II. Провал высшего класса

Николас уже около пяти минут крутился около зеркала, рассматривая свой наряд, который надеть можно было не каждый день. Чёрная вололазка, точно такие же брюки и перчатки без пальцев — парень был, скорее, похож на киллера, нежели на следователя. Однако в такой одежде было не только удобно скрываться вечером, но и двигаться, поэтому он оставил всё, как есть. Время на часах показывало «17:50». От квартиры Флетчера до первого пункта назначения было всего лишь каких-то восемьсот метров, поэтому торопиться было незачем. Он собрал свои светлые волосы в хвост, затянув резинку потуже.     Без семи минут Николас вышел, через пару мгновений уже оказался у нужного адреса. Улица была узкой и немноголюдной, поэтому парень спрятался за удачно стоящий рядом мусорный бак. Ровно в шесть часов (тут или Найтмер умеет предугадывать, или этот человек очень пунктуальный) предполагаемая жертва вышла из своего дома и направилась в противоположном от Ника направлении. Это был человек невысокого роста и плотного телосложения. Шёл он не спеша, даже больше прогуливаясь. «Дай бог через два часа дойдём…» — мысленно ударил себя по лбу Флетчер.     Чем хорош шумный город, так это своей многолюдностью, что обеспечивает удобство слежки. В большой толпе легко остаться незаметным, можно даже почти не напрягаться. Однако есть и обратная сторона: в этой толпе точно так же легко потерять преследуемого. Именно этот казус и случился у Николаса уже спустя полчаса слежки. Парень как-то засмотрелся на правительственное здание, восхищаясь его архитектурой, — а их жертвы и след простыл.     — Чёрт! Да как же я мог так…    Николас выругнулся себе под нос и, растолкав местных зевак, ринулся вперед. Он, вроде бы, видел в толпе знакомый силуэт, но тот то исчезал, то мелькал где-то вновь. Сейчас парень был очень благодарен своей физической подготовке: он бежал со всех ног, но практически не устал. Он выбежал на площадь и тут же аж подпрыгнул, когда его взору вновь открылась нужная фигура. Однако мужчина по неизвестной причине резко свернул в ближайший переулок, который откланялся от маршрута, а Николас прекрасно заметил, что прогулочный шаг у того сменился на полубег.    — Не понял… — парень на секунду застопорился, но знал, что медлить точно нельзя и ринулся за тем.     Переулок оказался безлюднее, чем он думал, под грудиной тут же почувствовался выброс адреналина. Флетчер достиг уже своей максимальной скорости. Поворачивал за угол — преследуемый в это время уже скрывался за другим углом в конце улицы. Ник почувствовал, как начал сбавлять темп, появилась одышка. Он уже собирался перейти на шаг и со всей гордостью сообщить Найтмеру о своём грандиозном провале, как за углом раздался выстрел. Словно по команде, Николас выскочил на смежную улицу. Глаза его тут же округлились и приняли шарообразную форму, а он застыл на месте. Прямо перед парнем валялся труп преследуемого…    Через пару секунд он заметил группу людей в форменных чёрных костюмах и масках дальше по улице. Один из них всё ещё не опускал пистолета.     — А ну стоять! — рявкнул Николас. — Я из…    Но не успел он и договорить, как его предплечье прожгла колкая боль. Опустив взгляд на руку, парень увидел струящуюся кровь из пулевого отверстия. Придя в себя через пару секунд, Ник отшатнулся в сторону, за мусорные баки, чем спас себя от очередных пуль. Он зажал рукой рану, но даже толком не мог остановить кровь. Как же ему не хватало здесь его наставника!     Жгучая боль и резкая смена событий не позволяла нормально соображать. Они убили преследуемого? Но кто это? И почему эта будущая жертва начинала ускорять шаг ещё на площади? Николас не понимал ничего. Он осторожно выглянул из-за контейнера, видя медленно приближающихся к нему преступников. Ринулся вбок — ужалось избежать очередного пулевого ранения.     «Действуй! Докажи, что ты и сам способен справиться с ними!» — одернул себя Николас, как только у него промелькнула мысль сбежать.     Он, выставив правое плеча вперед, рванулся вперед, успешно сбив одного из мужчин с ног.        «Получилось! Теперь ещё трое!» — ободрился парень.    Но только Флетчер хотел проделать ряд ещё нескольких приёмов, как трое преступников переглянулись, кивнув друг другу, а затем ринулись бежать в разные стороны. Ник дёрнулся, но ничего не понял вновь. Испугались и начали сбегать, увидев возможности парня?     «Нет…» — поразмыслил Николас, а продолжил уже вслух (у него часто проявлялась эта привычка при волнении).    — Они явно хотят чего-то иного. Я должен… та-а-ак… Первый, второй или третий?.. А-ай, хватит думать! Второй!    С этими словами он ринулся по улице за мужчиной, что убежал по направлению к их конечному пункту. Однако спустя пару кварталов тот вновь свернул в закоулки, а после оказался уже в первом пролете одного из трехэтажных заброшенных зданий там.     «Чёрт побери, да куда он меня заманивает?!» — но Николас всё же решил догнать того и обезвредить, а потом допросить.     Преследуемый взобрался на крышу длинного здания, ловко преодолев её периметр, а затем с такой же лёгкостью перепрыгнул на соседнее. Флетчер резко затормозил перед самым краем: «Твою ж дивизию… Вот счастья-то привалило…»     Ник оглядывался по сторонам, рвано дыша и пытаясь придумать свой дальнейший план. Но тут он невольно вспомнил, как, будучи мальчишкой, скакал со своими друзьями по крышам гаражей. Постоянно убегал из дома, несмотря на все упреки мамы, а потом играл в «паркур». Играл до того момента, пока однажды не сломал руку, соскользнув с крыши. Тогда для парня это было будто погромом карьеры, концом жизни, Николас понимал, что больше никогда не ощутит под собой эту пролетающую пропасть, что тогда казалась бездной.     Вот и сейчас прямо в сантиметре от него была самая настоящая бездна. Но допустить ошибки он не мог — поплатился бы не только рукой, но и свернутой шеей. Парень вобрал воздух в лёгкие, а затем сделать пять шагов назад, разбежался и… На миг у него перехватило дыхание. Пропасть, раскрывшаяся перед ним казалась не меньше ста метров, хотя на деле это была всего лишь трёхэтажка. В ногах внезапно почувствовалась резкая боль от соприкосновения с бетонной поверхностью другой крыши — от непривычки Ник даже перекатился на бок. У него получилось.     Преступник был всё ещё в поле досягаемости. Теперь расстояния между крышами были совершенно незначительными — Николас перелетал их на раз два. Во время бега он достал телефон, чтобы написать Найтмеру об этой кутерьме, однако сообщение доставлено не было.     «И где вас носит…» — мысленно упрекнул начальника парень.     Многоэтажки кончились, и погоня вновь продолжилась, но уже по более людным улицам. Дело было плохо. Если среди людей начнутся волнения, то ничем хорошим это точно не кончится. Преследуемый сменил курс на тротуар моста, а Флетчер мысленно проклинал его всё больше. В одно мгновение, пока Николас не успел ничего сообразить, преступник резко развернулся на сто восемьдесят градусов и, перелезши через ограду, прыгнул прямо вниз.    — Эй! А ну стой!     Он подбежал и перегнулся через забор, не веря своим глазам. Но ещё больше он хотел не поверить им, когда увидел, что мужчина стоял на крыше катера, который стремительно (в силу возможностей судов) удалялся вверх по Темзе.     — Нет! Чёрт… нет!… — Ник кричал тому вслед, но понимал, что преступник уже не услышит его.     Парень, словно загнанный зверек, отчаянно метался взглядом по сторонам, пытаясь придумать хоть какие-то дальнейшие действия.     «Неужели я не смог… Провалился!» — он со всей силы треснул кулаком по железным перилам. На глаза начали разворачиваться слезы. Неужели он действительно настолько жалок.     Внизу раздался приглушённый гудок, отчего Николас тут же вновь перегнулся через ограду. Пол мостом проходил ещё один катер, только поменьше. Он шёл медленно, прогулочным ходом. «Безумство», — подумал Флетчер и прыгнул с моста.     Прыжки с гаража на гараж никогда не сравнятся с этим ощущением. На секунду у Николаса пробежала мысль, что он не рассчитал с траекторией и вот-от треснется об воду. Но ступни ног вновь болезненно свело, а парень свалился на задницу по инерции.     — Я прыгнул на катер с моста… — сделал необычное умозаключение Ник.      Он вскинул голову наверх, где столпились люди у края моста, которые пальцем показывали на Николаса и что-то отчаянно кричали.    — Я из полиции! Ловлю преступника! — рявкнул в ответ он, не особо заморачиваюсь по поводу такого небольшого казуса.     