Отражение невежества

Прошло предостаточно времени, дабы любой, кто бы ни оказался на месте девушки, запертой на неизвестный отрезок времени посреди пустоты, прочувствовал ранее неизведанное, новое, пугающее своей масштабностью и способностью заполнить все мысли одними лишь намерениями наконец закончить свои страдания, чувство, охватившее сердце словно клещи, никак не отпускающее внутренности чередующимися пальцами-клинками… Густая, беспроглядная чернь пульсировала над черепом, изредка освещаемая случайными проблесками из чистого, практически белого света, так же неожиданно исчезающего под взором воодушевлённого взгляда, стремящегося покончить с бесконечными муками из места, в котором нет ничего, кроме пустоты. Внутри скорлупы, без возможности разломать оболочку, Мелани не могла понять, даже подумать о том, как выбраться из оков собственных ночных кошмаров. "Какой это по счёту день?.. Я устала считать секунды … Когда меня выпустят, когда я снова увижу тех светлячков… Кажется, я уже устала бояться, опустила руки, летящая вместе с моим рассудком куда-то на край Вселенной…" Лишь подумав о возможности вновь увидеть приятный солнечный свет, почувствовать на себе крепкие пластины костюма, пусть стягивающего и жуткого собственной приживаемостью к телу девушки, увидеть хоть на миг чью-то фигуру на фоне густой чащобы или городских стен-домищ, Мелани почувствовала, будто кто-то прошёлся сзади неё. Попытавшись представить, как обернуться без телесных оков, Мелани не заметила ничего. Лишь давящая беспроглядная тьма, без пола и потолка, бесконечное море пустоты… Ветерок вновь изумившим сознание потоком хлынул к обострившейся чувствами Мелани. Мгновение, и перед Мелани возникла чем-то до боли знакомая тень, будто освещённая прожекторами сквозь туманную завесу дешёвых эффектов, ослепляя глаза. Тело хрупкой девушки с выступающими рёбрами, полностью покрытое мраком и неестественным запахом, прошедшим лишь по самому кончику носа, но успевший осесть, словно пепел разверзнувшегося вулкана, потопившего пыльными волнами не одно сознание. Руки, столь маленькие и хрупкие, с тонкими пальцами, перебирающими пустоту, словно водную гладь утренней журчавшей речки, устремились в сторону Мелани. Не понимая, увидит ли свои руки глазами, полными надежды и трусости вновь потерять мимолётный образ, стоит моргнуть, услышит ли пение голоска дру гого существа, Мелани протянулась к силуэту. Коснувшись друг друга, Мелани почувствовала боль в коленях, пальцы собственных ног, подступившую резню в животе, поток кислорода в задыхающиеся, накалённые лёгкие, судорожно бьющееся сердце, будто только сейчас вернув себе тело, недоступное сознанию. "Неважно, совершенно не важно, что больно… Невыносимо больно… Такая, такая приятная боль, будто только родилась… Как приятно чувствовать боль… Но кто стоит передо мной?.." Силуэт-тень вдруг обрела размытые черты, подчёркивающие её худобу и мешковатую одежду , чем-то схожую с современной одеждой родного Мелани мира. Сняв капюшон, девушка обнажила тоненькую шею и большие, даже в полузакрытом состоянии, опущенные ресницами и мешками под ними, разноцветные глаза. Сквозь каждое последующее моргание, глаза девушки менялись то на ало-розоватые, то на серые, пронизывающие сквозь разум, впитывающие любой свет и поглощающие взгляд, чем-то незримо схожие с глазами… "Аки?.. Нет, едкий, гнилой запах от глаз. Теперь я понимаю Роро… Что я должна понимать? Что значит этот запах? И кто такая Роро?.. Кто я…" – "Помнить – это всё равно что понимать, а чем больше понимаешь, тем более видишь хорошего", – растворившись в тумане, вмиг свернув освежающий свет, Мелани перестала видеть. …Открыв глаза, Мелани скорчилась от внезапной боли, тут же забив ладо нью по голове, мотая взглядом из стороны в сторону в поисках спасительных лекарств. Вновь завидев неизвестное окружение, почувствовав на себе тяжесть и запах свежего, немного мокрого от пота одеяла, завидев на кистях руки обтягивающий черноватый костюм, не соизволивший сняться с тела, Мелани с треском кровати вновь упала головой на огромную подушку, провалившись затылком в мелких перьях, повылезавших из покрывал. Ворочаясь от подступивших лучей двойного солнца из приоткрытых штор, Мелани попыталась встать, вдруг оперевшись всем телом о что-то мягкое и живое. Попытавшись вырваться из оков собственной постели, Мелани, протерев глаза, завидела до боли знакомую шёрстку, огромные кошачьи ушки, будто зачёсанные назад от усталости, и знакомую мордочку, пускающую слюни на подушку Мелани. Не поверив собственным глазам, Мелани разглядывала всю комнату, попутно щипая себя за щёки, пытаясь "проснуться". "И как мне это воспринимать?.. Кажется, я слишком долго сплю…" Резко нахлынувшие воспоминания вновь ударили Мелани в голову, повалив на спину. С минуту пролежав на уютной постели, поглядывая на крепко дрыхнувшую Роро, Мелани видела перед глазами огромную спину дварфа, махающего кулаками в борьбе за собственную жизнь. Тяжело выдохнув, Мелани шмыгнула носом, дотронувшись кончиками пальцев до ушей Роро. Успокаивающая шёрстка взбодрила Мелани. Мягкий, тянущий утонуть в собственной ухоженности, мех, вдруг, раскрыл под одеялом нагое тело сладко мурчащей кошки. – Опять… Впрочем, в этом, видимо, вся натура Роро… – поглаживая кремовые уши вдруг открывшей глаза Роро, Мелани сквозь резкие, практически неболезненные всплески внутри живота, начала освобождаться от цепких объятий голой двухвостой. – Стоять! – вцепившись в плечо Мелани, Роро резко повалила девушку, подмяв всё её тело под себя, закрыв всё лицо грудью. – Меланя, ты няконец проснулась… Тебе няльзя перенапрягаться, пока я не унячтожу всю сквярную порчу внутри твяего мозга. Пожалуйста, ня двигайся. Прошу… – Пф! Пвнв! – высвободившись из живого капкана Роро, Мелани всмотрелась в серьёзно-обиженную мордочку тяжёлой, полностью раздетой кошки. – Можно я, хотя бы, буду свободно дышать, Роро?.. И, пожалуйста, объясни мне ситуацию… Только медленно. И слезь с моей груди, пожалуйста… Дышать невозможно… – Ты не рада видять меня? Какяя жалость, а я, вообще-то, уже няделю с тобой так лежу, даже ня спала по дню-два, чтоб ты знала… Бяссердечная хозяйка! Не важаешь, не ценишь свою покровитяльницу, а я, по секрету, одна из сильняйших Фейри, ясно? – Неделю?! – вырвавшись из объятий Роро, Мелани резко встала, покосившись от подступивших звёздочек и черноты в глазах, корчась в объятьях кровати, словно старый скряга. – Ай, ай… Нельзя так резко говорить столь важные вещи… Ха… Голова так болит, что вставать не хочется. Хочется… Только плакать. И слышать объяснения, пожалуйста. – Ну вот, няконец-то дала мне делять мою работу, – покрепче обняв руку и живот Мелани грудью и мягкими лапками, водя двойным хвостом по животу девушки, Роро замурлыкала. – Сейчас мы в поместье Святых, меня пустили в столицу, прознав, что я, Няситель Кирихары, разогнала добрую половину орды Проклятий в Оплоте Игрика-Жайтана. Ты пробыла без созняния с няделю из-за порчи от Проклятий, няложенных на Гертруда… Из рассказов Иланя, я поняла, что тебя нашли рядом с ним, всю облепленную живыми и прогнившими Проклятьями… Если бы я запоздала на чуть большее время… "Облепленную Проклятьями?.. Я не помню ничего, кроме невыносимой боли. Будто у самой меня снова что-то отобрали… Даже голос сорвала… Проклятья Иторо начали действовать, пока я сидела рядом с мёртвым Гертрудом… Я должна помнить о чём-то значимом…" – Прости, Меланя… – съежившись, Роро вдруг передала Мелани частичные чувства печали, вины и обиды, прикусив губу. – Я обманула тебя. – Обманула? – Мелани повернулась лицом к Роро. – Помняшь, я сказала, что, коснувшись зяколки, ты сможешь передать мня часть своих чувств? Эта заколка ня нясёт никакой функции, кроме декоративной, так как оригинальный Кирихара был… Кхм, утерян. Мной, утерян. На самом же деле, я чувствовала часть твоих чувств и эмоции каждую секунду, как ты отправилась в Варнир. Заколка всегда служила мне проводником к твоим ощущениям, чувства же обострились вместе с заключением контракта… Прости, Меланя. – Даже сейчас?.. В тот же миг, как Мелани попыталась закрыть рот руками, Роро улыбнулась, похлопывая девушку по голове, пока одинокая слеза катилась по щеке на кровать, застряв в розоватых, растрёпанных волосах. Опустив взгляд, Мелани нервно задышала, схватившись за живот, увидев мелкие шрамы ниже рёбер Роро, постепенно нарастающих, вслед за спазмом из игл, с ужасом в глазах. Будто совершенно не ощущая ни боль, ни подступающее чувство намоченных кровью простыней, спокойная кошка лежала, поправляя растрёпанные волосы проснувшейся подруги: – Естественно. Только ня плачь, Меланя, иначе я ня смогу сопротивляться украденной порче… Мне нужно сконцентрироваться на твоём лечении, так я расплачусь с тобой как вторая сторона контракта, и как доброе подспорье, Меланя. Постарайся ня напрягаться… Духи сильны тем, что чувствуют нямного больше и лучше, но в этом и слабость второй крови внутри меня! Не двигаясь, Мелани старалась очистить свой разум, вслушиваясь в тихие звуки утра поместья. Присматриваясь к Роро, прижимаясь всё теснее, Мелани увидела множественные шрамы по всему телу, постепенно заживающие на глазах. Внезапно, Мелани почувствовала, как полусонная Роро начала вылизывать её щёку, и стукнула кошку по голове, почувствовав часть собственного касания на своей макушке. Вспоминая эпизоды недолгой жизни без партнёрши по контракту, Мелани постепенно задумывалась над жизнями и существованием в этом мире встреченных ей людей. Об их ужасе, самого пребывая в неловком, непостоянном ощущении опасности из неоткуда… Вопрошающе взглянув на обиженную кошку, Мелани вынудила Хахану Роро раскрыть клыки: – Пока я занята, нядеюсь, ты будешь ня против услышать и плохие новости… Если ня хочешь, лучше скяжи мне, – поправляя одеяло, Роро уткнула голову Мелани к своей шее. – Инягда чувства противоречат воле, это нормально для людей. Лишь сказав, что ты страдаешь, ты сможешь донясти до ближнего свои ощущения и эмоции, Меланя. – Хорошо… Я готова к плохому. И, Роро, извини, что всё это время я приносила тебе столько боли. – Как только я почувствовала, что тебе угрожала опасность, я намеревалась в кратчайшие минуты достичь тебя, даже если увижу на пороге смерти… Но, даже ня зняю как описать это… – Животный страх, ставящий разум вниз, вровень с страхом умереть вмиг от