Поглощение

"И абсолют в нашем мире рождается с пороком. Уничтожить его под силу лишь холоду далёкого Севера… Или, он закалит Грех так, что даже облик страшного чудовища, сила неудержимо безумного тирана, проекция страха, падающая с сотен небесных чертогов прямо в ад, падут под натиском рвущейся покорять мир глаз!.. Пустых и вечных. Живи и будь умерщвлён сильным, либо стань тем, кого будут боится даже Ильмир." Цитата из Магических записей одного из первых основателей Чёрных Земель, ранее окликаемых скромным, но солидным, берущим в дрожь от чувства внезапного холода по всему скелету, пробирающему каждую жилку тела, словом – Севером. По иронии судьбы, Правитель был сожжён за безрезультатные реформы и односторонние законы, во имя "мира"… Мелани трясло на месте от пожирающего внутри холода, напоминающего записи о древних похождениях на Север многих народов и рас Алькатрана. Давным-давно, с моим телом, только новорождённом в мире, схожим чем-то неумолимо навязанным, осевшим в мозжечке, случайно сплочённым с Алькатраном, идеей о превосходстве "силы" над личностями и существами со всей планеты, случилось то, что ныне я бы назвала не иначе как "проклятием", – я начала задыхаться без причины. Астма? Неработоспособность моих лёгких?.. Плеврит?.. Возможно, я бы зачахла ещё в родильной, если бы не современность. Всё моё тело охватывал неясный недуг, не дающий мне и двинуться с места, как только я почувствую хоть самую долю... Боли. Удушающей, рвущей внутренности боли… К которой мне смиренно приходилось привыкнуть. Стоило маленькой капли крови подступить из раны – мой живот начинал болеть вслед отдышке, парализуя разум и ноги, словно готовясь умереть под взором хищного зверя... Я ненавижу прошлое и себя из него. Потому что... "Жалкая?.. Откуда корни этих мыслей?.. Из прошлого, из вечных разговоров взрослых за спиной, из моих собственных кошмаров?.. Но почему я так легко им поверила... Почему мой живот болит даже в ином мире... Почему мои глаза больше не мои... Почему я так страшусь, видя перед собой новых чудовищ, Проклятых? Странное ощущение, ни с чем не схожая боль, растекается проволокой… Так больно…" Порой я могла начать говорить не своими мыслями или желаниями, а чужими, идеями извне, будто величавый и более авторитетный некто диктовал мне свои законы доселе. Следуя им, я заметила, что становлюсь лучше, взамен прислуживая с тошнотой в горле другим… Даже подобралась к идеальной себе, так стремительно и непринуждённо, словно вся жизнь до того готовила меня к встрече с... Что ненароком сломала своё же будущее глупым воспоминанием, оставившим после себя только книжку с мыслями. "О чем ты думаешь, Мелани Сайгак?.. Знать бы самой... Тц… Б-больно!..Что я думаю, как и для кого я продолжаю думать... И снова не мои слова. Феликс ненавидит, когда я разговариваю сама с собой. Он вторил мне, что я могу равняться на него... Что я должна полагаться на старшего брата!.. Я была самой лучшей сестрёнкой в мире." И вот я здесь. В мире, который даже не хочет слушать мой голос. Ключ от Подземных городов?! Остатки безумного монстра в латах?! Да какая нахрен разница, что это такое!.. Какая мне разница, что происходит в этом мире?! Разве мне действительно важно, чтобы кто-то за пределами столицы, даже в столице, этого Варнира жил лучше, разве меня волнует здоровье и мораль тех, кого я даже не пойму из-за языкового барьера?.. Раньше меня не интересовали даже люди, что дружили с братцем… "Я ненавижу слушать голос своего прошлого... УБИРАЙСЯ ИЗ ГОЛОВЫ, ТВАРЬ, ЧТО ПОРОЧИТ РАЗУМ!" Вновь я заставила себя встать с колена. И вот, Роро снова помогает мне, словно я какая-то пожилая женщина с больными коленями, не дающими мне даже стоять рядом с моим быстроногим братцем… Я благодарна, бесконечно рада, что даже малейшую боль я хочу и могу разделить, буквально передать Роро… Даже если ей больно… Я устала быть на побегушках... Я использую любую возможность, любую ситуацию, любое существо из этого мира, чтобы вернуть себе спокойные дни без экспериментов Аки, без Каиры и "кружка" Правителей, без чудовищ, ломающих меня... Поможет ли мне Роро?.. Мы можем пойти по разным путям, но... Я верю, что в итоге останемся подругами. Иначе я сломаю мир вместе с собой. "Давай, Мелани Сайгак... Пора узнать о том, кто такая Аки Нирванн, Хтонический царь... И где меня не коснётся ни единая проблема во всём Алькатране. Пора принять эту жизнь и двигаться дальше, и человеку не важно вернуться в прошлое, пока в его будущем он купается в лучах счастливых, несбывшихся, но ясно выстроенных счастьем воспоминаний. Шанс, данный мне Аки, не должен простираться в пределах лишь её желаний и указок. Не должен быть кому-то подчинён…" – Я немножко устала, Роро… – промолвила Мелани, навалившись, словно от сонного недуга, на плечи Роро, тут же с мявканьем поднявшей её, мурчание массируя шею вдруг улыбнувшейся подруги. – П-прости… Я снова веду себя странно… – Ня важня, Меланя. Отдохнём пару минут позади Няраши. Не против? – обращалась Роро к разъярённой, не слышащей ничего Духовной бабочке. – Это не входило в планы, босс. Я помню этот меч, в сказках, Создания Хаоса и прочие демоны боялись Кирихары, Ловконосого меча разрушительного гнева "Фейри-часового", – залепетал один из мужей в чёрных балахонах, закрывающих каждый уголок тела, не давая разглядеть ни лица, ни расы, ни глаз, придерживая за плечо выдвинувшегося вперёд парня с лисьей маской. – Как поступить Чарам, господин?.. Что скажет Великий?.. – Не мешайся колебаниям закономерного хода и стой смирно, марионетка, – отодвинул руку предводитель шайки Чернокнижников, приложив пальцы к щекам, словно сжимая губы в трубочку изнутри маски. – Помню… Вышестоящий называл тебя Секущей Мировое, Нараша, праильно? Впрочем, насрать. Позвольте представиться – Ульрик Дракс, волшебник, что возродит Чарного Демона, нашего личного Бога!.. Приятно, что подле меня оказалась та… Что уступила место защиты столь важного для погани, вроде Духов, стоянки. Очень вовремя, милашка, рад, что наши общие нтересики совпадают! "От него веет надменной мерзостью… Будто передо мной не человек, а Проклятье…" – вытирала нос Мелани, готовясь к сражению, поправляя кастеты внутри зацветших от крови розовых ленточек и порезанных перчаток. Тут же, прочитав намерения девушек, Нараша резко выстрелила огромными крыльями по стороны вытянувшихся вперёд Мелани с Роро, завесив солнечный свет увеличивающимся телом в огромное нечто, напоминающее чудовищных размером кузнечика, скрещённого с беловласой бабочкой… Водрузив покрывшиеся жёсткой броней из хитина лапки вперёд, словно огромная горилла, Нараша выпустила из шейных позвонков сотни хлёстких звуков, перебирающих мурашками по всей спине Мелани, не привыкшей к новообретённому опыту, облику разозлённой Нараши – Секущей Древо, одной из высших разумных Духов. Монструозность облика Секущей поразила и стоящих в спокойствии Чернокнижников, создав внутренние дискуссии в еле пробиваемой тишине. – Я разорву тебя на куски, психопат! – грызла Нараша воздух внутри шеи, не давая и шагу ступить тем, что скрылись позади неё и спины, казалось, ухмыльнувшегося под маской лисицы парня с острыми ушами. – Чего?! Хочешь упокоится с этой мерзкой улыбкой, червь?.. Делайте что хотите!.. Фантазмы не дадут вам и шагу ступить к Мировой Матери. А Мистегнит… Одним жестом сметёт вашу шайку маньяков в хлам! Лучше заречься помощью ото всех потомков первородных духовных тел и полечь в бою, чем дать вам разрушить мир!.. "Удивительно… Мне так страшно, хотя я не враг для Нараши… Просто стоять тут, сзади, уже невероятно будоражит поджилки, не представляю, как сильно можно млеть под её взором… Хотя, этому Ульрику хоть бы хны, помереть быстрее вздумал?.. И п-почему первее м-меня?.. – нервно смеялась Мелани в ответ на смех из толпы чернокнижников, тут же прерванная внезапным выпадом Нараши вперёд. – Впрочем… Лучше умереть счастливой… Чем постоянно прислуживать кому угодно в погоне за несбывшейся мечтой." Бросившись навзничь, в мгновение, заволокшее внимание мыслей Мелани, Нараша разгрызла несколько балахонов. Когти, бороздя на пути Чернокнижников, тут же растворились в песке посреди борозд, казалось, поверженных трупов… Лапы, покрытые иссыхающей в песок кровью, начали застревать. Нараша застыла на месте, словно приклеенная к земле, утопая, всеми силами, с рыком и хрустом в шее вопрошая Чернокнижника: – Что за срань?! – рвала хрящи с характерных хрустом Нараша, вырываясь из ловушки. – Порча: Заячьи угодья! – произнёс Ульрик, состроив из пальцев лисицу. – Хи-хи-хи! Неужто таких слабачек берут в Секущие Древо?! Ничтожество, ничтожество, ничтожество! Сама судьба, вижу, хочет поскорее дать нам шельнову дорожку к возрождению Величайшего! Ха-ха… Посмешище- Из темноты послышался чей-то шёпот, омрачённый гневом. Огненный луч пролетел в сторону стены Варнира, ослепив на несколько секунд присутствующих мощным светом. Выплыв из тучи поднятой пыли и скрежета каменного фундамента, внезапно из внутренностей маски посыпались капли крови. Опустив лисьи пальцы, присмотревшись к текучей, окровавленной, оторванной и постепенно холодеющей от подступающего пламени недостающей руке, Ульрик узнал следы огненной магии, рассечённой воздухом и сотнями преображений, словно клинок из чистой материи… Наколдовав сгусток воды, Ульрик остановил кровь, тут же перевязав рану одеждами, жестом схватив подлетевшую за нити оторванную руку. Из лесной чащобы, хлопая в ладоши, окроплённые собственной, несколько синеватой крови, вышло существо, издали напоминающее Корнессу, однако, более молодую версию, чуть ниже, покрытую несколькими наростами из сияющих на Цуо кристаллов, словно морских призм-кораллов. Наконец, выйдя во всю красу перед толпой обомлевших чернокнижников, неизвестный Эльф, покрытый еле заметными трещинками по всей синеватой коже, пролепетал, порядком обеспокоив всех находившихся на поле перед огромной, полыхающей столицей, Мелани и Роро с Нарашей: – Безупречно... Безупречно, безупречно, восхитительно алый!.. Как кипящая кровь, обворожительный