Часть 13. Элион

Хай Лин никогда ещё не видела свою бабулю в таком раздрае. Лучше бы та на неё наорала, чем этот беспомощный, полный горького сожаления, взгляд. — Хай Лин, детка… Что же ты наделала… — раз за разом повторяла старшая Лин, механически сжимая в руках старенькую кухонную прихватку. Юная Надзирательница сделала ещё одну попытку оправдаться: — Но все наши уже там: и Вилл, и Ирма. И Тарани, и Корнелия, и Калеб тоже — а он ведь даже не маг… У меня мирная специальность, расту как на дрожжах в плане чародейства, продолжаю учиться — всё путём! И мне пообещали, что тебя тоже пустят к Источникам, когда поедешь? — Так ты всё-таки из-за меня это затеяла… Вот я старая поварёшка, надо было сразу догадаться, — сокрушённо прошептала Ян Лин. — Три дня тому я побывала на Кондракаре. — Да? И как всё прошло? — Мне пришлось им отказать. На все три предложения. Хай Лин удивлённо округлила глаза: — А что предлагали? — Не суть. В любом случае мне предстояло связать свою судьбу с Утопшей. Я отказала, как только увидела её и поняла, что это. — Ну… Хранительницы Ручьёв жуткие, конечно, но какой улей без пчёл? Они охраняют магию Кондракара и вообще… — Это так тебе сказали? — покачала головой старая магичка. — А как их создают, знаешь? Для сотворения стабильного разумного элементаля нужна жертва — добровольная. Человеческая. И вот одно из предложений по работе у меня оказалось именно такое: стать Девой во дворце Эмеральда. Значит, и Веридия скоро падёт… — еле слышно добавила она. «Ага, Фобос тоже что-то такое говорил», — чуть не ляпнула девушка, но вовремя удержала язык за зубами. Если бабуля узнает, кто её свежеиспечённый зять, её точно повторный инфаркт хватит. — Но ведь ты могла просто приходить и лечиться через Источник? — Хай Лин еле сдерживала разочарование. — Я на таких условиях вербовалась. — Вот уж нет, — отрезала Ян Лин. — Ни за что не свяжусь с этой тварью. Кондракар ничем уже не брезгует… Докатились! Мне так жаль, что ты дала себя обмануть!.. Чародейка попыталась взять бабулю измором: — Может, потом надумаешь?.. Начальство мной довольно, приходится попотеть, но пока всё в шоколаде! — Девочка моя, ты действительно много сделала для меня. Мне не хотелось бы, чтоб ты думала, будто я вытираю ноги о твой подарок. Это не так. Но принять его я не в силах. — А как твои анализы? Что говорит доктор Макколинз? — зашла с другой стороны Хай Лин. — Хай Лин, милая… Мне приятно, что ты печёшься о старушке, но теперь у тебя своих забот невпроворот, — бабушка наконец встала, отложила прихватку. — И знаешь, между нами, я давно подметила, что «Дракон» становится для тебя тесноват… Жаль, что ты выбрала столь опасный путь, но, как бы там ни было, я желаю тебе счастья. Береги себя.