недвижимого ужаса и силы. Ты почувствовала его, да, Роро?.. – Да… Я попросту ня могла сдвинуться с места. Аудиенция с Королём Фейри закончилась внязапно, как только я почувствовала, что ты вот-вот погибняшь. Я тут же помчалась вперёд, ня меня снова охватила боль в ногах!.. Лишь спустя кякое-то время, отлежавшись на Цуо, когда моя сторона Духа взяла контроль, я успела прибыть в Варнир до того, как ты превратишься в Проклятый пепел. Слава всяму живому, что я успела… – Ты должна отдохнуть, Роро, ты ведь трудилась так много, чтобы я не умерла на месте! – Нячего, я – особенная и восстанавливаюсь быстро, ня то что сосуды или люди. Вы уж совсем ня отличаетесь стойкостью. Я переживу и свои, и твои потрясения заодно, потому что сильная. Тем более, твои внутрянние силы подогревают мои собственные, такова хорошая сторона контракта: всяобщее усиление как ужасных, так и приятных способностей. – Ч-что случилось с В-Варниром? – подождав с минуту, спустя холодный пот, Мелани буквально выдавила из себя слова, тут же опустив голову обратно. – Как только я пришла сюда… А, хотя, лучше скажу, что нячего более ня атаковало ни окрестности, ни столицу, Проклятья вдруг отступили к барьерам Конфедерации, ня, пока Сифи Лирей защищает Цун, я смогу вот так няслаждаться няспешным лечением и покоем… Ня беспокойся, Меланя! Мяморий Гертруду возвели в тот же день, провели мяроприятие, праздник, в честь Святого героя. Всё закончилось хорошо! Отнясительно… – Что-то случилось?.. – Дварфы ня дали мне своё церемоняальное вино! Я обозлена ня них! Хмф!.. Роро замолчала, прижав Мелани к себе. Мелани почувствовала колкую, резкую, медленно расходившуюся по всему телу, пронизывающую виноватую боль, взяв Роро за руки. Прервав молчание, в комнату резво ворвалось солнце, до того, наблюдая, тихо скрипнув дверью, озарив опечаленные глаза утренней энергией, возносившей радость до небес… Однако, завидев знакомый взгляд из-за кровати, Илана потеряла дар речи, будто вместе с этим потеряв и утреннюю похлёбку, расстелившуюся на ковре, и часть собственной сверкающей ауры. Вдруг закрыв руками лицо, Илана отвернулась от объятий голой кошки и её кошатницы, подбежав к кровати: – М-Мелани?.. Сестрица Роро! Роро, ты дура! Почему ты не побежала к нам, мы все ужасно волновались! – врезавшись лбом в Мелани, Роро отпиралась от нападок Иланы, пытающейся влезть между девушками, попутно слёзно смеясь. – Мелани, милая, ты жива! Какое счастье, Мелани, я уже соскучилась по твоему угрюмо-неловкому лицу!.. Храни нас всех Мнимуза! – Илана… Ты жива, какое счастье… – Ещё бы, ты бы видела, милая, как эта мялышка живо встала после ожесточённой битвы! Я даже подумала, что увидела саму себя. Хотя обычно я вижу себя только в отраженяя содержимого желудка… Пива зяхотелось. В этой комнате же есть пиво?! В каждой комнате такого царского поместья должен быть няктар богов! – Эй! Не пить, Хахану Роро! Брысь! – поправляя чёлку, закрывавшую правую половину лица, Илана отложила Лонгин, начав прибираться от учинённого своей оплошностью беспорядка, попутно чуть отходя от приближающейся руки Мелани. – Мелани?.. Что ты?.. Н-не трогай! Мелани потянулась убрать с лица Иланы упавшую чёлку, но, как только пальцы достали до лица, почувствовала резкий шлепок тыльной стороны ладони. Обеспокоенная, вмиг поникшая Илана, сжав руки в кулаках, прятала за ладонями половину лица, не видимую за прядями и съехавшей шапочки, державшей обеспокоенный взгляд в убежище от чужих глаз... Спрыгнув с кровати, сквозь недовольные кошачьи ворчания Мелани встала вплотную к Илане, чуть не выскользнувшую из стальной хватки девушки. Прижав Илану к стене, грустно покосив бровями, Мелани отодвинула чёлку. Илана вдруг скривила губы, резко вдохнув и заперев взгляд в веках, увидев недоумевающий взгляд Мелани на огромный шрам в половину лица, задевший её чудом не пострадавший глаз, поникший, больше неспособный осветить ни на одно существо вокруг. Раскрыв на мгновение серебристо-голубые глаза, Илана виновато выдохнула. Попытавшись что-то в ымолвить, скорчив обездоленную, совершенно уродливую, неестественную для неё, полную раздосадованной ненависти, и вместе с тем жалости к себе, улыбку, Илана быстро смолкла, почувствовав резкий толчок объятий Мелани, уткнувшейся в плечо, и вместе с тем поглаживания по голове от укрывшейся простынёй, вставшей рядом Роро. "Эти глаза… Они принадлежат лишь мне . Почему не только я одна должна смотреть так жалобно и ненавистно к самой себе?! Почему Илане пришлось увидеть себя такой?.. Точь-в-точь мои, совершенно бестолковые, слезливые и совершенно отчаянные, опущенные к земле, глаза, полные желания стереть себя из мира… Я не позволю ей ненавидеть себя. Илана чувствует себя ничтожеством, недостойным любви… Я заберу эти сомнения себе." – Простите… Думала, будет не так виден, если скрыть чёлкой… Хех… Не получилось… Простите, девочки. Кажется, я совершила ошибку и поплатилась за это на поле настоящей битвы. Всё же, мне ещё привыкать и привыкать сражаться… Раньше со мной такого не случалось, почему-то, я вдруг встала перед лицом страха. – Нараракс уже?.. – Он первый увидел меня такой. Проклятье обошло нас со спины, ни мои Духи, ни Нари не успели бы, мне… Мне ведь повезло! Повезло, что живая, правда! Фух… Я, я успокоилась, спасибо Мелани, Роро… – присев на кровать, Илана с улыбкой подозвала вставших как вкопанные подруг. – Я-я попросила Нари не утешать меня… Шрам не сделал меня менее красивой… Но, я не могла смотреть ему в глаза. Теперь он меня избегает, совсем ничего не говорит. Наверное, я больше не нравлюсь ему. – Ещё как нравишься, дура! – вскрикнула Мелани, оглушив левое ухо светоносной девушки, вдруг рассмеявшейся, оглушив Мелани в ответ. – Не смей думать о себе плохо. Только Проклятья виноваты в этом, ты так же прекрасна, как и в первый день нашего знакомства… Пожалуйста, не смей корить себя за то, что произошло, потому что только то, что внутри, – важно. Т-только твой характер затмевает любую к-красоту, Илана… "Нари говорил точно так же, прежде чем я заткнула его! Как мило! Так мило, что Нари заботится обо мне!.. Заботился…" – Иланя, милая, ты ня должна была так поступать с ним, – вклинилась Роро, совершенно не скрывая сидящую внутри недоброжелательность к упоминаемому парню. – Этот паршивец… Обидел милую Пожирательницу Духов, по сути единственного проводника между нялюдимым Сифи и целой Империей!.. Покажи мне его няглую морду, я хорошо нячищу Кирихарой его самодовольное выражение! Сначала выпью, сначала найду Кирихару, а уж потом!.. – Н-не надо, хах, с-спасибо, сестрица Роро… – чихая и сопя носом, поправляя закрывающую шрам чёлку, снежная дева ободрительно смеялась, постепенно успокаиваясь и наполняя комнату свежим воздухом, запахом утреннего солнца и пыли молодого папоротника, вновь облачённого старым, родным чувством потёртого ковра в освещённом летом чердаке. – Кажется, нас кто-то подслушивает. "Наконец , заметила… Нари стоит там уже с минуту, всё вслушиваясь и скрепя половицами, когда Илана начинает говорить… Что за чудак?" – не успев закончить свою мысль, Мелани увидела знакомую голубоватую форму, с взволнованным, столь же глубоким и поражённым своим открытиям, взглядом, пронизывающим комнату и Роро в частности яростной завистью. – Отойди от Иланы, полудух… – прошептал Нараракс, неспешно отворяя дверь в спальню, застав перед своим носом недовольную, нахмуренную Илану, вскинувшую руки к бокам. – Илана… Я не хотел мешать, но… – Как долго ты стоял тут? – отвернувшись, Илана злобно цокнула в сторону, задев тонкое спокойствие присутствующих, сквозь злобу улыбнувшись в сторону девушек. – Что ты делаешь, Мелани? – Проверяю, как устроены кошки Алькатрана, – издавая жуткие и довольные звуки, Мелани водила пальцами по шее Роро, второй рукой почёсывая за большими, чуть дёргающимися вслед за коленками, ушами кошки, массирующей воздух лапками, издававшей мурчащие звуки. – Я не остановлюсь. Пока она не упадёт, я н-не остановлюсь! – Н-н-н-ня-я-я-я н-н-н-а-ад-до, мр-р-р, н-р-р-я-я-р-р… Мр-р-р… – Я не смог ничего расслышать, уши так и болят после атаки "звонкого" Проклятья, – встав сзади спины Иланы, Нараракс, обычно угрюмый и нелюдимый взглядом, вдруг, будто побитая собака, покрытый порезами на пальцах, парой ушибов и мелких царапин у подбородка, виновато плёлся на месте, пытаясь то ли прижать к себе, то ли наоборот, отойти от Иланы, исподлобья рассматривая полуголую Роро в приступе зависти. – Прекрати разгуливать в неглиже, срамная кошка! Подумай о других, ни одно существо во всём Варнире не поймёт твою дикость и ненормальные стандарты, неужели ты намеренна разгуливать по всему поместью без единой тряпки? Позор для всех Фейри, мусорная кошка. – От труса и бясхребетного мусора, зовущего своё дряхлое тело мага Потока водопадов "Святым героишкой", слышу, – глаголила Роро, валяясь в приступе счастья, поглаживаемая разморённой Мелани. – Меланя, милая, пр-р-р-родлолжай… – Хахану, дорогая, Роро, прекрати оскорблять Нари… – встав на защиту Нараракса, Илана надула щёчки, распрямив руки в стороны. – Почему вы двое не дружите?! Даже Макина с Роро терпят друг друга, а вы совсем как… Ах, да, как кошка с собакой. Ну тогда всё с вами ясно! Всё!.. Мелани, милая, помоги понять им, что они оба несут чушь! "Хорошая идея, но… Как ?.. Я не умею уговаривать других людей… Как сложно в компаниях сфокусироваться на своих мыслях… Мне нужно в библиотеку, мне нужна информация об этом мире, как можно скорее… Древние Свитки, Магические записи, Алькатран… Хтонический царь. Точно, Гертруд…" – Когда Гертруд остался со мной наедине, я… – вдруг осознав чуть не сказанные слова, Мелани склонилась на колени, задержав дыхание, проглотив язык глубоко внутрь глотки, закрывшись за руками и простынёй, стянутой от удивлённой Роро. – П-простите… Простите, пожалуйста!.. Идите б-без меня… Мне нужно успокоиться… П-простите, простите, простите… Закрывшись за тканью, Мелани почувствовала чьё-то касание, вздрогнув от резкого тепла, заскулив от подступившего страха увидеть перед собой опечаленное, разъярённое или необратимо разочарованное лицо, всем видом гласящее сжечь свою душу на костре собственной могилы… Подняв задёргавшиеся глаза, Мелани застыла от лёгкой улыбки чуть погрустневшей Иланы, притронувшейся к мокрой щеке маленькой ладонью, покрытой потёртостями и мелкими срезами на чуть огрубевшей коже. – Всё