взгляд! Ты сам Эдем, такой сосуд... Такой восхитительный, божественный сосуд! – призвался на поле боя безупречно выглядящий Эльф, разводя руки в стороны. – Моя! Моя! Моя! Не обращая внимания на поредевший отряд Чернокнижников и недовольные завывания в собственную честь от потерявшего конечность Ульрика, Эльф, вытирая о белые одеяния окровавленные, сожжённые от неумелого колдовства ладони, быстро зашагал вперёд чёрных балахонов, встав на колени перед Роро, словно прося у той нижайшего прощения. Наконец, приподняв глаза, исподлобья Эльф залепетал, попытавшись взять Роро за руку: – Ах, этот взгляд Вашим поражающим моё склизкое сердце, алым, нет! Ну что за непочтение! Безобразие, простите мне мою радость… Ало-багряный, будто вся ваша чистейшая, рдяная кровь хлынувшим потоком заплела всё моё скудоумие!.. Изумительно, ваша превосходная осанка, ваш статный вид и устремлённый в будущее… Взор… Направлен не на меня?.. – с разочарованием взглянул Эльф, прикусив губу, на неловко состроившую недоумевающее лицо Мелани. – На неё?! Безвкусный сосуд, совершенно не то! Слабо! Отвратительно!.. Никакого искусства, никакого воображение… Ваша блеклая копия, моя Хахану Роро! Смотрите только на меня!.. "Ещё один психопат… В этот раз, причиной тяготения стала не я?.. Погоди… ты уже подумала, что, захотев измениться, весь мир направит на тебя взгляд?.. Внимания, его ты хотела?.. Думала… Стоп-стоп-стоп!.. О чём я думаю, нужно срочно понять, враг ли он! Хотя…" – разглядывая недоумевающую Нарашу с вставшим столбом, словно позабывшим изначальную цель всея Чернокнижников, Ульриком, Мелани зацепилась глазами на упрекающую каждую клеточку тела сидящего на колене Эльфа Роро, с глядевшим внутрь его ужасом, совмещённым с безмолвным отвращением. – Чяго?! – достав Кирихару из пазухи, Роро отпрыгнула к Мелани, загородив девушку всем телом, словно взъерошенным всей яростью, накопленной за столь мгновенное время. – Брысь отсюда, мяг! Блядский Эльф забыл своё място?! – Н-но Корнесса… – вдруг шагнула вперёд Мелани, тут же остановленная предупредительным взмахом Роро в сторону облепленного белым Эльфа. – Ня все Эльфы такие, как Корнясса! Оня – отличие. Видимо, за нями следил имення он… Я почувствовала, будто что-то слетело с мяня, когда приземлилась! Он няблюдал за нями из тьмы леса, словно выжидал удачного мямента. Я ня доверяю ему!.. – рычала Роро, не смея открыть серый глаз, полностью отдавшись гневу красного. – Да… Да! Да! ВОТ ОНО!!! – пребывал в восхищении Эльф, учащённо дыша и, словно, возбуждаясь от одного вида разгневанной Роро, и хватался за лицо. – Что ж… Тобой я займусь позже, мой идеальный сосуд… А пока помогу вашей никчёмной шайке одолеть этих бездарных сорных крыс. Скажите спасибочки! – Э, э! Эт мои реплики, мужик! – вдруг влез Ульрик, приготовив в лисьей руке заклинание. Выжигая на своём пути пепельные дорожки, Эльф направил все силы, всю магию из пальцев на пытавшихся противостоять всепожирающему пламени Чернокнижников, попутно освободив монстроподобную Нарашу из плена ловушки чуть отступившего от картины происходящего Ульрика. Тут же поняв разительное превосходство Эльфа и разъярённой, освобождённой из плена чар Нараши, Ульрик отступил, отпрыгивая по воздуху всё дальше, постепенно настраивая Чернокнижников направлять все свои силы, как физические данные, так и еле ощутимые уроном заклинания, в сторону противника… – Бегите на помощь выжившим в столицу! Я разберусь с подонками, с помощью этого паренька! – скомандовала Нараша тут же рванувшим Мелани и Роро внутрь обагрённой гневным языком пламени столицы… "Что с моими мыслями… Не могу сосредоточиться… Я ничего не понимаю, ничего не понимаю, просто не могу!.. Р-разве Роро доверяет Нараше, чтобы так открыто бежать спиной к Чернокнижникам?" – оборачиваясь в сторону разъярённого сражения между огненосным Эльфом и Нарашей, с резьбой прорывавшегося хруста шеей, грызшей врагов, не жалея и сил на каждого прихвостня Ульрика, мирно отходящего за спины толпы из прислужников, Мелани успокоилась, завидев приятную улыбку доверия у Роро, выдохнув с силой. – Куда же ты бежишь, червяк из черни?! – кричала Нараша, погружённая в единственную цель на всём поле брани – наблюдение за Ульриком. – Не смей прикрывать свою порченную голову за спины мелочи!.. Вам ни за что не подобраться к Каире! Чем стремительнее и дальше Мелани убегала от Нараши, внезапно появившегося поклонника Роро и сборища помешанных магов, от места, где ныне кипела страстная кровь, по какой-то неведомой причине, притягивающей её разум к себе, тем меньше она слышала чьих-то выкриков, ужасных агоний в сожжённых телах, разговоров между предводителем шайки и падаванами, гула собственных ног… Всё смешалось в какофонию отзвуков сердца, пульса от новообретённого тела, не сбавляющего скорости и не устающего от кратковременных перебежек с улицы на улицу. Позабыв о балахоне Инквизитора, Мелани, на удивление, не видела ни стражи, ни жителей, ни единой души, пока взгляд не начал отхватывать что-то за пределами бокового зрения, погружённого спиной Роро разума… Поместья, с десяток дворцов и кузен, вслед за столичным замком, были сожжены на корню. От погоревших балок веяло свежей запечённой кровью… Несколько повозок с драгоценностями, мебелью и едой были разбросаны на пути к столичной крепости Жайтанов, попутно задевая постепенно распластавшиеся по нескольким улицам туши Низших Драконов, изредка, в попытках встать на поломанных и обрезанных конечностях, ноющих в непонимании, прежде чем погаснуть. Роро цеплялась за стены накрахмаленных красноватым оттенком домов, смешанных с диковато зелёным, заметно поблекшим, то ли от поднятой неизвестным бураном пыли, то ли он копоти, доносившейся вместе с запахом погорелых досок от замка, ускоряя и без того недостижимые прыжки. Замка, чьи величавые башни постепенно рушились под градом залпов из каменных структур снизу, из садов, словно из пушек, сотнями направлений невидимых магов… – Меланя, – вдруг остановилась посреди дороги Роро, прикрывая всем телом небольшую гряду из тел убитых стражников и начерно изрезанных воинов в мгляной броне. Дорожки из крови и мзги покрывали ещё большие широты, не давая пустым, пожирающим свет глазам разглядеть картину за Фейри. – Я зняю как сильня ты нянавидишь кровь и всё мяртвое, всё же, ты ня из Алькатрана… Просто ня смятри, сконцентрируйся ня мня, хорошо?.. – Как скажешь, – слегка сдерживала живот Мелани, опустив взгляд, одновременно с этим облегчённо вздыхая, вновь пустившись наутёк к погорелой горе-замку, не сводя глаз с Роро, постепенно привыкая к миру, покрытому "её" цветами… "Поглощение…" Белоснежные каменные стены вновь окрасили взор Мелани, не теряющей хватки в беге, догоняя Роро, однако, стоило ей раз бросить любопытный взор вне её – всё тело схватывала боль, живот ныл, изрезая иглами изнутри все органы, словно фугу, неловко пытающаяся выплыть из кухни в море, без возможности выжить… То же самое диктовал и мозг. Кровь, покатые виноградные крыши, полностью покрытые осколками от чьих-то выстрелов, порезы домов и… Множество тел стражников, облачённых в чернь из доспехов, полностью закрывающих их неясные лица, покрытые ранами, колотыми и круглыми, словно, выдолбленными мелкими пулями от бесконечных выстрелов… Запах вони пробрал на мурашки всё тело Мелани, остановившейся в укромном уголке отдышаться, хватаясь за живот. "Варнир будто вымер… Что здесь произошло?! Нас не было всего несколько дней, м-меньше недели. В-война?.. Не нужно, Роро, я-я справлюсь, н-не смотри так жалостливо на меня…" – отмахивалась от поддержки Фейри Мелани, взявшись кулаками за пояс, будто надавливая внутрь себя мысли и чувства, не дающие суровой правде вылезть из головы образами раздавленных и покорёженных смертью тел. Настало время двигаться дальше, к единственно верному месту, не охваченному мимолётным пламенем, – к штабу Святых героев. Грациозные улицы, наполненные вывесками, горящими распродажами, торговыми путями и целыми улочками, увешанными и сочащими из своих пределов духом свежей еды, бившей в нос неизвестными сочетаниями, неописуемо возбуждавшими аппетит, переходили на мосты... Всё это стало напоминать серый мир из чернил, смешавшихся с белоснежным снегом. Даже мельком встреченные жители, Дварфы, Люди, редкие Ящеры и Зверолюди, постепенно отдаляющихся, в латах и с оружием, доступным их специальностям кузнецов, швей и ремесленников всех мастей, более не внушали доверия, не смотрели в даль торговых улочек с надеждой или увеселённым азартом. Город наполнил глаза, не желающие сверкать. Воздух наполнился запахом привычной жителям гнили. В самой дали звучали выстрелы из оружий… "С-страшно… Что происходит?.. Столица в разрухе, но ни один мирный житель не пострадал?.. Повсюду раскиданы стражники… Помнется, они – личная гвардия Каиры… Но где сама Каира?! Почему поместье Императрицы горит багрянцем?! Эйнар… Эйнар обязан нам объяснить…" – наконец, пересекая мосты, исчерченные множеством сломанных копий и алебард, закопанные по самые низы опорных колонн окровавленной местами рекой, в последний раз обернувшись на поломанную крепость Каиры, в мгновение ока превратившуюся из сокровища всея столицы и пристанища аристократии, золотого сечения всего народа, в хаотично покрытые скалистыми наростами и огненным натиском руины прежней величавости и горделивого фундамента, Мелани указала вставшей посреди района Роро дорогу к Святым… Район в форме меча. Штаб святых героев. Врата, точнее громадная дверь, отворившись перед мордой Роро, встретили незваных гостей резким выпадом мечами. С десяток воинов, облачённых в окровавленные латные доспехи, держа наготове магострел, снятый с предохранителей, уставились на разъярённую Хахану Роро и неловко поднявшую руки Мелани, вдруг крикнувшую начавшим подходить ближе амбалам из отряда подчинённых Святым героям: – Донесение до Эйнара от Нараши, Святого героя!.. – успела выдавить из себя Мелани, тут же схватившись за живот и подступающую рвоту от огромного количества кровожадных взглядов. – П-пожалуйста… Н-не- – Ня