"Шаман". Глава 4: Черничный дым

      Рок, джаз, синтвейв. Музыка всегда была для меня отдушиной. Даже в самое тяжелое время, еще в детстве, когда мысли лезли в голову одна за другой во время переезда с Лурры, я совал в ухо наушник и включал свой беспроводной плеер, чтобы хоть немного отвлечься от всего того дерьма, что было вокруг. От ругани родителей, от шума двигателя, от мерцания колец космополитена и странных ощущений ныряния через Колодцы. Мне не нужно было кино или сериалы. Только музыка. Неудивительно, что корпы и уличные барыги в какой-то момент решили открыть еще одну золотую жилу и монетизировать это чувство, способное заглушить любые тревоги. Сначала платная музыка, подписки просто за возможность послушать любимый трек (никто не говорит еще и об авторских отчислениях, но как раз таки за это я готов был платить), а после и вовсе появились реминиксы - новая форма удовольствия.       С развитием технологий еще лет, наверное, сто или двести назад появились военные визоры, которые подключались напрямую к мозговой коре и глазу через порты, провода, чипы и позволяли гораздо быстрее отслеживать цели или вовсе «привязать» к себе оружие с помощью смарт технологии и орудовать им на совершенно ином уровне. По сути, это была просто надстройка над нервной системой. Потом эта технология устарела и перешла в массы. Подключение напрямую перестало быть необходимостью и визоры стали просто еще одним видом Очков Виртуальной Реальности, но более удобным и компактным. И раз у большей части населения планет появились такие визоры, для них нужен был контент. Сначала музыка, кино, сериалы, Net — как в любом смартфоне, но потом появились те самые записи воспоминаний или просто реминиксы. Они как раз таки основывались на старой технологии подключения к мозгу, что с помощью некоторых программных настроек позволяло, например, показать человеку его старые воспоминания. Зачем просто слушать музыку, если можно заново пережить момент, когда ты впервые прослушал трек и получил тот самый заряд дофамина? Или сериал - ты помнишь, что смотрел его и смотреть заново это уже совсем не то. А как на счет того, чтобы заново пережить первый просмотр? И это только часть того, что могут реминиксы. Их можно записывать и продавать для кого-то другого. Кто не хочет почувствовать себя кем-то другим, у кого жизнь просто лучше твоей? Наркотики та еще дрянь, но как по мне, реминиксы гораздо хуже. Одно дело просто видеть случайные галюны и гасить свое здоровье, но совсем другое — увидеть и услышать почившего родственника, вновь пережить самые лучшие моменты своей жизни или вовсе пропасть где-нибудь в вымышленном мире, забывая о реальности. Самое пугающее что формально они безопасны — никаких опухолей, никаких судорог, отторжений. Технология доведена за столько лет почти до совершенства. Но зависимость от воспоминаний, чужих или своих, от подмены реальности… тут и с кукухой проститься недолго.       Я проходил по узким улочкам Неонового Квартала, пожалуй, самого яркого района Неополиса. Когда и так непродолжительный день подходил к концу, это место сияло всеми красками, насколько может сиять клоповник. Вывески, витрины, стенды — все светилось, мерцало и гудело перебивающими друг друга звуковыми интеграциями о новых скидках и эксклюзивных предложениях. В то же время в переулках и на парковках барыги толкали реминиксы последних версий и видимо, один такой и пробил меня на эти пространные рассуждения. Я заметил, как несколько торчков из-за мусорного бака пялились на меня, пока я проходил мимо, но не придал этому значения и пошел дальше. Путь вел меня в один татау-салон, рекомендованный лично нашей волшебной принцессой. В конце концов её идея набить фетиши в виде животных реально была здравой, и потому как только выдалась свободная минута, я направился искать Глермо — виртуоза магических татух. Проблем с этим походом не возникло - Мамочка Вулин отпустила меня погулять, стоило мне сказать, куда именно я собрался. Как она и сказала, нужно потратить время с пользой, чем я и занялся. Капля за каплей, я почувствовал своей макушкой, как начался дождь. Это не самая редкая погода на Даркуолке, но это не помешало мне забыть зонт или дождевик, а поскольку у моей куртки не было капюшона, я метнулся под ближайший козырек одной из дверей жилого дома и уселся на ступеньки. Вид передо мной не внушал ничего — просто очередной проезд между домами, ведущий в шумную ночную жизнь. Я достал сигарету, щёлкнул