Утопая в бессилии

…Иногда я могу беспричинно задыхаться. Посреди готовки с ножом в руках, посреди валяния или просиживания в выходной день перед бессмысленной передачей по телевизору, посреди рабочего процесса или очередного отчитанного от босса дня, после еды в неопределённое, "смутное" для компаний время, во время прогулки. Это чувство настигает меня, где бы я не пыталась прятаться. – Мой милый эксперимент подружился с кошачьим отродьем, недостойным жизни… Великолепно, кролик, великолепно, я рада, что внутри твоего антисоциального внутреннего сохранились навыки коммуникации! – с каждым новым словом сменяя воодушевлённую речь на сдержанный приказ, Аки сбрасывала улыбку с лица, прокалывая звуками металлических игл всё помещение маленькой таверны. – Довольно игр. Пора вернуться к тому, с чего мы начали, Мелани. Дёрнувшись в сторону, краем глаза Мелани заприметила непринуждённую, дробящую череп мимолётную слежку из каждого окна, с двери и напротив второго выхода, – каждое движение, каждый дрогнувший мускул будто был записан на сотни глаз, не способных моргнуть. Девушка оказалась взаперти, зажатая вниманием Аки с любой стороны. Казалось, даже потолок, следуя накапливающемуся безмолвию, стремительно падал, задавливая гостя с яростной кровожадностью. "Такая взрослая, но всё равно пытаюсь убежать от любой проблемы… Какая же я жалкая и никудышная взрослая, совершенно никудышный человек, способный лишь ныть и рыдать над пробле мой, ключ к которой для других может быть как на ладони… Прост и, естественно, очевиден… Убегать слишком легко, чтобы не пользоваться этим, да, Мелани… Ты б-был прав, Феликс…" Стоит мне лишь встать на месте и глубоко вздохнуть и всё пройдёт. Разве, не бывает ничего неизлечимого?.. Но иногда я задыхаюсь особенно сильно. В те моменты, когда я давлю на саму себя из-за неопределимых мною и людьми вокруг обстоятельств, в моменты, когда я попросту не хочу жить – тогда я задыхаюсь по-настоящему… И тогда весь живот покрывается ранами глубокими, слово укус длинномордой твари, вместо клыков которой – заточенные стальные нити, с лёгкостью разрезающие кожу. – Почему же ты стоишь, кролик? – Портяльное Чудовяще… – наконец, затрещав хвостами по бару, вспыхнувшая всей шерстью на дыбы, Роро зашипела в сторону заваливающей свою персону внутрь Аки. – Я устала игряться с твоей мерзкой аурой!.. Убярайся прочь, иняче Король Фейри ня потерпит такого гостя. Если я ня выживу здесь – владыка выкопает тябя из-под зямли, ня пожалеет някаких сил! – Смотрите кто активизировался… Бесхозная, никому не нужная кошка… Уверена ли ты в собственных словах? – заколебавшись, Роро, будто поддавшись Аки, медленно потянулась за мечом. "Я бесполезная, просто бесполезная … Почему я до сих пор жива?.. Лучше бы меня вообще не существовало… Мама и папа бы не страдали, Феликс бы жил вместо меня…" Будто давящая водная толща на глубине сотен метров, грудь Мелани отказывалась дышать, сливаясь в безумной череде, потоке мыслей, действий, пытаясь набрать хоть каплю воздуха в лёгкие, и перепадов настроения от потери кислорода. Всего однажды, когда неторопливую новенькую выперли за постоянные ушибы на работе, за которыми следовали бесконечные медосмотры и признаки серьёзных заболеваний, Мелани благополучно уволилась, перестав терпеть жуткую, многолетнюю боль в животе… Период, когда малейшее напряжение и волнение вызывали нестерпимую резню внутренностей, – лишь капля в море перед тикающим дыханием и всепоглощающими насмешками той, что ныне стоит выше всех в таверне посреди мира, неизвестного и непонятного ни единым своим правилом для Мелани. "…тогда большая часть проблем ушла сама собой… Возможно, кто-то бы скорбел о мне, пожалел бы мою могилу, оставил хотя бы маленький цветочек… Пожалуйста, хотя бы маленький цветочек…" …Но с каждой секундой, я чувствую лишь сжимающееся сердце изнутри и извивающийся желудок, готовый выскользнуть из горла. Прошло всего несколько секунд с вкинутой словно щелчком пальца о черепную коробку фразы из-за спины Мелани от Аки, стоящей мирно в отдалённом дверном проёме таверны, постукивая по ближайшему окну в поисках ответа от сидящих в беспокойстве девушках. Хруст окна нарастал с каждым стуком, мирно перехлёстывая сотни мыслей и идей о скором спасении извне… Но никто не пришёл. Никто не хотел звать на помощь и грызться за незначащую ничего Мелани, ничего, кроме