***

В «Серебряном драконе» залогом качества были только самые свежие и лучшие продукты, которые старшая Лин выбирала лично. Вот и сейчас бабуля с поваром уехали на закупку, а Хай Лин поднялась в свою комнатку ждать Элион. Видимо, у той всё же происходило нечто интересное, потому что на предложение Хай Лин о встрече уточнила только: «Когда?». Бабушка ничего не поменяла в её берлоге: всё те же наброски, пришпиленные к обоям, узкая кроватка у стены и куча лекций на компьютерном столике — теперь это бесполезный хлам. Столько всего случилось! Как будто не неделя прошла, а целая вечность. Чародейка совсем успела отвыкнуть от Хитерфилда, неужели на перекрестке под окнами всегда было так шумно? А это что за запах? Хай Лин с отвращением выудила из-под кровати кусок недоеденной пиццы. По-хорошему, прибраться бы здесь, во время рождественской суеты девушка совсем забила на уборку. Вдруг у того куска завалялся ещё один зловонный братишка? И прихватить одеяло, и постельное ещё комплект… Хай Лин представила злобного утрешнего Фобоса в объятиях мультяшных котов и захихикала. — Привет… Не помешала? — в дверях стояла Её Величество Королева Меридиана Элион Эсканор, в джинсах с художественно подранными коленками и футболке оверсайз, спущенной на одно плечо. Во время коротких визитов на свою вторую родину Элион не заморачивалась и одевалась в подростковые земные шмотки. Образ хиппи довершали припухшие покрасневшие веки и волосы, наскоро стянутые в два лохматых хвоста. — Заваливайся, — смущённо пригласила Хай Лин. — Я сама с собой, старый прикол вспомнила… Да ну его. Чё как? — Лучше всех, — отшутилась Элион и присела на край кровати. Не нужно было быть хорошим телепатом, чтобы с ходу понять — врёт. Бодрится. Чем больше Хай Лин присматривалась к подруге, тем больше ей хотелось отвести глаза, как если бы она поймала ту за чем-то непристойным. Волосы Элион могла бы и помыть, ногти она никогда не грызла, а теперь они все обкусаны… Пальцы нервные, девушка никак не могла найти место рукам: то сплетёт их на коленках, то лезет поправлять хвостики. Хай Лин невольно поймала себя на мысли, что, поработав всего-то неделю на новой службе, она уже начинает мыслить иначе: «Миссис Эсканор, прошу, не пытайтесь ввести следствие в заблуждение. Вам известно об ответственности за дачу ложных показаний?». Не было никакой Элион-образцовая-мамочка и Элион-лучшая-невеста-Меридиана с дворцовых карточек, только бледная тень её прежней подруги. Значит, Фобос лучше знал, как у сестрёнки дела — на самом деле. Вот старый интриган!.. — Слушай, мне неловко просить, — начала Хай Лин, — а ведь в Меридиане тоже есть Источник. Может, не такой сильный, как кондракарские, но… Он сейчас работает? Элион испуганно посмотрела на неё. — Хай Лин, я поняла. Бабушка болеет? — и, дождавшись кивка, продолжила: — Боюсь, ничем не смогу помочь. Совет Кондракара снял с Ручья проклятие Фобоса, но в обмен я передала права на него. Его охраняют, всё серьёзно. Теперь мне и самой-то можно туда только по расписанию ходить… — оправдываясь, добавила она. — И всем Радетели заправляют, да? Можно, наконец, расслабиться, больше времени уделить семье, — Хай Лин попыталась перевести всё в шутку, одновременно прощупывая почву. — Точно. Радетели, — да кто такие были эти загадочные кондракарские чинуши, что взгляд Элион стал совсем затравленным? — Ты хотела что-то мне рассказать? — напрямую спросила Надзирательница. — Нет, я… Я тоже хотела тебя попросить, — Элион замялась. — Мне нужна няня для Лисси. Это выглядело, как минимум, странно… — А что такое? Прислуга не справляется? — захихикала Хай Лин. Элион с неожиданной злостью посмотрела на подругу: — Очень смешно. Зря я, наверное, к тебе обратилась. Ты же теперь на хорошей должности, а тут я со своими глупостями… Хай Лин бросила попытки сымитировать уборку и тоже присела на кровать, утягивая вставшую было подругу за руку. — Прости. Расскажи про Лисси? Она такая милашка, я смотрела ваши карточки, просто вылитая