зацикливайся, Меланя… Они воины, – презрительно рявкнула Роро, распуская перед собой толпу ожидающих сражения спутников Соправителя. – Их треняровали слушать приказы старших званяя… Разошлись. Не говоря ни слова, воины опустили клинки и копья, разойдясь перед гостьями в дорогу до винтовой лестницы, прямиком до стола переговоров там, наверху всея поместья, обрамлённому в внезапно начавшийся тихий шёпот недоверия и сдержанного непонимания, смешанного с гневом, от населяющих ныне всё пространство глаз. Всматриваясь в каждое невольно учинённое действие Мелани, любой из приближённых Эйнара был готов накинуться и без объяснения причины проткнуть сердце девушкам, стоило им на секунду не сдержать спокойствия, строившее настрой – убить предателей Императора. Ряды постепенно отходили за спину, давая отдышаться Мелани, поддерживаемой взволнованной Роро, безрезультатно цепляющейся за собственное горло в след за чувствами подруги, покрытой потом от страха и дрожи. – Благодаря ней Бог Проклятий исчез?.. – Это что... Сама Носитель Кирихары? Ну и мерзавка… – Точно слухи, чтобы варнирцы не волновались раньше времени… Балахона Инквизитора нет… – Сейчас не до разговорчиков! Строй – организовать! Чтоб слова не проронили до приказов Эйнара, есть?! – вылез из подсобки командир отрядов. – Есть! –доносились грубые голоса отовсюду, не давая залечь на дно собственных мыслей, тисками выдавливая еле слышный писк из горла Мелани, постепенно сжимающей пальцы на коленях, боясь упасть с очередной ступеньки. Заперев двери, отделяющие коридор от входа, с грохотом, подобным вратам в столицу, Роро опустила голову, вновь повернувшись к павшей на колени Мелани, еле сдерживающей крик зазвеневшими треском зубами, закрытыми подступившими к губам ладонями, не давая расслышать изнутри собственную слабость. Приподняв Мелани на плечо, Роро тихо повела девушку по коридору, то и дело бросая взгляд на её опустошённые глаза и дрожащие пальцы на животе, будто вцепившиеся в облегающий чёрный костюм. Царапая клыками губы, Роро ненароком опускалась всё ближе и ближе, пытаясь зацепить взгляд Мелани на своём лице, но, поняв безуспешность нынешнего состояния девушки, открыв дверь, не обращая внимания на бессвязный бред Мелани, вошла твёрдой походкой к Эйнару, завидев на себе множество недоверчивых взоров… "П-Проклятья, наконец-то, закончились… Сколько ещё меня будет рвать?.. Пожалуйста, прекратите так на меня смотреть!.." Ранее запертый проход к несколько большему помещению, чем те, в коих девушки привыкли наблюдать Святых героев и слуг Императрицы, вёл к широкой комнате, где восседали несколько Дварфов из высших чинов, а также те, кто возглавлял аристократию поместья Жайтанов, помимо лиц, не имеющих для Роро ничего особенно общего за исключением чёрных лат. Как только лапки Фейри коснулись внутренностей хранилища высокопоставленных фигур, в воздухе повисла тягучая тишина, сопровождённая отвлечённым взглядом и вздохами Эйнара, сидящего посредине огромного стола, напротив каждого участника заседания, разгребая бумаги и подписывая указания, а также нашёптывая что-то под нос. Обстановка не предполагала вторжения, а потому, рыцари, тут же опустившие взгляды, ожидали указаний, всё не вмешиваясь в дела дипломата по середине переоборудованного в приёмную Соправителя комнату заседаний Святых героев. Постепенно усмиряя дела, с кипящим лбом Эйнар наконец взглянул на спокойно выжидающую момента Роро, тут же принявшуюся подходить к собранию чинов ближе, и Мелани, еле соображающую сквозь затуманенный воспоминаниями разум… На весь наполовину опустевший зал, раньше кипевший жизнью в присутствие Иланы, учтиво-мрачного Нараракса, тёплой Макины и отсутствующей Корнессы, послышался громкий вздох выдохшегося Эйнара, явно неподготовленного к бумажной работе. Поприветствовав прибывших к нему Роро с Мелани, Эйнар учтиво сопроводил взглядом чёрных рыцарей на выход, тут же выгнав и стальных выражениями лиц Дварфов с аристократами, оставив себя наедине с волокитой документов и омрачённым лицом предстоящими новостями. Протерев ладонью вдруг проступивший от усталости пот, Эйнар вновь взглянул на Роро и садившуюся Мелани, слегка наполняющуюся интересом к жизни, полным безысходной тревоги взглядом, заранее трижды постучав о край стола: – Живы… Прежде чем вы доложите о случившемся, первым предстоит доложить мне… – начал кряхтеть старческим горлом Эйнар, почёсывая бороду, не находя себе места на стуле, пока в помещение не зашла девушка, облачённая в напоминающий школьный наряд с лисьей маской, подобной Ульрику. – Каира оставила Варнир. Навсегда. Она сбежала, прихватив с собой и собственное прошлое, и будущее, что никогда более не воссияет под венком Императрицы… Да, познакомьтесь – ранее отсутствующая Святой герой Фироцвета. – Ч-что?.. – оживилась Мелани, взглянув устрашающе пустыми глазами в сторону Дварфа. – Т-то есть, это её выходка, сжечь поместье?.. Почему в столице так тихо, и где находится вся аристократия?.. Подождите, Эйнар… Ф-Фироцвета… – Даже не имея выхода в мир изнутри политики, ты умудрилась побеспокоится о них, чёртовых извращенных увеселениями и жестокостью?.. Видимо, Макина здраво оставила тебя в Библиотеке до поры… Каира бы не оставила эту твою фразу в покое, – чуть прихрамывая, Эйнар отошёл от огромного стола, вглядываясь в будто покрытую густым туманом и тучами столицу Варнирской Стальной стены, не расслабляя рук за спиной. – Несколько дней назад, Каира и я отправились в секретный подземный комплекс, как оказалось, построенный в руинах одного из многочисленных врат в Подземные города… Спасибо ещё раз, Фироцвета, за помощь… "Подземные города… Города. Значит, их точно несколько по всему миру?.. Или же, нет, по всему Варниру, не даром именно здесь располагались и интересы Дваргона из Древних Свитков. Ключ… Я смогу использовать его, дабы спастись в случае очередной попытки связать мне руки… Н-но…" – посмотрев в глаза Роро, явно не заинтересованной политикой и дипломатией Дварфов, Мелани увидела готовность к любому исходу данного разговора, словно прочитав её мысли, Фейри держала пальцы у груди, ближе к Кирихаре, поглядывая на мирно снующую на месте телом, словно в такт мнимой мелодии, Фироцвету, не снимающую маски. – Эйнар… – перебила мысль Соправителя Мелани, привстав и облокотившись на стул с Роро. – Думаю, тренировки пошли мне на пользу. Я-я до сих пор мало понимаю, как м-мне следует постоять за себя… Но, Каира говорила, что мы похожи. И… Фироцвета, кто это? – Не беспокойтесь, она не враг, – отвёл руку Эйнар, фокусируя брови с широкие плечи, глаза и губы на Мелани, не сдерживая подступающий интерес и некоторую неловкость. – Я не человек философских правлений. Пожалуй, я не сведущ и в делах разума Каиры… Единственное, что я могу сейчас: позвольте поведать в кратком "мифе" о Каире… Я провозгласил себя следующим Императором Варнира… Не стоит удивляться, это лишь формальность. Я революционер-пешка её плана, брошенный на произвол судьбы. И, вам не обязательно верить мне или слушать рассказ, но… Кхм. Надеюсь, то, что я поведаю её же словами, станет твоим ключом к пониманию себя или, на крайний случай, Каиры. Я не против, если и мне ты поведаешь собственные мысли, Мелани Сайгак… *** Однажды, на самом краю Федерации Дорумуника, в глубинах деревень , прилегающих к границам с Варнирской Стальной стеной, в захудалом переулке, предназначенном для эксклюзивных услуг куртизанок, произошло на свет я… Дитя. У меня не было имени… Я думаю, к лучшему. Как и у всей нашей семьи, кроме самой старшей сестрёнки. Я родилась шестой по счёту, у матери-проститутки, чья голова была всегда забита деньгами и выпивкой. Нищая, голодная, брошенная возле фабрики, ежедневно выбрасывающей немного грубого материала для всей нашей одёжки из кожи лисьих Демонов, мастерски вышитой одной из моих старших сестёр, – эта деструктивная семья приютила очередного отпрыска неизвестного посетителя домов удовольствий. Помнится, всё моё так называемое "детство" пропитал запах сгнившей кожи и запах жжённой плоти от заводского района… Мать? Нет, я не помню её имени… Для меня она была "тётя", и запрещала мне называть её матерью, как бы сильно я не желала и не плакалась сёстрам и братьям… Она заставляла нас выполнять всю работу по дому, а также часто заглядывать в дома, где она "работала", приказывая выстирывать и вытирать последствия с одежды, с полов и комнат, заполненных дымным запахом. Даже заставляла мыть её, особенно её прекрасные, длинные волосы… Как позже выяснилось, это было её единственное достоинство… Позже, я узнала, что и достоинство моего "брата" по крови она использовала раньше срока… Спустя время, как только я выросла достаточно, я получила от мира сознание… Сладкий привкус первого воспоминания, смешанного с грязью, и вместе с ним чуждое мне знание о собственных силах. Я могла превращать воду в алкоголь… Мне не стоило делиться этим ни с кем. Даже с сёстрами. Даже с самой собой. Мне следовало сгнить там же, в куче брошенных тел, последствий недоброй совести и антисанитарии. "Братские могилы"! Северяне умеют шутить… Всё пошло по накатанной дорожке… Даже не знаю, стоит ли то время награждать званием "жизни", проще описывать это каторгой и рабством под влиянием малых доз шельна… Всю оставшуюся жизнь мне приходилось спаивать мать и её хахалей, каждый день, пусть через воду в бутылях, через слёзы или собственную кровь… Выносливость ребёнка сменяется с высочайшей на ничтожную как настроение вспыльчивых толстосумов. Чёрт бы меня побрал вымолвить те слова… Но тогда бы я не стояла здесь, правда?.. Лучше бы я сгнила там, на затворках мира, чем появилась в мире с Дланью Бога-пьяницы… Шрамы, кровь по всей спине, каждодневная порка за то, что я "мало стараюсь" и не использую собственную кровь, чтобы подсластить хреновый алкоголь. Цветочки… Пока не показывались кости, матери было недостаточно лупить меня и подкармливать наркотиками, даже сейчас я невольно тянусь к их вкусу плесени и рвоты… Бесит, правда?.. Думаю, в перерывах между сознанием и