Часть 34. Очищение

— Назовись, — голос человека был холоден и агрессивен. Всё его существование источало едва уловимое, но нарастающее чувство опасности. Почти светящийся рисунок заледеневшего пламени идеально передавал настроение человека. Оттого Эли не сразу поняла, что лицо его слишком молодо, а пропорции тела больше напоминают ребёнка-переростка. Слишком плохо это сочетается с тем, как этот человек ощущается. — Элизиана Арбор, — честно ответила Эли, с ужасом наблюдая, как поднимается рука незнакомца. К счастью, он лишь указал куда-то за спину. Обернувшись, Эли увидела То, напряжённо замершего за ней. — Спи. Эли дёрнулась обернуться обратно, но на затормозила. Мгновенно подчинившись, То сложился на землю. Большое тело свернулось в комок, напоминающий большой камень. — Что ты?.. — Эли отшатнулась назад, сразу же приняв боевую стойку. — Его раса не может адаптироваться к новому магическому фону без перезагрузки, — человек опустил руку, пояснив свои действия. И это была именно та причина, из-за которой Эли не атаковала сразу. Вообще, она ещё боялась слишком разозлить незнакомца, но это уже мелочи. Человек резко приблизился, продолжая сухо рассказывать, будто читая по бумажке: — Создатель оставил инструкции на случай внезапных гостей. — Он прошёл мимо Эли и встал напротив свернувшегося То. — Скоро должен прибыть ещё один гость. И согласно инструкции, к тому моменту мы должны покинуть эту территорию. Беззвучно вздохнув, человек наклонился и поудобнее обхватил То. По тому, как он расставил ноги и пытался обхватить тело, складывалось впечатление, что он хочет поднять тролля. Только вот тролль весит больше тонны. Эли и Мэттью пришлось сильно запариться над плотом, чтобы он не утонул, если бы к концу зимы они ещё находились на воде. — Он… — Эли потянулась предупредить, но человек уже поднялся. И поднял. Ему было определённо неудобно держать настолько большое и тяжёлое тело, но лицо оставалось невозмутимым. Быстро осмотревшись, человек направился в сторону плаца, где всё ещё стоял ребёнок, но ближе, чем раньше. — Иди за мной, — напомнил незнакомец замершей эльфийке. — Д-да, — она засеменила следом, не зная, куда себя деть. Она буквально осталась одна в непонятном месте с этим страшным человеком. От её действий зависит жизнь То. А ещё где-то там Мэтти остался совсем один против страшного монстра. — Там… — Эли хотела описать, где там, но так и не смогла подобрать нужное описание, — остался мой друг… — Третий гость скоро прибудет, — холодно повторил человек. Ни тон, ни интонация об этом не говорили, но Эли почувствовала упрёк. Знакомый «Чем ты слушала?» вопрос, который часто слетал с губ учителей этикета и прочих глупостей. И насколько бы рассеяна из-за сумбурности событий Эли ни была, сложить два и два у неё получилось. Мэтти и был тем третьим и другим гостем. — Мы можем подождать его здесь? — неуверенно, чтобы не показаться грубой, спросила Эли. Шага она не сбавила, стараясь поспевать за человеком. Задавать вопросы такому человеку Эли обычно не стала бы, но из того, что она услышала, выходило, что перед ней слуга. Скорее всего, того, кто расправился с монстрами и отправил её с То сюда. Возможно, того самого архимага, которого они столько искали. Даже скорее всего, того самого архимага. Намного вероятнее, что в этом пустом мире живёт только один настолько сильный маг. — Нет, — резкий ответ прервал поток мыслей. Эли сразу собралась и готовилась спросить о причинах, но заговорил кто-то сбоку. Голос совсем как у незнакомца впереди, но немного моложе: — Вы столкнулись с нечистью. И, скорее всего, ваш друг уже заражён. Ради вашей же безопасности лучше отойти, чтобы тоже случайно не заразиться во время очищения. Это был ребёнок. Или подросток. Точная копия незнакомца, но правильных пропорций и оттого ростом примерно по грудь Эли. Футболка у него была с узором ярко-красного огня. По форме точно такой же, как у человека впереди, но зеркальный, на правой стороне. Эли пусто уставилась на него. В голове лихорадочно бегали мысли. Этот… второй слишком похож на первого. Они близнецы? Тогда почему разного