зажигалкой и с удовольствием принялся травить себя черничным дымом. Хоть где-то я снова мог почувствовать ее вкус, пусть даже в таком виде. У меня было несколько минут, потому как если дождь сильный — он обычно быстро заканчивался. В переулке набежали большие лужи, которые постепенно скапливались и выливались в стоки, а розовый неон от ближайшей вывески стрип-клуба то и дело дергался от ряби водной глади. Мысли поглотили меня. - "Если бы не жизнь преступника, наемника, безЛИКого... Кем бы я был? С силой Аксолотля, наверное, медбратом... Или мог продолжить карьеру военного, если бы духом был сильнее. Хотя, учитывая, как мне обычно везет - грузчиком, охранником. В мире много работы, нужной, важной. Я просто... Пошел по легкому пути. Много риска, много денег... Ха. Много денег. Что-то я не вижу у себя набитые карманы, пентхаус и дворецких. Вот только сойти с этого поезда уже поздно. Но останусь ли я... Хорошим человеком? Я был ли я им вообще?" Слишком долгая затяжка прервала поток мысли, заставив меня сильно прокашляться. Вкус никотина осел на языке, а черника, так мною любимая и желанная, растворилась где-то во рту. Все-таки я скучал по маминым пирогам. Вся прелесть момента ушла вместе с дождём. Когда он прекратился, я бросил окурок в мусорный бак и наконец добрался до салона.       Называть это место салоном — всё равно что назвать помойку санаторием. Это был просто подвал, чудом не затопленный и совсем никак не помеченный вывеской и рекламой. Сразу понятно — либо место только для своих, либо хозяин никак не озаботился привлечением клиентов. Я ставил на первое. Спустившись в подвал и миновав лестничный пролет, я уткнулся носом в довольно крепкую металлическую дверь с магнитным замком. В самой двери была щель, закрытая с той стороны, чтобы можно было в любой момент разглядеть посетителя. Я несколько раз стукнул костяшками по металлу и через несколько секунд створка сдвинулась с резким щелком. Первое, что я увидел перед собой это два плавающих в полупрозрачной розоватой слизи люминесцентных пятна, мерцающих зеленоватым свечением. Это был Глермо из расы плазмусов. Я мало что о них знаю как о расе. То ли этот вид выведен корпами как лабораторный эксперимент, то ли их нашли где-то на краю галактики, но выглядели они как аморфное полупрозрачное желе и предпочитали гуманоидную форму для общения с другими. Глермо выглядел молодо — он довольно плавно и мягко менял свою форму, потому как если плазмус стареет, он становится все более твердым, пока и вовсе не превратится в кристаллическое изваяние. Я увидел, как «голова» Глермо немного забурлила. Появилось отверстие, и имитируя рот и дыхательную систему, очень изменчивым тоном он произнес: — Ко Глермо, уи? — последний звук очень сложно описать словами. Это было что-то среднее между песней луррского кита и завыванием ветра в глубоком каньоне. — Да. Я Шаман. Створка резко захлопнулась. Я услышал как мелодично пропиликал магнитный замок, и Глермо впустил меня внутрь. Наконец, я смог разглядеть его полностью и что меня больше всего удивило -он носил одежду, из которой едва проглядывали внутренние органы. Кепка задом наперед, разноцветная майка до середины «живота» со спиральным 3D узором, штаны на лямках. Он стоял и переливался цветами, как масляная лужа. — Тебя привело Течение? — он говорил плавно, переходя от баса к сопрано и обратно. Его тембр был так же изменчив, как и он сам. — Нет, оно не при чём. Я по делу — пришел сделать татау. Я понятия не имел, что такое это их Течение. Философия вроде, о судьбе, жизни, смерти — все дела. Глермо не стал вдаваться в подробности или вовсе отвечать на мои слова. Его глаза нырнули и выплыли на затылке и не меняя положения тела, он направился к креслу. Внутри его подвал выглядел лучше, что в целом и не удивительно. Стены увешаны плакатами — самые разными, от рекламных объявлений до… плазмусской эротики. «У них же нет пола? Так кто же… Ладно.» — пробурчал я себе под нос и чтобы отвлечься, уселся в кресло. Глермо сел рядом, приготовил все необходимое для наброса эскизов. — Глермо… ВОПРОШАЕТ. — последнее слово он явно произнес громче. Тембром колоратурного тенора. Обождав, когда звон в ушах после такого стихнет, я описал творческую задачу. Татуировки не нужны были сложные или большие — достаточно простого и понятного образа. Я призвал проекцию Зайца и позволил Глермо осмотреть ее во всех подробностях. — Думаю, ты уже работал со Спикерами. Мне нужно, чтобы татау