"Изменчивые Земли". Глава 4: Прихоти мира

      Погода — скверная любовница. Иной раз она к тебе нежна и приходит, стоит тебе того пожелать, в другой — когда не ждали и злая, что голодная собака. Стоило горе остаться за горизонтом и распуститься полям с высокой травой, что доходила Баане чуть ли не до груди, как тучи вернулись из своего путешествия, сверкая и громыхая. Дождь обрушился на Изменчивые Земли, застав путников врасплох. Могильный цветок в сумке травника блёкло засветился, чувствуя влагу даже через толщу ткани и маленькое оконце. Баана остановилась, закинув голову назад. Жидкость цвета сирени стекала по ее лицу, оставляя за собой едва заметные следы. Она облегченно вздохнула. — Нам повезло. — Повезло? — переспросил ее Йохан, тщетно пытаясь укрыться от ненастья в высокой траве. — Капли не жгут лицо, не обращают кожу в пепел, не затвердевают на ней, словно глина при обжиге. Зельевой Дождь пощадил нас. — Если он так опасен, почему ты просто встала и посмотрела наверх? Егерь развернулась к мальчику и оглядела его с ног до головы. — Потому что могу себе это позволить. Идем, надо найти укрытие, а то промокнем до нитки. Йохан оставил ответ при себе. Не единожды он уже убеждался, что Баана не просто человек, но тем не менее, гадал — почувствовала ли она что дождь неопасен заранее, едва только первые капли коснулись ее головы? Или по запаху? А может, ее тело и вовсе не обращает внимания на такие мелочи? Он думал о том, что дождь может с ним сделать, но вскоре любопытство пересилило страх. Он высунул оголенную ладонь под капли, но не почувствовал ничего особенного. От обычной воды они отличалась лишь насыщенным цветом. Йохан встряхнул руку и поднял взгляд на спутницу: — Если ты можешь себе позволить просто встать под таким дождем, неужели говоря о пощаде ты обо мне волновалась? Баана пропустила эти слова мимо ушей, старательно прокладывая путь сквозь траву. В такую погоду сверяться с картой, даже волшебной, было бы глупостью и поэтому она полагалась лишь на свои глаза и инстинкты. Йохан следовал за ней, то и дело огибая большие лужи. Они появлялись все чаще. Уличив момент, юркий травник даже наполнил несколько пустых ампул, но потом ему все же пришлось догонять попутчицу. Достойное укрытие нашлось не сразу. Попадались каменные сооружения, что могли послужить крышей над головой, но то в одном месте ветер гулял слишком свободно, то в другом чудовища осели. Баана не хотела лишний раз рисковать. Либо это была лишняя морока — Йохан рассматривал обе версии. Убежищем от дождя, ветра и холода послужили руины, которые ушли неглубоко под землю. Они были похожи не то на храм, не то на площадь, окруженную колоннами. Баана сразу развеяла все вопросы — это тоже дело прихоти Земель, и никто раньше не жил тут, безвестно сгинув в небытии. Когда Егерь убедилась, что в руинах безопасно, она без промедления разбила лагерь. — Насколько мы тут задержимся? — спросил мальчик, поправляя своим посохом горящий хворост. Но стоило ему обратить внимание, что от жара его бывшая метла даже не подгорела, Баана ответила: — Зельевой Дождь идет столько, сколько захочет. Отдохнем, а там посмотрим. К чему этот вопрос? Мальчик мягко прошелся пальцами по своей «Оранжерее». — У меня толком не было времени разобраться… С ней. Или с тем, что в ней. — Разве ты не знаешь все о том, что продавал? — холодный голос порезал сердце, как острый нож. — Знаю. Но только не то, что отец прятал под прилавком даже от меня или то, что уже было в сумке. Баана отвернулась обратно к костру. — Тогда займись делом. Долго Йохана упрашивать не пришлось. Он раскрыл все отделы и подсумки и вгрызся глазами в содержимое «Оранжереи», забыв обо всём вокруг. Времени изучать все не было, и потому самым разумным решением было выбрать что-то одно. Среди трав, ягод, грибов, мха и водорослей его внимание зацепилось за яркий красный цветок. В свете костра приземистый куст с мясистыми бордовыми листьями и вздутыми желваками-галлами на них выглядел особенно притягательно. Всю эту красоту венчал бутон, напоминающий сжатый кулак, с яркими оранжевыми прожилками. Йохан аккуратно достал цветок из едва мерцающей почвы в подсумке, и в тот же момент, когда зеленое свечение в самом отделе потускнело, бутон набух. Почувствовав сухость и тепло, он тут же выплюнул на мальчика оранжевую слюну, которая зажглась прямо в воздухе и подожгла рукав. Мальчик, не теряя времени, убрал цветок на место и потушил огонь, перекрыв его тканью. — Он в меня огнем плюнул! — крикнул Йохан не то от шока, не то от восторга. Рукав дымился, ткань прожгло насквозь и на коже остались следы от ожога, но мальчик как будто не обратил на это внимания. Баана же даже не взглянула в его сторону, продолжая заниматься своим делом — готовить мясо. — Ага, а вот в подсумке ты не плюёшься… В ней тебе хорошо. Йохан мельком взглянул в сторону костра. — Слишком тепло и сухо, да? Вот ты меня и отогнал… Судя по строению, ты явно хищник. Так от конкуренции на своей территории избавляешься, да? — Ты же понимаешь, что он тебе не ответит? — Баана ткнула пальцем в мясо, проверяя, как оно приготовилось. — Как будто ты с кошками не разговариваешь. — Ненавижу кошек. Йохан вновь оглядел подсумок, в котором содержался маленький хищник. — Свечение в нем похоже на наши солнечные лампы, только… Другое. Где-то зеленое, в одном желтое. А раз ты все еще растешь и функционируешь, значит… И почва питательна! — Можешь не вслух все это? Мешаешь. — со стороны послышалось ворчание, но Йохан не обратил на него внимания, ведь его полностью заняли цветок и сумка. Тем не менее, продолжил он свои исследования молча. Йохан не стал вновь вытаскивать цветок, а решил осмотреть его прямо в сумке. Взяв нож, он аккуратно приоткрыл бутон, взял немного слизи, которая зажглась прямо на кончике лезвия, едва покинула цветок. «Ничего, еще создашь, раз тебе тут удобно» — подумал мальчик про себя и взяв бутылек, аккуратно выдавил слизь из бутона в колбу, сразу же закрыв ее пробкой. Слюна вспыхнула, но едва он закупорил колбу, пламя погасло. С Желваками на листьях все оказалось проще — стоило их ударить друг об друга или растереть, вызывали искры, а сами листья, стоило их отварить, дали чаю сильный согревающий эффект, стоило Йохану сделать лишь один глоток на пробу. — Ну что, разобрался? — тарелка Бааны уже была пуста. Мальчик даже не заметил, как пропустил обед. — Будь мой отец здесь, он бы назвал этот цветок Огнеплюем. Поэтому я последую его примеру. Оставшееся время привала было потрачено на то, что все масло Масляника было сцежено в бутылку, что освободило в сумке порядочно места, а последние три семечка Быстроцвета надежно завернуты в ткань и убраны подальше от почвы. Когда дождь закончился на следующее утро, Егерь дала команду выдвигаться и они с Йоханом продолжили свой путь к Тропе, что была уже совсем близко.