Часть 17. Гром и чёрточки

Сказав, как обычно, про завтрак, Роман отвернулся. Как бы Лололошка ни боялся обратного, старший не казался сильно заинтересованным. Это было обидно. Немного. Самую малость. Лололошка старался, тренировался, переступил через себя! А получил только лёгкую улыбку и совершенно обычное поведение. Серьёзно, если бы мальчик не заметил приподнявшееся настроение опекуна, то сильно обиделся бы. А так был шанс, что позже они вернутся к этому. Внутренне негодуя, Лололошка промчался на кухню. Уплетя омлет в два присеста, мальчик вернулся. Он даже не потрудился проглотить завтрак, но уже сел напротив диванчика, сверля Романа самым злым взглядом, на который был способен. На деле взгляд был слегка недовольным. Так получилось, что почти за два месяца это стало самым злым лицом Романа, которое Лололошка смог увидеть. Только когда последний кусок упал в желудок, старший обратил на Лололошку внимание. Роман отложил книгу и посмотрел в ответ. Самый добрый и понимающий взгляд на мгновение заставил Лололошку усомниться в своих претензиях. Впрочем, мальчик быстро собрался. Он пришёл получить нормальную реакцию. — Ты хочешь ещё что-то сказать? — после непродолжительной тишины спросил Роман. Лололошка проигнорировал его. Во-первых, он ещё ждал положенную ему похвалу или критику, а во-вторых, сказать было нечего. Лололошка прекрасно понимал большую часть слов, но был крайне не уверен в своём произношении. — Нет? — Роман слегка склонил голову, — Ну, ничего страшного. Ты и так учишься невероятно быстро. Я даже завидую такому уму. Лололошка напрягся. Это такая похвала? На критику тоже не похоже. Тон старшего совершенно не изменился, поэтому понять что-то по нему было нельзя. — Ты большой молодец, — а вот эти слова и тон Лололошка знал хорошо. Его хвалят. Мгновенно расслабившись, мальчик улыбнулся в ответ. Теперь он точно будет учиться усерднее. Как бы ему ни претила идея постоянного повторения одного и того же, ради искренней улыбки этого человека он был готов сделать многое. Лололошка потянулся, почти разложившись на столике. Как бы он ни хотел учиться быстрее, слушать Романа или хотя бы сидеть рядом с ним, было намного приятнее. Представив себя жидким тестом, Лололошка расслабился и растёкся по твёрдой поверхности. Пока он не придумал чем займётся сегодня, поэтому собирался ждать очередной поучительной истории или лекции о чём-то на первый взгляд неважном. Или, возможно, Роман слишком занят, и Лололошке придётся самому придумывать чем себя занять. На улицу сегодня всё равно не выйти — последними дождями лужайку у крыльца подтопило, и пройти по ней можно было, только промочив ноги. А это он успел сделать ещё вчера. Приятное время оборвалось резко. Лололошка даже не понял что это было. Просто подскочил. Сердце само ускорилось, пока мальчик оглядывался. Звук был такой, будто весь дом упал. Лололошка никогда не слышал как падает дом, но такая была первая мысль. Настолько резким и громким был этот звук. — Это гром, — спокойно, будто ничего не произошло, сообщил Роман. Он только взглянул на ошарашенного мальчишку и вернулся к своей книге, — Ничего опасного в нём нет. Опасность в молнии, из-за которой звук и происходит. Благодаря ровному голосу, Лололошка успокоился. Он не решился снова разлечься на столе, но сел напротив, внимательно слушая. — Гроза — довольно обычное явление во время сильного дождя. Этот приятный озоновый запах появляется как раз из-за неё. Вообще, процесс появления… — Роман замолчал и замер, указав в окно за Лололошкой, — Обернись, сейчас будет молния. На мгновение замерев, Лололошка всё же сообразил что от него хотят и обернулся. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как тёмные тучи вдалеке рассекла белая вспышка. Красиво и жутко. Но где звук? — Это и есть молния. Звук распространяется медленнее света, поэтому гром мы услышим только через несколько минут. Всё-таки вспышка была далеко. — Больше не найдя в тёмном небе ничего необычного, Лололошка снова переключился на Романа. Он как раз сделал перерыв, отпивая чай. — Так вот, — продолжил Роман, — процесс появления молний довольно сложен. Если я начну объяснять сейчас, ты мало что поймёшь. Что тебе точно нужно знать, так то, что молния — электрический заряд огромной мощности. Если она попадёт в кого-то, то скорее всего убьёт. Конечно, существует множество факторов, склоняющих результат. Например, в грозу лучше не ходить в железных и металлических доспехах. Это не только увеличит шанс попадания, но и гарантированно