хорошо, Меланя. Давай, я помогу тебе поесть, – приподняв укрытую в слои одеяла Мелани, Роро легонько одела девушку в латы-наросты, приподняв всё дрожащее тельце на спину, прикрывая струящийся кровью живот, и вручила опустошённым глазам перчатки-кастеты. – Обсудим всё за столом… Я чувствую ауру бясконечности от Святой Мякины, кажется, оня уже принялась обедать… Интересня, столичный алкоголь такой же вкусный, как из садов Сифи?.. "Можно ли повеситься на собственных кишках? .. Я совершенно тошнотворный человек, недостойный жизни в обществе," – хихикнув от собственных мыслей, Мелани вдруг проснулась посреди огромного круглого стола, чем-то напоминающего старинный округлый постамент посреди комнаты переговоров Святых. Исписанный всевозможными руническими символами, стол перед Мелани источал необычайную стойкость, забавную для осознания мозгом, не сведущим в мебельном искусстве. Всё помещение было более не пустоватым зданием умирающей гильдии, представляющим новым постояльцам с проблемами лишь горы сора и пыли с пустой доской для заданий, а рабочее пространство, наполненное всевозможными существами, от вполне людей, как Нараракс, мирно снующими по всем комнатам и дверям, мимо обеденного стола, с волокитой документов, до существ, представляющих из себя смеси рогатых человекоподобных , занимающихся повсеместным разговором на языках, недоступных слуху Мелани, изредка перекидываясь внезапными вспышками понятной речи. Стройка, деньги... И большая их часть, Дварфов, сновали мимо Мелани, поглядывая исподтишка за болтающими Святыми. Впервые так зайдя внутрь огромного здания, окружённого подобным мечу районом, обыкновенный житель Алькатрана не поймёт, почему в настолько напряжённой ситуации обеда всех Святых все выглядят увеселёнными… Почему все, кто защищал столицу целой империи, не взирая на разногласия, на отсутствующую главу Святых героев, на потерю ценного члена отряда, на разруху по краям стен Варнира, сейчас спокойно едят в присутствии той, кто притянул все несчастья одним своим существованием. Слугам Святых было неведомо существо ни Святых, коим они служили, ни личность Мелани, мирно восседающей за столом влиятельных деятелей Варнира… Почему же те, кто, в своей сути, правят параллельно Императрице, вознесли на свой уровень именно это существо, будто источающее всем своим видом ауру жалости вперемешку с безумием?.. "Лучше бы я никогда не рождалась … Тогда ни на Земле, ни в Алькатране я не смогла бы причинить столько боли и раздора…" – Мелани Сайгак чем-то обеспокоена… Хотя, все за столом заняты своими мыслями, кроме Носителя Кирихары, – вдруг оборвав гам от Иланы, будто вмиг потухшей от сомкнутых губ, притворявшейся радостной и яркой до конца своего неудержимо веселящего монолога о кошках, Макина обратила на себя внимание всех господ-героев, включая чавкающую Роро рядом с Мелани. – Мелани Сайгак, ты хотела наведать библиотеки и приняться за обучение языкам, как мне поведал перед кончиной Гертруд Шолбинг. Следуй за мной, Хахану Роро тоже обязана присутствовать. – Естествення должна, м-м! Какая вкусная была птица!.. Кхм! – поправив оголённые бёдра от спавших штанов, Роро затопала с Мелани под ручку за огненной дамой, попутно наблюдая за повисшей тишиной между Иланой и Нарараксом. – Ты ня изменилась, Мякина, в отличие от Иланя. Мне показалось, что она вмиг повзрослела. Сколько ж я не была в гостях столицы, м? Няверняка, и ты вновь прогрессировала в магии, твою ауру бесконечности не скрыть, Ерементар. – Всему приходит своё законное время, как возросшей силе, так и периоду романтической влюблённости, пусть и в своего коллегу. Желание Мелани не единственная причина покинуть Илану Радину и Нараракса, оставить их одних. Надеюсь, мы втроём чувствовали одно и то же. "Напряжение между Иланой и Нари… Не знаю, что случилось на самом деле после моей пропажи , но они заметно отдалились… Где же та сестрица, Шанаи, и неприятная драконита?" – Почему ты так заботишься о них, Макина? – нервно покосившись от напряжённых мышц от ноши Роро, Мелани крепко встала на ноги, неосознанно дотронувшись до плеча Макины, но не почувствовав жары. – Я думала, что обожгусь, но ты на удивление не настолько горячая… – Ерементары могут контролировать своё состояние, тебе повезло, что я не злюсь или расстроена, поэтому не смогла обжечься. Я такая же сестрица для Иланы, как Шанаи или Корнесса, изначально именно это непоседливое солнце привнесло в наш лексикон столь "милое" слово, милоту которого я понять, к сожалению, не способна, как не стараюсь. Я не могу оставить это несчастное создание, как и того же Нараракса, в одиночестве, хоть и не так часто появляюсь на глазах, как безрассудная Корнесса… Совершенно потерялась в собственных принципах, думая, что изнемогающая помощь всем до единого существа поможет ей стать наравне с самой собой… – Ага, оставяла вашу группку без Шаняи, – подхватила Роро, осматривая полый меч. – Увляклась исполненяем "долга" перед Гертрудом и Императрицей, использует свою скорость по всей Вярнирской Стальной стене и зачищает любой, даже самый нязначительный лагерь и пещерку кобольдов. Иланя сказала, что Каира подняла истерику. "После такого, любой правитель будет встревожен и ошарашен… По крайней мере, надеюсь, что не буду по другую сторону баррикад… Не хочу ещё одну войну… Не хочу видеть кровь, не хочу видеть километровые взгляды в пустоту от выживших… Не хочу ввязываться в войны, даже переполненная такой силой… Рациональная я никогда не использую свою силу против тех, кем я дорожу… Я хочу верить в это. Я хочу доказать, что буду способна сдержать нарастающее чувство тревоги от неведомой мне энергией, бурлящей внутри…" Увидев сквозь окно знакомую фигуру со смольными волосами и совершенно дремлющей аурой интроверта, глаза Мелани поманили в сторону Шанаи, мирно стоящей около одного из зданий, что-то записывая в длинный пергамент. Толпа девушек вместе с Мелани подошли к усталой Шанаи, будто вовсе не принявшей участия в битве против проклятий. Её лицо оставалось всё таким же спокойным, ни одного нового пореза, ни шрама, ни бинтов или тяжёлых ранений, кроме совсем истрёпанных, старых и пахнувших ностальгическим железом шрамов по всему телу, не запечатлелись на умиротворяющем немом выражении, завидевшим знакомые лица. Глаза, засверкавшие при виде Макины, плавно перетекали на знакомую ушастую фигуру. Будто чихнув, Шанаи вмиг закрыла рукой губы, не издав ни единого звука. – Шанаи, мы войдём в Библиотеку Дваргона? – встав перед Шанаи, протянув ключ, формой напоминающий полураскрытую записную книжку, Макина указала всеми шестью металлическими ладонями в сторону раскрытой двери в пустой дом аккурат рядом с главным штабом. – Чем быстрее я выполню свою роль, тем быстрее уеду из Варнира, отдавшись изучению того, что внутри тебя… Мелани, приготовься к небольшой остановке, здесь, в Библиотеке. –… – изобразив дворецкого, Шанаи пригласила девушек внутрь, внезапно остановив Мелани за плечо, за пару ловких движений, пальцами и мимикой обрисовав "осторожность", "умиротворение", "вопрос" и "здоровье", будто нарочитыми образами вклинивая нужные слова в мозг девушки. –..? – Ты волнуешься за меня? – неловко запрокинув руку за голову, Мелани протянула её вперёд, вместо этого получив еле касающиеся лопаток объятья и милую улыбку от Шанаи, вмиг сменившую выражение лица на спокойное и серьёзное, принявшись вновь что-то записывать в пергамент. – М-м-м… Ч-что это значит?.. – Перевожу, Меланя, – вклинилась отвлечённая Роро, запрокинув голову на плечо. – Шанаи переживала за тебя, хотя не понимает, что случилось там, откуда тебя принесла Корнесса, спрашивая, здорова и покушала ли ты. – Ох… Шанаи, спасибо, всё в порядке, – завидев довольный кивок, Мелани увела Роро за ручку внутрь комнаты-дома с выпирающими из крыши, похожими на идолы колоннами. Сквозь распускающиеся солнечные лучи, поправляя пыльные перчатки, Мелани вошла в маленькую комнату, выстроенную подобно шестиугольнику, в каждом из углов которого располагались статуэтки, чем-то напоминающие фигуру богини на фреске из пригорода на границе. Мнимузы младшие держали в своих утончённых руках маленькие шарики, начиная с огненно-алого, заканчивая тёмными, практически серыми, устраивая танцевальное шоу в застывших позах, разительно отличающихся к каждой последующей. Посреди пустого помещения располагался вычерченный круг, покрытый свечами и растворённым воском, фиксирующим изощрённо выгравированные ритуальные узоры в виде птицеподобных созданий с длинными языками на усиках и языками до пола. Закреплённые по всем четырём сторонам огромными колоннами, пробивающими потолок, также исчерченными магией и камнями, сверкающими, стоит лишь бросить на них свой взор, узоры образовывали некую карту подземной пещеры. Встав посреди круга, Макина расположила Роро и Мелани параллельно себе, щёлкнув пальцами. Моргнув, Мелани вдруг упала наземь, схватившись за живот, последовательно, сквозь подступающую тошноту разглядывая изменившуюся обстановку, пока рядом, опираясь на полый меч, Роро наблюдала за спокойным шагом Макины, излечивая вновь проявившие порезы по всему телу. Прождав с минуту, Макина подняла девушек ловкими левитирующими руками, тут же взяв в основные руки колоссально толстую книгу и посох-гвоздь. Спазмы изнутри стали медленно исчезать, позволив Мелани вновь встать прямо, помогая Роро. – Прошу прощения. Телепортация всё ещё не до конца изученная стезя магического искусства, украденная у Теней, точнее их предводительницы, ваши тела скоро привыкнут… Ах, да. Забыла предупредить. Библиотека Дваргона – личная собственность Святых, так что никто, включая Шанаи или Корнессы, не сможет попасть сюда без моего вмешательства. А вот выйти – запросто, – раскрыв книгу, Макина повела девушек по тёмному коридору. – Удивительная совместимость ваших чувств, безупречный контракт… Перед вами Библиотека Дваргона – великое собрание всевозможных источников, от слухов, записываемых в быстрые носители предыдущих технологий цивилизаций, до томов, подобных этому. Лови, Мелани Сайгак. Поймав огромную книгу, Мелани прочитала название, раскрыв первую страницу с наименованием: " Эра пламени Древних": – Древние Свитки. – Самая первая книга, вобравшая в себя периоды до четырёх-пяти миллиардов зим современного, по меркам Эльфов, времени. В них записаны сведения о внешности, поведении и особенностей