роста? Возможно, что-то произошло. Или они разного возраста. Или вообще не люди. Первый же говорил «Создатель». Но они, вроде, люди. И этот «Создатель» — архимаг? В любом случае он сейчас должен помогать Мэтти. Иначе бы эти двое не говорили так уверенно. А если третий гость всё же не Мэтти? Что, если его вот-вот разорвёт эта нечисть? Нечисть? Та самая, что, появившись в мире, обязательно его уничтожит? Та самая, от которой нет спасения? Тогда понятно, почему магия не сработала. И, наверное, хорошо, что теперь они с То далеко. Мэтти точно умрёт. Эли приложила все силы, чтобы оставить лицо спокойным, но уголки глаз всё равно предательски заблестели. Мэттью, простой человеческий паренёк, её дорогой друг, вот так бесславно сгинет в неизвестном мире, став нежитью. Они больше никогда не встретятся. Сморгнув, Эли, наконец, осознала и последние слова маленького близнеца-незнакомца. — Очищение? — голос дрогнул. Все годы обучения у лучших придворных дам ушли впустую. Эли и раньше это знала, но почему-то сейчас это знание было обидным. — Угу, — маленький человек забавно мотнул головой и мельком взглянул на мнущегося на краю плаца ребёнка. — Создатель последние три дня только этим и занимается. Бегает по территории, занятой личами, и вычищает их одного за другим. Или ты про ритуал очищения? Меньший близнец вопросительно склонил голову. Эли повторила жест. В её глазах читалось полное непонимание. — Ты про очищение, из-за которого мы должны отойти? — наконец переспросил подросток. До этого он попеременно закатывал глаза, видимо пытаясь вспомнить, что такого мог сказать. Эли коротко кивнула. — Если ваш друг действительно будет заражён, потребуется очищение. Деталей я не знаю, но это что-то вроде ритуала, вытягивающего из тела всю грязь. Не только физическую, но и магическую. В теории, этим можно вылечить даже полностью обратившихся зомби. Придётся отдельно озаботиться ритуалом воскрешения, но он не настолько сложен, как это… — маленький близнец указал на уже пустующую полянку. Их небольшая процессия почти добралась до плаца. Эли уставилась на маленького человека. Он нёс какую-то чушь. Или так могло казаться, если не брать в расчёт, что речь идёт об архимаге. Существе, находящемся на пике магических возможностей. Но возвращение нежити к настоящей жизни всё равно звучит дико. Воскрешение мёртвого тоже кажется невозможным. Но Эли промолчала, оставив свои мысли при себе. Самое худшее, что можно сделать при самовлюблённом маге, — усомниться в его способностях. А не самовлюблённых магов, добравшихся до такого уровня, не бывает. Вместо этого она сосредоточилась на ребёнке. До плаца оставалось всего несколько шагов, и рассмотреть лицо третьего человека теперь было возможно. Оно было таким же. Раньше Эли казалось, что она научилась различать людей. Мальчик, а это определённо был он, был совсем молод. Детская пухлость уже сошла, а тело начинало быстро тянуться вверх, но это всё ещё был маленький ребёнок. Определить возраст точно Эли не взялась бы. Она и эльфийские года с трудом назовёт правильно, что уж говорить о людях. Идущий впереди человек, наконец, переступил границу плаца и сбросил ношу. То в прямом смысле уронили на каменную кладку. Подвинув тело ногой, чтобы оно не выходило за границы площадки, человек спрятался за ним. Ну, так это выглядело. Он просто сел, прислонившись к То так, чтобы со стороны, откуда они пришли, его не было видно. — Ему же больно! — ребёнок, до этого опасливо стоящий в сторонке, подскочил, возмущённо раскинув руки. Деревянный меч он как-то успел заткнуть за пояс. — Не больно. Он сильно отличается от людей и не чувствует боли в привычном для Вас понимании. — С мальчиком странный человек говорил спокойно. Не холодно-раздражённо, как с Эли, а просто спокойно и местами даже благодушно. Мальчик на мгновение застыл, а потом подозрительно сощурился и спросил: — Точно не больно? — Можете спросить у Создателя, когда он вернётся. Мальчик коротко кивнул и подсел рядом со странным человеком. Лохматая макушка высунулась из-за То, сейчас больше похожего на большой булыжник, и внимательно осмотрела