Глухой удар приземления, естественно услышал и водитель, который тут же вылетел из своей кабинки. На лице у этого стройного мужчины застыл шок и даже испуг. Пока тот не успел и опомниться, Николас повалил его на пол, а затем несильным, но чётким ударом по затылку вырубил.     — Простите… Это ради всеобщего блага! — он удовлетворительно улыбнулся, ведь настоящему следователю можно все (как жаль, что от своего наставника ему передавались и отрицательные качества).     Флетчер уселся за руль и вновь ощутил неприятную боль в левом предплечье. Он осторожно закатал рукав водолазки, чтобы посмотреть на рану. Кровь остановилась, но на месте вошедшей пули всё ещё была кровавая плоть. Поблагодарив Бога за то, что ранение всё-таки было несерьёзным, парень решил, что разберётся с этим позже. Он со всей силы нажал на газ — управлять катером оказалось не так просто, как автомобилем. Ник никогда особо и не хотел учиться ездить на настоящей машине и сдавать на права, и одной из причин этому был его слишком юношеский вид. Ну никак он не походил на двадцатилетнего молодого человека. Но с приходом на службу на права сдать пришлось автоматически, и у Николаса даже очень хорошо получалось водить машину. А потом ему пришлось делать это почти каждый божий день, потому что у Найтмера в тридцать пять лет прав, как выяснилось, не имелось. И как бы отчаянно Ник не пытался выяснить причину, всё кончалось лишь шутками.     Сперва катер то и дело вилял в стороны, так и грозясь встретиться с бетонной стеной, но затем Флетчер начал «чувствовать» управление. По его предположениям, преступник умчался вверх по реке, не останавливаясь, а это значило только одно: он все-таки направлялся в тот парк за городом — конечный пункт назначения пентаграммы. По мере погони нужная цель показалась Николасу, а потом он и вовсе нагнал катер, так что между ними оставалось чуть больше метра. Преступников было там двое — кажется, они заранее спланировали это, а теперь встретились, что разозлило парня. Им буквально игрались, как пешкой!     Он выбежал на корму кораблика, глазами оценив расстояние между ними.     «Ладно, по гаражам и заброшкам прыгал, значит, смогу и здесь…» — безумная мысль озарила голову Ника.     Он вытянул руку вперед, чтобы удержать равновесие, но прямо над ладонью, в паре миллиметров от кожи, просвистела пуля, отчего Николас отшатнутся и свалился назад. Он вскинул голову, обратив свой взгляд на набережную, откуда и прилетел снаряд. Глаза Флетчера раскрылись в шоке: на краю берега стоял третий товарищ этих двух преступников.     «Да вы точно издеваетесь!» — он матернулся и треснул кулаком по металлической пластине рядом.     В парне действительно начинала закипать злость вперемешку с адреналином, так что он сжимал кулаки до хруста в костяшках. Николас жутко боялся провалиться именно сейчас, когда дело было почти раскрыто, подвести наставника, Оскара и друзей, поэтому впадал в ярость. Но именно эта ярость и была порождением новой порции адреналина.     Ник вскочил и выхватил пистолет из-за кожаного пояса, направив на того. Пришло некое облегчение, когда парень увидел почти безлюдную набережную (хотя бы лишних глаз не будет), но его радость тут же улетучилась. Стоило ещё нескольким громким выстрелам просвистеть в воздухе, как вмиг откуда-то появился народ.     Вообще, это одно из главных свойств людей — мгновенно собираться на месте какого-либо происшествия, лишь бы увидеть всё своими глазами, даже не задумываясь о безопасности. Работая в полиции, Флетчер много на такое насмотрелся, особенно когда приходилось сдерживать толпу любопытных гуляк. Вот и сейчас на набережной уже было порядком ста человек. Кто-то боялся приближаться, но удирать в силу интереса не хотел, кто-то снимал всё на телефон, а кто-то даже пытался собственными руками устранить преступника.     «Глупые люди!..» — Николас метнул взгляд на двух мужчин на катере (к слову, на него наставляли оружие и оттуда). Но он не мог допустить, чтобы преступник на берегу задел людей.     «От катера до набережной не более двух метров, разбегусь, прыгну и зацеплюсь за берег!» — сегодня был прямо-таки день для безумных мыслей.     Ник разом выдохнул воздух из лёгких, а затем разбежался, насколько это было возможно. Он почувствовал, как ноги оторвались от палубы, но катер вопреки силам отталкивания прогнулся во время толчка. Вода под ногами пролетела не так быстро, как хотелось, а в следующее мгновение Николас почувствовал хлёсткий удар о ледяную воду, что моментально обдала его тело.     — Агх…!    Рядом просвистела ещё одна пуля, которая сумела пройтись по скуле, оставив кровавую ссадину. Парень тут же выхватил телефон, пока вода не успела вывести его из строя и, зажав свой дорогой Айфон 15 в зубах, кое-как ухватился за верхний край набережной (Николас никогда не понимал, зачем их поднимают так высоко над уровнем самой Темзы). Он слышал какие-то крики над собой, выстрелы, но всё никак не мог подтянуться под тяжестью намокшей одежды. Но тут откуда-то сверху раздался звонкий и знакомый голос, а после вопль преступника.     — Какого чёрта ты творишь, Николас?!     Флетчер поднял голову и увидел над собой раздраженное, чуть испуганное лицо Найтмера. Он тут же сделал усилие и, оставшись держаться одной рукой, вынул телефон изо рта.     — Что вы тут…    Но договорить парень не успел, так как наставник, ухватившись за чужую руку, подтянул его на берег. На лице Найтмера была слегка спёкшаяся кровь из повреждения на лбу, волосы были собраны в хвост вместе с чёлкой, и только некоторые пряди растрепанно спадали на лицо. Одет он был в классический чёрный костюм, за поясом у которого красовался нож и пистолет. Рядом Николас увидел лежавшего вниз лицом преступника (кажется, он был без сознания), на его руках уже были наручники. Послышался шум мотора, и Флетчер с ненавистью посмотрел вслед двум преступникам, чей катер стремительно удрал вверх по реке. Найтмер тут же поднялся и, разрезав рукой воздух, махнул рукой по направлению к толпе.     — Через пять минут здесь будут копы, и только попробуйте тронуть этого преступника, — скомандовал он. — Николас, быстро в машину.     На этой же стороне дороги парень увидел чёрный Мерседес — машину Найтмера (несмотря на отсутствие прав, машину он каким-то образом имел). Последний открыл дверь и чуть ли не насильно впихнул туда Ника, который, увидев в салоне ещё одного человека, впал в ступор. Сам Найтмер отошёл обратно к толпе, так как, по-видимому, все-таки решился дождаться копов. На заднем сидении сидела девушка невысокого роста и стройного телосложения. Её розовые волнистые волосы были собраны в два низких хвоста. Когда девушка увидела Николаса, то голубые глаза тут же засветились от радости.     — Амур?! — воскликнул он, плюхнувшись рядом. — Что ты тут делаешь вообще? Разве ты не должна быть в Оксфорде?     — Я закончила свою стажировку!     Лицо так называемой Амур выражало искреннее веселье, несмотря на ситуацию. Она была давней подругой Николаса, с которой он познакомился на первом курсе университета. Заметив её в первые дни учёбы, парень не смог удержаться, чтобы не подшутить над ней:    — Не думал, что таких хрупких девушек берут на службу.    Но девушку это совершенно не расстроило, она лишь улыбнулась:    — Я тоже не видела, чтобы такие фембойчики задерживались здесь более, чем на год.    Ника это моментально вывело из себя, и он нервно откинул назад свои длинные блондинистые волосы по грудь.     — Буду считать, сколько дней ты продержишься здесь, — подмигнув ему, парировала Амур.     Флетчер лишь мог приоткрыть рот от удивления. По правде говоря, в подростковом возрасте он всегда был первым хулиганом на районе, постоянно лез на рожон и становился зачинщиком многих драк. И что удивительно, он мог прекрасно совмещать это с учёбой на «отлично» и высшим баллом на экзаменах. После первой встречи с Амур судьба их будто бы постоянно сводила: то доводилось заниматься совместно, то отправляли на общее задание. И, честно сказать, они сблизились, хоть частенько и оскорбляли друг друга не самыми приятными словами, а также делали пакости. Но именно это и являлось ключом к дружбе обоих, поэтому уже по выходе из университета Амур и Николас были самыми лучшими напарниками (их часто называли «сладкой парочкой»).     Две недели назад Амур пригласили в соседний город, Оксфорд, чтобы пройти стажировку и повысить квалификацию. Чтобы там не говорил Ник, но она всегда была на шаг впереди него (парня это раздражало до сих пор).     — Все получилось куда быстрее, чем я ожидала. Думала, что доберусь домой и отдохну, но получила звонок от твоего наставника, который сказал, что дело не требует отлагательств.     