бессознательным шоком я и потеряла свою "чистоту" за несколько мешков с… Нет, мне всё равно. Те места уже давно не существуют… Они были первыми, что я уничтожила, когда возымела власть Мюнбургской. Когда мой день рождения был совсем накануне, я всегда радовалась, будь мне шесть или десять лет, потому что старшая сестрёнка Изи, Изцераль, – моё личное "сокровище", – ушла из семьи за парнем, полюбившим её совершенную красоту… Она бросила меня в мой день рождения, хотя клялась, что никогда и ни за что не поступит так, как поступала мать. Лгунья… В тот день я поклялась на собственной крови, что задушу себя. Но не смогла, выплакав весь платок в спиртовом месиве… Мои руки и спина помнят, какого это было, когда я отказалась превращать воду в вино, потому что устала… – Мразь! – последовало несколько пощёчин, мои глаза горели, а горло ныло от боли, но это лишь подкрепляло алкоголизм потаскухи. Зря я начала рыдать, не отбиваясь от её подошвы на каблуках. – Я тебя вырастила! Ты должна мне по гроб жизни, бесполезная тварь! Лучше бы из семьи ушла ты, грязная тварь от Радина, мудачьего отродья, мерзавка!.. Ты – худшее, что случалось со мной, брезгливая, дешёвая сучка! Тогда я и узнала второе имя моего "отца" – Радин. Первым было "Выблядок". Лишь услышав его, я поняла, что девочка из Святых героев – Илана Радина, – является моей сестрёнкой… Конечно же, сейчас это не так. Она – гомункул, а я – человек, и ничего нас не связывает, кроме гнусного осеменителя. Нам никогда не суждено быть семьёй… Для меня нет ничего худшего, если я стану ненавидеть её ещё сильнее… Знаешь, как мать любила называть меня?.. Сучка. Её любимое слово. После чего, она, переключаясь на старших братьев и сестёр, в конечном итоге, продала их или добила своим же каблуком, после чего стыдно молила простить меня её грехи… Она верила, что грехи прощают лишь семейные узы. Я прощала её, постепенно выучивая все слова, коими она завлекала в семью деньги с торговли телом… И каждый день, постепенно теряя сестёр и братьев по одному в месяц, я ждала письмо от Изи, надеялась, что она заберёт меня к себе, даже к морякам, пусть в новую нищету, холод и мор, но с ней... Я была готова жить во лжи, лишь бы не с правдой нынешней матери… Это произошло зимой… В старом сарае не было ничего интересного, кроме крыс и червей из тела моего мёртвого безымянного брата, и тогда я достала бутыль чуть загустевшего масла, принявшись колдовать, пробовать изменить структуру масла в вино… Мать твердила, что алкоголь согревает. В тот момент её согревал очередной посетитель, который, к моему счастью, не любил детей, но имел много денег. После ночи практики, с отмороженными пальцами, постепенно начавшими дрожать от подступившего тепла в крови, я смогла превратить масло в любимое мамино вино. Как только я пересекла порог, в голове родилась темнейшая из мыслей, заставившая меня впервые использовать маску. Я назвала её "Черта вне шалости", скорчила улыбку, словно была рада увидеть совершенно не соображавшую мать, всю в следах рук, душащих горло и кисти. Я предложила попробовать вино матери. Схватив бутыль, она погладила меня по голове шершавой ладонью, тут же оттолкнув, будто боялась, что я украду "сокровище". Она не упрекала меня за воровство масла… Всё произошло так быстро, что до сих пор мои поджилки стынут… От удовольствия. Концентрированный… Яд. Яд, разлагающий язык, горло и желудок, превращая твои внутренности в кишащий грехом Пандемониум. Из её глаз посыпались градом слёзы, постепенно заменяющиеся кровью, стынущей на холодном полу. Полуголая, она барахталась на полу, пытаясь придушить меня. Тогда я поняла, что яд работает даже в нескольких метрах от цели. Я видела, как внутри её живота… Впрочем, не важно. Когда я толкнула её голову дырявым башмаком, я поняла… Поняла, что улыбаюсь. Но не от печали. Я почувствовала себя свободной. Будто цепи, что сковывали меня доселе, разорвались сами по себе, раскрыв мои тёмные крылья… Я бежала из дома… Бежала так долго, что вскоре упала перед чьим-то порогом… Уже и не помню, что случилось дальше… Но вскоре, я встала на колени, снова обретя сознание, не связанное с червивым запахом нищеты и чёрствого хлеба, что так любила покупать Изи… Поему она его так любила?.. До сих пор я не могу понять, в чём была её прелесть, каждый день брать меня с собой к старухе и просить хлеб… Нет, ни единой записи… Изцераль словно исчезла, как и я прошлая… Но я благодарна ей… Останься она там, меня ждала бы участь безвольного скота… Больше меня не звали "дитём". Незнакомец, гадающий по глазам, назвал моё имя "Каэрин". Любят же Эльфы изощряться. "Живой труп", просто до безумия забавно… И я с лёгкостью стала Каирой, немного исказив свою судьбу… Оказалось, я стала приёмной дочерью мелких аристократов, позже, узнав про мой дар, прогнавших меня со словами "ведьма, убийца, дочь Дьяволов"… К тому времени, я отравила их и забрала себе фамилию… Впрочем, не важно. Я не помню их лиц, только бумаги, доказательства, что я "их дочь". Вино не сделало меня виноделом, но Королевой стали и вина… Ха-ха… Нет. Я сама сделала себя Императором. Стальным, непобедимым и нерушимым за долгие десятилетия жизни в поместье Жайтанов Императором, изредка предлагающим всем фирменного вина, чей вкус навсегда помешает вам пить любое другое… Именно поэтому я никогда не давала тебе своего вина, мне жаль твой мозг, явно неподготовленный к наркотическому спирту… Моё особое вино. Вино Императрицы. *** –…Я и правда никогда не решался опробовать его. Больше всего в Каире я боялся именно Длани. Не речей, ни масок, ни настроения или решений… Как офицер Дваргона я беспрекословно буду следовать её воле, даже если она ныне появится в дверях, будто ничего не произошло… – мечтательно вглядевшись в окна, Эйнар прервал мечтания насущными проблемами, вдруг прикоснувшись большой ладонью к плечу мирно гуляющей мыслями Фироцветы. – Она – психопатичная девочка с поломанной судьбой, и в то же время та, что воплотила свою "мечту" до единой детали... "Гениальность часто сопровождается безумием". Она любит говорить эту цитату в сторону всех… Кого таковыми считает. Гении не всегда могут изобрести лекарство от собственного яда… Но Каира умела только калечить, оставляя мне лечение набухших ран государства… "Как и у Каиры, у Эйнара непростая судьба… Теперь я понимаю, чем мы с ней похожи… Но не могу этого принять… И никогда не приму. Я всегда сбегала и сбегу сейчас. Я переживу своё прошлое и больше никогда не вспомню Феликса… Каира намного храбрее меня, она отбросила всё прошлое, стала другим человеком, лишь бы уничтожить ненависть, кишащую внутри каждого её действия. Я… Я не могу уничтожить собственный гнев." – раскрыв глаза, словно удивившись собственным мыслям, Мелани вдруг спросила: – Что осуществила Каира? Какова была её мечта, Эйнар? – "Не мои мысли… Не мои мысли, но они вторят тому, что я действительно чувствую…" Девочка с лисьей маской двинулась с места, примостившись на коленях Роро, полностью проигнорировав вопрос и взгляд Мелани. Не снимая маски, девочка, в близи напоминающая ученицу средних классов, достала из-за спины складной, огромный меч, тут же протянув его в мордочку Роро, не пожелавшей и двинуться в ответ на подарок. Невольно взявшись за рукоять длинного меча, Роро почувствовала, как маленькая, но твёрдая спина девочки оперлась на неё, примостившись головой на плече Фейри, не сумевшей сдержать неосознанное мурлыканье… Сдавшись, Роро наблюдала за милыми подёргиваниями пальцев Фироцветы, прижавшей ладони кошки к своим коленям, словно греясь о двое хвостов, выскочивших в след рукам, занятым мечом… – Всё хорошо, Носитель Кирихары. Кажется, Фироцвета признала в вас союзника, – чуть с расслабленным тоном пояснил Эйнар, вновь отвернувшись к окну. – Илана Радина была первой, кто с такой лёгкостью подчинил себе доверие и доброту бедняжки… – Эй, слезь с мяня! – ворчала Роро, поглядывая на хихикнувшую Мелани, вдруг увидевшую прорезь меж лицом и глазами девочки с мечом. – Что такое? Меланя! Слезь меня с няё, Меланя! Меланя! Пожалуйста… – Я хочу узнать, Эйнар, – повторила Мелани, с неимоверной лёгкостью взяв Фироцвету на руки, словно пёрышко, оставив складной меч на попечительство Роро, невольно заметив раздражённо переплетающиеся пальцы в такт елозящей шеи, осматривающей девушку и её глаза. – П-прости… Потерпи, пожалуйста… – Хорошо… По правде, осуществилась лишь одна из её мечт. Узнав, что её кровная мать была одной из вымерших потомков Мюнбургских, она вознамерилась отыскать причину её грехов… Думаю, не нужно объяснять ныне, по какой причине Каира ненавидит Жайтанов, и почему она мгновенно приняла решение играть роль Мюнбургской во имя "цветения" семьи Жайтан… Эти ублюдки, а точнее, те, кого породила гордыня первого Жайтана, убили все ветви, отличные от основной, забрав себе и их богатства… И власть… И знания, записи о подвигах Мюнбургских, предав их огню, – массируя глаза в усталости, Эйнар то и дело поглядывал на двери, выжидая кого-то по ту их сторону, и, словно заметив чей-то силуэт, шелохнулся, но его радость была стёрта в порошок. – Она вырезала всю аристократию, что действовала из соображений Жайтанов. Всю же семью… Все тела я сжёг вместе с поместьем, как и завещала Каира. –… "Раз она, как я понимаю, одна из Святых героев… Значит, эта девочка, Фироцвета, тоже принимала в этом участие… Сколько ещё поломанных судеб я увижу в Алькатране?.. Роро не назвать счастливой, как и Илану, учитывая, что предстоит пройти последней… Но это ныне забота не моя, к сожалению, я не могу и не хочу помогать другим всю свою жизнь…" – осторожно сбросив балласт с рук, Мелани сбросила с глаз пелену прошлого, маячащего пред сознанием , смутного очертания Гертруда в плечах и спине Эйнара, и вгляделась в окно, ту же сторону столицы, откуда сам Дварф наблюдал за поспевающими за медиками чистильщиками, снующими по столице мирными жителями, постепенно переселяющимися к штабу Святых, заваливая и без того перегруженный прошедшим маршем смерти, почивший замок, устроенный лагерем отдыха гвардий