осадка из случайно кинутых дружелюбных фразочек. Тик, так… Тик, так… Вскоре, постукивания по окну перестали хрустеть и принялись расчленять древесные кроны по краешкам стола, медленно приближаясь за соседний столик. Пара цоканий каблуком, скрежет от повёрнутого стула и вот – Аки уставилась на дрожащую спину св оего драгоценного эксперимента, потягиваясь от усталости. – Разве ты хочешь дальше, вот так, докучать той, что ненавидит взаимодействовать с другими существами? Ответь себе честно, Мелани Сайгак: не причиняешь ли ты этой мерзкой пародии на полудуха неприятности?.. – высовывая язык, покрытый язвами, Аки улыбалась, глядя на разрастающийся гнев Роро. – Если "Демон" – второе имя Дьявола, то… Какое у тебя второе имя, кошка?.. Глава навозных гниющих останков?! – Х-р-р… Хш! Мелани вовсе не хотелось отвечать. Ей хотелось убежать как можно дальше, но... Голова наполнилась внезапно проскочившими переживаниями и воспоминаниями о точно таком же чувстве там, на кухне родного мира, где её ощущения реальности впервые столкнулись с жалостливой действительностью в порыве нервного срыва… Кажется, тогда она чувствовала нечто, что глубоко перечёркивает и стирает из представлений в разуме слово "кошмар". Нечто, что перестраивает сознание в слово, на голову перешагивающее от страха и кошмара ниже, туда, где наступает апатия от увиденного ужаса… Мелани считала порезы и углубления в стойках, количество выпитых и ещё не распакованных бутылей, примерное расположение каждой капли в ночном дождике, приближающим её ответ к губам всё ближе, с каждой секундой. Ещё секунда и, казалось , её разорвёт от нетерпения, с её глаз потекут слёзы, и она больше никогда не встретит нормальную жизнь. "Вижу каждую малейшую каплю… Зачем мне это?.. Зачем мне видеть то, что не поможет выжить… Я больше не хочу владеть чтением эмоций… Ведь внутри неё я вижу лишь желание поиздеваться над моим рассудком!.." Встав из-за столика с двумя маленькими настойками в левой лапе наперевес огромному клинку в правой, Роро всмотрелась в загадочную гостью и, цокнув, остановила внезапный порыв эмоций тяжёлым вздохом, вставив клинок в небрежные невидимые ножны за спиной. – Что ты здесь з ябыла, Портальное Чудовяще? – рявкнула Роро, разведя руками. – Ня станешь ты ради вяселья разгуливать в приюте для "нячтожных" Фейри. – Спасибо за тёплый приют и сопровождение моей девочки, Носитель Кирихары, – лишь приподнявшись и сделав пару неспешных шажков, Аки защекотала пальцами шею Мелани, заставив ту непроизвольно пискнуть, пока кошка скалила зубы и презрительно наблюдала за действиями гостьи. – Я хочу увидеть, к чему ты приведёшь свою судьбу… Действуй Мелани… Время пошло… Плечи Мел ани начали опускаться и смягчатся. Вместо ожидаемой печали или неприязни, лицо Мелани вдруг засветилось в нервной улыбке, прежде чем Роро смогла понять истинную природу столь резких изменений… "Даже если Роро захочет мне помочь, какой в этом смысл? Я останусь такой же жалкой, такой же слабой и мерзкой, какой была всегда…" Украдкой смотря на Аки исподлобья, Мелани тихо попрощалась с этим местом и, повернув тело к входу, она, шоркая ногами, поплелась в его сторону. Её доселе спокойная и невыразительная, но упрямая поза сменилась на покорную и неспешную, полусогнувшись и скрестив руки, будто умирающий старик, прося Бога о помощи на ходу, скудно умоляя его забрать жизнь, избавив от мучений… Борясь с желанием рвануть в сторону, протолкнув себе верный путь к смерти, Мелани озаботила застывшую от недоумения Роро: "Вмятина… Оня оставила вмятину в твёрдом деряве?.. Если я и понямаю, что в одяночку, тем более сейчас, я ня смогу одолеть… Я должня рискнуть, но ня могу. Я ня могу рискнуть, если Меланя Сайгак не даст понять, что мне дозволено вмешиваться… Лишь тогда я смогу помочь стякляшке ..." Но, вдруг встав посреди таверны, Мелани резко присела, приобняв колени, будто съёжившись внутри образовавшегося кармана в самую маленькую пылинку, что возможно представить. Послышалось неровное дыхание и безуспешные попытки заглушить истерические вздохи руками, переходящие от слабого писка к истерике. " Мне страшно… Я не хочу идти. Почему мне так страшно?! Пожалуйста… Я не могу просить, никто мне не поможет, потому что так мне станет только больнее… Пожалуйста, помогите! Помогите мне! Помогите мне, пожалуйста… Пожалуйста… Мне страшно. Мне страшно, я не