ты! — Нет, — Элион вымученно улыбнулась. — На самом деле, она вся пошла в своего дядюшку… Хай Лин сглотнула. Она изо всех сил старалась не думать о Фобосе, но и тут его мрачная тень словно бы лежала через всю комнату. — Расскажи, — тихо попросила она снова. Элион недоверчиво всмотрелась в её лицо, как будто в поисках подвоха. Потом ненадолго ушла в себя, подыскивая слова. — Она… Архимаг с рождения. Как и я. Но она выросла в сильном магическом поле — впитывает всё из Меридиана, как губка. Характер у неё… Отвратительный. Злопамятная, мстительная, себе на уме… — Прости, мы по-прежнему о трёхлетней девочке? — улыбнулась Хай Лин и тут же прикусила язык: подруга только начала раскрываться, не хватало ещё её спугнуть. Элион вздохнула. — Она очень умная. И телепат. В годик уже разговаривала как взрослая, представляешь? В полтора наорала на Радетеля, когда он начал отчитывать меня за… Неважно… В два спрыгнула с башни! Мы поссорились, я отругала её за люстру, а она… — сбивчиво продолжала Эсканор. — Люстру уронила, прикинь? — А… с башней-то что? — потеряла нить беседы Хай Лин. — Да ничего. Эта паршивка уже умела левитировать. Жаль, я об этом тогда не знала, — Элион разобрал истерический смех. Китаянка обшарила комнату взглядом — как назло, ни печенек, ни чая. Хорошо хоть проветрить успела и немного прибраться. — Теперь ты точно откажешься быть её няней. Какая же я дура, — смех Элион оборвался столь же внезапно. — Да ладно тебе… — попыталась сгладить углы Хай Лин. — Мы все малышами шалили. Когда я была маленькой, залезла на кухню, а там посуда немытая стопками. И в самом низу такая тарелочка завалялась с красивым ободком… Как сейчас помню. Тащу её на себя, а вся эта гора ме-е-едленно так начинает заваливаться. А потом всё посыпалось как домино. И как я только не убилась?.. Элион хмыкнула. — Это была люстра в банкетном зале — висела на канате толщиной с руку. Один из осколков влетел в стену в футе от моей головы и на ладонь ушёл в дубовую панель. Тогда никого рядом не оказалось по счастью. Хай Лин молча приобняла подругу за плечи. — А потом… — Элион снова начала нервно хихикать. — Она попробовала провернуть тот же фокус на званом приёме. С новой люстрой, ага. Я её подхватила в ярде от головы Радетеля по военным вопросам. Представляешь, какой бы был скандал? Это не ребёнок, а ходячая катастрофа. От неё отказывались няни одна за другой. Она спит днём и хорошо, если часов по шесть. А ночью встаёт и начинает чудить. Я едва успеваю поймать её за руку — у меня уже рефлексы, как у КМС по вольной борьбе… — похоже, подругу прорвало на поболтать, и подробности сыпались из неё одна за другой. Хай Лин осторожно поглаживала её по спине. — И она всегда, всегда, ловит момент, когда я отвлеклась, словно глаза у неё на затылке. Хотя чему я удивляюсь, она же телепат, — не умолкала Элион. — А вот свои мысли у неё всегда на замке. Как она так умудряется?.. И вот теперь ещё… Хай Лин вовсе не была уверена, что ей хочется продолжения, но ситуация походила на зудящую подживающую ранку: так и хотелось сковырнуть корочку. — И что она? — Сказала, что мы с Шадрисом не её настоящие родители, — вздохнула Элион. — Вот ведь придумала. И больше она со мной не разговаривает, уже три месяца. Только с няней-кормилицей, святая женщина. Единственная, кто остался её терпеть. — Да-а, ну и дела… — не нашлась со словами Хай Лин. — Вот теперь ты понимаешь, почему мне нужна няня? Причём чародейка: шустрая и с крепкими нервами. Да о чём я, тут нужен взвод спецназа, — грустно пошутила Элион. — С оплатой не поскуплюсь. Хай Лин не сдержала давно наболевший вопрос: — Слушай, Элион… Хреново выглядишь. Ты сегодня вообще спала? Та не ответила. — Ты молодец, что мне рассказала, — подбодрила подругу Хай Лин. Фобос, вот сволочь! Интересно, а об этом он знал? — Мне правда очень жаль, но я действительно теперь на хорошей должности в Кондракаре. Если бы ты пораньше мне сказала… Эсканор грустно кивнула и сделала очередную попытку уйти. — Сидеть!.. — полушутливо