Древних, коими прозвала Империя Дваргон Титанов и Элементалей, господствующих Алькатраном до какого-то момента… Также, сведения о магии до 11 тысячного года по дваргонлору… – сделав многозначительную паузу, казалось, Макина улыбнулась, приподняв уголки огня, повернувшись к любопытствующей Мелани и совершенно безразличной Роро. – Добро пожаловать в Библиотеку потерянных Империй! "Библиотека потерянных Империй носила название Сосредоточием Информации Дваргонлора, "СИД", пока бедствие неизвестного Безумца – Алисы Шитильд, – не оборвали примерно шесть тысяч лет истории и информации Дваргонлора, уничтожив подземный комплекс, наполненный ячейками памяти буквально всего Алькатрана, собиравшегося Империей Дваргон долгие тысячелетия по всему миру в целях сохранения как можно большего количества историй и легенд, дабы, цитирование со слов почившего, Первого Императора Дваргона: "Дабы те, кто живёт в будущем, не познал грехов и неисправимых дефектов прошлого, зная прошлое, уготованное стать нашим настоящим и нашим конечным…" – взяв с рук Макины вторую книгу, "Терминология истории Варнирской Стальной стены: Наследие", Мелани прочитала указанную парящими руками страницу, написанную до боли ясным, логично выверенным и простым языком, будто подражающим её родному, с Земли… Однако, как только Мелани перевернула страницу, прежняя затёрлась в неизученный, подобный восточным иероглифам, однако чем-то укоренённый европейской символикой, до того наглядной, но крайне неизвестной, любопытной… – К-как?.. Я же только прочитала этот отрывок… – Так и знала, ты не знакома с нашей письменностью. Я искривила текст специально для тебя, но… К сожалению, я не мастер любой магии, да и большую часть образов я сплела с твоими внутренними. Слово за словом, твой мозг, управляя моим потоком, смог прочесть страницу "Терминологии", однако это всё, на что я способна… Осмотрись, Мелани Сайгак, мы займёмся этим вопросом позже… Перед глазами простирался далёкий коридор, оканчивающийся запертыми дверьми по всей ширине стены, кажется, предназначенными как комнаты для отдыха, поворачивая голову влево, вправо, взор Мелани заворачивал по идеальной сфере из книжных шкафов, облепленных огромными, порой множеством маленьких, строго выставленных, опрокинутых на бок обложки, валявшихся на полу целыми горами захламлённых справочников. Лестницы, казалось, достигали самых небес обширной библиотеки, заканчивающиеся пустотной тьмой-туманом, а вонзающиеся в стены огромные полки во все возможные направления образовывали широкий округлый фундамент, который словно вращался от восторга перед восхищающей и пугающей атмосферой собранности и тишины неограниченных знаний. Библиотека была до краёв наполнена настолько огромным количеством свитков, рукописей, томов и руководств, что множество полок, неестественно "приваренных" к воздушному пространству, взлетали до самой тьмы наверху и бездны внизу, образуя целые слои книжных творчеств, не способные удержаться ни на одной книжной стене. Огромное количество книг то тут, то там скапливались на письменных столах, на редком потолке в непривычно огромных пустых полках, будто выстроенных специально между могучими изваяниями-шкафами в стенах пространства, напоминавших арки под мостами, где неприступная река – чернила и бумага письма дварфской библиотеки. Множество письменных принадлежностей, пролетая перед носом то с кусочками бумаги, то с целыми записными и отчётными книгами, подобно рукам Макины, шерстили по всей библиотеке, привнося каждую минуту новые сведения и знания, не уставая и не кончаясь, мгновенно заполняя истраченные чернила с чарующей скоростью, воссоздавая из воздуха чёрные сферические сгустки. Повсюду бродили библиотекари, разодетые в лёгкие накидки, будто повторяя наряды слуг из поместья Святых, тут же присматривающих за пришедшими гостями и пылью всей Библиотеки Дваргона. Усевшись в середине фундаментального круга, посреди всей Библиотеки, дожидаясь сверлящей все книги по страничке Мелани, в восторге прыгающей на месте, в разочаровании кидающей себя со ступеней вниз, к Макине, не понимая ни букв, ни цифр. В свою очередь, Роро давно села рядом с Макиной, со скукой в глаза ковыряясь в клыках, лишь изредка оборачиваясь в сторону высоченного потолка, манящего прыгнуть с силой Носителя Кирихары, обременённая книгой: – Меланя! Я устала держать эти Древняи Свитки!.. Можно я уже выпью, Мякина? – преподнёсшая к лицу Макины бутылку, Роро тут же заслезилась, когда та разбила бутылку с алкоголем, заранее окружив ближайшие письмена магическим барьером. – Эй! Нят! Моё бухлишко!.. – Сейчас, – светясь от счастья, Мелани бродила по витиеватым улочкам-полкам, расхватывая самые интересные, пусть непонятные ни единым иероглифом, книги, пока не приземлилась вместе с остальными на пол, заваленный прибежавшей литературой. – А здесь есть фэнтези? Или детективы? – Что такое фэнтези?.. – вполголоса спросила Макина, перекинувшись недоумевающими взглядами с Роро. – Детективы… Кажется, это назревающая профессия у людей из Дорумуники, их случайные смерти и загадочные убийства заметно участились, неудивительно, о себе заявили Аристократия ожесточения… Но "детективы" не пишут книги. "Как же легко здешние говорят про смерть… Впрочем, я понимаю, к чему их вело прошлое и что они могли увидеть. Не удивительно, ведь они каждый день сталкиваются с ней, так или иначе, но… Удивительно то… Я думала, что в настолько чудовищном месте найдутся так любимые Феликсу жанры. Не думаю, что здесь нет художественной литературы, однако, стоит признать, даже такая прожжённая фанатка на вид Макина не знает до конца, что здесь хранится… Или этого до сих пор не изобрели." – Что ж, раз с языком нам ещё разбираться, пожалуй, я возьму ответственность за небольшой эксперимент. Позволь познакомить тебя с Даексом, – протянув руку вперёд, Макина дотронулась до головы Мелани… Моргнув, Мелани вновь погрузилась во тьму, вспомнив утренний кошмар до единой , последней детали. Из-за спины, пронёсшись на неосязаемой скорости, будто повалив бестелесное сознание Мелани, пронизывая холодом все кости, тёмное, неуютное место словно навеяло осязаемый страх, отходивший с каждой секундой, куда-то двигающий, словно на игрушечном поезде, крохотное сознание девушки, вмиг преставшее перед огромной сущностью. Могущество. Такое же, как вся аура божественности и неограниченной бесконечности Макины , источаемой на всём пути… Так сладко обвивающее язык… Но намного яростное. Словно разгорячённая рука, пронзающая грудь не почившего, могучего и стойкого дварфа, Гертруда, а саму Мелани, обхватив сердце толстыми пальцами, что-то незримое сдавливало все внутренности. Охватив душу Мелани, существо вонзило взор пробуждённого из векового сна бедствия, обнажив крамольно-огненный нрав. Раскрыв огромную пасть, существо обнажило синевато-кромешную, темнеющую с каждой секундой сферу, выдохнув в сторону Мелани пронизывающим жаром, закипающей кровью пронёсшийся мимо. Вновь тело Мелани, отринув всякий холод, засвербело от наплывшей жары, плавящей кожу. Мгновением позже, будто перешёптываясь, коготками подкравшись за спиной к ушам, лёгкие вздохи могущественной твари облачили юный разум, как и собственную душу из преисподней гробниц почивших повелителей всея земель, в тело, ощутившее тёплый бриз. Восстав из оков, внутри полного холода и смерди пространства, Бог возгласил, вспыхнув аномальной жаркой: – Какое же отродье! Чертовка и правда привела Хтонического царя "поболтать" со мной?! Сумасшедший алкист, не ведающий ни уважения, ни страха пред Богами, какая мерзость… Ещё большая мерзость, так это лишь ты, сосуд, не способный контролировать эту тошнотворную ауру смерти. Никак не научитесь уважать старших Богов… Острыми, кривыми, вонзающими в горло, ударами, сквозь помехи в ушах, звуки сломанных костей и рёбер, источая запах, не сравнимый ни с предсмертной агонией, ни с кровью из глаз, мерзко извиваясь внутри языка червями, разрезающими внутренности, зубы Мелани вымаливали фразы, стуча по мозгу кузнечным молотом, глядя в пожинающие плоды безумия глаза Даекса взглядом, полным отчаяния: – Невыносимо… – каждое слово, будто тысячи раз эхом отзвучав в разуме Мелани и Даекса, высверливая в ушах адскую симфонию из криков, предсмертных мольб и колокольни, бившей стуком сердец в такт пульсу изнутри, вылетало из Мелани языком, проникающим внутрь израненной гортани. – Сосуд не выдерживает даже разговора с ничтожеством, пора взяться за дело серьёзнее. – Ты буквально истязаешь этот сосуд, разве, не ты стараешься беречь собственные тела, Царь?.. –… – Кто бы говорил про невыносимость! Ты совершенно ужасен, смеешь игнорировать старшего Бога?! Даже Асура относился ко мне с должным уважением, ты, безобразный, скверный и совершенно отвратительный… Кха! – будто стошнивший собственными словами, из пасти чудовищного Даекса изверглось разбитое на мельчайшие кусочки, будто соединённая паутинными штришками, белое пламя, вмиг обратившееся в подобное кристальному ромбу конструкцию, источающую всё, из чего состоял Бог… – Выродок… Твои намерения пропитаны жаждой убийств, грёбанный садист. Всё твоё естество – смердящая погань, Царь Разгневанных… – Исполни долг, ничтожный божок, – засвербел неописуемо мерзкий голос, сверлящий черепную коробку сквозь скрежет от поломанной гортани. – Все вы, жалкие божки, задолжали неотвратимому будущему слишком большую цену. Пора воздать по заслугам. – Как только Макина умрёт, ты будешь первым, кого я прикончу, пока не случилось непредотвратимого, конченый выродок!.. – утихали чьи-то глухие слова, смешиваясь в какофонии режущих плоть клинков, сверлящих и сверлящих сердце, вбивая внутрь идею неизмеримой жадности… Глубоко вдохнув, Мелани вернулась в библиотеку, встревоженно мыча, пытаясь выговорить все мысли, градом полившие из её неспособного говорить рта , пиная и ощупывая всё, что попадётся под руку. Приложив голову нервной девушки к груди, Роро кивнула Макине, тут же дотронувшейся до своей головы, вздрогнув в абсолютной тишине, будто услышав крик, полный ужаса внутри своего сознания. Наконец, повозившись на месте, постучав пальцами по коленкам брони, Макина спокойно выдохнула, дождавшись мимолётного успокоения Мелани: – Как ты поняла, я необычный сосуд, можно сказать редчайший представитель Божественного сосуда. Даекс – заключённый величайшим Святым героем