Часть 3

      После того, как Эвтида покинула мастерскую, Амен заперся там и велел никому и ни под каким предлогом его не беспокоить.       Заперевшись будто от всего мира, Амен дал волю эмоциям: взяв несколько альбомных листов, он начал рисовать её, глупо надеясь, что наваждение отпустит, что Эва исчезнет из его жизни также внезапно, как и появилась. Однако, увы, все бестолку…       Чем больше мужчина рисовал, тем сильнее осознавал, что наваждение целиком и полностью охватывает его, Эвтида никак не покидала его сны и мысли.       Со злобой бросив кисточку на пол, Амен сел на небольшой деревянный стул и стал порывисто дышать. Это простая крестьянка никак не выходила из его головы. Её образ, лик, манили и притягивали художника.       Умерив нрав, мужчина попытался включить здравый смысл, глупо надеясь, что таким образом сердце угомонится. Пытаясь мыслить трезво, Амен начал внушать себе, что Эвтида привлекает его лишь как красивая фигура, то бишь в ней нуждается «художник», что живет внутри него, а не он сам, следовательно, для того, чтобы насытиться вдоволь, ему вновь нужно нарисовать Эвтиду с натуры. Так, по крайней мере внушал себе Амен, он не желал признавать тот факт, что Эва заинтересовала его как девушка.       Правда терпеть вопрос был в другом? Как сделать это? Добиться того, чтобы Эва вновь стала его натурщицей? Эвтида же несмотря на низкий социальный статус была девушкой гордой и своенравной, потому тут нужен был иной подход…       Откинувшись на спину стула, статный мужчина, лицо которого было испачкано краской принялся придумывать план как вновь заставить Эву обнажиться перед ним…

***

      Два дня спустя       Несмотря на унылую погоду из-за грозных туч, Эвтида была в довольно-таки приподнятом настроении. Вовек запретив себе даже вспоминать каким образом она получила столь желанные деньги, Эва едва дождавшись выходного ринулась домой и отдала родителям все деньги, нагло наврав, что сеньор Амен узнав об их горе щедро отдал эти золотые монеты.       Не веря своему счастью родители с благодарностью приняли «дар» Амена и тут же уплатили все долги и купили в дом все необходимое. Эвтида же видя неподдельную радость в глазах родных, успокоилась и поняла, что поступила правильно согласившись на это позорную работу.       Вдоволь отдохнув, девушка на следующий день вернулась обратно в особняк полная сил и энергии.       Все четыре дня после выходного, девушка спокойно работала и мыслено ликовала от того, не встречалась с художником. Благо он несмотря на все просьбы и мольбы матери не выходил из мастерской, чем несказанно радовал Эву. Правда, как известно всему хорошему когда нибудь наступает конец…