просто было похоже на проекцию, а дизайн — на твое усмотрение. Глермо накидал на бумаге несколько вариантов, мы выбрали подходящий и начали работу. Я снял с себя часть верхней одежды и обнажил свои светящиеся татау, на что Глермо на некоторое время застопорился. Я отозвал проекцию, и свет перестал бить нам обоим по глазам. Узоры вновь стали черными. — Глермо не видел таких, у-э. Что означает рисунок? — он провел своими холодными щупальцами по моей ключице, повторяя причудливый узор. — Кто твой мастер? — Не думаю, что его имя тебе что-то даст. Он с другого конца Галактики. А что до значения — понятия не имею. — Уи ауу… Э. — Глермо издал заинтересованные звуки. А может что-то на своем сказал, я без понятия, но звучало это как «Даа? Правда? Интересно». Наверное. Глермо нанес пробу эскиза на ключицу, рядом с моими узорами, и когда мы утвердили все в последний раз с помощью зеркала, приступили непосредственно к сеансу. Даже под анестетиком, боль пронзила мое тело — я вжался в стул и со всей силы схватился за подлокотники. В прошлый раз я не чувствовал ничего, ведь был без сознания на алтаре, но сейчас с каждым проколом, с каждым впрыском магических чернил моя нервная система передавала сигнал в мозг. Я закрыл глаза и думал обо всем чем угодно. Именно в этот момент я больше всего жалел о сломанном на Древарте плеере. Прошло время. Сколько точно сказать сложно, но по ощущениям не больше часа. Глермо убрал машинку обратно на зарядку и пропел: — Готово. Открыв глаза и увидев новый узор на своем теле, я ждал привычного тепла на коже. Так было в тот раз. Но вместо этого старая вязь на груди запульсировала — и… втянула чужую магию в себя. Старые контуры сначала вспыхнули, а потом дернулись, задвигались как живые и просто поглотили набитого зайца своими чёрными линиями. Будто его и не было. — Какого?.. — Глермо отшатнулся от моей руки. Его плавающее смутное лицо исказилось, став квадратным, а рот расширился так, что туда можно было сунуть два кулака. Вот только от этого он не выглядел смешно — весь язык его аморфного тела говорил о страхе. Мой шок был не меньше. Тело все затрясло, а на лбу проступил холодный пот. Где это, блять, видано, чтобы татухи что-то ЖРАЛИ? Я пристально посмотрел в зеркало на узор. Он изменился. Не толщина, не цвет — что-то неуловимое, но определённо другое. Где-то в стороне Глермо пропищал: — Мы… Глермо… В безопасности? — Понятия не имею, студень… Я медленно встал с кресла и натянул сначала кофту, потом куртку. Мы снова пересеклись с Глермо взглядами, все такими же остекленевшими от испуга и непонимания. Правда, в случае плазмуса его глаза реально стали стеклом. — Слушай, я не знал о таком. Мне самому страшно. — мой голос дрожал. Ладно бы я просто увидел что-то такое, хрен бы с ним, но когда это произошло на МОЕМ теле… Дрожь добралась чуть ли не до сердца. — Глермо… Понимает. Иди. Бесплатно. — плазмус уселся обратно на свой стул. Его цвет менялся с розового то на красный, то на бледно-белый. Его явно переполняли эмоции, и только когда голова перестала быть квадратной, он продолжил, — Потом расскажешь. Глермо поможет. Клиентоориентированность. — Ага. Бывай. Недолго думая, я просто вышел из салона. Снова начался дождь, но мне было настолько все равно, что я шел прямо, быстрым шагом, лишь бы поскорее вернуться в Котелок. Вот только эти переулки не торопились меня отпускать. Проходя рядом с большим мусорным баком для строительных отходов, я наткнулся на чью-то ногу и тут же рухнул на землю — лицом прямо в лужу. Послышались смешки, а затем незнакомый голос. — Смотри! Его, его я видел у татушной! У реально есть реалы! Я поднял голову. Это был совершенно незнакомый мне человек. Довольно худой, бледный, со впалыми глазными яблоками и характерным красным следом на лбу от постоянного ношения визора. И с пистолетом в руке. Весь мокрый, довольный и даже дерганный. А рядом его дружки: такой же щуплый, а другой покрупнее. - Парни, а может мы просто разойдемся? У меня сегодня был реально хреновый день. В тот же момент я почувствовал, как чья-то рука подняла меня над землей, как кота за шкирку. Поначалу глаза в темноте подвели, но сейчас пришло понимание — тот что «покрупнее» оказался даже не человеком, а троллем. По его серой коже стекали капли дождя, слегка отвлекая от ярких красных глаз. — Выворачивай карманы. — сказал он довольно спокойно и даже холодно. Он явно не хотел сейчас тут мокнуть. - Или сожру. - Летать, хочу опять летать.... Мамочка... - послышалось со стороны.       