в меня мёртвый Бог алкимии, положивший мне существование и душу... Впрочем, мою "душу" тебе посчастливилось увидеть. Мы зовём их Осколками. Он положил и основу для моей Бесконечности – Безграничный потенциал волшебника… Думаю, Илана объяснила тебе о Законах слов Алькатрана. Многие способности, Осколки, или Боги названы Законами, которые мы переписать не в силах… – Кто такой Хтонический царь?.. – всмотревшись сквозь заметно угасшую Макину, Мелани скривила бронями, виновато закрыв плечи руками. – П-прости… Ты взвалила на м-меня слишком многое. Мне сложно воспринимать столько информации за раз… Даекс, заключённый в тебе Бог?.. То есть, Боги, всё же, материальны?.. – Боги всегда были неотъемлемой частью Алькатрана, правда, ныне они – лишь оболочки тех, кого мы называем "Богами". Они – те самые Древние из Свитков, если уточнить. "Бог проклятий упоминал "царя", пора узнать об этом больше… Ни в коем случае нельзя рушить дружеский тон с Макиной, ведь... Я лишь вымещаю гнев за собственную слабость… Я должна стать выше собственных грехов," – погрузившись в мысли, Мелани, почувствовав толчки извне, проснулась, увидев взволнованную Роро, кажется, не затронутую мысленным истязанием внутри Макины, продолжив слушать ответы от Ерементара: – Хтонический царь… Если честно, я не совсем понимаю, на каком языке ты произнесла эти слова. Ни единый источник знаний не упоминает имя Хтонического царя, Даекс не ответил моим мыслям, желая мне незнания этому существу… Пусть он и доброжелательный Бог, хоть и упрямый как столб. Краем мыслей я всё же услышала, что некий "царь" как-то связан с сущностью, распространённой для поклонения у Теней, что также верят и в Уроборос, обожествлённое нечто, создавшее Бесконечности. – Получается, вот как его зовут… Ах, Уроборос! – попытавшись вклиниться в диалог, Роро с треском провалилась, тут же замолчав и достав из-за пазухи бутылку крепкого вина. – Всё что я слышала, Уроборос связана с твоей Бясконечностью… На этом мяи полномочия всё… Пойду выпью и пооскорбляю пряслугу этого скучнейшего местечка! Долой предряссудки и трезвость! Пявко! – Верно, Роро… Вот бы ещё не пила, цены бы твоему существованию... Позволь объяснить, Мелани, – утоляя любопытство, с каждым новым словом Макина будто подкидывала ещё больше вопросов, не давая мозгу девушки продохнуть. – Бесконечность – это форма неограниченного потенциала у могущественной силы, однако я не понимаю ни принцип действия, ни то, почему Законами мира начертана такая особенность именно Бесконечностью над моей головой, внутри тебя или в истории религии Теней в виде Уроборос… Моя следующая цель – изучение культуры и всей истории Теней, я расскажу на досуге о их удивительной расе, а пока нужно отдохнуть и разложить по ярлыкам полученные сведения. "Так любопытно…" – Ты восхитительна, Макина. – Конечно, восхитительна, – щелком призвав несколько столь же колоссальных книг, что и на руках Мелани, Макина обернулась, пошагав в сторону отдельно стоящего письменного столика, заваленного всевозможной литературой и немногим свободным местом для стула. – Я такой же сосуд, как Илана, за исключением собственной Божественной защиты. Из рассказов Гертруда я поняла, что тебе необходима основа, а также Древние Свитки, Магические записи и Истины Ясны. В них содержится история Алькатрана, я предоставила тебе версии, упразднённые в примерно сто пятнадцать раз, чтобы не нагружать лишним… Роро, научи Мелани Международному языку. Эй, кто дал тебе алкоголь? – Есть, нячальница! – Международный язык? – предвидев скорый перегар у своего лица, сквозь нежелание выслушивать пьяные разговоры Мелани отобрала очередной бутыль из лап раздосадованной Роро, скучающе замяукавшей на всю библиотеку. – Тебе же поручили научить меня, а из пьяниц никакого проку не выбьешь! Роро, пожалуйста, я же права. – Ты прява… "И к чему тогда было это недовольство …" – приставив подбородок к ладони, Мелани наблюдала за мнущейся Роро, пытающейся размять лапами монолитный пол, укрытый плотной лакированной древесиной. – Дявай кратко: Междуняродный язык был придуман через год после Беспрострянствия во имя защиты всея Алькатрана с максимальной эффективностью Правителями тех лет и языковедами! Да?.. Междуняродным язык делает его мяксимальная созвучность и схожесть множества и множества слов с Эльфийским, что облегчено няшей историей – изнячально "язык" и "слова" были придуманы Эльфами, а потому большая часть работы отведена была им… Откуда я это зняю?.. – При том, что Эльфы и Дварфы никогда за историю не дружили, кроме того самого года! – в дополнение выкрикнула Макина, заваленная документами и росписями, параллельно мастерски используя все шесть железных рук для множественных перьевых ручек. "Некоторые приспособления здесь совершенно не соответствуют времени…" – Хорошо, – тяжело выдохнув, будто после тяжёлой ноши, Роро продолжила. – Раскрой любую книгу. Междуняродный язык хорош тем, что прост, так что любая книга Эры Королей словно персональный учебник азов! Даже я быстро выучила его! Интересня, откуда я зняю так много об этих каракулях?.. Раскрыв книгу на середине, Мелани напрягла глаза в поисках малейшего смысла в каракулях, неясно образованных для её привычного, родного Земного. Однако, всё многообразное множество букв будто обладало необъяснимой схожестью с письменностью родного измерения, лишь немного видоизменённого, с добавлением завёрнутых или острых элементов, придающих письму собственный стилевой подтекст в отрыве от схожего родным краям Мелани. Кажущиеся обычному человеку совершенно схожие символы, при должном рассмотрении новыми глазами выдавали еле видимые отличия, будь то кривизна паттерна через каждое предложение, отмеченная чем-то схожим с выколотой точкой, или еле заметные, наполненные разным количеством одинаковых точек внутри полости символы в других символах. Совершенные, выверенные и продуманные, в новинку, иероглифы в книге имели собственный, всё ещё неясный смысл, скрытый за незнанием. "Любая письменность несёт в себе не только протокольные сведения или рабочую информацию, но чаще и идеи , мысли авторов, особенно художественные образцы. Тонкостей, всё же, я не пойму, как не буду стараться, для меня книги лишь способ получить удовольствие или информацию… Уверена, Феликс бы справился и без помощи со стороны, изучив новый язык как родной…" – размышляла Мелани, выискивая из всех предложений одинаковые выражения. – Язык который ты видишь здесь – Алькялор, ня нём и по сей день разговаривает большая часть Алькатрана. Алькалор, по сути, лишь инструмент с Законями слов Алькатрана, поймав в головушке принцип построения букв, их нямного, ты поймёшь и принцип построения из двух отдельных букв третьей, а из них слов и предложеняй. Главное, ня запутайся с "Ши" и "Ри", они пишутся совершення одинаково, одняко использование в разных комбинациях их преобразует в совершенно разные смыслы… Тьфу! Откуда я зняю такие сложные штуки?! Я не зняла их доселе! Мякина! – выкрикивала обескураженная Роро, потирая язык от усталости. – Я подсказываю тебе правильную формулировку через полый меч на твоей спине! – вновь выкрикивала Макина, заметно показавшись кончиком своего пламени сквозь множество неотсортированных бумаг, иногда уменьшающихся в объёме. Пролистывая каждую страницу после подробного рассмотрения основных иероглифов и сочетаний, я складывала в своей голове неясные образы, отождествляя новые понятия этого мира с давно знакомыми понятиями на земле, нередко расспрашивая значения не столь сочетаний или звучания, сколь смысл прочитанных для меня Роро строк: – Как здесь написано, аэше – это "три". Три… Мируэ? Аэше мируэ – три континента? Лагран, Фивнавир и Гахул… Названия? Или, всё же, отдельные слова… – Ня самом деле, Сифи рассказывал о чятырёх континентах, одним из которых был Ламбер, одняко он давно затонул в Средиземье, тям, где ныня Формит Правитялей проводит собрания. Единствянный островок, оставшийся от континента – остров Лямбер, принадлежит лишь Формиту, Меланя. – Как целый континент… Континент, исчез?! – раскинув руками, Мелани направила взгляд на Макину, трагично пожавшей плечи. – Вот как… Какая сила в этом мире способна потопить целый континент… "Даже могущество Бога внутри Макины не хватило бы… Почему-то, я хочу надеяться, что чудовище, способное изничтожить континент до островка, сгинуло в веках… Я не хотела бы встретиться с этим… Мог ли тот " Ангел" сокрушить целый континент?.." – схватившись за живот, Мелани вмиг прекратила размышлять о встреченных чудовищах, не в силах остановить нескончаемый колокольный звон… П опутно выслушивая рассказы от лица Роро, читающей лёгкие книги, параллельно озвучивая каждый новый символ и объясняя, какой смысл был вложен в изменяющиеся сотнями и тысячами комбинации, становившиеся всё сложнее и сложнее с каждой новой книгой, я ломала голову над собственными способами запоминания столь замудрённых комбинаций, по какой-то причине перестав беспокоится о чём-либо, помимо поглощения всё новой и новой информации. Спустя несколько минут, я смогла самостоятельно прочитать страницу детской песни. Спустя час, я смогла читать по странице детских сказок за пару минут, а также складывать из нескольких слов собственные предложения, попытавшись весьма удобно написать мысли перьевой ручкой… – После Беспространствия… Какие сложные комбинации "Ко", "Сив" и "Аэу" используются для описания этого слова… После Беспространствия Алькатран погрузился в Эру Дра… Дрэконесс… Драгони… – Драконархата, – дотронувшись до полого меча, Мелани услышала правильное звучание голосом Макины, чуть не разбудив заснувшую Роро. – Эра Драконархата – время, когда история остановилась на тысячу лет, позволив Мировым Ильмиру, Аиту и Левиафу начать Драконье Царство. Ныне Драконы являются Мировым Бедствием, наравне с волнами Проклятий, Демонов и существ Беспространствия. Некоторые их представители самостоятельно способны уничтожить целые страны, влияя лишь одним своим существованием на атмосферу планеты, быт и традиции народов, на территории которых они дремлют в виде останков или беспросветным сном… Как Тантаримис, сын Ильмира, ставший горными хребтами Чёрных Земель. – Чёрные Земли… Чёрные Земли, да где же они… Магические записи, параграф "Север", да? – выкрикивала Мелани, после стукнув себя по голове, позабыв о более удобном для занятой Святой способе