хочу умирать, Помогите!" – П… Гите… Пош… йста… – шёпотом , случайно выдавив слова, Мелани озвучила невнятные мольбы, рассмеявшись на всё помещение. Вспомнив вдруг о чём-то столь далёком, что почти неважном до сегодня, до этого момента, Роро зашевелила хвостами, опустив уши на макушку. Вылакав один из бутылей и громко шлёпнув по стойке рукой, Роро бросила свой огромный меч прямо перед носом туфлей Аки, прикрепив огромный клеймор лезвием меж досок в полу, пристав к спине Мелани, и тут же развернула её неповоротливую сконфуженную форму побитого мышонка к себе. В ответ на резкий выпад и потрясывающие толчки руками, Роро получила лишь отрешённый и просящий прекратить перформанс взгляд, принявший свою судьбу… О блокотившись кошачьей мордочкой к лицу и плечам Мелани, приподнимая её ладони к своим мягким щекам, нежно мурлыкая через каждые пару секунд, Роро начала непроизвольно тереться о её щёки. Ещё с минуту погладившись о девушку, лапка кошки вытянулась вперёд, что-то начертив у себя и Мелани на груди, с прерывистым дыханием отстранившись от еле трепещущей Мелани, будто отвергнув что-то изнутри себя, наплевав на собственные убеждения… С полной уверенности грудью, заполнившей лёгкие свежим кислородом, Роро задвигала ушами и вскочила на ноги, небрежно подтянув к себе огромный меч, будто невидимой нитью, приставив лезвие к виску курящей из неоткуда появившуюся трубку Аки, чуть раздражённую выходкой своей подопытной. Тем временем, незаметно вылакав второй бутыль, Роро начала причитать: – Никда она н падёт, пняла?! Я зазрез… Разрезиз… Заререз… Зарезерривовала её, ясня? – выкрикивала Фейри, тыча пальцем в нос Аки. – Оня – моя хзяйка. Убрайсь-ка ты с глаз, чудще! Брыс-брыс, схинь с гляз. – Вот как получилось, – чуть отодвинув оружие от лица, Аки скорчила скучающее лицо и всмотрелась в глаза Мелани, стоявшей посреди таверны с потерянным видом, быстро отвернувшей взгляд от глаз, пожирающих любой свет от навалившихся гроз. – Какой потерянный вид, но в тоже время прекрасный, чарующий любовью и ненавистью взгляд, ты и правда такая стесняшка, Мелани. Я думала, мы стали близкими подругами после нескольких встреч и разговора, а ты всё не можешь признаться в том, что тебе что-то не по нраву… Даже привлекла собой это отродье. " П-привлекла?.. Я… Правда не могу признаться? Наверное, она п-права, мне нет смысла стараться, всё равно я не смогу ничего с-сделать… Я всё такая же бесполезная," – потирая плечи от накатившихся мурашек, Мелани тихо хихикала с маленьким ручейком из слезинок у глаз. – Всё боишься сделать всё сама, прячась за спины более сильног о и ответственного, что так браво защищает твои скромные желания… Хотя, как в таком чахлом и неуверенном разуме может возникнуть не мнимое страхом и переживаниями перед ликом смерти желание? Даже не могу поверить, что ты жила так большую часть своей жизни. Девушка-охотница за папочками и мамочками, что решат твои проблемы, вот значит кто ты! Ясно, ясно… Мне всё кристально ясно о твоей сути, Мелани… Вот, значит, кого ты любишь, порождение… – О-о чём ты говоришь? – будто выдавливая из себя эти слова, Мелани начала оглядываться вокруг. – Я н-никакая не ох-хотница… – Ты ленишься даже за себя постоять, какая жалость! Какая жалость… – Нет… Я, подожди, я ведь… – Ты милая или жалкая? Скорее, как кролик без лапок. Да, тебя так хочется приручить и жалеть каждый день, подсовывая морковки! Как мило, Мелани Сайгак. Как мило… Что ты ещё меньше походишь на минимально функционирующее существо с мозжечком, чем это кошачье отродье без семьи… Вы так сдружились, что мне аж мерзко. В голове Мелани характерно всплыла навязчивая мысль, подозрительно часто пропадающая где-то в глубине других, таких же жалких и уничижающих чувств: " Она… права." Нельзя жить в обществе, не зная, как себя защитить от чужого, скользкого, покрытого лезвиями языка, режущего бритвой по свежим ранам. Невозможно жить и существовать там, где ты не можешь выстоять перед навалившимися угрозами… "Однажды, ты должен будешь ответить за каждый свой грех перед тем, кто будет судить тебя вне зависимости от того, знает ли он эти грехи, и знает ли он тебя… Ты знаешь свои грехи. Когда-нибудь, ты отдашься им полностью и, бесповоротно завернув не на ту грань рассуждений, ты начнёшь искать их там, где их не должно существовать. Ведь ты грешный-грешный человек, жалкий и ничтожный в