***

      Завершив со всеми делами и подготовив комнату сеньоры Торегросса ко сну, Эвтида потушила почти что все свечи, за исключением той, что находилась возле тумбочки Госпожи. Глазами пройдясь по комнате и убедившись, что все она выполнила верно, уставшая Эва направилась в спальную комнату, где спали прислуги. Стараясь не издавать лишнего шума, девушка быстро переодевшись, легла под тёплое одеяло и тут же отправилась в царство Морфея не зная даже, что эта ночь для неё не сулит ничего хорошего…       Недовольные и бесконечные возгласы женщин заставили Эву с трудом разомкнуть веки. Слегка привстав на локтях, Эва поймала взглядом глаза подруги и поинтересовалась, что стряслось.       — Точно не знаю, — сонно пробормотала она, — Минут десять кто-то среди ночи неистово стучал в дверь и кричал. Вот наконец не выдержав Присси и отправилась к входной двери, дабы узнать что случилось.       Едва услышав слова девушки, Эвтида невольно поёжилась, нехорошее предчувствие почему-то стало постепенно окутывать её, отчего девушка передернулась.       — Эва! — раздался грубый голос полной Присси, отчего девушка тот час резко встав со своего места помчалась к источнику звука.       — Я здесь, — с трудом переведя дыхание выпалила Эвтида.       Впервые за все время их знакомства по доброму взглянув на девушку, Присси положила ей руку на плечо, после чего выдав:       — Крепись, — жестом указала на невысокого юношу в изношенной одежде. Проследив за рукой женщины, Эва тут же признала в парне своего соседа, который жил через дом от её родителей.       — Эва, — взглянув в глаза Эвтиде проговорил он, — Я…       Не успел парень договорить, как сердце Эвы стало биться чаще. Резко сократив расстояние между ними, она трясущимися от волнения руками, взяла парня за руку после чего спросила:       — Что-то с моей семьей?       — Не совсем, — уклончиво ответил юноша, чем ещё больше напугал несчастную, — Сильных увечий нет, они целы, но, увы дом спасти не удалось. Он сгорел дотла.       Широко распахнув глаза, девушка стала порывисто дышать. Как могло это произойти? Неужели весь их дом, труд который каждый из них вложил туда сгорел? Ох, и где же они теперь будут жить?       Ничего! Справимся. Главное, что обошлось без жертв… — подбодрила себя девушка, и тут же вновь посмотрев на соседа добавила.       — Мне нужно к родителям. Подожди меня тут, я сейчас отпрошусь у Хозяина и мы вместе пойдём.       Не успел юноша ответить, как Эва приподняв подол ночнушки бросилась к лестницам. Преодолев скрипучие ступеньки, она наконец добралась до мастерской Амена. С трудом восстановив дыхание, она принялась бесцеремонно стучать, напрочь наплевав на то, что сейчас поздняя ночь и тревожить хозяина в такое время не следует.       — Можно, — неожиданно раздался бодрый голос за дверью, отчего сотни мурашек покрыли тело Эвы.       Проглотив ком в горле и собравшись с силами она отворила дверь и вошла в ненавистную мастерскую, где на полу сложив ноги по-турецки сидел Амен держа в руках карандаш и нож.       — Прошу прощения, за что беспокою Вас в столь поздний час, — попыталась проговорить девушка, однако была наглым образом перебита.       — К делу, — коротко бросил Амен продолжая точить карандаш.       — У родителей сгорел дом, все целы. Но я должна быть с семьей. С Вашего позволения я отлучусь до утра.       Выслушав девушку, Амен оставил своё занятие, после чего встав в полный рост произнёс:       — Идти Я тебе позволяю, только вот смысл? Хочешь всю ночь провести на улице?       — Где моя семья, там и я, — не раздумывая ответила Эвы, чем вызвала лишь усмешку у Амена.       — Я не об этом, — мелодично произнёс он, — Лишь хотел узнать есть ли место, где вы переночуете? Ежели нет, то могу предложить свою летнюю резиденцию, что находится недалеко отсюда.       Удивлённо взглянув на Амена, Эва никак не могла поверить в то, что услышала. Он знаменитый на всю Италию циник решил сделать добрый жест? Верится слабо…       — Вы ведь не просто так предоставляйте кров, верно? — на собственное удивление озвучила Эва свои мысли, чем по правде говоря обрадовала Амена, мыслено отметив её храбрость он приняв спокойное выражение лица проговорил.       — Неужто в каждом моем действии люди видят подвох?       Посчитав, что оскорбила Амена своим поспешными мнением, Эва виновато опустив глаза искренне извинилась перед ним, наивно посчитав себя плохой и чересчур недоверчивой.       — Прошу ещё раз прощения, сеньор, — теребя пальцы проговорила она, — А насчёт Вашего предложения, то, если Вы не передумали, мы были бы только за.       Довольно улыбнувшись, Амен не теряя времени призвал к себе остальных слуг и велел некоторым из них сопроводить Эвтиду к родителям, а затем уже помочь им добраться до летней резиденции. Предоставив девушке несколько лошадей, Амен пожелал ей удачи, после же стал с упованием ждать дальнейшего развития событий. Ведь все шло, именно так, как он запланировал…

***

      Следующим утром       Накрыв пушистым пледом младшую сестру, Эва, покинула покои, которые выделили ей и смело отправилась в гостиную, где всю ночь не смыкая глаз просидели родители.       — Как ты? — обняв мать за плечи поинтересовалась девушка, и тут же пожалела о своём вопросе, ибо женщина, вновь принялась плакать.       Боль матери Эва понять было можно, все её вещи, одежда, запасы пищи и денег сгорели вместе с домом, который они с мужем с большим трудом строили, и теперь перед ней были лишь руины. Сегодняшнюю ночь они благодаря «доброте» Амена пережили, но, что будет дальше? Где они возьмут деньги на пропитание, новые материалы для стройки дома, при том, что на руках у них маленький ребёнок.       — Все будет хорошо, — вмешался отец семейства, с трудом передвигаясь на сломанной ноге.       Гневно посмотрев на мужа, мать Эвы демонстративно отвернулась, наивно полагая, что дом сгорел из-за того, что мужчина по привычке вновь не потушил свечку. Знала бы она подлинную причину…       Поняв, что опаздывает, девушка подбодрила родителей и заверив, что все будет хорошо, отправилась на работу.