убьёт такого умника. Роман снова замолчал, отпивая чай, а заодно придумывая как продолжить мысль. — С другой стороны, молнию можно использовать, как источник энергии. Хаотичный и неуправляемый, но очень мощный. Конечно, в итоге большинство моих знакомых, пытающихся укротить эту стихию, сами становились ещё жертвами. Самые везучие отделывались быстрой смертью. Остальным приходилось корчиться в муках и, если чуть-чуть повезло, выжить, но калекой. Поэтому я надеюсь, что Лололошка будет осторожен. Последнее предложение было произнесено таким обеспокоенно-поучительным тоном, что Лололошка кивнул, не задумываясь. Если не всю жизнь, то хотя бы надолго он запомнит, что с молниями играть не следует. Мягко кивнув в ответ, Роман ещё немного отпил из чашки. Такими темпами ему придётся скоро заваривать новую. — Кстати, мы уже довольно много ждём, — старший поставил чашку на стол и небрежно перевёл тему, — Думаю, скоро мы всё же услышим гром. Отчасти отойдя от внезапного наставления, Лололошка встрепенулся. Быстро осмотрев начавшего загибать пальцы Романа, мальчик обернулся к окну. Небо в нём было всё такое же тёмное. И никакого намёка на белую вспышку. Ожидая, Лололошка залипнул на перекаты тяжёлых туч. От бездонно чёрных до светло серых клочков, они тянули и толкали друг друга, спеша за горизонт. Только ни тучи, ни горизонт не спешили встречаться, и, кажется, застряли в этом положении. Вечное грозное небо. Оно заставляет думать, что вся та синева была лишь выдумкой детского сознания. Второй раскат грома прозвучал так же неожиданно, как и первый. Лололошка снова подскочил, но быстро обернулся. Он не искал какого-то объяснения, но подозревал, что оно будет. — Девяносто секунд, — заговорил Роман, — Молния ударила примерно в тридцати километрах. Это… — он посмотрел на мальчика, явно не понимающего масштаб и быстро подобрал понятное сравнение, — Тебе придётся весь день, с рассвета до заката бегать от одного конца барьера до другого, чтобы пройти это расстояние. Лололошка нахмурился, представляя. Это было очень много, но сколько конкретно он понять не мог. — Тебе интересно как я посчитал это? — Роман хитро ухмыльнулся, прекрасно зная, что мальчик кивнёт, даже если такой вопрос у него и не возникал. — Отлично, тогда слушай, — дождавшись кивка, старший продолжил, — За три секунды звук проходит примерно один километр. Всё, что нужно сделать, это посчитать сколько прошло времени со вспышки и разделить его на три. Но можно сделать и проще, — заверил Роман, уже видя полное непонимание, — Ты можешь отсчитывать «Раз, два, три» и ставить чёрточку на листе. Потом снова отсчитать «Раз, два, три» и снова поставить чёрточку. Только учти, что ставить чёрточку нужно на «Три» и сразу же начинать считать заново. Когда закончишь, я могу посчитать чёрточки и сказать сколько это. Выудив из ниоткуда чистый лист бумаги и самый новый карандаш, Роман протянул их ребёнку. Только во время этого жеста он запоздало спросил: — Хочешь попробовать? Лололошка охотно забрал протянутое и ушёл к окну. Так обзор откроется больше, и шанс, что он увидит молнию будет выше. В голове мальчик уже отсчитывал «Раз, два, три», старательно следуя темпу Романа. Поскольку эти цифры отмеряли время, пауза между ними должна быть важной. На очередной «Раз», зоркий глаз заметил вспышку где-то далеко справа. На мгновение Лололошка завис, но быстро сбросил мысленный таймер. «Раз, два, три», — проговорил мальчик в уме и, ставя первую чёрточку в начале листка, засчитал заново. Это начинало быть интересным. *** Отвлечь Лололошку оказалось довольно легко. Рома мог только благодарить мальчика, что он без вопросов отстал. Иначе спокойно вычитать учебник не вышло бы. А ведь таких Рома настрочил целую гору, пока пытался выжать всё, что хотел передать воспитаннику, и этот был лишь первым на модерации. Руками больше ничего переписывать было не нужно. После небольшой модернизации магического реактора он стал производить чистой магии с излишком. Её можно было тратить даже на такие мелочи, как вывод и перемещение чернил в книге, чтобы исправлять опечатки. Данный томик было решено назвать «Ботанией». По-хорошему, так назывался только раздел о магических цветах, но в этой книжице Рома решил описать вообще все растения, которые можно было использовать в заклинаниях, ритуалах, которые сами приобретали магические свойства, и то, как правильно и безопасно такие растения использовать и выращивать. То есть «Ботаникой» книжку не назвать, в ней магический уклон. Зато