сравнение с господом-судьёй… И кто же этот судья в моей судьбе?.. Я сама." – Прекрщай, чудовще, убрайс я сказала! Я разрешу твою надмянную морду поплам, пняла?! – замахнувшись с плеча, Роро промазала по увернувшейся Аки, с грохотом вытащив меч из застрявшего пола. – Заткнись, бездомная тварь. Как тебя?.. Ах, точно-точно… – навалившись телом над опьянённой Роро, Аки сконфузила брови в недовольный домик. – Хахану Роро, ничтожный ребёнок в теле взрослой и умной Фейри, ограниченная обязательством хранить Кирихару только, кажется, три века назад… Угрожает мне? Мне стоит принять твою самоотверженную попытку суицида и преподать урок хороших манер к старшим по силе, раз уж ты хочешь поскорее к праотцам… В этом мире убивай или будешь убит! "Завистливая, жадная до чужого мнения, ленивая психопатка с тараканами в голове. Жалкий человек без способностей и талантов… Мне не стоило жить. Феликс жил бы намного лучше, не будь меня рядом. Все станет только легче, если я умру." – Пр якращай погружаться в себя, Меланя! – тряся тело Мелани, Роро инстинктивно поворачивала голову каждый раз, как Аки пыталась что-то написать пальцами по столу или в воздухе. – Ня мечтай, тварь!!! Ты ня воспользуешься и каплей мягии в присутсвии Нясителя Кирихары! "Почему-то, я верю Меланя… Почему? Почему я тяк желаю защитить и образумить эту стяклянную… Няважно! Сейчас это няважно! В любом случяе, я должня выиграть время… Быть может, Меланя сможет придумать план, как победить превосходящего противняка!.." – л ишь взмахивая рукой в сторону надписей на столе, Роро будто ветром поднимала огромный меч, жестом разрубая мебель таверны и мечась к девушке из стороны в сторону огромными прыжками. Может, всё это время лишь я нагружала себя проблемами, может, проблема всё это время лежала во мне?.. Почему я так страшусь идти с Аки? Что даст это беспочвенное чувство страха, вдруг возникшее из-за глубин сердца, кроме сожалений и страданий от неправильного выбора? Умею ли я вообще выбирать хоть что-то? Почему все помыкают мной, хотят сделать так, чтобы страдала лишь от одной мысли, что мне придётся думать самостоятельно?.. Пережёванные в одиночестве прошлой жизни, мысли не переставали кружит в голове стоящей посреди таверны Мелани. "В конце концов, передо мной грызутся безумные создания. Они будто и не сражаются вовсе, а играют в импровизированный танец, всё время обмениваясь ударами и направлением своих атак, передавая первенство всё тяжелее и смутнее, нехотя протягивая каждое движение… Какие же они медленные…" – отражались от стенок черепа мысли, глядящие на обменивающейся выпадами и ударами, прыжками от стен ближайших домов и невидимой рукой, направляющей клинок к цели впереди, Роро и совершенно безразличную к поединку Аки. Царапая каменную кладь, Роро вгрызалась в каждый сантиметр сражения, постоянно опаздывая, перелетая лишь на мгновение появившиеся образы исчезающей Аки, безэмоционально парирующую каждый удар. Хлестав огромным клеймором по всей улице, Роро разрезала стенки домов. До тела Аки оставались считанные неуловимые мгновения. И вновь, удары проходили сквозь, застревая в щелях каменного пола… Пока Аки, муштруя Роро ударами в голову, заливалась удовольствием. Ливень давно прекратил хлестать раздутые и продырявленные коррозией крыши, зарябив тихой дрожью по лицу. Лицу, обрамлённому в что-то мокрое, мягкое и маленькое… Мелани не заметила, как сама вышла на улицу, обмачивая доспехи и чёрную ткань в прыгающий дождевой след… Капли воды, будто огибая каждое движение Роро, как ветер, проносились меж потоков выпадов. Следуя за перепадами в скорости, капель не успевала остывать на разгорячённой Роро. Аки же, напротив, капли словно и не огибали… Как послушные собачки, они лишь прыгали вокруг, пытаясь взобраться, но не могли и на метр приблизиться к этому чудовищу. "А что если… Мне уйти?.. Так горько стало внутри. Так тоскливо. Что будет с Роро? И что будет со мной? Почему эта пустота так разрослась…" – Всё равно, – вскользь прошептала Мелани прямо перед запыхавшейся Роро. Посреди улицы, таверны, порубленной колющими ударами, укрытой домами, оставшимися без крыши, вдруг встали три статуи, доселе выяснявшие собственные чувства то клинком, то душевными терзаньями. Аки, всё время убегающая от атак Фейри-кошки, вдруг встала в позу, готовая принять удар, облачившись в взявшийся из неоткуда пиджак с красным