***

      На протяжении всего дня, Эвтида несмотря на наличие грустных мыслей работала не покладая рук. Даже успела приготовить ужин на вечер вместо подруги, которая слегка приболела. Когда все было готово, Эва достав посуду принялась класть еду, однако Присси неожиданно пришедшая к ней не позволила этого сделать, заявив, что сеньор Амен ожидает ее.       — А как же ужин для Госпожи? — поинтересовалась она, на что Присси злобно посмотрев на неё заявила, что этим займутся другие. После же буквально заставила отправиться на третий этаж.

***

      Оказавшись на нужном этаже, Эва глубоко вздохнув едва слышно постучалась, и тут же получив дозволение войти оказалась в мастерской.       — Вы звали меня? — смотря сквозь Амена спросила Эва, усмиряя своё желание рассмотреть именитого художника.       — Хотел поинтересоваться, все ли хорошо, у твоей семьи, — солгал мужчина, демонстративно делая вид, что занят очередной картиной.       — Да, благодаря Вам, — искренне улыбнувшись ответила Эва, не подозревая к чем идёт разговор.       — Превосходно, — проговорил мужчина нанеся очередной штрих на красивый пейзаж, после же поинтересовался, — Ну, а место где будете жить нашли?       Будто почуяв вновь неладное, Эвтида которая ещё пару часов назад начала думать, что ошибалась насчёт Амена, наконец подняв глаза посмотрела на него и напрямую спросила:       — Хотели вновь предложить помощь?       — Скорее преподнести подарок в виде резиденции, — с ухмылкой проговорил он, и тут же оскалился увидев удивление на лице Эвтиды, — Я знаю, что крестьяне живут довольно бедно, потому осмелившись предположил, что жить вам отныне жить, увы негде.       — И Вы готовы просто так отдать свою резиденцию нам? — не веря спросила Эва, каждый клеточкой своего тела ощущая подвох.       — Просто так я разрешил переждать ночь, — оставив краску и кисть на место произнёс Амен и тут же переведя взгляд на девушку договорил, — Взамен же на мой подарок я хочу, чтобы ты вновь стала моей натурщицей.       Услышав требование Амена, Эва побледнела. Со злобой взглянув на него, девушка хотела было грубо ответить, однако Амен опередивший её не позволил этого сделать.       — Я не настаиваю, — ухмыляясь произнёс он, — Последнее решение за тобой. Родители же твои могут гостить у меня до конца твоего рабочего дня, ну а после я жду ответа…

***

      Было ли это низко и подло? Однозначно — Да. Жалел ли Амен о своём решении? Конечно же нет.        Амен, что в шестнадцать лет покинул отчий дом, во имя славы шёл и не на такие авантюры и благодаря своей находчивости всегда достигал намеченной цели. Обладая гибким умом и стойким характером, Амен прекрасно манипулировал людьми. Некоторых он подкупал деньгами, другим обещал славу, ну а с Эвой же все было намного сложнее.        Девушка не была легкодоступной, что честно говоря импонировало Амену, её не интересовали богатства и власть, все, что она делала это ради семьи. И Амен прекрасно зная о её слабости подло пользовался этим.       В первый раз он велел своим людям напасть на отца девушки, и сделать так, чтобы он более работать не мог. Прекрасно зная о финансовых трудностях их семьи, Амен ожидал, что Эва согласится стать его натурщицей. И вот теперь уничтожив её отчий дом, Амен намеревался вновь надавив на неё через семью заставить раздеться.       Робкий стук в дверь вывел мужчину из мыслей. Посмотрев в окно и увидев, что на улице уже стемнело, Амен прекрасно понял, кто пришёл к нему. Натянув улыбку, он позволил девушке войти в свои покои.       Слабый скрип двери эхом пришёлся по всей комнате, и в скором времени перед ним стояла Эвтида, что опустив голову вниз, с ненавистью прошептала:       — Я согласна.