полянку. Ничего там не найдя, ребёнок переключился на Эли. Детские глаза, кажется, сверкнули, но мальчик сразу же спрятался обратно. Послышался шёпот, но слов Эли не расслышала. Второй паренёк, который средний по росту, куда-то испарился. Эли пыталась вспомнить, заметила ли что-нибудь, но в воспоминаниях ничего не осталось. Вот был добродушный паренёк, и вот его нет. Помявшись на краю плаца ещё несколько секунд, Эли всё-таки вошла на каменную площадку. Обычно под ногами бы зацокали сапожки, но сейчас каждый шаг сопровождался хлюпаньем грязи. До этого момента она даже не замечала, насколько сильно измазалась в той короткой стычке. Эли подошла к То и села рядом, чуть облокотившись на него. Поверхность была ледяной, но девушка даже не вздрогнула. Она сосредоточено ждала, когда на небольшой полянке появится хозяин этого места, внутренне надеясь, что он придёт вместе с Мэттью. Коротая время, она изучала окружение. Первым в глаза бросался непроницаемый купол над головой. Внешне он был невидим, но легко ощущался магическим чутьём. Такой же, но намного слабее, стоял над плацем, где все сейчас находились. Границы чётко очерчивали края каменной кладки. Видимо, поэтому странный человек так озаботился тем, чтобы То не пересекал эту границу. Он просто окажется за пределами барьера. — А когда папа вернётся? — ребёнок снова зашептался, но на этот раз Эли была достаточно близко, чтобы его услышать. — Не знаю. — Как думаешь, он будет злиться за то, что вы сделали в библиотеке? Эли навострила уши. В этом месте есть библиотека? И что такого могли сделать дети(?), чтобы разозлить её хозяина? Обычно для подобного достаточно случайно попортить пару книг. — Это был не я, — странный человек огрызнулся, но быстро остыл, — я тоже потерпевший. — Ооо, — мальчик издал странный звук, отдалённо похожий на те, что издают люди при удивлении, и сразу же спросил снова: — А ты останешься таким навсегда? — Надеюсь, что нет. Эли слегка дёрнула ушами. Обычная реакция, когда нервы на пределе, но она поёжилась, пытаясь её скрыть. А в голове снова плясали мысли. Например, странная непропорциональность странного человека вызвана неким инцидентом в библиотеке. Должен ли он обычно выглядеть, как пропавший близнец? Тогда разные узоры на одежде нужны, чтобы их различать? Насколько бы Эли не усомнилась в своей способности различать людей, но эти двое были действительно на одно лицо. — И всё же. Он будет злиться? — прервав часть размышлений, снова спросил мальчик. — Надеюсь, что нет, но… — странный человек замялся, но ребёнок услужливо подсказал: — Правый вышиб часть стены? Ответить человек не успел. На полянке пространство искривилось и выплюнуло двух человек. В том, кто упал, пропахав лицом траву, Эли сразу же узнала Мэттью. Хотя он с ног до головы был вымазан в грязи, а часть брони куда-то делась, это всё ещё был Мэттью. Даже его кольчуга поблескивала, выглядывая из-под разодранной одежды. Те немногие стрелы, что ещё остались в колчане на поясе, рассыпались по земле. Эли подскочила, собираясь броситься к другу, но что-то потянуло её назад. Движение было совсем слабое, но Эли обернулась. Мальчик выглядывал из-за То и держал её за полы мантии. — Не надо. Папа скажет, когда можно. — Но… — Эли замотала головой, быстро оглядываясь то на мальчика, то на, кажется, приходящего в себя Мэттью. Уходить опасно — ей прямым текстом сказали это. Но и бросить друга не позволит совесть. Эли в последний раз взглянула в детские глаза. Тёмные, но отражающие синее небо, они в немой мольбе уставились на неё. — … Ладно, — Эли поджала губы и неохотно согласилась. Когда маленькая ручка отпустила одежду, эльфийка плавно села обратно. На этот раз ещё настороженнее и так, чтобы быстро встать в случае необходимости. Второй человек непринуждённо стоял рядом с Мэттью. Видимо, такие пространственные переходы были для него привычны, поэтому он больше времени уделил осмотру окружения. Отсюда не было видно деталей, но по повороту головы Эли могла сказать, что он смотрит сюда. Правда, длилось это недолго — он переключился на отползающего Мэттью. Быстро что-то решив, он наступил