платочком. Серый и красный глазки Хахану Роро, до того готовые выпрыгнуть из век вслед за желанием перерезать глотку Аки, резкие и суженные, стали смягчаться, чуть закрываясь ресничками в печальном выражении… Присмотревшись к выражению вскинувшей глаза и неловкое молчание на поединок Мелани, Роро схватилась за голову, мыча в такт барабанам внутри груди… Одинокая слезинка в порыве эмоций проскочила по щеке пря мо к земле, к своим собратьям, смешавшись в луже. Казалось, лишь за малейшее подёргивание носом Роро поняла всё, о чём до того думала Мелани. Потянувшись к девушке со сжатой рукой на груди, Роро вмиг отбросила огромный меч назад, со скрежетом врезавшийся в ладонь Аки. Но, приблизившись ближе, Роро лишь тронула щёку потухшей Мелани, накрыв её голову лёгкой безрукавкой и вытерев нос. В мгновение ока меч снова оказался в крепких лапах летящей на Аки Роро, прежде чем послышался гулкий звук удара металла о металл. Выставив на вид хлипкую ручку впереди себя, Аки полностью заблокировала удар рычащей Роро, постепенно переходя с горделивой улыбки до лёгкого смешка. – Аки… Аки Нирванн… Хахану Роро, хех… – заговорив взбудораженным голоском, Мелани прервала спарринг двух чудовищ, прежде чем вновь открыть замечтавшиеся глаза. – Не советую играться со мной в кресты, дрянь. Побереги свои драгоценные хвостики, – опрокинув меч за спину духа, Аки взяла Роро за щёки, начав легонько разминать их своими пальцами в ответ на ненависть сквозь стиснутые клыки. – Хорошая кися. Не мешай взрослой женщине открыть в ней силы сражаться… Послышался шлепок. Ударив ладонями о щёки, Мелани взбодрила рассудок, прежде чем вновь погрузиться в мутные мысли. Внезапно, Мелани впала в мысленную дыру, окончательно потеряв из виду всё, кроме собственного внутреннего голоса: "Я сама хозяйка своей судьбы… Хорошо… Но как мне это поможет помочь Роро?! Как мне помочь Роро?! Что я могу, за что уцепиться?.. Игра… Кажется, Роро что-то говорила про игры… Если хочешь ответов – поиграй с этой чокнутой! Аки обожает игры, значит мне достаточно заполучить немного её внимания и загнать туда, где мне не нужна грубая сила против неё. Но что это за игра, что заставит даже такое чудовище встать со мной вровень?! Даже просто разговаривая от меня не будет пользы, да и на игру это… Игрой не назвать, но если…" – топнув ногой о хлёсткую каменную кладь, Мелани вмиг оказалась подле чудовищно вылизывающих раны друг друга существ, выставив всю себя прямо под удар, и со звоном выкрикнула: – Я бросаю тебе вызов: поиграй со мной, Аки!.. – встав меж перекрёстных огней, чуть не получив мечом меж глаз, Мелани гордо взглянула в увеселённые глаза, пожирающие мельчайший свет, что мелькал меж их личин, кровожадно уставившиеся на неё. – П-пора прислушаться к своему д-драгоценному эксперименту и отпустить… М-мою подругу! Поиграй с-со мной!.. Не успев и слова вымолвить, Хахану Роро встала в ступор, увидев, как ныне кровожадное создание, с каждой секундой приближающее её смерть, ныне, лишь стояло и постукивало пальцами по локоткам, обдумывая сказанное девушкой, вставшей перед ней щитом… Лязгнувший о дорожный узор полый меч пробудил чуть не грохнувшуюся от усталости Роро, облив Фейри свежей лужей с каплями крови с головы… Ливень, ранее пришедший за Аки, стал постепенно затихать, обнажая звёздный свет от небес. Положив руки на плечи Мелани, Фейри-кошка опустилась на колени, съезжая к ногам, и вставила меч в невидимые ножны, усевшись на мокрую дорогу неподалёку таверны, с облегчением выдохнув от ожесточённой схватки, вылизывая языком свежие раны по всему телу… Вздрогнув, Роро наблюдала за каждым сменяющим мгновением себя выражением Аки, приняв решения ожидать любого знака об опасности от новообретённой хозяйки: "Портальное Чудовище ня раняло меня глубоко… Я чувствовала, будто оня поддаётся, ня раскрывает часть припасённых фокусов… Но и Меланя ня так проста… Откуда в няй так много самобичевания, разрезающего даже внутрянности… Особянно живот. Весь в крови, будто изрезянный сотнями няжей." – мурлыкая, Роро вслушивалась в каждое предложение из уст вопрошающей и принявшей вызов бестии. – Если чего-то захочешь, что сразу бросаешься из огня да в пламя, Мелани Сайгак. В твоих словах есть доля надменного, даже горделивого вызова на дуэль меж королевой игр и ещё "зелёной" тобой… Хотя наполнены они, скорее, желанием жить, – поворачивая