приказала Надзирательница. — Думаешь, я теперь могу тебя просто так отпустить? Ты же моя подруга! Теперь Лисси и моя головная боль тоже. Как ты вообще могла утаивать такой подарочек все эти годы? Элион смущённо пожала плечами. — Если я не могу, значит, поговорю с теми, у кого руки посвободнее. Корнелия знает? Она ещё не заключала Контракт… — Да. Ей я первой предложила, правда, без подробностей. Она сразу отказала, — призналась Элион. — Она вроде бы секретаршей работает? Ей действительно так нравится? — Мне тоже показалось странным, что она так держится за эту халтурку, — задумалась Хай Лин. — Могла бы и получше пристроиться. Вилл, Ирма и Тарани работают по Контракту, они все в отъезде. Может, знают кого, — поспешно добавила она, заметив разом погрустневшие глаза подруги. — А ты?.. — спохватилась Элион, но казалось, что она больше из вежливости, чем с искренним интересом. Хай Лин хорошенько пораздумала над ответом. Стоило дать ровно столько информации, чтобы убедить Элион — текущая работа действительно крайне необходима, ведь приглядывать за Покаянником не менее важно, чем за Лисси. Но вот стоит ли с ходу раскрывать все карты? Или пусть пиковый король пока полежит в рукаве? — Я устроилась в Следственный отдел, — осторожно начала она. — Заключила Контракт, учусь, недавно прошла своё первое Испытание. Теперь я ещё и Надзирательница. — С-серьёзно? — Элион явно такого не ожидала. — Это же круто! А ты знаешь, что уже лет через двадцать можешь до Радетельницы дослужиться? А можешь ко мне попроситься, а? Ради такого я сама готова хоть ползамка вместе с люстрой уронить на голову тому придурку… Ой, прости! Что я несу… Хай Лин не выдержала и рассмеялась. На какой-то миг из-за трещины в маске выглянула прежняя Элион. — А правда, что вы… Н-ну… Вроде как женитесь на своих заключённых? — краснея как помидорка, продолжала она. — Нет-нет, — смутилась уже Хай Лин. — Это искажённый ритуал Венчания. Он объединяет разумы. И не со всеми, а только с самыми важными, и они уже не заключённые Кондракара, а вроде как… На испытательном сроке… Ладно-ладно, можешь считать, что я тоже вышла замуж! — и она шутливо ткнула кулаком в плечо подругу. Элион снова неожиданно погрустнела. — Да ладно тебе!.. Он вроде бы ничего. Похоже, действительно собирается начать всё заново, — поспешила её успокоить Хай Лин. — Ничего серьёзного натворить не успел, вовремя поймали на горяченьком, и своё уже отсидел… Ну да, пришлось забить болт на личную жизнь, но это же для общего блага! Расскажи лучше, как сама? Шадрис у тебя настоящий красавчик, при дворе, наверно, все тебе жутко завидуют? Хай Лин не успела договорить, как поняла, что сморозила ужасную глупость. Элион несколько раз открыла рот, пытаясь подобрать слова, потом отвернулась, сжав ладонь в кулак и прикусив палец. Хай Лин сгребла её в охапку, дав наконец возможность нормально выплакаться. Истерика превзошла все правила приличия — похоже, у Элион действительно наболело. Она не плакала, нет — выла, как раненое животное. В Хай Лин она вцепилась так, словно боялась утонуть. Наверняка останутся синяки. Минут через пятнадцать слёзы кончились, рыдания — нет. Хай Лин уже прикидывала, как бы ей аккуратно отпроситься за питьём и мокрым полотенцем, но потом поняла, что лучше бы ей притащить пожар к воде, чем наоборот. — Элион, милая… Пойдём-ка умываться, — мягко, но решительно прошептала бывшая Стражница. Вскоре Хай Лин снова сидела на кровати, а Её Величество перед ней на полу, всё ещё всхлипывая и сотрясаясь от пережитых рыданий. Волосы у Элион отросли совершенно шикарные и сохли столь же потрясающе долго. Хай Лин аккуратно прочесала массажкой кончики (слава ополаскивателю! пометка — тоже взять с собой), разгладила и просушила середину, перебралась к корням. Элион доверчиво прижалась щекой к её бедру, подставляя другую сторону под проникающие прикосновения расчёски. — Для общего блага, — наконец грустно выдавила она. — Ну да, так они постоянно твердят. Именно поэтому я