущённо опустила рукав. Взгляд Хоши помрачнел, он сдвинул брови.       — Ничего страшного. Бывают в жизни огорчения.- попыталась отмахнуться она.- какой-то пьяный придурок схватил за руку.       — Вот по -этому девушке нельзя ходить одной.       — Как будто у меня есть выбор.- буркнула Согён себе под нос.- всё и так понятно. Я сейчас разожгу огонь во дворе и ты сможешь принять ванну.       — Здорово.- не очень весело согласился он.- И всё же.       — Я не хочу об этом говорить. Я не дура и понимаю степень опасности, которой подвергаюсь, но ничего не могу с этим поделать. Выйду замуж — буду ходить с мужем под ручку! В нежно-розовом ханбоке! Ясно? Закрыли тему.- она резко развернулась и вышла во двор, бормоча: « Учить он ещё меня будет… ха, поживите в моей шкуре, Ваше Высочество ! У меня и так голова идёт кругом! Каждый знает, как мне следует жить!»       Она вытащила из-под навеса дрова, сложила их под большим железным чаном с деревянным настилом внутри и разожгла огонь, предварительно натаскав туда воды из озера.       — Ну что, готов снова пахнуть как человек высокого происхождения? — Согён достала из шкафа мыло и бальзам для волос, которым пользовалась сама. — Идём. Хоши с трудом сел, а затем, опираясь на её плечо встал и пошёл к выходу.       — Ты будешь меня варить? — он смотрел на чан, под которым тлели головешки, широко раскрытыми глазами.       — Ты что, совсем дикий? Вы как моетесь у себя в стране? — она усадила его на скамейку и отдышалась, разложив рядом несколько полотенец.       -Ванна во дворце выглядит несколько иначе.       — Ну да… и вода горячая появляется там сама собой.       — Не знаю откуда она там появляется.- он пожал плечами.       — Приблизительно отсюда. Её греют вот так, а потом твои слуги вёдрами приносят её в твои покои наполняют твою роскошную мраморную ванну. Это понятно? — Согён указала рукой на чан.- А теперь раздевайся и полезай туда. Ванны у меня нет. Я и так натаскала воду из озера.       Она села на край и потрогала воду рукой, плеснув туда содержимое бутылочки, от чего та стала молочно-белой и в воздухе запахло жасмином и розой.       — Какой приятный запах.- заметил Хоши с трудом стягивая с себя верхнюю рубашку.       — Ты тоже будешь так пахнуть. Это древний рецепт. Я делаю эту смесь сама.- она отвернулась, ожидая пока принц не погрузится в воду по самую шею.       — Не слишком горячо? Могу добавить холодной воды.       — Нет. В самый раз.- он блаженно прикрыл глаза, откинув голову на бортик. Согён уселась рядом, свесив ноги в закатанных до колен штанах. Он мельком глянул на её обнажённые ноги и смущённо отвернулся.       — У тебя очень красивые волосы. Очень длинные и очень запутанные. Зачем такая длина? С ними же много возни? И цепляются за всё, наверное…       — К сожалению, мне положено по статусу. Это говорит о моём высоком происхождении. Обычно мне заплетают их в косу или высокий хвост, закручивают в узел. Для этого есть специальная прислужница. А сейчас… Нет сил ими заниматься. Если можешь, помоги, пожалуйста.- он устало прикрыл глаза.       Согён коснулась пальцами его светлых волос, похожих на шёлк и принялась распутывать двуцветный шнур, удерживающий передние пряди.       — Он очень красивый.- она вложила украшение в его протянутую руку.- Такие сложные узлы и цвета подобраны идеально. У того, кто его сделал, определённо есть вкус.       Хоши сжал кисть в кулак и поднёс его к губам на несколько секунд, затем, не глядя, принялся перебирать длинными тонкими пальцами изумрудно- серебристые узлы, словно это были чётки.       — Это цвета Императорского Дома, моего дома. Его символ- Белый Дракон с зелеными глазами. Этот шнур сплела женщина, которую я очень люблю.       Сердце Согён кувыркнулось и заныло, словно запуталось в своих сосудах. Ей даже в голову не приходило, что у него может быть девушка.       — Твоя невеста? — она сильно постаралась, чтобы голос звучал безразлично. Он тряхнул головой:       — Нет. Моя няня. Она уже очень старенькая и почти не видит, я представляю, сколько времени она потратила и сколько усилий приложила, чтобы сделать мне подарок. Она растила нас с Цуки с самого рождения. Наша мать умерла на следующий день после нашего появления на свет.- Хоши тяжело вздохнул.- В тот день, когда меня пленили няня пришла ко мне сильно расстроенная и уговаривала не уезжать. Она верила гадалкам и накануне побывала у одной из них. Я не очень внимательно её слушал и запомнил лишь, что скоро встречу свою судьбу, с которой мы связаны красной нитью и что я обязательно её узнаю. Она всегда любила мистику и магию, а я не придавал этому значения. Хотел бы я увидеть её ещё раз.       — А любимая девушка там, дома? Согён медленно водила гребнем по спутанным серебристым прядям, стараясь не причинить боли и распутать все проблемные участки.       — Любимой- нет, но я помовлен. Она резко непроизвольно дёрнула рукой.       — Прости. Чуть не вырвала целый клок.       — Ещё с детства, но я никогда её не видел. Она девушка из знатной семьи. Дело в том, что когда я взойду на престол, то сразу должен жениться. Это договорной брак. Её воспитывали, как идеальную императрицу. Чувства здесь ни при чём. От неё лишь требуется родить наследника. Всё очень прозаично.       — А когда ты должен это сделать?       — Когда мне исполнится двадцать один год. Это, должно быть, скоро. Я потерял ход времени. Какое сегодня число?       — Месяц Хатигацу. Третий день.       — Ого, скоро осень. Мой день рождения уже прошёл.       — Ещё целый месяц. Ты уже мог бы стать императором…может, ещё станешь. Ну вот. Можешь окунуться с головой? — она, потянувшись, взяла с полочки один из флакончиков.- Сейчас приведём твою шевелюру в порядок.       Хоши выполнил её просьбу и она налила себе в ладонь, сложенную лодочкой, немного жидкого мыльного состава.       — Очень приятно пахнет. Такое продают в местных лавках красоты?       — Нет, я делаю его сама. Правда, не знаю, подойдет ли он для твоих волос.       — В любом случае, лучше, чем грязь.       — В твоей стране все такие, как ты?       — Какие? — Хоши жмурился, наслаждаясь массажным движениями её пальцев на коже головы.       — Цвет волос, глаз?       — Могу спросить тебя то же самое.       — Ха, ты видел местных. Я мало на них похожа.- Согён налила на его волосы чистой воды из ведра.       — А твои родители?       — Я подкидыш. Как- нибудь расскажу тебе свою историю. Ну так как?       — Я- белая ворона.- он смешно отфыркивался, когда вода попадала на его лицо.- Жители наших стран очень похожи.       — Добро пожаловать в мой мир! — легко засмеялась она.- от меня прячут маленьких детей, чтобы я их не сглазила! Я страшная ведьма! Г-р-р!       Хоши засмеялся.       — Люди плохо переносят тех, кто на них не похож. Им всегда проще уничтожить, нежели принять.- принц опустил голову .- Мой младший брат, Цуки, темноволосый и черноглазый, как наши родители. А я-такой…       Он вдруг смолк, глубоко и часто дыша.       — Что-то мне не хорошо…- Хоши вдруг выскользнул из её рук и опустился под воду с головой.       — Божечки! — Согён соскользнула с бортика в воду и потянула потерявшего сознание парня на верх, к воздуху, с ужасом видя, как вода в чане окрашивается в красный цвет.       Она наотмашь ударила его по лицу, после чего он с трудом открыл глаза.       — Вылезай, рана открылась! — девушка испуганно сипела от натуги и пыталась вытащить его из купели.- Вылезай, пожалуйста! Ты сейчас утонешь! Ты слишком тяжёлый!       После трёх неудачных попыток они оба лежали на траве не в силах пошевелиться. Из раны на груди, пульсируя, тонкой струйкой текла алая кровь. Хоши побледнел ещё больше и снова потерял сознание. Согён вскочила и понеслась к дому шепча себе под нос: « Я точно его угроблю! Богиня, Пресвятая, помоги мне!»       Она трясущимися руками перебирала склянки, ругаясь, что попадаются не те, наконец она увидела надпись: « Кровохлёбка обыкновенная». Взвыв от счастья, зажав ёмкость в кулаке, она побежала назад. Упав на колени, взяла щепоть измельчённой травы и затолкала его как можно глубже в рану.       Хоши лежал холодный и безмолвный, до ужаса напоминая мёртвого. Согён приложила ухо к его грудной клетке и услышала частое биение сердца. В тот момент она могла поклясться, что это был самый прекрасный звук во Вселенной. Потом она снова ударила его по лицу.       — У тебя входит в привычку меня бить.- заметил он, приходя в себя и потирая щёку, на которой проступил красный отпечаток её ладони.       — А ты не пытайся умереть, мне это не нравится.- Она сидела, подобрав под себя ноги и озабочнно качала головой.       — Оно как-то само получается. Или ты пытаешься меня убить.       — Нет, ге пытаюсь. За мёртвого мне не заплатят.- Согён прикрыла грудь руками, внезапно обнаружив, что вся её одежда промокла до нитки и облепила тело.- подай полотенце, оно сзади тебя.       — Я не смотрел.       — Это хорошо.- отозвалась она, всё же густо покраснев.       Хоши сел и принялся вытираться, предварительно примостив на бёдра второе полотенце.       — Можешь идти? Кровь остановилась.- она озабоченно заглядывала в его лицо.       — Могу. Голова, вроде, не кружится.- он поднялся с её помощью и они медленно поковыляли внутрь.       Согён усадила принца на кровать и укрыла плечи одеялом. Его начала бить крупная дрожь.       — Рано было тебя мыть.- вздохнула она.       — Я уже не мог быть таким грязным.       — Сядь в кресло. Я перестелю постель. А то нет никакого толку в водных процедурах, если ляжешь на грязные простыни.       Он повиновался, бессильно откинувшись на спинку и прикрыв глаза. Согён хлопотала, бросая быстрые взгляды на своего неподвижно сидевшего подопечного. Наконец, постель была приготовлена и он благополучно туда переместился.       — Я хотела сегодня заняться очисткой твоей раны на груди, но придётся отложить до завтра. Пусть там побудет трава, чтобы быть уверенными, что кровотечение не повторится.- она говорила, быстро накладывая чистую повязку из полосок хлопковой ткани на его грудь.- Я сделаю заживляющую мазь для твоих лодыжек и запястий. Хоши смотрел на неё полуприкрыв веки, медленно соскальзывая в сон.       — Мне нравится твой голос, сизикара.       — Ну вот опять ты меня так называешь.- она смущённо улыбнулась, завязывая узел на повязке.       — Я устал.       — Спи, я разбужу тебя, когда ужин будет готов.- Согён, подчиняясь внезапному порыву, нежно погладила его по гладкой щеке, но он уже не почувствовал её прикосновения.