голову то к Роро, то снова к Мелани, Аки кровожадно уставилась на спокойное лицо Мелани. – Не зря ты мой лучший образец… Хорошо, я принимаю твой вызов, ведь я никогда не проигрываю, так и знай! Но… – Н -но? – приготовившись к худшему, Мелани опустила руки, схватившись за живот. – Подумай головой, Мелани Сайгак, подумай хорошенько. Что ты мне можешь предложить? – с каждым новым словом, тело Аки, медленно прошагивая, волоча ногами, всё шустрее и шустрее извивалось вокруг стоящей Мелани, лишь изредка останавливаясь и смотря ей прямо в глаза крамольными впадинами на лице. – Брошенная в одиночестве, замкнутая, несговорчивая и асоциальная Мелани, чьи интересы не выходят за стены личной комнаты. Сколько раз ты выбрасывала все вещи, пытаясь забыть то, что полюбила?! Разве такой человек, нет, разве такое ничтожество может противостоять мне? Ответь мне, Мелани: что мне может предложить человек, который не имеет за собой ничего?.. – Я… Я и правда могу п-предложить немного… Р-разве что, да … Знания о другом мире. Наверняка даже ты знаешь о моей родине не так много, как я, – чем более открытой и уверенней была слышна речь Мелани, тем сильнее и сильнее её сердце сдавливалось, приказывая тотчас остановиться. – Т-ты ведь не всесильна… Я чувствую внутри тебя т-такую же с-слабость, такие же с-сокрытые глаза слабости… Тело бросалось в дрожь, сжимая кисти и опуская плечи в нервном тике, пытаясь скрыть собственную слабость там, где-то внутри, куда никто и никогда не сможет заглянуть, от одного лишь упрямо-угрожающего взора исподлобья от Аки. – Единственное, что ты не отняла у меня – мои знания о себе и Земле. Сыграем, Аки: три вопроса каждой из нас от противоположной стороны, при этом честность вопросов будет зависеть лишь от игрока… Т-ты и я будем совершенно не ограничены ни вопросами, ни ответами, будь они правдой или ложью. Правда, интересно?.. – Хм... Интересная игра, что если связать её с контрактом… Хотя, это будет скучно, ведь тогда выигрывать буду только я… – послышался щелчок пальцами ровно перед тем, как Мелани почувствовала под собой гладкую поверхность деревянного стула, а её руки не были сложены на столе прямо перед Аки, переминавшей ноги под столом. – Так будет удобнее. Как обороняющаяся сторона, я поставлю пару незначительных ограничений… Вопросы не должны касаться меня или тех, с кем я связана лично, вопросы, не затрагивающие предмет поверхности или внутренности этой планеты, будут отклонены… Вопросы, касающиеся неправильного будущего, будут также отклонены. Начнём? "Жёсткие и одновременно размытые ограничения, не дающие даже намёка на то, кто такая Аки, а также о тех, с кем она связана… И что за неправильное будущее?.. Вот почему она любит это, – не играть, – издеваться над оппонентом, выставляя выгодные лишь себе требования… Специально ли Аки просчиталась, упомянув что-то помимо этого мира?.. Сейчас нет смысла думать об этом, я смогу лишь узнать то, что разрешено, неизвестно, что она может выкинуть, если я не соглашусь с её ограничениями…" – прикусив губу, Мелани со скрипом протянула руку Аки, со стороны наслаждавшейся сомненьями девушки. – Позволишь мне ввести одно ограничение для тебя? – прошептала Мелани, видимо, не надеясь быть услышанной. – Это- – Вот, что ты скрываешь… Хах, ха-ха… Интересно! Хитрая лиса хочет оградить свою дрянную семейку? Или же прошлое, связанное с ними?! Мудрое решение. Ты куда интереснее, чем я представляла изначально, Мелани Сайгак, – пожав руку Мелани, Аки облокотилась на спинку стула, прижав скрещённые кисти к носу, наблюдая за поведением девушки напротив. – Но знай, я всегда узнаю о других намного больше, чем даю им узнать о себе. Даже, если ты будешь лгать в каждом собственном ответе. Твои глаза не дадут соврать! – Ограничение: любой вопрос о моей семье будет отклонён… – скрестив руки в локтях, удерживая изнывающий желудок, начала сквозь зубы Мелани. – Начнём с моего вопроса: что ты сделала с моими глазами? – Лишь очищая глаза от завесы песочной пыли, люди понимают их значение. Ты ведь с самого начала смотрела на этот мир по-другому, потому что некоторые органы даже я воссоздать в точности не могу. Учитывай это, сражаясь с кем-либо, твоё тело всё ещё содержит тебя "старую"… В какой-то степени!.. Скажем так, теперь ты видишь этот мир так, как должна. – М -мне было больно, страшно, ужасно противно и мерзко видеть