***

      Едва услышав слова девушки, Амен расплылся в улыбке. Взглянув на проигравшую в этой неравной битве Эвтиду, мужчина велел ей войти и закрыть за собой дверь.       — Я думала, мы пойдём в мастерскую, — аккуратно закрывая дверь проговорила несчастная.       — Я хочу нарисовать тебя здесь, — без тени сомнения проговорил мужчина, и тут же подошёл к шкафу. Достав оттуда мольберт и несколько листов с карандашами, он затаив дыхание стал наблюдать за Эвтидой.       Ты уже это делала, — мыслено подбодряла она себя, — несколько дней позора и у твоей семьи будет крыша над головой       Скривив рот от собственных мыслей, Эва лишь сейчас осознала, что думала также как и те падшие женщины из борделей, которые также от нехватки денег и плохой жизни раздвигали ноги перед богатыми мужчинами.       — Насчёт родных можешь не переживать, — хищно прищурившись проговорил Амен, — До утра их трогать не будут, ну а после я отправлю гонца, который сообщит им радостную новость.       Подняв взор к небу и мысленно спросив у Господа за что ей все эти испытания, Эвтида с тяжёлым сердцем разделась и в очередной раз предстала перед Аменом во всей своей красе.       Когда ненужное платье упало к ногам девушки, Амен будто оцепенев не сводил пристального взгляда с Эвы. Все было так, как он и помнил. Идеальная, восхитительная, сексуальная….       — Подойди туда, — велел Амен, жестом указав на балку, что держала балдахин над кроватью, — подними руки вверх и посмотри в окно.       Ненавижу… — последнее о чем успела подумать Эва, прежде чем перешагнула через своё изношенное платье и направилась к кровати.       Встав подле балки, она как и велел Амен подняла свои руки над головой и переведя взгляд на окно, позволила свету от свечи озарять половину лица.       Напрочь забыв о мольберте, Амен лишь смиренно стоял и наслаждался изяществом её тела. Как же она была хороша…       Мужчина, что обычно всегда контролировал свои эмоции, теперь не мог мыслить трезво. Приставучая мысль и желание коснуться нежной кожи Эвтиды сводили его с ума и никакие старания не могли его отвлечь от этого.       — Подумай о чем-то пошлом, — наконец взяв эмоции под контроль произнёс мужчина, и тут же увидев немой вопрос на лице девушки произнёс, — Для картины мне нужно, чтобы твои «горошины» были выпуклыми.       Невинная и неопытная Эва, продолжая смотреть на Амена искренне не понимала о каких горошинах он говорил. И причём тут была пошлость?       Прекрасно поняв, что девушка в замешательстве, Амен лукаво улыбнувшись спросил:       — Позволишь помочь?       Не удосужившись даже получить ответ, Амен за считанные секунды сократил расстояние между ними. Затаив дыхание, он вплотную приблизился к девушке и стал с особым удовольствием разглядывать её со столь близкого расстояния. Несмотря на полумрак Амен отчетливо видел каждый изгиб на её теле: как тело покрывается мурашками то ли от холода, то ли от его взгляда, и конечно же как быстро подымается и опускается её упругая грудь, с манящими ареолами коричневого цвета.       — Как Вы хотите мне помочь? — с опаской поинтересовалась Эва, и тут же увидев как кисть Амена дёрнулась, добавила — Только без рук!       — Как будет угодно, — улыбнувшись произнёс Амен, после чего под удивлённым взглядом девушки, слегка присев на корточки, он демонстративно убрал руки за спину, и в ту же секунду не колеблясь, провёл языком по чувствительному соску.       Не успела Эва сообразить и оттолкнуть наглеца, как Амен дико возжелав девушку, взял в рот упругую грудь Эвтиды и стал слегка покусывать неожиданно затвердевший сосок.       — Не смейте касаться меня! — грубо прокричала несчастная, резко отшатнувшись назад и тем самым «высвободив» грудь из-под власти Амена.       — Я сделал так, как ты и просила, — победоносно улыбнувшись произнёс он, — Мои руки тебя не тронули, про язык и рот речи не шло.       С ненавистью взглянув на мужчину, и решив, что с неё хватит унижений Эва быстро прикрыв грудь рукой ринулась к платью. Подняв с пола своё старье, она собиралась было покинуть покои бесчестного человека, однако Амен этого не позволил…