общения. – Извини, Макина!.. Чёрные Земли – "Север" Алькатрана, обособленное государство, управляемое несколькими семьями коренных, а также приезжих народов, образуя совместное Правительство… Удивительно схожи с Федерацией Дорумуника. Хотя, если то Федерация, то Чёрные Земли, скорее, разрозненное королевство феодалов-семей… Спустя немало времени, привёрстывая неизвестные сочетания и слова, образованные с помощью сторонних языков, не связанных с Международным, в книгах Древних Свитков, отдельно связанных с ними томами специализированной информации, вместе со скучающей от монологов собственного чтения, разбирающей не один час совершенно понятные собственному разуму слова, Роро упала без сил, всеми лапками схватившись за бутылку крепкого пойла, тут же вылакав содержимое, впав в неторопливое состояние, не способное нормально изъясняться или воспринимать других… Так, Роро оставила меня в одиноком плавании, изредка останавливающемся у объяснений Макины. – Ха-а… – валяясь между горками накопленной литературы, пролистывая уже ставшие родными сказки "Злой змей Линдворм, погасший Святым Алькой!", "Кубок желаний" и "Моё имя", Мелани закрывала руками глаза, спрятавшись среди теней составленных письменных столов. – Всё, что мне известно, это Международный язык… Всё, что я узнала, оказалась базовая для всех информация о континентах… Простые слова, простые сказки, простые учебники… Эта библиотека выглядит слишком монструозно, хотя ни единого слова о том, что я хотела знать, я не в силах отыскать… – Инягда, то, что ты хочешь, можно отыскать только внутри себя, хозяйка, – вклинившись между книжными стенами, пытаясь пролезть внутрь письменных столов, словно настоящая кошка, Роро хлопала ушами по "потолку", чем-то недовольная и нахмуренная. – Грудь мяшает… – Пх! – упав от бессилия, Мелани залилась тихим смешком, глядя на глупое выражение лица Роро, вспоминая уличных котов, так любящих её подкормку после работы. – Пф… Хахану Роро… Ну и глупая кошка. Спустя день изучения, я вновь и вновь перечитывала уже знакомые сочетания, раз за разом строив в голове конструкции образов из магических запахов каждого символа, глазами выискивая отличительные особенности не только стандартного, внезапно печатного произведения художеств неизвестных авторов прошлого, но и рукописного искусства, в основе которых лежали современные записи в Древние Свитки, дающиеся мне тяжело. Упав от бессилия, Мелани легонько заныла от накатившей печали, мирно последовав примеру Роро, увалявшейся на местные койки в комнатах отдыха библиотеки… – Международные ранги угроз… Разделены на семь основных… Тэй – Оружейник, Уош – Огмор… Кажется, так называли повелителей Орков… Вияк – Демонид, значит, способный сразить сильного Демона… Войш – Чародей, Иксар – Титанид, Иргал – Гений войны… Зеро – Мировое Бедствие… Интересно, какой ранг присвоен Богу Проклятий?.. – Пожалуй, Мировое Бедствие, последний ранг, Мелани, – хлопнув замечтавшуюся Мелани по макушке лёгкой книжкой, Макина уселась чуть поодаль, выливая чай из кружки внутрь пламени, параллельно наблюдая за корчащей брови девушкой. – Не беспокойся, Мелани, здесь тебя никто не побеспокоит, Библиотека Дваргона находится в ином измерении, созданном Нарашей, моей наставницей. Она знает толк в магии и алкимии намного глубже, хоть и имеет ранг Огмор. На деле, она умела и мила со всеми. Ты бы понравилась ей. – Потому что любопытствую к вашему миру? – Потому что мило выглядишь. У неё не совсем здоровый аппетит на милых девочек. Продолжим заниматься своими делами, – легко поболтав с Мелани, Макина продолжила упиваться прочтению научно-исследовательской работой некой Элейны Сейсо, запомнившейся девушкой как искусный фармацевт и биолог, однако, как Мелани не старалась читать сквозь обложку, она не видела ни её портрета, ни комментариев, лишь подпись на старой, изношенной книге. Постепенно привыкая к тесноте и вместе с тем огромным размерам всей библиотеки, спустя считанную неделю Мелани смогла взяться за намного более комплексные книги, использующие не только высокопарные слова художественной литературы, в основном сугубо описывающей красоты местного мира через призму восприятия местных "гениев" писательства, но и совершенно строгие, точные и информативные выражения, присущие старым отчётам Империи Дваргон, кажущиеся логике Мелани рассекреченной информацией… "Империя Дваргон, существовавшая более шести тысяч лет, захватившая более двух третей мира к концу 17 898 год а по дваргонлору… Была уничтожена Беспространствием… Данные несколько тысячелетней истории сожжены или стёрты… Мир прогнил… Эльфериум, империя Эльфов, ни разу не свергнутая за десятки тысяч лет… Алиса Шитильд. Алиса Шитильд, Алиса Шитильд, Алиса Шитильд…" – увидев ранее неизвестные записи о будоражащем разум имени, Мелани побежала к Макине, мирно разбирающей сведения и командующей слугам Святых героев, параллельно собирающей неизвестные приборы, пробирки и колбы, письма и принадлежности, в далёкий путь, предсказанный ещё при первой встрече с Мелани… – Макина, – отпугнув от девушки свиту, Мелани приблизилась к Макине, указывая пальцем на имя. – Мне нужны сведения о Титанах, лучше до Остекленения. Алиса Шитильд, почему-то, написана современным международным, а также в нескольких мировых книгах с разной датой и характеристиками о её "судьбоносном сообщении миру"… Но… Кажется, твоё молчание означает "нет"… – К сожалению, Остекленение также унесло сведения как после, так и до него. Я бывала в Чёрных Землях, с позволения высокопоставленных чинов разгребая Магические записи вместе с Нарашей… Но, даже оно, созданное после Остекленения, не имеет никакого понятия о пределах знаний до него. Титаны вымерли не до конца, остатки их расы находятся рядом с местом, в котором я должна разобраться с концепциями Бесконечностей… Если хочешь, я могу поискать информацию и о Алисе Шитильд. – внезапно задумавшись, Макина, по привычке, приставила одну из левитирующих рук к воображаемым губам. – Кажется, что-то крутиться в голове, не могу понять, что именно... Я что-то забыла… "Остекленение, событие, приведшее по легендам, более чем четыре миллиарда зим назад, к гибели Древних Титанов и Элементалей, положившее начало многим современным расам… Чёрные Земли и их Магические записи всё так же неясны и содержат слишком заумную символику, в сравнение с Международным… Ничего, ни о Богах, ни о Хтоническом царе, ни о чём, что я хотела знать, в Библиотеке нет…" – Я буду благодарна тебе, Макина. Ещё… Меня волнует факт, гласящий, что путешественники из параллельных миров прибывали и до меня при всплеске огромной магической силы из недр Алькатрана… Вы называете его… – Ядро Алькатрана. Да, путешественники из иных миров – это Демоны, Создания Хаоса, Тени и существа Беспространствия, однако и тебя, со слов Гертруда, можно звать путешественником, – сев за стол, усадив Мелани на стопки волокиты и книг истории, Макина рассудительно указывала слугам действия, одновременно разглагольствуя собственные догадки с Мелани. – Лично я считаю, что влияние Беспространствия, как и Остеклянение, дало намного большую магическую силу планете, чем она сама. Безусловно, магия всё ещё не изучена должным образом, за что даже мне, положившей несколько десятков лет в её изучение, очень стыдно… Но история как-то связана с Бесконечностью и сутью не только Алькатрана, но и магии… Я должна вернуться к исследованиям… Оставив беспокойную Макину, Мелани направилась отведённую ей комнату отдыха, попутно оторвав беспокойных и занятых слуг от выскочившей с десятиметровых книжных шкафов игривой кошки, взяв в воздухе Роро за щёки пальцами, словно тыкая домашнее создание в оплошности: – П-пожалуйста, Роро, не заходи в мою комнату, пока я не выйду оттуда. И не подслушивай, х-хорошо? – состроив неудачную улыбку, Мелани взволнованно просила глазами Роро. – А ещё не приставай к прислуге Святых, их работа положила начало благоустройству всего Варнира, а сами они – высокие чины! Пожалуйста, не донимай их, а я потом поиграю с тобой. – Конечно… Ладня? Ня знаю, что ты задумала, но ня переусердствуй… И знай, в случае чяго я всегда рядом как воин, и как подруга! – помахав лапой, Роро устремилась в другой конец библиотеки, чтобы вновь прибежать к Мелани с булькающим снадобьем, быстро вырванным из ручонок замявкающей Фейри. – Зануда! Меланя, милая!.. – Ты нужна мне трезвой, иначе снова половину библиотеки подожжёшь… – Злюка! – выкрикнула Роро вслед хлопнувшей двери в изолированную комнату с просторным залом и большой кроватью, освещённую приглушённым светом от голубовато-тихих свечей из восковых камней. Встав посреди комнаты, Мелани шлёпнула себя по щекам, вспомнив о перчатках, дополненных розоватой ленточкой. Открыв маленький шкафчик, Мелани улыбнулась в мыслях милому виду потёртого подарка, не сочетающегося с остальным костюмом ничем, кр оме потёсанного вида и изношенных кастетов с зазубринами. Притронувшись к заколке, лежащей внутри перчаток-кастетов, Мелани почувствовала алкогольный запашок. Одёрнувшись, Мелани раздражённо вздохнула, приготовившись к исполнению идеи. "Интересно, как глубоко ты можешь проникнуть … Как далеко готова пойти в своём безумном стремлении, Портальное Чудовище?.. Пора проверить вертлявость твоих намерений, пока я не получу желаемого," – потянувшись, Мелани отвернулась в сторону, встав напротив кровати, не заправленной одеялом, заполненной книгами-справочниками: – Давай сыграем, Аки Нирванн, – почувствовав холодок, приветствующий звонкий прыжок на кровать, Мелани засвистела зубами, сжав кулаки от подступившей дрожи, прошептав успокаивающие оскорбления. – Вломилась в Библиотеку Дваргона… Насколько же твоё естество наполнено бестактностью и беззаконием… – Я уж подумала, что ты позабыла меня, кролик, – мгновенно материализовавшись на краю кровати, со скрежетом металла по каменной поверхности, Аки засвербела бензопилой внутри головы, приятно удивившись серьёзному лицу девушки, не реагирующей на поглаживания собственной шеи стальными резцами пальцев. – Кролик осмелел… Какая дерзость, чтобы добыча вела себя как хищник… Может, не стоило всенародному герою выступать против Безумца? Как думаешь? Возможно… Стоило поставить против Бога Проклятий твою подружку?! – Я не знала Гертруда много, но его вклад был запечатлён в народе, в отчётных книгах о деятельности Святых героев и его поступках. Ему