свои собственные глаза на траве… Ты хоть представляешь, как мне было больно, тварь?! – выкрикнула Мелани, вытаращив вперёд глаза, наполненные мгновенным ужасом от собственной задумки. "Разозлённые люди говорят в горазд больше правды, нежели спокойные… Н-но могу ли я позволить разозлить её?.." – Мой черёд, кролик, – разъярённые глаза, пожирающие удивлённую Мелани, и резкий щелчок пальцев вновь вернули девушку в реальность. – Как тебе твоё новое тело? – Ты… Ты правда любишь просто поиграться над слабыми. Тебе ведь больше ничего не надо, если говорить про эту твою широченную улыбку… Мне беспокойно, будто что-то внутри стучит по желудку. Чьё это тело, где ты его украла или… Нет, мой вопрос будет другим. – Хм… Ах, я спрашивала вовсе не тебя, Мелани… Твоё мнение меня не волнует, гораздо волнительнее было бы услышать его… – наклонив голову от недоумения, Аки попыталась состроить какую-то милую мордашку, вместо этого лишь выставив глаза во всю ширь в глупом удивлении. – Но у тебя и правда красивые глазки, кролик, прямо как я представляла! Продолжай, пожалуйста… Мне начинает нравится эта игра. – Что это за мир? – Кажется, кто-то возмущался над моим вопросом?.. Я знаю, что ты хочешь услышать, – собравшись с мыслями, Аки перевела взгляд. – Историю. Как я помню из Древних Свитков, что в Эльфериуме, а также в Магическом писании, что в Чёрных Землях, с древних времён этот мир не имел чёткого имени или названия. Всё пришло само собой после некоторых событий и пришествия великого Первого Святого героя Альки, озарившего мир светом. Мир сам изменился с новым именем – Алькатран. Ни одна раса, народ, этнос, язык или материк не могут называть его иначе. Это Закон. Моя очередь! Я угадала с цветом волос, кажется, розовый не твой любимый? " Это всё больше походит на глупую шутку. Почему она даже не пытается придумать вопрос? В её глазах ни капли лжи… Что она задумала?.. Кажется, перед игрой она обмолвилась о каком-то контракте. Её лицо стало серьёзнее при упоминании этого слова… Однако ни один вопрос совершенно не касается Земли или моих знаний, лишь мои вкусы… Интересно, какая выгода ей с таких вопросов? Что будет, если я, всё же, смогу разозлить её…" – У Мелани мило подёргиваются губы, когда мысли покидают тело, не правда ли, блохастая? – отвлеклась Аки. – З яткнись, Чудовище! Я ещё ня простила тебя за удар по голове! – огрызалась Роро, вылизывая раны. – Дай мня время восстановиться и я уделаю тябя в прах, дьяволопоклонняца! – Я ненавижу розовый, н-но что ожидать от той, кто совершенно не разбирается в людях. М-мы одинаково жалкие, не так ли? – с каждым последующим слогом, в лёгких Мелани тяжело переминался новый воздух, будто пылая от частоты вздохов и усилий, лишь бы не ослабеть от веса собственных слов. – Кхм... Н-не так л-ли? – Продолжай, Мелани Сайгак. Наша игра в вопросы ещё не завершена , здесь не к чему этот фарс, – пробубнила Аки спокойным, механическим, серьёзным тоном, не отрывая взгляда-бездны от забегавших глаз Мелани. – Т -третий вопрос: насколько этот мир похож на Землю? – Отклонено , – на мгновение, Мелани показалось, что глаза Аки, до того чёрные и глубокие, словно морские впадины, превратились в обыкновенные, человеческие глаза с отчётливой радужкой, однако резкий выпад в сторону от таверны заставил Мелани поморщиться и проснуться. – Контракт есть контракт, хотя… Я с таким усилием служила ради этих чёртовых двухсот лет... Кажется, завершающий вопрос: хочешь перестать быть моим кроликом? – Что ты имеешь ввиду? – задумалась Мелани, приподняв скрещённые пальцы к столу. – Ха-а… Твои вопросы давно кончились, Мелани, – выказав явное недовольство внезапным потокам мыслей в голове, Аки вдруг начала беспристрастно реагировать и шевелить губами, в точности повторяя все мысли вплоть до запинок внутри разума Мелани. – Как жаль… Офисные клерки такие ме-е-едленные… Нет, не эта. И не эта… И не эта идея, всё не верно… Как же сложно с тобой, Мелани, прошлые кролики вели себя более ярко и отрешённо, но ты будто и не хочешь включать голову, когда необходимо! "Это чудовище могло меня обмануть, хотя и так не смогло рассказать правду об этом мире… Алькатран, значит. Что мне будет с того, что я перестану быть её подопытной крысой … Я не могу объяснить её предвидение и чтение мыслей, не могу объяснить её грозную силу… В таком случае, эта игра кажется бесполезной, если