следующей такое название подойдёт. Там будет только о хозяйственном и промышленном применении немагических растений. Вообще, изначально эти две книжки Рома хотел объединить в одну, но она выходила настолько большой, что пришлось делить на два тома. Возможно, когда Лололошка подрастёт, Рома сделает общий сборник на полсотни страниц, чтобы его было удобно носить с собой, но этого ждать ещё несколько лет. Прогремел ещё один гром, совсем тихий. Рома отвлёкся, ожидая, что Лололошка сразу же побежит узнавать число, но мальчик всё ещё сидел у окна. Из-за спины видно плохо, но на листе что-то было. Кажется, Лололошка решил насобирать сразу несколько записей, а потом получить сразу все результаты. Рома сильно сомневался, что на третью строчку чёрточек мальчик вспомнит что было на первой, но не вмешивался. Шишки такого рода ребёнок может набить сам. Допив уже остывший чай, Рома задумался. Заварить новый сейчас или отложить на часок, чтобы не отвлекать Лололошку? В муках выбора он оглянулся назад. Там тоже было два больших окна, выходящих на горный хребет. Сейчас зрелище в них было поистине жутким. Вершины гор тонули во тьме, сливаясь с чёрным небом, сильный ветер гнул и корёжил деревья, прижимая их к земле настолько сильно, что иногда они становились похожи на уродливых монстров. А, может, это и были монстры, проснувшиеся с подступающими холодами и теперь шерстящие по округе в поисках добычи. В таком случае стоило побеспокоиться о ближайшей деревеньке. Только вот её жители выживали в этом мире веками, и в помощи не нуждались. «Просто ограничусь провизией,» — одними губами пробормотал Рома и встал. Прихватив чашку, он ушёл на кухню. Там всё оставалось прежним. Яркий свет, тепло и рассеивающийся запах недавней трапезы. На удивление, Лололошка соизволил убрать грязную тарелку в раковину. Помыть он её пока не мог — не доставал до крана. Это могло быть ещё одно дело в копилку, если бы Рома уже не озадачил своих големов плотницким делом. Эти заразы недавно начали проявлять кое-какой интеллект, поэтому простенькая задача прекрасно проверит его границы. И, судя по тому, что спустя два дня големы только напилили доски, они скорее провалили тест. Рома вздохнул и отставил чашку подальше. Своими руками он поставил чайник на плиту и зажёг огонь. Пока вода кипятится, он заглянул на полочку с чаями и травами. Ничего особенного не хотелось, поэтому Рома достал тот, которого осталось больше всего. Красный с фруктами. Он такой пил редко и больше держал для полноты коллекции. Оставив банку с чаем рядом с плитой, Рома обратил внимание и на заварочный чайничек. Жидкости там осталось на самом дне, да и прошлая порция листьев ещё лежала в ситечке. Его следовало отмыть. А после этого делать было нечего. Высушив заварничек простым движением, Рома вгляделся в происходящее за окном. Кухня как раз выходила на огородик, и отсюда было прекрасно видно все хозяйственные угодья. Зрелище было сюрреалистичным. Деревья вдалеке гнулись и скрипели, везде бушевал ветер, а скоро к нему присоединится и дождь. Ровненькие грядочки были спокойны, новые ростки и зрелые колосья едва пошатывались, словно ничего вокруг и не было. То же касалось и ближайшего к дому леса. Где-то там, где жили животные, суетились големы, нося им утренние порции корма. Простые загоны давно сменили маленьким амбаром, уже из которого время от времени големы выгоняли скот на выгул. Наверное, надо будет сделать ещё одного. Пусть он бегает в деревню и проверяет её. Нужно будет дать ему базовые навыки торговли и чуть побольше боевых, чтобы в случае чего мог постоять за себя. Защищать деревенщин будут их собственные големы. Рома вздрогнул от одного воспоминания. Эти трёхметровые куски железа, больше похожие на монстров, были настолько примитивны, что даже големами звать их не хотелось. Впрочем, Рома признавал надёжность такой конструкции. Они были прочные и били тяжело — идеально для иногда единственного защитника деревни. Чайник едва издал первый свист, а Рома уже выключил огонь. Пересыпав заварку в ситечко, он подождал, когда кипяток чуть-чуть остынет, и залил быстро распускающиеся в воде листья. Оставалось только подождать. Убрав всё по местам, Рома вернулся в общую комнату. Лололошка по-прежнему сидел у окна и выглядывал молнии. При каждом раскате грома он мелко вздрагивал, но больше от неожиданности, чем от страха, и, ставя последнюю в группе чёрточку, переходил ниже. Уже успело заполниться полстраницы. Больше из-за размашистости чёрточек, чем из-за их количества.