Я чувствовал, как вся эта ситуация начала действовать мне на нервы. Признаться, я и так был не в себе после того, что случилось в салоне, но такая встреча довела окончательно. Я почувствовал, как рябь прошла по позвоночнику - Медведь сказал свое слово. Удивительно, но после этого "откликнулись" и остальные, как могли. Крыса пищала об опасности в голове, Кот и Заяц явно одобряли побег, пустив легкость по моим ногам, Черепаха поколола язык - разговор еще мог что-то изменить. А вот Сокол и Аксолотль были согласны с Медведем - в данном случае нужно защищаться. Взвесив все за и против, я крепко сжал кулаки. — Блять… Мужики. Вы либо глухие, либо тупые. Может и то, и другое, да и мне в общем-то без разницы. У меня, БЛЯТЬ, был ОЧЕНЬ. ХРЕНОВЫЙ. ДЕНЬ. Съебите или умрите! В ответ послышался уже раскатистый, полный превосходства смех. Запугивание обычно хороший способ избежать таких вот "уличных потасовок", но видимо сегодня шансы были не на моей стороне. Сложно поспорить - когда огромный тролль держит тебя в метре над землей ты не выглядишь опасным. Жаль только, что мне это на руку. - Ладно. Вы тоже сделали свой выбор. Уличив момент, я сунул руку в карман и сжал в ладони соколиный коготь, усилив Аспектом свою реакцию. Доли секунды — и дуло «Сверчка» Зубы уже перекрыло громиле обзор. Сначала щелкнул предохранитель. Затем спусковой крючок. За всё то время, что этот пистолет пробыл у меня, я ни разу из него не выстрелил, хотя и занимался чисткой — всё недосуг было. Моя куртка и кобура с трудом прятали его за пазухой — это был большой револьвер, с огромным калибром. И то, что я не знал его отдачи, стало моей ошибкой. Голова тролля разлетелась по всему переулку, оставив вместо себя лишь отваливающуюся от остатков черепа нижнюю челюсть. Хлопок оглушил нас всех, а отдача сломала мне большой палец, развернув его в обратную сторону. Именно в этот момент мне стало понятно, почему Зуба носил именно механические протезы, а вырастил новые мясные руки где-то в лабе. Пока тело тролля ещё падало, я приземлился на ноги, перехватил револьвер в другую руку и нырнул за мусорный бак. Дёрнул браслетом, активируя Аспект Медведя, и уже увереннее сжал рукоять — теперь мне хватало сил и крепости сдержать этого борова. Впервые Аспект Медведя сел рядом со мной - такой же большой, как и сам дух, только прозрачнее. — Я ПРЕДУПРЕЖДАЛ, УРОДЫ! — я высунулся из-за бака чтобы оценить обстановку, но встретив ответный огонь снова осел за укрытием. «Блять, я был слишком в себе уверен - ситуация так-то дерьмовая. Оба держат меня на мушке. Высунусь грохнуть одного — второй пристрелит. Переключаться сейчас на другой аспект — не смогу нормально стрелять. Лечиться Аксолотлем некогда — слишком долго. Надежда только на то, что они тормознут, а я не промахнусь.» — мысли мелькнули, как поезд в тоннеле — быстро и последовательно. Боль в руке была невыносима, но всплеск адреналина позволил мне забыть об этом. На время. Я замер, прислушался — они стояли на месте, почти рядом. Оба ждали, когда я высуну голову из-за укрытия. Вот только… Само укрытие. Я мельком осмотрел мусорный бак. Он был очень большой, для строительного мусора, без колес. Заполнен примерно на половину. Идея пришла сама собой. Я сунул пушку в подмышку, сжимая его сломанной рукой и сделал шаг назад. Сила Медведя бесполезна, если тело не выдержит удара. И мы с духом прекрасно это знали. Со всей силы, чужой и своей, я толкнул бак всем телом и отправил его в непродолжительный полет прямо в этих двух уродов. Около шести-семи сотен килограммов на огромной скорости просто снесли их, оставив лишь кровавый след. Я перехватил револьвер и увидел то, что от них осталось. Одного убило сразу — весь удар пришелся сначала по голове, наверное, он стоял чуть под наклоном вперед, оттого его мозги и остальное тело стало кашей. Второму, самому разговорчивому, повезло меньше — он был еще жив. Множество открытых переломов, раздавленная грудная клетка. Не долго думая, я окончил его страдания — громкий хлопок вновь разнесся по переулку. И стоило оно того? Наверное, я мог решить все миром, если бы прислушался к Черепахе. Вот только я не стал корить себя за то, что спасал свою шкуру. Мы могли и просто подраться — это было бы справедливо. Я не долго над всем этим думал. Воззвав к Аксолотлю, я убрал «Сверчок» обратно в кобуру, забрал оружие у трупов, пару ре-стиков и двинул домой. На сегодня приключений мне хватило.