только… Я ничего не стою, если не буду её игрушкой, это то, о чём она хочет мне сказать?" – Спасибо за игру, Аки… Однако, – привстав к Аки вплотную, еле сдержав дрожь от прижавшейся руки улыбчивой твари на своём лице, Мелани обратилась к всепоглощающему взгляду, полному удовольствия. – К-кажется, ты говорила что-то про контракт. – Ах, ты про это. Что ж, я могу и не сдерживать это внутри себя… Как бы выразить эту систему правильнее… Я заключаю контракты со всеми, кто меня знает или пожелает видеть меня. Как думаешь, зачем мне порталы? Риторический вопрос. Я знаю твоё желание, Мелани Сайгак, не ты одна обладаешь удивительной догадливостью, пока стоишь на краю пропасти, – встав и протянув руку вперёд, засучив рукав пиджака, Аки осветила, казалось, гниющую руку, покрытую изрывинами и чёрной жидкостью, стекающей по рубашке вниз. – Хочешь контракт – диктуй условия, кролик... Ведь я знаю, чего ты хочешь, и… – Б-более ты не сможешь вмешиваться в мою жизнь и жизнь окружающих меня здесь… Даже если мне будет грозить опасность. Лишь тогда, когда я позову тебя или предложу что-то взамен, ты сможешь вмешиваться в мою жизнь, Аки… –… меня это невероятно интригует! Периодически, мы будем переигрывать нашу игру с ожиданиями ложных и правильных ответов, гениально… Напуганной и готовой пасть замертво только от касания моей руки, ты становишься ещё привлекательнее, мой милый кролик! – стоило лишь моргнуть, в мгновенье Аки исчезла из взора Мелани, оставив её в одиночестве посреди восходящего солнца и истерического смеха откуда-то за горизонтом. Обессиленно упав на дорогу, Мелани вдруг услышала, как рядом что-то усиленно капало на каменные дорожки. Протерев глаза, Мелани попыталась встать, но падала, прежде чем колени приподнимались с земли. Потеряв всякую надежду на спасение, Мелани легла, медленно вдыхая свежую пыль и наслаждаясь лучами двойного светила, нагревающих её обагрённые слезами щёки и подбородок. Постепенно засыпая, Мелани корчилась от нахлынувшей усталости с изрыгающим зловонную бойню из запахов животом, изрезанным чувствами… Вдруг из-за спины послышалось знакомое урчание и мяуканье, будто кто-то вновь дерётся с дворовыми кошками за баночку горячего лакомства. Перекатываясь с руки на руку, Мелани инстинктивно почувствовала, что её тел о подготовилось к падающей тушке опьянённой от мимолётом выпитой бочки с алкоголем Роро. В попытках помочь задыхающейся девушке, Роро начала путать все правила речи: – Мелня, метнусь! Я прощать , ня! Нянадо, меня, т- ты кяк туть?! Виня хошь?! – всё крутилась и подбадривала Роро, хватаясь то за огранённый бутыль с вином, то за уставшую Мелани, пребывающую в полусне. – Щасик! Отнясу тебя в постельку! Дяржись… "…Иногда, я задыхаюсь от счастья, что мне удалось пережить. Кажется, я уже давно забыла, почему не могу стать счастливым человеком… Лишь бы люди вокруг меня не страдали от моих несчастий. Я не хочу никого ранить, я не хочу стать чьим-то врагом…" Урчание живота, кровотечение, огромный стресс и утрата мотива жить – сейчас, во сне, я не могу беспокоится об этом. Я хочу лишь снова веселиться и играть, как в детстве, с теми, кого я безмерно люблю… …Я не хочу тонуть. *** На окраине Алькатрана, в пространстве, окутанным силой, неподвластной ни действию, ни противодействию, будто внутренностях Мирового Древа, посреди пустоты и бескрайней пустыни, в уютной комнатке, попивая чашечку кофе, пела песню та, что… Уже однажды попыталась уничтожить мир, чего бы ей этого не стоило. Но, как бы Безумец не старался, ни Время, ни самая сильная магия неподвластна поражающему воображение существу, зашедшему за грани дозволенного Законом лишь по воле одного из Наблюдателей… Постукивая огромной косой по полу из полупрозрачных призраков одиночества, Катаклизм мира убаюкивающе прошептала: – Мнимуза врёт, царь снова возродился, пандемониум ждёт момента, когда появится тот, кто сможет обуздать неукротимое Могущество, прямо как тогда… Видимо, недолго мне тут осталось, да, Настасия? – взволновав края тюремного царства, Катаклизм мира разрушила цепи, мельчайшей частицей вырвавшись из оков, бушующих на её сердце миллиарды световых мгновений… Прежде чем вновь проснуться внутри уютной комнатки, попивая чашечку кофе… Она пела песню, что знали лишь те, кто жил тогда, во времена величайшей катастрофы Вселенной: – И Времени у меня, моей души, Бесконечно много…