бывшего Правителя и Соправителя Варнира… – Я не смогу понять, что вы чувствуете… Не смогу утешить вас, Эйнар, даже если очень захочу. Я слаба в утешении даже собственной слабости… Но вы пережили многое и до сих пор живёте дальше… Я бы никогда так не с-смогла… Не могу не видеть в вас, Эйнар, Гертруда, пусть и знала я его меньше всех. Думаю, он бы… Был горд… "Что я несу?.. Горд?.. Будто я что-то понимаю… Феликс никогда не был горд мной…" – Нет нужды утешать Правителя всея Империи Варнир. Политик из меня никудышный, но восстанавливать страну я горазд… Не впервой. Я рад, что Носителю удалось отыскать Кирихару… Впрочем, Нараша… Где же Нараша?.. Неужели она покинула вас?.. – обернувшись на звуки медленно отпирающихся дверей, Эйнар увидел знакомого Духа, покрытого частичками песка по всему телу вместе с сопровождающим её Эльфом, погрязшим в мыслях и улыбке, тут же сконфузившись от подступивших доводов. – Нараша… Я благодарю тебя за помощь Варниру, за Правителем должок… Но, позволь спросить… – Знаю… Если память Духа не обманывает, Каира воплотила план "Осиное гнездо" за тщетный год, пожалуй. И, да, побег или смерть – две единственные концовки данного произведения, и лишь обстановка в будущем и появление Жлонрлрангса, Пустого рыцаря, дало ей толчок к побегу и использованию Мелани вкупе с Носителем Кирихары! Великолепно, пожалуй! – сложила Нараша лапки от радости, тут же выдвинув вперёд себя самоуверенного Эльфа, покрытого сотнями трещин по всему телу. – Вот этот замечательный представитель Эльфов, отказавшихся от Чащоб плоти, помог нам с одним делом! Представься, пожалуй… И почему ты так потрескался?.. – Сосуды трескаются и ломаются, не выдерживая потоки моей мощи и любви к Хахану Роро! – гордо выпятив грудь произнёс Эльф, напугав Фироцвету, тут же спрятавшуюся за Мелани. – Прекратите вести себя так надменно рядом о мной… Вы мерзкие, все до единого. Лишь вся милота Вселенной лежит в прелестном теле Хахану Роро! Моё имя – Мор, хотя ваш разум и тело ничто перед всеобъемлюще божественным сосудом Хахану Роро! О, Господь, кто бы из Пантеона ни был, пожалуйста… Я готов на всё ради неё, моя Хахану Роро, я- – Очередной сумасшедший?.. – вдруг выдвинул Эйнар вслед за не поспевающими мыслями Мелани. – Жлонрлрангс? Рыцарь из прошлого?! Но это невозможно… Как кто-то смог воскресить столь могущественное существо, что даже мне тяжко одолеть? Кто додумался откапывать кости и орудие предыдущего Императора Дваргона?! Ничего не понимаю… Из-за… Из-за революции и сожжённых архивов теперь приходится разбираться с волокитой бесполезной х… Кха-кха!.. – Пожалуй! – радостно залепетала Нараша, но мгновенно, угомонив болтливое существо с потресканной синеватой оболочкой, продолжила доклад, присев за стол. – На заводской район напал не только Жлонрлрангс. По крайней мере, Каира думала или же надеялась на то, что враг будет единым, пожалуй. – Не мямли, главнокомандующий разведкой Нараша, – вдруг воскликнул Эйнар, вслушиваясь каждой клеточкой тела в слова Нараши, постепенно мутнея от закипающего гнева, не обратив внимание на удивлённые лица Мелани и Роро… "Главнокомандующий… Разведки…" – Рядом с его латами я обнаружила следы магии Созидания из Порчи, а также частей Проклятья, совмещённые со Святым механизмом, тут же рассыпавшимся после боя… Безупречно могущественная магия, особенности которой я признать, даже в выслугу лет, не смогу… Удивительно лишь то, что у границ столицы мы, пожалуй, узрели главного зачинщика как происшествия с Жлорлрангсом, так и частично революции – Чернокнижников. – Что?! Чернокнижников?! – взревел Эйнар, вдарив по столу сталью отдавшим кулаком, окончательно пробудив Мелани, перебив вынужденные ладушки Роро и Фироцветы. – Что эти твари забыли в Варнирской Стальной стене?! Бляди совсем распелись, почему именно в такой момент?! Сколько… Скольких ты убила, Нараша? И что именно они собирались делать в Варнире, на моей родине?! – Чернокнижники… Пахли Проклятьями, я уловила схожие ноты в их запахе, – вклинилась Мелани средь диалога. – Д-деталь… О-они говорили о яде Каиры… Что поможет уничтожить Древо Мира. – Из-за Порчи, – начала изъяснять Роро, поглядывая на Нарашу, словно пытаясь убедиться в правдивости собственных слов. – Их мягия и зняния – всё отпрыски Чернябога, создателя техняк и систем, вылавливающие витки из внутрянностей особення мощных Проклятий. Оня забирают здоровые участки тела взямен ня силу… Совершення грязняя и противняя мягия, их головы забиты дерьмом!.. Господин Сифи Лярей часто упомянал их, говоря о Духах. Так, Няраша?.. – Всё плохое приходит из Чёрных Земель, пожалуй, – высказалась Нараша, не обращая внимание на взволновавшегося Эйнара. – Простите, новый Правитель Варнира… Я должна была придти раньше, однако, моя вспыльчивость сыграла на руку Чернокнижникам. – Впредь не пренебрегай своими обязанностями… Не забывай, Нараша, Чёрные Земли всё ещё находятся в союзе с Варнирской Стальной стеной. Мы не можем так злословить над государством, что помогает оправится нашей экономике. Косто вещь не бесконечная, как и Драконы, и мы должны быть благодарны нынешней Черни, что живём благодаря их инвестициям… – быстро мешкая ногами, Эйнар то и дело обращался к документам на столе, почёсывая затылок и жаждая отчёта от Нараши, внимательно всматриваясь в каждое её слово из насекомоподобных клыков. – Продолжай, Нараша из Секущих. – В любом случае, убила я недостаточно. Они порядком надоели попадаться мне на глаза, так что я взяла обязанность и совместными усилиями с этим заклинателем, Мором, уничтожила весь отряд… За исключением их вертлявого командира, назвавшегося Ульриком… Я уничтожу его собственными клешнями, пожалуй, если вдруг его гордость заставит себя проявить! – сквозь перемалывающий горло скрежет зубов вторила Нараша, не отпуская плечо полностью израненного и потресканного Мора, влюблёнными глазами уставившегося на Роро. – В ходе операции с Полым рыцарем предыдущего Императора, я, тактик Нараша, выявила ряд интересных особенностей каждого из воинов, пожалуй. Как говорилось ранее, Эльф назвался Мором, способный заклинатель, но не особенный. Думаю, из-за малого количества информации о нём и благодаря его маске на лице, уверена, облик Эльфа ему не родня, я не смогла прочитать, насколько он хорош, однако дары Беспространствия обошли его стороной… Хахану Роро по-настоящему раскрылась как бесподобный воин и инициатор-защитник с отличными рефлексами, резкие выпады и массивные атаки которой не оставляли выбора для Полого рыцаря, даже его скорость атак не стала стеной для её уникального стиля "защита-выпад-защита". Носители Кирихары поражают каждое новое поколение всё сильнее и сильнее, пожалуй… Взглянув на Мелани, Нараша улыбнулась, всё ещё сдерживая тянущего свои руки к Роро Мора в своих несгибаемых лапках, постепенно добавляя их количество к растущим силам Эльфа. Хрустя позвонками, Нараша, поправив крылья, продолжила, ещё сильнее выпрямившись перед Эйнаром, словно образцовый солдат: – Несмотря на появившуюся точно по прогнозам Сиэллу Силарс, оказавшуюся тем самым Созданием Хаоса, – вновь мельком бросив взгляд на Мелани, Нараша веселилась, зная о непременно помешавшихся мыслями в этих пустых, ничего не выражающих глазах. – Мелани Сайгак сейчас наиболее интересная мне личина… Интереснее всего было наблюдать за тем, как её скорость реакции на удары Жлонрлрангса постепенно росли, создавая манёвры для атаки… Её неизвестность напугала бы даже вас, Эйнар Мюнбургской, пожалуй. – Меланя самая лучшая! – бросила кулак в воздух Роро, мурлыча на плече подруги, с ревностью отодвигая Фироцвету, примостившуюся по другую сторону, прочь. – Моя Меланя… Брысь… "Я вам не игрушка… Сколько мороки иногда, Роро!.." – Но Хахану Роро всё ещё лучше! – кричал из хватки Нараши Мор, вытягивая потресканные руки в сторону озлобленной кошки. – Божественный красный! Алый, мой милый алый глазик! Так бы и съел вас, о моё божество! – Отстань! Меланя, я мягу убить его?.. "Так вот чем было продиктовано решение Каиры о присутствии Нараши… Она анализировала бой со стороны? Тактик и командующая разведкой, теперь неудивителен тот факт, что её помощь подоспела в самый напряжённый момент… Интересно, как много она поняла из того что я могу, если даже мне недоступен такой взгляд со стороны… Спрашивать бессмысленно, их с Каирой повадки практически идентичны, тем более… Нараша помешана на награде. Сейчас, в моей власти осколки Ключа к Подземным городам и Сгусток, х-хотя не думаю, что второе действительно важно… Стоп… Она не сказала ни слова о ключе… Нараша проверяет меня?!" – взглянув в глаза Нараши, Мелани увидела взволнованное, полное предвкушение лицо, более не скрывающее эмоции и захлестнувшиеся чувства за стеклянными глазками бабочки, тут же высунувшее длинный язык в знак согласия. – Чернокнижники… Не хватило проблем с отсутствующим Правителем всей Империи Варнир, революции, давки со стороны старой и новой гвардии, недовольство провинций и аристократии дальнего Севера… – проминая последнюю плешь на бровях, Эйнар, сквозь протяжный вздох, эхом отдавшийся по полупустому помещению, вновь погрузился в гневные мысли. – Где эта Корнесса?! Неужто сбежала с Каирой… Если бы, если бы… Чернокнижники, сучья сталь… Вторая причина, по которой Корнесса может так долго пропадать. – Вы все тупые, я не могу понять?.. Эти балахончики ничего не стоят, их командир – посмешище в сравнение с моей наивеликолепнейшей, изумительной и неопровержимо лучшей Хахану Роро! Я влюблён в твоё и только твоё тело! Оно наипрекраснейшее в мире! – Заткнись, мярзость… – сквозь озлобленную моську шипела Роро, выставив Кирихару перед задыхающимся слюнями Мором. – Пива бы… Гнятущая тишиня… Что-то ня так… – Вторая? – ворвалась в размышления Эйнара Мелани, не обращая внимания на выкрики Роро с Мором. – Ч-что может остановить Корнессу, хах?.. Разве, она не сильнейшая среди Святых… Погоди… – Именно, Мелани Сайгак. Я питаю надежду к тому, что в битве с Жлонрлрангсом ты смогла вычленить, поглотить важный урок… Корнессу Лякорон, сильнейшую в