вышла за Шадриса — и никогда в жизни я так страшно не ошибалась. Хай Лин… Мне так жаль — я не успела тебя предупредить, чтобы ты не связывалась с Кондракаром ни за какие коврижки. Хай Лин поморщилась, радуясь, что её лица не видно. Да что они все заладили наговаривать на Совет всякие гадости? От случайных неприятностей же никто не застрахован! Одно жалко: бабуля себя со свету сживёт со своим упрямством. Почему люди так любят усложнять? — Он милый, да… И взаправду очень красивый и обходительный. Но всё, в чём он по-настоящему хорош, так это его умение делать вид, — словно в забытьи, продолжала делиться Элион. — Даже если задницы повалятся с неба, он продолжит… позёрствовать и убеждать, что всё хорошо и лучше и быть не может. Я тоже поначалу купилась… А потом поняла, что мне нужен совсем другой человек рядом. Такой, что пусть и обложит меня матом с ног до головы, но возьмёт лопату и будет разгребать дерьмо наравне со мной. Но это скорее про его сестру: вот уж кому все яйца в семье достались. Почему всё так?.. Хай Лин отложила расчёску и принялась разминать подруге плечи — как мышцы-то забились, неужели на весь Меридиан нет ни единой массажистки? — И знаешь… После рождения Лисси я устала держать всё в себе и начала выговаривать ему. Но это всё равно, что об стенку, — голос подруги был тихий и практически лишённый эмоций, кроме бесконечной усталости. — Больше всего на свете я боюсь забеременеть — снова. Из-за этого мы тоже постоянно ругались, если, конечно, можно это так назвать: я говорю, а он улыбается и убеждает меня, что я себя накручиваю и выдумываю. Единственное, чего я добилась — так это того, что он начал мне изменять. — Так может, лучше подать на развод? — осторожно поинтересовалась Хай Лин. На её памяти совсем недавно такой же посеревший тусклый голос пересказывал подробности, от которых кровь стыла в жилах. Молчащие девочки, на которых всем плевать. Только обнять и плакать. Элион горько усмехнулась. — Если бы всё было так просто… Существуют определённые условности: например, нужны три свидетеля измены из уважаемых людей. А он по-быстренькому проворачивает свои делишки со служанками. Как думаешь, какие у меня шансы? — Коли уж ты действительно хочешь развестись, я перерою всю библиотеку Следственного, — горячо заверила её Хай Лин, разминая шею. — Должны же быть лазейки… Прецеденты там всякие… — Подруга, если ты действительно найдёшь способ — я закачу пирушку покруче свадьбы, — грустно хмыкнула Элион. — А сейчас всё, чего мне хотелось бы, — отомстить этому кобелине с первым встречным. Жаль только, что я всё время на виду. Хай Лин сползла с кровати и уселась напротив подруги. Хрена с два она уступит Фобосу хоть пядь власти в Меридиане. Значит, надо поддержать Элион — чего бы это ни стоило. А тут такая малость… — Элион… Сейчас я кое-что сделаю, ты только не сердись сразу. Считай до тридцати, а потом можешь на меня наорать, — Хай Лин спешно вспоминала, что ей будет за нарушение условий Слияния. Так-так… как там было? «Не будет детей и удовольствий на стороне…». Что там про «ударит молния» или, скажем, «чресла отвалятся»? Вот и ладненько. — Закрой глаза и считай про себя, — быстро добавила она. Элион наверняка догадалась о чём речь, но всё же удивлённо вздрогнула, когда Хай Лин накрыла её губы своими. Китаянка успокаивающе вплела пальцы в светлые волосы на затылке подруги, мягко обвела верхнюю губу языком, чуть потянула нижнюю… Слегка выгнулась в пояснице, приглашающе завела руку Элион себе на грудь. Губы Элион оказались горячими, потрескавшимися, покусанными — вот откуда этот солоноватый привкус!.. Надо будет ей побольше выдать с собой гигиенической помады… А что там, «тридцать» уже было? Ой-ёй, ну можно было и полегче! Перед глазами Хай Лин мелькнуло ярко-красное пятно — фонарик на потолке. А она сама оказалась распростёртой на ковре с прижатыми к нему кистями. Элион не стала на неё кричать, вместо этого она крепко, по-мужски, вжала девушку в мягкий ворс и продолжила их поцелуй.