Запись 246. 26 декабря 2024 года, четверг Карс, Турция

Ночью я просматривала фотографии из дома семьи Узун. Было всего нескольких кадров, на которых был снят Ахмед, на остальных его не было видно. Судя по всему его практически не было в жизни Исры, дети росли по сути без отца, хотя формально он и был. С раннего детства мужчиной в доме был Умуд, даже по фотографиям было видно, как Исра любит и гордится своим сыном, а сестры обожают своего старшего брата. Все это заставило меня задуматься о том, какую роль мальчик мог сыграть в убийстве отца. Когда утром я приехала в прокуратуру, я встретила Умуда, оказалось, что он практически не отлучатся из здания, терпеливо ожидая моего приезда, чтобы получить разрешение на встречу с мамой. Я спросила его, готов ли он поговорить со мной о смерти Ахмеда, он снова замкнулся и только пробурчал, что мы не можем обвинять его мать и отец сам виноват. Скорее всего так оно и есть, но подробности дела это не проясняет. Адвокат Исры должен был приехать только к 2 часам дня, поэтому я сказала Умуду, чтобы он не сидел в прокуратуре, а помогал бы сестрам, что когда он понадобится, мы обязательно ему сообщим. Сама же занялась разбором данных, которые собрали полицейские по убийству Нихан Аксу. Экспертиза установила, что ее смерть наступила от удара тупым предметом по голове. Наконец-то удалось связаться с ее мужем - Арифом, выяснилось, что он вместе с сыновьями - 12-летним Хаканом и 8-летним Салихом, сейчас жили у его родственников в Муше. Он должен устроить детей и сегодня или завтра приехать в Карс. По словам Дениза, Ариф не видел свою жену около 4 месяцев, а разговаривал с ней в последний раз - две недели назад. Вполне понятно, что между супругами был какой-то конфликт. Но связан ли он как-то с убийством жены не понятно. Я попросила коллег из Муша пообщаться с его семьей на месте, чтобы чуть-чуть больше узнать о взаимоотношениях внутри семьи Аксу. Вместе с Орханом я поехала в дом Нихан. На первый взгляд ничего не выделялось: привычная обстановка для семьи со средним доходом. В рабочем кабинете на специально отведенной полке стояли награды школы, которой она руководила - кубки, статуэтки и всякое такое. Последовательность лет в них была нарушена, и я попросила экспертов осмотреть их более тщательно. Следов крови они не обнаружили, но было понятно, что некоторые из них не так давно чистили, причем чем-то не очень подходящим для них, краска начала трескаться и облетать. Полицейские собрали все награды для проведения более тщательного исследования. Еще упаковали школьные фотоальбомы и рабочие тетради госпожи Аксу, может быть по ним удастся понять, чем она была занята в последнее время. Поскольку по делу Исры был получен требуемый для передачи в суд результат, начальство несколько снизило давление на меня. Обычная семейная разборка для них - это более подходящая причина смерти, чем действие подражателя маньяку-убийцы. На допросе Исра повторяла те же слова, которые уже сказала нам: что Ахмед пришел вечером пьяный и напал на нее. На протяжении многих лет он регулярно избивал ее. Устав от его жестокости, в момент, когда он попытался схватить ее, она ударила его в спину ножом, которым в тот момент резала хлеб. После, того как он упал, она еще несколько раз ударила его. Чтобы не было слышно хрипов умирающего, Исра включила телевизор, где как раз показывали сюжет про убийства Элькина Зорлу. Обстоятельства этого дела и рассказ об уликах, которые были в деле Игрушечника, она решила использовать, чтобы отвести от себя подозрения. От шума телевизора проснулся Умуд, так как от всего пережитого она стала плохо себя чувствовать и не могла бы управлять машиной, Исра заставила его вывезти тело отца за город. Они завернули труп в ковер, который на следующий день Исра сожгла на дальней свалке. Путанная история Исры в целом укладывается в картину преступления, и ей вполне можно было бы поверить, если бы не одно но... Я зачитала заключение патологоанатома, и обратила внимание на тот факт, что при убийстве использовалось два разных ножа, что не совсем соответствует тому, что она только что рассказала. Женщина вновь закрылась и замолчала. Адвокат настоял на переносе допроса, и мы отложили продолжение разговора на завтра. Я попросила, чтобы Умуд также пришел завтра для уточнения деталей дела. Вечером я зашла к Денизу на ужин. Дерья работала вместе с Нихан Аксу в одной школе, и мне было интересно узнать ее мнение об этой женщине. Дерья сказала, что она была довольно суровой с учениками , требовательной по отношении к учителям и придирчивой к персоналу, что в школе ее не очень любили за излишнюю властность, но наверное именно таким должен быть замдиректора. Мы немного поболтали о моей первой зиме в Карсе, о снеге и холодах, о приближающемся новом годе, в общем обо всем кроме убийств. И я была благодарна друзьям, что они не стали вторгаться в эту часть моей жизни, а дали возможность отвлечься. Наблюдая за тем как Дерья и Эсмигюль играют, как они разговаривают и просто касаются друг друга, я вспомнила слова своей матери и госпожи Невин по поводу детей. “Ты сделаешь все что угодно, чтобы защитить своего ребенка”, - эта мысль помогла мне понять, что произошло в семье Исры и Ахмеда Узун.