Варнире, и тех, кто стоит наравне с её "Серафимом", даже выше её способностей, может остановить только две вещи: группировки и личности, что, бороздя с нами в одной лодке по миру, заставляют её вынуть орудие и окропить земли кровью… – задумался Эйнар, подозвав под крыло своего надзора Фироцвету, мгновенно прижавшую меч обратно к спине. – Либо противник, равный той, что одолела Мирового Дракона. Звонкий свист соскользнул в разум Мелани, охватив взрывной волной всё восприятие, вновь вернув на несколько дней назад, в светоч воспоминаний, мгновенно, заполняя дождём с порывистым ветром, бьющим пульсом чутьём, накрывшим разум… Очнувшись от секундной комы из кашиц, смешавших настоящее и прошлое, Мелани рванула к окну, вытирая глаза, увидев огромный след, словно кометная пыль, ворвавшаяся в стены Варнира из неоткуда. На горизонте виднелся еле питаемый пеплом след от огромного метеорита… Часть стены, тронутая ударом с небес, с грохотом обвалилась на внешнюю сторону, не задев ни одного стражника, чудом подбежавших на следы падения аккурат после взрыва из пыли и огня, не смея приблизиться к чему-то, что хвасталось ударами в пыли и осаждающим пространство пеплом войны… Не произнося и слова, все, включая Правителя вкупе с чёрными рыцарями и отрядом из воинов, сидевших поодаль, внизу поместья Святых героев, рванули в беспамятстве в сторону оглушающего следа из прозрачного дыма. В голове Мелани кружились сотни мыслей, одна страшнее другой. Там, за невидимой стеной из блеска и стального отзвука в ушах, скрываются чудовища… Спустя считанные минуты, Мелани с Роро и Эйнаром первыми прибыли на зов странной катастрофы, с каждым стальным ударом увеличивающий свой охват и страх, окутавший сердце девушки, чуть дрожаще глядящей в сторону сражающихся насмерть монстров. В клубах из пепельного остатка выглядывал покрытый костьми и белоснежной пеленой, длинный меч, держащий руку Корнессы подспорьем… Напротив величаво истрёпанной, покрытой кровью и голубым свечением от глаза на плече, перескакивающим то на грудь, то на спину, рвал пространство кулаками Бог, неумолимо пульсирующий своей аурой каждое мгновение, не давая разглядеть свет за пожирающим тела смертных Проклятьем... В ту же секунду, не в силах терпеть, увидев знакомый силуэт рогов и покрытого наростами тела, кто-то из задних свалился от обезумевших криков, быстро утихомиренный собратьями по оружию, не желающими ступать и шага за стены величавых стен-руин… Обернувшись, Мелани, словно до того пытаясь сдержать эмоции, начала смеяться, напугав глазами первостоящих рыцарей в чёрных латах, чуть отшатнувшихся от неё. Весело?.. Страшно?.. Обезумевший вопль пронзил воздух, не смея подпустить слабых духом вперёд… Пытаясь закрыть рот руками, Мелани лишь колотила пальцами дёсны, прежде чем за дело взялась Роро, закрывшая подруге глаза. Звуки удара стали и костей о непобедимые руки, наполненные ужасом… Чувство, словно давящий мир пытается содрать с тебя кожу, мучая в кипящем масле, постепенно исчезало, будто… "Что-то не так… Никто не хочет умереть, увидев его… Будто он не использует обезумевший воздух вокруг себя?.. Не пытается запугать своей всеустрашающей аурой?.. Что твориться в голове у этого Демона?!" – кричала изнутри Мелани, присмотревшись к подлетевшей Нараше, чуть успокаивающей Эйнара, вставшего в ступор за спиной маленькой Фироцветы, спокойно смотревшей на невозможно-стремительное, сменяющееся каждое моргание состояние войны двух настоящих, Истинных Чудовищ, рвущих друг другу глотки в закрытом от мира сознании, принадлежащим лишь им двоим… Под аккомпанемент колокольни огромного меча израненной глухими ударами и порезами по всему телу Корнессы, Бог Проклятий, вдруг потерявший меч узким взором девушки, не пытаясь устрашить никого из присутствующих, не сводил глаз с оппонента. Слегка сморщенное, пожёванное ранами лицо, усталые, бьющие о землю удары, не сводящие удары Иторо на нет. Всё внимание Корнессы было сфокусировано на пальцах, на кулаках и выпадах ногами Бога Проклятий, без его движения ныне мир не представлял ни единой причины существовать… Клятва, данная на сердце и Осколке Корнессы, била в виски, заставляя рычать в ударах, чуть не крича, пытаясь выследить любую слабость расслабленного Демона. Битва на истощение. "Она… Достаёт?.. Корнесса ранит его. О-она видит множество его атак… Д-даже Гертруд не был способен на такое… Н-но она не видит всего, не могу угадать, когда Бог Проклятий ударит… Почему мне так легко находиться рядом с ним?.. Роро также не падает, как я в первый раз… Что это всё значит, почему Корнесса сражается с Иторо, почему Эйнар так напуган, почему он не нападает, словно… Выжидает?" – обернувшись вновь в сторону седовласого Дварфа, Мелани почувствовала страх, сковавший всё тело Эйнара, пробурив в коре его разума дыру, сочащуюся неуверенной стойкой, готовой, будто, принять последний удар перед лицом Безумца. Выследив лицо Мелани, Эйнар всем своим телом приказывать стоять до последнего за пределами поединка, угрожая вывалившимися из рта зубами, стучащими пульсом внутри черепа Дварфа, не смеющего отвести трусливый взгляд от битвы. "Вот что ты чувствовал, дорогой брат… Корнесса, пожалуйста, убей его… Убей его… Я не смогу… Я не смогу спасти Варнир!.. Я – бесполезная копирка техники моего лучшего брата! Я не чета Гертруду, и тем более этому чудовищу!" – мялись мысли в голове Эйнара, постепенно приходящего в себя успокаивающими угрозами Нараши, совершенно не заботящейся о собственной безопасности, наблюдая за боем, постепенно переходя на сторону Мелани и Роро вместе с Фироцветой, совершенно спокойно следящей за каждым рывком Корнессы, будто подгадывая момент для совместной атаки. – Закончи это, виновница, – прошептала Дух-инсект, довольно наблюдая за поединком ударов, невидимых даже для глаз из иного мира. – Ты и сама видишь, как страшно нашему новоиспечённому Правителю, ах, ему столько предстоит научиться у безумной Каиры и бесстрашного Гертруда, пожалуй… – Эй, ты! Бог Проклятий! – выкрикнула Мелани, вновь погрузившись в собственные мысли. "Я что, вновь и вновь буду придерживаться чьего-то замысла или желаний?.. Они – одна Сатана, Каира Мюнбургская и Нараша, обе совершенно обезумевшие гении…" – Ты пришёл за мной?! Тога отпусти Корнессу!!! Резко повернув голову в неестественной позе, увернувшись от последнего удара свалившейся на колени Корнессы, Иторо широко улыбнулся, зафиксировав свой устрашающе обезумевший взгляд внутрь Мелани, не смевшей отвести глаз. Взгляд бурлил изнутри, выжидая ответной реакции. Ухватившись за Мелани, фантом, словно образ создания, пожирал её всю, искренне смеясь, танцуя языком из Проклятий. Попытавшись образумить Мелани, Роро, вставая впереди, вдруг упала на колени, словно повинуясь воле не сказавшего ни слова Бога Проклятий, начавшего приближаться к троице… В противофазу, не реагируя ни на одно действие Безумца, сзади выступала Нараша, мельком приказавшая Эйнару отходить к руинам стен Варнира, огородив любой взор из-за столицы на поле брани, убрать лишние глаза, не допустив удара смерти… Задыхаясь от крови, Корнесса следила за спиной Иторо, выжидая удобного момента, однако, встреченная пустым взглядом Мелани, тут же отдёрнула любую мысль, опираясь на длинный, белый меч, вновь застыв в поисках меча Иторо... – Отпустить?! Ха-ха-ха! Умора! Она сама прилипла, сосуд! – дружелюбно улыбаясь, Иторо вразвалочку повернулся к Корнессе, расставив руки. – Ну же! Беги, беги, маленькая! Присоединись к ним! Давай-давай! – Сосуд… Сосуд! Сосуд! Сосуд! – бросился в пекло поражающей воображение силы Иторо обезумевший Мор, наплевав на любое могущество Безумца. – Ты будешь моим!.. – Не-а! – разрубив ладонью пространство, Иторо мгновенно испарил тело Мора, раскрошившегося осколками по всему полю, словно треснувшее стекло, постепенно растворяясь мелкими частичками в земле. Из-под удара, маневрируя меж травинок, к ноге Роро вдруг прицепился кусочек слизи, элегантно спрятавшийся меж груди Фейри, совершенно не заметившей ничего, кроме пристального взгляда Мелани, продолжая кривляться лицом в неестественной улыбке. – Ты ничтожество! Не бойся, Эльфийская погань, я не трону тебя! Ха-ха! "С такой лёгкостью… Даже не ударил напрямую?.. Полноправное чудовище, не поддающееся анализу или разумному объяснению… Мор, этот Эльф, на самом деле слизь?.. Похоже, даже Иторо может что-то не заметить… Пусть побудет с Роро… Я закрою глаза на безумие этой слизи…" – пробежавшись глазами по товарищам, единственно верной инициативой, остающейся в разумности оказалась Фироцвета, мгновенно проигнорированная приказом изнутри мыслей Мелани, намеренной сражаться до конца… Жалость, скорее, страх вновь увидеть небоскрёбы из трупов, не дали повода использовать девочку для поддержки, в отсутствии сил Роро, мёртвой хваткой, с рычанием схватившейся за Кирихару. Услышав одобрительные слова Безумца, Корнесса тяжело выдохнула, расслабив плечи, и, вычистив за мгновение клинок от почерневшей крови и ржавчины, вклинив его в ножны за спиной, схватилась за левое плечо целой рукой, чуть обойдя Иторо. Не боясь более ни единого удара в спину от грозного противника, Корнесса зашла за спины Мелани и Роро, не наблюдая Нараши, смывшейся с поле битвы… Цокнув, прошептав что-то об истинной силе, Корнесса покинула метеоритный кратер, образовавшийся сражением величайших чудовищ, и направилась к обеспокоенному Эйнару, сжавшему кулаки в готовности бежать прочь… "С ним действительно можно говорить… Всё же, каким бы страшным не было чудовище, раз он похож на людей, значит хоть на долю разумен… Столько вопросов… Мысли так и давят на череп, слишком больно… Надеюсь, я смогу выпросить… Выпросить? Как низко… Н-но я не способна на большее, я не знаю, чего он от меня хочет. Как Нараша догадалась, что ему нужна… Нет, она тактик и подмечает множество деталей, это не важно. Видно, он выжидает, когда я выпущу это Нечто?.. Что ж…" – С самого начала я знала, что ты не из этого мира, Мелани Сайгак, – вдруг залепетала сзади спины Корнесса, окропив золотистые чешуйки