на него одной ногой и снова задумался. Мэттью, теперь вдавленный в землю, пытался выбраться, но получалось у него плохо. — Успокойся и жди, — осадил холодный голос. Первый незнакомец так и не высунулся, но как-то умудрялся видеть то, что происходит. Даже подскочившую Эли. Надувшись, девушка села обратно. Тяжело смотреть, как твоего и так настрадавшегося друга валяют по земле. Но даже если Эли вмешается, она ничего не сделает и, скорее всего, даже всё испортит. И она это понимала. Поэтому девушка продолжала напряжённо сидеть. Уши нервно подрагивали, пытаясь уловить хоть что-нибудь с отдалённой поляны. Наступивший на него человек определённо что-то говорил. Но до плаца не дошло ни звука. И по тому, как реагировал Мэтти, иногда вскидываясь в странной позе, понять, что происходит, не получалось. — Что он делает? — голос мальчика звучал немного глухо. Будто он наклонился, спрашивая. — Очищает, — ответил странный незнакомец, а Эли навострила уши. — Разложение нежити затрагивает не только тело, но и душу. Если очистить только физическую оболочку, то заражённый всё равно рано или поздно потеряет себя и станет безмозглым зомби. — Поэтому папа начал очищение с души? Мальчик даже не выдержал паузу, спросив сразу же, как странный человек закончил. Если он вообще закончил, а не сделал паузу. — Да. — А это больно? — Да. Двое снова замолчали. Внутренне содрогаясь, Эли пересела, обхватив ноги руками. Мэттью уже начинал гореть тем же белым пламенем, каким сожгло монстров. *** Обычно для полного очищения от разложения нежити люди и другие разумные расы используют ритуалы. Поражённые проклятьем, а то, что распространяет нежить, именно проклятье, заключаются в особый барьер. Дальше действуют по обстоятельствам. Чаще всего подручными средствами начинают проклятье вытягивать. В мирах, где нежити научились противодействовать, обычно есть одно или несколько животных или растений, имеющих устойчивость к разложению. Очень редко встречаются виды, поглощающие это проклятье, как воду. Очевидно, что в этом полупустом мире таких растений и животных нет. Зато есть Рома, знающий, как эти ритуалы действуют. А зная, повторить этот эффект не так уж и сложно. — Не дёргайся, — Рома посильнее надавил на сбегающего паренька. Сейчас его сознание было в смятении. Проклятье нежити обычно не сразу начинает действовать на разум, но та тварь, видимо, была в отчаянии и сделала всё, чтобы её жертва обратилась быстрее. Магия, вычищающая проклятье, ясности разума тоже не помогала. Грубое вмешательство в глубины души всегда сопровождается ужасной болью. Действовать осторожно Рома не собирался. Ни времени, ни желания растягивать то, что можно сделать за несколько минут, у него не было. — Сидеть. Парень снова попробовал отползти, но был беспощадно втоптан в землю. За что сейчас Рома мог его похвалить, так это за силу воли. Обычно очищаемый уже должен кататься по округе, воя и крича от боли, но этот паренёк кусал губы и терпел. Попытки сбежать были не настолько проблемными, как случайно сломанные в судорогах кости. Довольно быстро парень всё же успокоился. Значит, то, что называют душой, преимущественно очищено, и можно переходить к каналам магии. — Не расслабляйся, — предупредил Рома и заранее посильнее надавил на паренька. Тот сразу же вскинулся всем телом, но сбежать не смог. Зато проклятье начинало покидать его тело. Как зараза, чёрное пятно жухлой травы расползалось по округе. Очищать это заранее было бесполезно, но и совсем игнорировать нельзя. Поэтому жители всё тех же несчастных миров придумали на финальной стадии ритуала очищать всю округу. До тех пор проклятье должны сдерживать специальные барьеры. Ставить ещё какие-то барьеры Рома не собирался. Намного легче ускорить очищение тела и, когда появятся внешние проявления, поджечь всю округу. Именно поэтому, когда комья подсохшей грязи пропустили первые языки огня, Рома не сомневался. По отработанному за последние дни шаблону сплелось заклинание. Невидимый огонь быстро набрал силу, приобретя белый оттенок. В мгновение ока поляна вспыхнула. Белый, очищающий огонь закрыл её плотной стеной.