ничего не нужно доказывать, Гертруд был предан своим принципам до конца своего прожитого века, – улыбнувшись, Мелани отвела руку Аки от шеи. – Осталось два вопроса, Аки. П резрительно всматриваясь в холодный взгляд Портального Чудовища, пальцы Мелани дрожали, предвкушая вопросительное возмущение, в ответ получив лишь лёгкую, полную нахлынувшей радости с азартом улыбку: – Загони дикого зверя в ловушку, и он начнёт думать. Браво, маленький трюк позволил тебе чувствовать себя доминантой стороной, как мило… Продолжай, Мелани. – Первый вопрос: где мне найти знания обо всём, что невозможно найти ни в одной библиотеке Алькатрана? "Конкретный вопрос, возможно, способный поставить правилам Аки ультиматум. Я должна знать, где в данный момент существует нечто, способное дать мне ответ на любой вопрос… Даже на вопрос ы, запретные для нашей с ней игры… Способна ли Аки сейчас попасть на Землю сама?.." – Корректный вопрос. Ты думаешь о том, как обойти мои правила, что не лишено смысла, ведь… Я вовсе не заставляю ни тебя, ни себя следовать правилам, в любом случае лишь вопрос о контракте на годы моей жизни и моё личное желание определяют получаемую тобой информацию… Я совру. Всё, что тебе необходимо, находится в Зверокоролевстве, – хихикнув, Аки указала на потолок, обратив комнату вверх ногами, дав Мелани с грохотом упасть на перевернувшийся потолок, самой оставшись висеть вниз головой на прежнем полу. " Кх… Сука… Противоположность?.. Всё же, наша игра и правда лишь игра, ей необязательно ни отвечать, ни быть со мной милой, лишь в её прихоти играть… Кажется, ей нравится забавляться со мной? Что ж, теперь я играю только по твоим правилам. Значит, Север, Чёрные Земли, государство-автономия, не торгующее ни с кем, кроме соседствующей Федерации Дорумуника." – Я задаю вопрос! – безэмоционально выкрикнула Аки. – Тебе нравятся кошки? – Безусловно, – мгновенно ответила Мелани, пытаясь сориентироваться в новой обстановке гама от поваленной мебели, попутно разыскав целую заколку и застрявшие в ящике перчатки. – Мой черёд: что такое Поглощение Хтонического царя? В глазах Мелани помутнело, казалось, будто она тут же свалиться в обморок, почувствовав, как нечто внутри живота раздирает плот ь мелкими занозами из накалённой, ржавой проволоки. Тут же поваленная на колени, Мелани была поражена удивительным спокойствием и рассудительным видом снующей по потолку Аки, будто пытающейся понять собственную оплошность, кусая ногти на руках. – Хм, – удивлённо наклонив голову, Аки захлопала глазами. – Кто сказал тебе про Хтонического царя? – Бог П-Проклятий. Т-ты сама стала причиной, почему я знаю о нём… Ещё, ты потеряла последний в-вопрос, а теперь отвечай, – глядя в изумлённые глаза, полные азарта и одновременно, непоколебимого, холодного возмущения, Мелани смеялась в душе, вслушиваясь в каждый мимолётный вздох Аки. – Отвечай, Аки Нирванн. – Это не входит в правила, поставленные мной… Но… Раз ты немного выросла, пора говорить с тобой как со взрослой. "Власть одного человека над другим губит прежде всего властвующего", Мелани. Ты найдёшь ответ у того, кто не способен молчать, когда невозможно говорить, и не способен говорить, когда говорить необходимо. Однажды тебе придётся выбрать меж двух добрых зол, заставить себя выбрать. Надеюсь, к тому моменту мой эксперимент будет быстрее судьбы, кролик. " Не могу понять… Не могу понять, но я должна запомнить… Я должна продумать ход её мыслей, должна в конце концов понять, что такое Портальное Чудовище, и много ли в нём самой Аки Нирванн… На удивление спокойна, глаза не выражают желания убить меня… Но почему… Что значит этот выбор меж двух добрых зол?.." – Властвуй, кролик, твой черёд. – Ха-а… – сжав кулаки, опечаленная собственной слабостью даже в сравнении с знакомыми, измываясь изнутри своими чувствами, Мелани схватилась за живот, вымолвив вопрос сквозь стиснутые зубы. – Как мне получить дневник Феликса обратно?.. Несколько минут в комнате были наполнены лишь громкими выдохами упавшей на перевёрнутую кровать Мелани, скрежетом металла от медленной, медитативной ходьбы Аки и напряжённой пустой тишью меж двух огней вопрошающей и вопрошаемой. Спустя несколько мелодичных подёргиваний глазами, Аки заострила взгляд в пустоту, задумав единственно верный план для собственных, неисповедимых мотивов: – Ты должна использовать Поглощение, лишь тогда я верну тебе дневник, – стукнув кончиком подошвы, поправив красный галстук, Аки исчезала в портале, театрально раскинув руки в стороны. – C`est la vie. Превосходная работа, кролик, теперь, тебя ждёт путь через тернии к звёздам… Пока я не настигну твою душу ради Мечты… В считанный секунды Мелани полетела головой вниз вместе с ещё большим громом от упавших на место кровати, тумбочек и книг, ударившись затылком о заусенцы неровного пола. Поправив одежду, с болью во всём теле, Мелани села, упёршись спиной о стену, пододвинув коленки к груди. Обняв ноги, Мелани уткнулась лбом вперёд, окончательно расслабив дрожащее горло и ноющие глаза, в страхе косившие вырваться из глазниц… Напевая мелодию из старой сказки русалов, Мелани почувствовала резкий выпад с другой стороны Библиотеки, перевёрнутую полку и гневный кусачий рёв от вонзённого в пол меча. Услышав мурчание за дверью, Мелани прошептала имя кошки, вмиг завидев мягкие уши, выглядывающие сквозь щёлку: – Роро?.. – Хозяйка, я почувствовала, что здесь была эта твярь! – прыгнув к ногам Мелани, Роро удивлённо рассматривала комнатный погром, параллельно прижимаясь к Мелани, тихо согревая ушами нос девушки. – Ты ня пострадала… Слава всему живому. Хотя само присутствие этой твари выбешивает. До сях пор чувствую этот гнятущий запах переварянных отходов, будто снова в подземных заводах Варнира оказалась, гадость… Но… Почему ты ня сказала мне, что собяралась прязвать эту бестию? – Прости, но так она бы не задела тебя, – ответила Мелани, увидев разрозненную реакцию, со стороны обиды и со стороны разочарованного понимания от Роро. – Я бы хотела посетить их подземные города, хотя… Наверное, там и правда так ужасно воняет?.. – Ня то слово, хотя Мякина твердит, что сама оттуда родом! Ня понимаю, как там вообще может рождаться кто-то?! Одни Дварфы такие няопрятные животные или все существа оттуда нястолько пропитаны отходами мягических катализаторов?! Няважно, так воняет металлами и грязными мягическими кластерами, – активно размахивая лапками, попутно двигая хвостами, казалось, используя недоступный людям уровень мимики, Роро с огнём в глазах разъяснялась о своих разговорах с слугами Святых, с Макиной и "скучнейших" книгах о цветоведении некой Элейны Сейсо. "Поглощение… Если я доберусь до Чёрных Земель, я смогу узнать про Поглощение и то нечто, что сокрыто внутри… Почему именно я стала проводником и сосудом для этого царя?.. И что Он такое?" Из-за дверей послышался гулкий грохот влетевшего голоска, с громким и звонким эхом пронёсшимся по всем комнатам и библиотечным стендам, верещавший имя Мелани. Быстро встав, девушки направились на зов взволнованной и чем-то напуганной Иланы. Влетев на округлый фундамент, обронив Лонгин, Илана прыжками приблизилась к Макине, взяв ту за руку юлящими пальцами, резкими рывками осматривая всё помещение в поисках знакомых, пустых глаз: – Что случилось? – в унисон произнесли Мелани и Макина. – Мелани, Императрица, Каира Мюнбургская вопрошает тебя о личной аудиенции в императорском дворце! *** – Эйнар, – встав напротив притулившего взгляд старого дварфа, почёсывающего густую, белую бороду, Каира взглянула в стеклянную стену, завидев обречённый вид прихрамывающего старого друга, на что Эйнар, удивившийся несобранному, расплывшему виду, достал из краешка ножен маленький карман, наполненный косметикой на экстренный случай, принявшись вытирать и накладывать макияж перед важной встречей Правителей и гнетущей семьи Жайтан. " Сколь бы сильно не менялся Варнир, сколь много бы на её плечи не падало несвязных обязанностей и глупых поручений, сколь много бы её вид не был разбит и сломан от града свалившихся обстоятельств… Она не менялась… Никогда не менялась. Всегда властная, жестокая… Но хрупкая и справедливая. Всегда, с какой стороны не посмотришь, ты видишь в ней лишь Правителя Дварфов, не более… Но, узнав поглубже, понимаешь, что перед тобой стоит всего лишь поломанный ребёнок, задумавший очередную пакость…" – Жайтаны пожаловали так скоро, ваше величество. Вы даже не спали, все кончики и ресницы опали… – За мной, – резко скомандовала Каира, тут же схваченная за руку Эйнаром, старательно поправлявшим потёртые, угольные щёки и красные глаза каплями воды из пальцев. – Спасибо… Как я выгляжу?.. Всё оттёрлось? Расправив плечи, Каира встала в вопрошающей позе, раскинув руками в стороны, поставив ладони вверх, будь архи судья, держащий весы из чистого адаманта, завязав свои глаза пропитанными ядом верёвками из цветочных шипов… Обожествлённая, спокойно держась в холодном взгляде, будто не ставящая ни во что Со`Правителя перед собой, всем видом желающая лишь внимание и восхищение перед своим великолепием, Каира была похожа на античную кристалл-мраморную статую, будто сойдя с картин умершего художника-гения. Утончённые скулы, властные глаза, наполненные решимостью сделать то, что должно, и крохотное сердце, бьющееся в припадке пережитых потрясений и смертей. Траурно-чёрный, покрывающий каждый сантиметр её тела , подчёркивал её белый оттенок страдающей кожи, облегающее платье вкупе с подобным плащу халатом, резко выстреливающий бардовыми вставками из символики крыльев и перьев, будто Падший Ангел, Каира вдруг опустила руки, легко выдохнув, дёрнув кончиками пальцев, будто заострив взгляд на белых перчатках, незапятнанных кровью, пролитой во имя её "роли" Императрицы. – Вы выглядите бесподобно, ваше величество Императрица, – мило улыбнувшись, Эйнар тихо прокашлялся в кулак, достав из-за переднего кармашка платочек, тут же выхваченный Каирой с хитрой ухмылкой. – Не умеешь ты врать, – вытерев остатки губной помады, Каира услужливо отдала платочек Эйнару, тут же зашагав вперёд со всей скоростью. – Тебе не нравятся аристократки, впрочем, как и мне… Как думаешь, что Жайтаны думают о ситуации с Гертрудом?.. "Ничего… Возможно ли, что только самый непутёвый из их семейки слышал про него?.." – Их активы, а также специально отведённые предприятия не пострадали ни на процент, а