наплечника кровавой рукой. – Используя могущественный Святой меканизм – Харханэлла, – я лишь поцарапала его… Н-не смей оборачиваться!.. Я не закончила… Неужто ты скрываешь свою силу?.. Нет… Нет, не дай мне узнать… И ты, Носитель Кирихары. Не смей показывать её глаза обычным людям… Они не смогут отличить Мелани Сайгак от Безумцев. "О чём она… – обернувшись посмотреть в глаза Корнессы, Мелани увидела лишь лёгкий силуэт Эльфийки, вмиг оказавшейся впереди Эйнара, словно последний оплот защиты столицы, принимающая всестороннюю помощь подоспевших монахинь с завязанными глазами, явно не чующими присутствие Безумца. – Я не могу даже представить, о чём она думает… Глаза, пожирающие солнце… И почему я, наконец, смогла понять смысл этих слов?.. Что-то изнутри так и бороздит мою память… Б-больно…" – Иторо, верно?! – обратилась к Безумцу Мелани. – Роро… Не беспокойся… Раньше я и взглянуть не могла на него… Что-то в нём больше не мешает мне. – Поняла! Я всегда буду сзади, ня забывай. И помня – ты всегда мяжешь взять Кирихару, – доверяя каждому действию Мелани, сообщила Роро, заранее, в знак мира, с треском воткнув огромный полый меч в каменную гладь, отойдя и взявшись за голову Фироцветы, не позволив и пальцем шевельнуть в сторону. – Я готова пасть няц, Меланя. Девочка будет в порядке! Подойдя ближе, Мелани со всех сторон разглядела Безумца, омрачённого бьющей кровью аурой Проклятья. Внушающее, вбитое гвоздями в крышку гроба для мозга, непреодолимое чувство мерзости, от чего-то личной и глубокой, рога Иторо остриём вонзались в ауру, выстроив корону на голове горделиво стоящего впереди Безумца. Омрачая наросты на плечах и спине, лобные шипы подчёркивали его неестественно стройное тело, закрытое в напоминающие восточные приливы одеяния, с широкими штанинами и лёгкой накидкой. Прежде обожаемый его когтистыми руками полностью тёмный, впивающийся в сознание, словно тьма, поглощающая несчётный, никчёмный свет, клинок с тринадцатью печатями, словно знак инь без видимой белизны, пропал, оставив его совершенно безоружным. Разминая пальцы, Иторо притянул приказом-мыслью Мелани к своим глазам и костлявым, но извивающимся мышцами и хрящами рукам… Опустошённые, совершенно не схожие ни с чем ранее, по-иному пустые, всё же прослеживающие явное надменное и развесёлое настроение, его глаза были похожи на бездны, что сокрушали волю каждое мгновение. Взгляд пожирал всю Мелани, пытаясь вычленить из её сердца Нечто… – Почему ты прячешь свою Ауру Безумия?.. – скрежетом отдался голос изнутри Мелани, словно не её языком, не её мыслями и губами, произнеся бессвязные для разума девушки слова. – Кха… Слука… Б-больно… "Снова не мои слова… Я устала слушать голос изнутри… По крайней мере, я более не режу своё горло?! Ха-ха!.. Что происходит?.. Будто меня сам мир направил… Аура Безумия, вот как называется то тягучее нечто из недр этого Проклятья… Я запомню это… Это и есть Закон Алькатрана? Великая Сила…" – Хм… Хм-хм! – улыбался Иторо. – Я не глупый, сосуд! В отличие от тебя, я всегда знаю, когда остановиться! Настоящий гений! Я восхитителен!.. Царь не реагирует на меня, так что я прекратил подзывать его страхом! Тем более, так даже веселее! Ха-ха-ха! Хо-хо!.. Да! Я великолепен!!! Ты должна была пасть ниц! Хвалю, восхищает! Никто не стоит перед Богом Проклятий на своих двоих! – Д-да… Х-хорошо… – поправляла жёсткие кончики волос Мелани, всё ещё не в силах отвести взгляда от хищного оскала Демона. – Я вижу, сосуд притащила такую же как я! Половинку на половинку, Дух и Фейри! Ультиматум Проклятьям, Демонам и с тем же Созданиям Хаоса! Тот, кто выковал её – настоящий кузнец-мастер! Но, всё же, моя сущность Демона и Создания Хаоса более божественна! Да! Только я Бог всея сражений! – бахвалился Иторо, не замечая вопросов от Мелани, пытающейся ухватиться за мельком брошенную фразу. – Роро, про какой ультиматум он говорит? – Духи и Фейри имяют няугасимую связь мяжду собой, ведь раньше мя были идентичняе. Ранее няс, по словам господиня Сифи, кликали Бестелеснямя, Духовными теламя, – Роро водила коготками по ручке Кирихары, не сводя глаз с улыбчиво прищурившегося Иторо. – Иняче говоря, всё "зло" было противняком всех Бестелеснях. И с теченяем времяни это одно из нямногого, что действительно ня поменялось… Таков Закон Алькатраня… Кш-кш! Ня приближайся к Меланя, отброс! Я унячтожу тебя! – Эй, эй! Не сравнивай судьбу наших кровей и судьбу нас с Мелани Сайгак! Мы – закономерные соперники! Ты лишь очередная преграда на моём пути! Но не волнуйся, сосуд! Я убью её только после того, как разберусь с Царём! Ха-ха! Она не в моём приоритете, только и только ты, Царь! "Законы Алькатрана всё ещё остаются непостижимыми. Их количество может быть бесчисленным, а условия выполнения настолько неявными. История играет чрезвычайно сильную роль в понимании всех тонкостей хотя бы Законов… Вот, зачем мне нужна Библиотека… Впрочем, как и в реальном мире… Хочу ли я сказать, что этот мир кажется нереальным?.. Соперники… Кровные и закономерные, я полагаю, его мир строится вокруг сражений, и его пыл к тому, что внутри, доказывает, что это Нечто невероятно важно или опасно… Роро его не интересует, а "Хтонический царь" – да?.." – С-соперники… – поглаживала предплечье Мелани в нервном смешке. – Смешно… Я вместе с Роро и пылинки не стоим на твоём фоне… Р-разве Корнессы тебе не хватило?.. – Ня нядооценивай себя, Меланя! Я верю, что ты нямного сильнее меня! – прижималась грудью Роро. – И тем более этого няженки! Что, боишься танцевать со мной, мрязь?! – А вы чем-то схожи! Не только характером! Кошка и ты, сосуд! Обе странные! – заливался смехом сквозь хрипоту, с каждым вздохом всё громче и громче, Иторо. – Кто бы говорил! – вдруг выпалили Роро и Мелани вместе, вконец рассмешив Иторо, упавшего наземь. – Ха-ха-ха!.. Ну и нелепость! Совершенно одинаковые! Сосуд! И пересмешка!.. Ха-ха-ха! Великолепно! Но не так великолепно, как моё великолепное великолепие! Я восхитителен! – задрал волосы назад Иторо, вдруг состроив серьёзный взгляд. – Итак… Я чувствую, что ты готова… Давай немного повеселимся, сосуд!.. Моргнув, Мелани почувствовала рефлекторную, знакомую дрожь перед тем, кого мир обозвал Безумцем. Сердце забилось в истерике, не давая лёгким почувствовать освежающий кислород… Стоило последнему слогу достигнуть ушей Мелани, её глаза тут же увидели несущийся на полной скорости удар в живот. Не успев сдвинуть тело, Мелани толкнула Роро, повалив и себя. Выкашляв подступившую кровь, Мелани увидела следы крови, распластанной по шраму на весь бок… Искря от удара, пар, словно выжженный воздух, струился из кулака разгорячённого Иторо. Его глаза загорелись мрачным разочарованием, словно удар, чуть не убивший его соперника, вовсе не радовал его. Подавив крик, Мелани хрустнула пальцами, сжавшимся к кастетам стальной хваткой. Вскочив на ноги, Мелани встала в стойку. Увидев готовность девушки, Иторо вновь оказался у перипетий виска. Оглушающий, не дающий ни секунды продыху, удар гнался за каждым ребром Мелани. Ещё мгновение, и новый удар сопровождал импровизированный уворот. Каждое движение, словно реплика прошлого, поворачивал неизвестной траекторией, не давай просчитать удар. Невозможные выпады, с каждой новой ошибкой замедляющие, прижимающие к земле. Наклоняя голову и тело от бесконечных ударов, Мелани всё крепче и крепче сжимала зубы, пытаясь уловить хотя бы часть от ударов, совершенно не реагируя на сотни порезов, не поспевающих за незримой скоростью Бога Проклятий… Всепоглощающий, но скучающий взгляд раззадорил Мелани. Вытанцовывая смертельный ритм, Мелани отпрыгивала от скалистых бугров, то и дело падая наземь, словно копируя движения Роро, с каждой секундой произнося заскорузлый шаблон: – Поглощение! Поглощение! Поглощение! Поглощение! Поглощение!.. "Не работает!.. Я не могу уследить… Не могу приблизиться… Не могу двигаться быстрее… Уворачиваться бесполезно, только хуже станет… Я не могу ударить его… Он даже не устаёт… Тело начинает отка- Кха!.. Живот… Почему в такой момент?! Он убьёт меня!!! Пожалуйста!.. Я должна повторить то, что сделала с Полым рыцарем… Что для этого мира значит Поглощение?!" – не успевая за ударами, моросили мысли, постепенно подстраиваясь под ритм привычных ударов Иторо, словно, произнося заклинание, его выпады казались всё медленнее и медленнее, чётче и яснее улавливая особенный, исключительный паттерн, поглощаемый с молниеносной скоростью. – Поглощение! Поглощение! Поглощение!.. Поглощение! "Устала… Я умру… Ещё немного, и я упаду… Он убьёт меня… Вот значит, какова цена за новый мир?.. Так устала… Живот не прекращает болеть, будто пережёванные органы, что-то режет меня изнутри… Я не могу утешить живот… Как больно…" Слова, записанные в Законах, не прекращая издеваться над слухом Безумца, начали вырисовывать в голове неумолимо давящие образы… Вот оно… Идеальный соперник?! Глаза Иторо загорелись ещё сильнее. Мелани, скорчившись от удара, распласталась на траве, порезав всю спину. Удары Демона стали в разы быстрее. В разы мощнее, словно ранее он как заботливый отец игрался с младшим сынишкой… Вытаптывая на своём пути Проклятья, тут же с криками и агонией из скрежета костьми и плотью исчезающие из-под его могущественной ауры, сковавшей Роро на месте, не давая поднять головы, Иторо направлялся на Мелани, выдыхая из лёгких ядовитый пар, растворяющий на Мелани кровь из горла… Оглушительная наковальня вдарила по голове, закрытой двумя предплечьями. Лицо Мелани исказилось от ужасной боли, сковавшей руки на кровоточащих глазах. "Поглоти… Поглоти своего противника… Представить?.. Я не могу представить ни единой мысли, что вертелась у него… Безумец! Я не могу встать?! Поглощение… Поглощение… Я-я д-должна сдерживать боль!.. Не сейчас… П-пожалуйста, не сейчас!.." – схватившись за живот, Мелани вскочила и, сквозь разрыдавшиеся, слепые глаза, отвесила гулкий, мощный выпад по ладони Иторо. – По… Гл… Ние… Поглощение!.. Первородный страх и обезумевший взгляд, молящий о пощаде сковал разум Мелани. Мысли перестали беспокоить её голову, оставив всё боли и сожалениями. Бормоча слова Господа из книжек старшего брата, Мелани молилась не то Богу, не то Феликсу, совершенно позабыв всё, что некогда окружало её. Мир уменьшился до тьмы, сгущающейся у её глаз. Почувствовав прикосновение чьих-то когтей к её горлу, Мелани схватилась за пальцы, пытаясь разжать невозможно давящую хватку. Мелани задыхалась, не в силах противостоять разочарованному, словно сломанному выражению лица Иторо, наблюдающему за постепенно сходящей с ума девушкой, испускавшей вместе с кровью из сломанных связок истерический смех… Глядя на Безумца обездоленными, полыми глазами, пожирающими любой сгусток света, Мелани не могла произнести ничего, кроме единственного слова, закрепившегося в совершенно опустевшем разуме: – Ха-ха! Поглощение… Кха!.. Пхглащние… Пхглщне!.. Поглхкн!.. Кха-хка!.. – Твой смех… Мне не нравится… Он не твой, это же не ты, Царь. И не твоя воля, сосуд… Он делает тебя только слабее… В твоём теле ещё одно создание… Ещё более мерзкое, чем этот смех… – отпустив пальцы, Иторо с силой отшвырнул тело Мелани пинком по животу, исказив пространство с вновь поглотившим руку клинком из тьмы, взывающим редкими словами из своей основы, Проклятым мечом, Асурой… – Но… Это было… На удивление неплохо! И ты, кошка! Не умерла от Ауры Безумия! Восхитительно! Но я божественен! Непобедимый, номер один Безумец, самый страшный и сильный в мире Иторо! Великий Бог Проклятий!.. Что-что, Асура?.. Послание, или, даже!.. Ах, хочешь помочь сосуду?! Эй! Мелани Сайгак! Мелани Сайгак! Не обращая внимание ни на что более, Мелани заливалась истерическим смехом, задыхаясь в луже собственной крови. Хватаясь за волосы, девушка распласталась по траве, безуспешно ударяя себя в живот, без мыслей выискивая на окровавленной дороге, полной мёртвых Проклятий, острый камень… – Ладно! Уверен, память сосудов безупречна! Поиграй с Царём внутри! Уверен, он – самый лучший соперник для тебя, после меня, естественно! Когда-нибудь… Улыбнувшись, Иторо, мгновенно очутившись вблизи задыхающейся от Проклятий Мелани, похлопал девушку по спине, тут же отхаркнувшей сгусток из чёрной слизи, исчезнувшей на глазах Безумца, и утёр свой нос, мечтательно выдав, не слушая обезумевшие выкрики Мелани: – Я уверен, однажды мы подерёмся на славу!!! Не прощаюсь, Хтонический царь! Сосуд, ты должна стать сильнее в нашу следующую встречу!.. И я буду ждать! Ну, и куда же мне теперь пойти!.. Тело Мелани, не решаясь двинуться, вдруг потянулось в сторону Кирихары, совершенно наплевав на корчащуюся от боли Роро и опрокинувшую на бок голову Фироцвету, ударившую ногой о руку девушки. Не питая ни единой мысли, лишь инстинктивно перебирая руками, ползая на четвереньках, тело Мелани, попытавшись встать, тут же упало, раскроив губы… Присвоив сознание себе, Мелани с агонией внутри живота лежала наземь, не желая двигаться, говорить или мыслить. Любое действие, каждый малый вздох и крик вызывали адскую дрожь и резкую, режущую боль, словно живот разрывали тисками. Мозг вновь и вновь охватывал необъятный ужас. Мелани барахталась на месте, думая о собственной смерти… Сотни грязных и смешных мыслей вдруг пронеслись мимо неё, вновь исказив её лицо в улыбке и истерическом смехе. Проклятья изнутри, пожирая органы, выкашливались с каждой новой порцией крови из поломанного горла девушки вместе с ручейками слёз, высыхающих на пепелище заката… Тянувшись за Кирихарой, Роро, не в силах сдержать боль в животе, упала наземь, отключившись. Наблюдающий за сценами немыслимых страданий Иторо, разочарованный поединком, на мгновение почувствовал, будто его сознание, вылетев из тела, за мгновение вернулось назад, заставив тело рефлекторно разрубить летящий в шею портал… Обернувшись Иторо заметил знакомую фигуру в официальной одежде, поправляющей окровавленную рубашку и вытирая с щёк кровь Ящера. Таская за собой чьё-то тело, появившаяся из портала девушка, принеся в жертву мёртвый груз, скормила остатки погибшего существа мечу, извращённо принявшему тело, расщепив его на множество мелких, невидимых пространству и времени кусочков, подчинившись воле собственного Закона Кирихары… Окончательно вырубив ногой Роро, девушка, не обращая внимание на приходившую в себя, поднимающуюся на колени Мелани с раскроенной по щекам улыбкой, начавшей выедать грань осознанности, подошла аккурат на несколько метров к Иторо, исказив лицо в тысяче игл. "Аки… Я убью её, чего бы мне это не стоило! Ха… Ха-ха-ха!.. ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА…" – Аура Безумца растёт с каждой секундой. Не думаю, что эти две выживут, в нынешнем состоянии. Убрал бы её ты лучше, Безумец Богоубийц, – надменно кривляла брови Аки, переминая пальцы на запястьях. – Наигрался? – А ты кто? – спросил Иторо, искренне улыбнувшись. – Впервые вижу кого-то столь жалкого! – Для тебя я не более, чем сошка, о великий Иторо. Я признаю твою силу, так что, смилуйся надо мной, о божественный. – Да?! Круто! Хвалю твою подхалимную и мерзкую натуру! Уж лучше того смешка сосуда! Ха-ха!.. – съязвил Бог Проклятий, не наблюдая ни единого дрожащего мускула на лице надменной Аки. – Твои порталы – это оружие?! Я думал, ты можешь только убегать! Восхитительно!.. – Ага, впервые видишь… Но ты восхитительнее, конечно-конечно! – хлопала в ладоши Аки, слегка теряя терпение. – А теперь иди восвояси, пожалуйста! Иначе убьёшь Судьбу Героя и сосуд Хтонического царя ненароком. Я позабочусь о том, чтобы мой милый кролик стал тебе достойным соперником, так то не бери в голову мелочи, Безумец. Убирайся прочь. Пожалуйста. – Хвалю! Всё равно меня не заботит, как именно Хтонический царь возродиться! Поверю тебе, меканической кукле, на слово! – вдруг, мгновенно отразив появившиеся со всех сторон сотни портальных снарядов, изрезая пространство Асурой, Иторо прикусил язык, увидев озлобленный, полный ненависти глаза, точь-в-точь копирующие поведение глаз Мелани. – Контракты! Точно! И никто не должен был!.. Вот как! Ха-ха! Ты никогда не сможешь одолеть меня! Даже спустя миллионы лет твоих детских забав! Ты ведь… Хочешь воплотить невозможное?! Восхитительно! Такой ров наглости я не видел даже у молчаливой! – И не пытаюсь, кусок дерьма… Мнимуза заплатит мне сполна за осуществление твоего падения… – Кто? – искренне рассмеялся Иторо, заметив дёрнувшийся взгляд Мелани, не пожелав рассказать о нём девушке в официальном костюме. "Запоминай!.. Даже на грани смерти!.. Ха-ха… Мозг словно разъедают изнутри… Живот не прекращает ныть… О чём они говорят… Не важно!.. Не важно, Мелани Сайгак, запоминай и не смей вычеркнуть ни единого слога!.. Поглощение… Я поняла… Я поняла как использовать Поглощение!" – улыбнувшись, Мелани, на удивление Иторо, встала на ноги, маленькими шагами направившись в сторону Бога Проклятий, приготовившегося отразить удар внезапно пробудившегося зверя… – ВОТ ОН… ЦАРЬ! – возгласил Иторо, тут же остановившись перед порталом в заснеженные пустоши. – Эй!.. – Я согласна с тобой, Иторо… – вымолвила Аки, заботливо обняв притулившуюся ослеплённым местью разумом на её плече Мелани, открыв портал в место, тут же рванувшего на поле брани студёным ветром, заполонившим разгорячённое сердце хладной вечностью. – Мой милый, милый кролик… Моё лучшее тело… Мой самый лучший эксперимент!.. Я люблю тебя, Мелани Сайгак! Отбросив потерявшую сознание Мелани в портал, Аки мгновенно закрыла за собой проход в вечную мерзлоту, отправив взявшуюся за Кирихару Роро восвояси очередным порталом, повеявшим фруктами и запахом Короля Фейри… Уставившись на Иторо, Аки протянула руку в сторону Безумца, постепенно, шаг за шагом, осторожно подходя к его персоне: – Я хочу позабавить твоё эго. Заключим контракт, Безу- – Ты недостойна и пальцем меня тронуть, кукольное ничтожество! – отрубил пальцы протянувшей руку девушки и исчез в то же мгновение Бог Проклятий, посеяв в опустевшем поле брани смуту, пробудившую потерявших сознание рыцарей, Правителя Дварфов и убитую усталостью величайшую из Святых героев. Слыша крики, повеявшие со стороны разрушенной части стены столицы Варнирской Стальной стены, Аки медленно собрала в руку отрубленные пальцы, прирастив их обратно, не потеряв ни части всех сил. Открыв в сознании очередной документ-контракт, Аки отправилась за пределы скорости и пространства, в земли, наполненные вечной мерзлотой и чёрным снегом, – Чёрные Земли, не имея ни малейшего понятия, в какой из частей света очутился её драгоценный эксперимент… Спрятанные чувства, обрамлённые в поглощённую Ауру Безумия, укрыли всё сознание Мелани, потерявшей чувства и мысли… "Люблю… Люблю… Я люблю тебя… Люблю больше всего, чего только достигла за долгие сотни лет… Люблю… У нас будет ребёнок, мой милый… Люблю… Дождись меня, милый… Люблю… Мелани… Люблю… Я люблю тебя…" – раздавался устрашающий крик изнутри пещеры, заполненной чертежами и прототипами, оставленными несколько столетий назад неизвестным… В Чёрных Землях всегда было темно и страшно. Темно из-за чёрных туч, образованных из смога и сотней лет террора Мировыми Драконами, покрытой вечными льдами территории, словно не желающей плыть даже в течении стирающих снег с наступлением лета континентов. И страшно… Чудовища, оставляющие следы из трёх пальцев на снегу, завывали каждую ночь на гурьбах поваленных техникой деревьев, древние, застывшие навеки во власти мёртвых скал, сотканных из микроскопических, всеядных организмов, существа, больше напоминающие кошмарный бред… Строки дневника Феликса постепенно меняли существование Мелани, стирая и вновь восстанавливая память, проживая дни в беспамятстве. Наконец, Мелани получила то, к чему стремилась… Маленький огонёк, слегка затухающий в глазах Мелани, постепенно загорался вновь, изрезая разум в милом смешке, пугающем невольного зрителя… Чёрный холод научил северян умирать. Умирать, забирая с собой весь мир, поддавшись предсмертному эго из глубин сердца… – Феликс… – послышался тихий шёпот из забытой, пустой могилы, услышанный хладом бескрайнего снега, ветром, сулящим наступление стужи, мороза и вьюги, пробирающей до костей.