влияние в следствие пропажи некоторых народных предприятий выросло. Хотя, предводительница Жайтанов отдала все уничтоженные земли аристократии, что вызвало… – Бунт в городах, поражённых Проклятиями… Грядёт всеобщая революция. Что с тем самым? И, ещё, где сейчас находится Корнесса?.. – Разбирается с проблемами и источниками Проклятий, что остались в поражённых областях, хотя Ангелы и Духи послали нам сотни благословлённых паладинов. Кажется, она винит себя в смерти моего брата. Она не появлялась в столице с момента окончания Бедствия. Также, Святые герои ничего не знают о её местонахождении… Что до подпольных игрищ и информационной блокаде служащих не на аристократию, их спонсорская сторона, должно быть, поддерживаема Жайтанами или их пособниками. Неизвестно, существует ли Арена Элид под комплексами подземного города на самом деле, однако, игрища действительно происходят, судя по недавним смертям… – Печально… Проще говоря, наш конь исчез с поля зрения, а шанс поучаствовать в Арене минимален. Остались лишь пешки, два слона, одна ладья и… Кажется, многообещающая пешка, – повернувшись к Эйнару, Каира, встав носом к дверям, зашумевшим от одних приближающихся шагов дуэта Правителей, надела маску. – Вперёд, Эйнар! Упокоим наших Правителей! Распахнув массивные двери, Каира, улыбаясь как ни в чём не бывало, подобно лживой гримасе на театральной маске, вмиг потеряла в глазах все свои актёрские способности, и, опустев и состроив серьёзный взгляд, уставилась в полупустой зал и затемнённые столы, за одним из которым сидела дерзкого вида фигура, поставившая ноги на обеденный стол с пустой тарелкой. Оскалив зубы, освещённые приглушённым светом из обширных коридоров, фигура привстала, раскинув плечами, хрустя и разминая кости. Звонко постукивая каблуками, Каира нервно подумала: "Жайтанское отродье…" Проявив всю тень на свет, из полумрака высунулась голова паренька, состроив опечален ный вид, скучающе цокнув языком. Состроив презрительный взгляд, чудом не засверливший в голове Каиры мерзким смешком наглой мрази-матери сопляка, Кезарь поправил огромные лезвия на перчатках-костяках, чего-то смешливо ожидая. Встав посреди дверного проёма, Кезарь усмехнулся, толкнув Каиру в плечо, однако, не встряхнув Правителя ни на миллиметр, Кезарь спрятал оружия-наручники за спину, похлопав Эйнара по плечу, едко улыбаясь в напряжённые брови дварфа. – Слабенькие плечи, старик. Какие же вы всё-такие скучные! А я говорил матушке, что мне здесь нечего делать! Даже с детьми нянчиться веселее, чем с вами, скучные шишки, что же в вас нашла матушка? – пожав плечами, Кезарь направился прочь от Правителей, как вдруг почувствовал железную хватку. Наплевательски сбив кисть рукой , Кезарь обернулся, в удивлении посмотрев на выдвинувшуюся вперёд Каиру, чуть услужливо глядящую на Кезаря, словно преданный слуга, желающий угодить своему господину в любой просьбе… Желающий смерти каждому члену семьи его властителя. Проигнорировав пробежавший по спине холодок, Кезарь, поправив бандану, похлопал Императрицу по плечу, с каждым разом усиливая удары. Чем сильнее Кезарь бил по плечу, тем грознее и крепче становилась спокойная, с виду миролюбивая улыбка на лице Каире, постепенно перерастающая в вопросительные, съехавшие ресницы, наклонённую голову и скрещенные кисти на полураскрывшейся груди от отъехавшей пуговицы. – Что такое, господин Жайтан? – мило спросила Каира, тяжело выдохнув. – Раз вам скучно, почему бы не повеселиться с нами? Как вы обычно развлекаетесь, господин, чем мы можем увеселить ваше превосходство? – Н-не твоего ума… Как же… Не важно, я не обязан рассказывать тебе ни о чём. Ты недостойна даже знать моё расписание, плебейка! – не заметив резкий выпад взглядом от Эйнара, Кезарь чудом не увидел, как дварф притормозил чуть не съехавшую челюсть, будто на расстоянии уловив мысль Императрицы Варнира: "Каира что-то затеяла… Её желание сочиться, будто аура безумия Демонов… Что ж, раз того хочет её, полная раздумий и пл анов, душа, следует подчиниться и исполнить нашу коронную… Импровизация – ещё один козырь в руках Каиры, мастерски владея которым, она подчиняет даже самого скупого и автономного аристократа." – Господин Жайтан, разве вы не любите свободу больше всего? – вдруг вклинился Эйнар в диалог, пристав к стене, смешком перебивая свои размышления. – Чтобы сын Жайтанов и был облачён в оковы расписаний… Верится с трудом, хотя… Ваша родительница играет далеко не последнюю роль в управлении государством, где же здесь свобода, действительно. Наверняка, вам было сложно каждый раз убегать от неё, дабы насладиться бойней с тварями за стенами. – Чего?! Что ты несёшь, пещерный выродок?! Я – самый свободный варнирец во всей столице, старик! Это расписание – пустая развлекаловка для каких-то почитателей и друзей матери, просто это жутко бесит. Сама-то хотела бы зависеть от кого-то так сильно, а, недокоролева? Наверное, тебя сыром в масле катают, высокомерная сука! "Клюнул", – хлопнув в ладоши, Каира протянула руку Кезарю: – Что ж, молодой господин, не соизволите сыграть со мной? – взяв отпрянувшего Кезаря за руку, Каира внезапно встретила покрасневший взгляд, тут же когтями ухватившись за мгновенно вспыхнувший огонёк изнутри прогнившей душонки. – Я – Императрица Варнира, совершенно загрустила сидеть в замке… Хочется… Свободы. Да, такой, какая есть у вас! Вы – мой спасительный билет, господин Кезарь, та "развлекаловка" для аристократии, как вы упомянули, очень скучна? Прошу, я не могу понять ход ваших мыслей. – Конечно… Конечно скучна! – будто и не пытаясь сопротивляться, Кезарь отвернулся в сторону, в конец развязав собственный язык. – Правда, ты тут причём? Это только наше, семейное дело! Ты не Жайтан, а Мнубр… Мнюбирг… Не Жайтан ты! Лучше не лезь, простачка, тебя загрызут там за милую душонку, была бы у таких, как ты, она. Да-да, я, в отличие от вас, слабачков, владею силой, недоступной простым смертным… Так что там мне ничегошеньки не грозит! "Он поплатиться за свой глупый язык… Твоя мамочка велела не говорить названия Арены?.. Как же в столь юном и развитом теле умещается столь ничтожный мозг…" – смеялась разумом Каира. – Ну что вы, господин Кезарь, не бросайте Императрицу на произвол судьбы, пока не услышали идею, вдруг озарившую мою бездарность… Если я поучаствую на Арене Элид и выиграю вас, вы согласитесь стать моей прислугой? – бросив безукоризненный, всеобъемлющий взгляд, полный уверенности и надменной гордыни, Каира вмиг зарядила Кезаря, завидев в обеспокоенном взгляде былую зависть, ненависть и обезумевшее высокомерие. – Или же вы, господин Жайтан, настолько скучны и слабы, что проиграете простолюдинке?.. – Ты… Ты поплатишься за каждое слово из своего прогнавшего языка! – поливая плевками застывшую гримасу Каиры, Кезарь достал из-за спины клинки-перчатки, злобно уходя вдаль огромного коридора, повернув голову на половине пути. – Через две недели, в День Двойных Светил, у памятника Гертруду, ночью. Не опаздывай, мерзавка! Я покажу тебе, что значит быть истинным наследником Престола Варнирской Стальной стены! Ночь наваждением образов безудержного страха наваливалась одеялом из звёзд на столицу Варнирской Стальной стены. Огромный дворец, окружённый рвом, источая зловещую тишь из далёких долин, прорванных стен, проклятых существ, терроризирующих окружающие столичные поселения и города-заводы, освещал лишь пару внутренних комнат, внизу, в коморках управляющих и прислуги, наверху, в покоях Мюнбургских. Ковры, застёгнутые гвоздями, освещающие проходивших мимо Правителей фонари-кристаллы, вазы, источающие старые цветочные запахи приторного сахара… Каира, мчась по коридору в тронный зал, распахнула дверь, что-то крикнув на всё помещение рыцарям в чёрно-красных одеяниях, прежде чем запереть дверь изнутри, оставшись с Эйнаром наедине, в комнате, откуда невозможно сбежать… Подойдя к величественно приподнятому трону, Каира коснулась пальцами спинки, медленно кружа вокруг , будто вытанцовывая накопившиеся чувства под светом нескольких лун… – Соседи не будут сидеть сложа руки, Эйнар. Жайтаны не предпринимают ничего, говоря непосредственно о народе, заботясь лишь о финансовом положении собственных сгнивших детей… На восстановление торговых связей, после всей этой волокиты и помощи союзных государств, потребуется полгода тяжкой работы финансовых отделов, строительные компании, даже при помощи магов, не возымеют особой выгоды с восстановления Проклятых участков… Военная мощь упала, а проект "Сверхновая" свёрнут, Эйнар… Ха… Ха-ха… – восседая на троне Варнира, Правитель властно махал указания. – Каира, ещё не поздно повернуть назад. Твой план сработает и без последнего пункта, нужно лишь время… – Уже поздно, у нас нет более времени. План "Осиное гнездо" приведён в действие ещё в тот день, когда я завербовала тебя в свои помощники, – опустив взгляд, Эйнар встал на колено, вновь увидев тот самый взгляд "Королевы стали и вина". – Мы используем все предоставленные возможности, каждый козырь, каждую королеву, ладью, слона, коня… Каждую пешку мы пустим в расход, мы заставим всю Варнирскую Стальную стену плясать под дудку обезумевшей Императрицы… Я подняла аристократию, я заставила их следовать любому указу Жайтанов, тем самым показав верхушке элит их некомпетентность… Даже этот шанс, выигранный на ложных и совершенно безосновательных рассуждениях, маленьких уловках и хитростях, приблизит меня к Кезарю, и я воспользуюсь им! Эйнар?! – Да, ваше величество Императрица Мюнбургская? – вновь обратив свой взор на зубы, скалящие небо, весь взор Соправителя вмиг был покрыт безумия пеплом. – Лишь прикажите, я положу свою жизнь, но выполню любой указ. – Да соизволит Мюнбургская говорить!.. Пора заканчивать спектакль, мой друг. Корнесса больше не поможет, Святые отвернулись от Правителя, а Гертруд умер… Пора инициировать Формит Правителей, но прежде захватить того мальчишку, "победителя" сей басни пред падением семьи Жайтан. Что ж, пора использовать нашу тёмную лошадку в целях плана, остановившую Безумца! Аудиенция, завтра, лишь лучи коснуться балкона моих покоев – Мелани Сайгак обязана стоять и слушать речь Правителя Варнира, – залив всю комнату бликами пролитого вина, план по возвышению был взят на исполнение, украсив падающие звёзды пламенем мстительной Императрицы. – Это первый и последний шанс, чтобы спасти Варнир от вымирания…