Николас лишь кивнул. Значит, в их плане что-то действительно пошло наперекосяк. Он посмотрел в окно: Найтмер уже оживленно о чём-то говорил с приехавшими полицейскими. Внезапно Ник почувствовал на себе тёплые объятия. Он повернулся к Амур, которая, только докоснувшись до парня, аж воскликнула:    — Ник! Ты же весь мокрый! Ты упал в реку?     — Ну-у… так получилось, — он неловко потер затылок. — Физику плохо учил, вот и не рассчитал прыжок.    — Вода же в мае ещё ледяная! Ты хоть представляешь, что можешь не так легко отделаться?     Девушка искренне беспокоилась за своего лучшего друга, поэтому начала бесцельно метаться глазами в поисках хотя бы чего-нибудь сухого, которого в машине, естественно, не обнаружилось. Николас слегка смутился от такого напора заботы, покраснев.    — Все хорошо-о… Сегодня не так холодно. Зато мой телефон остался в порядке!     Амур неохотно кивнула, но парень чувствовал, как беспокойный взгляд так и бегал по нему. Ник смотрел в окно, где его наставник, уже договорившийся с полицейскими, шёл к машине. Флетчер заметил, что теперь тот хромал куда более отчетливо.     — Что ты устроил? — строгим тоном процедил Найтмер и сел на водительское место.     — Я хотел догнать их!    — Их — это кого?     Николас вдохнул и на одном дыхании пытался изложить детали своей безупречной слежки. Губы Найтмера искривились и сжались в тонкую линию, а он прервал парня, так и не дав ему закончить.     — Плохо дело… — выдавил из себя он.     — Что с вашим лицом? Может, мне…    — Всё объясню по дороге. Нет времени. Как я видел, те преступники на катере сбежали именно по направлению к нашей конечной точке пентаграммы. Мы должны быть там.     Но беспокойный взгляд Ника не исчез.    — Хорошо, но, может, вам не стоит сейчас… — он кинул мимолетный взгляд вниз.    — Не стоит что?     — Вам тяжело ходить, — подметила Амур, которая ранее не участвовала в диалоге.     На эти замечания Найтмер изогнул бровь и ухмыльнулся ещё больше, выдавив из себя пару смешков.    — Разве для того, чтобы вести машину, так важен этот фактор?     — Вот именно! — воскликнул Николас, находя ещё один веский аргумент. — У вас даже прав нет! Давайте я…    С этими словами он двинулся вперед, будто бы пытаясь остановить наставника. Тот лишь укоризненно глянул на парня, но, заметив застывшую кровь на водолазке и руке того, резко остановился.     — А с тобой-то что, Николас? — не дожидаясь ответа, он перехватил чужую руку и задрал ткань. — И ты вздумал скрыть пулевое ранение от меня?     Голос вновь стал строже, а Найтмер вынул из внутреннего кармана небольшой свёрток бинта. Он повернулся, как мог, и сперва вытер всю засохшую, уже почерневшую кровь, а затем взял металлический предмет и принялся осторожно доставать пулю.    — Ты утаил это от меня! — возмущённо надулась Амур.     — Да я… я и сам забыл об этом… — прошипел Ник, корчась от боли.    — Я вообще-то волнуюсь за тебя, — теперь она состроила определенно обиженный вид.     Ник хотел что-то ответить, но руку внезапно будто кольнуло молнией — Найтмер сумел достать пулю.     — Потерпи.    Он зажал пулевое ранение, из которого вновь полилась кровь, а после стал осторожно перевязывать предплечье. До сих пор Найтмер прекрасно помнил, как не только оказывать помощь, но и проводить операции. Несмотря на свой буйный и ярый характер оратора, в политику он не пошёл (там сидели одни идиоты), а почему-то поступил в медицинский университет. Отучился там прекрасно, хоть сам, как и Николас, просто обожал устраивать какие-то драки и споры или политические дебаты. Помнил мужчина по сей день, как его чуть не выгнали с четвертого курса за очередную такую выходку. С работой Найтмер тоже весьма неплохо справлялся, даже отличался, в хорошем смысле этого слова. Однако начальник недолюбливал его, как человека в целом: не подобающий врачу пылкий характер, «особенный» внешний вид — всё это послужило факторами того, что однажды Найтмера просто выдворили оттуда. Точнее сказать, ему самому уже тогда начала нравится криминалистика, а видеть обозлённое лицо начальника каждый день было невыносимо.     — Постарайся не двигать ею, пока мы будем в пути, — сказал Найтмер, отпустив Николаса.     Флетчер чуть коснулся идеально забинтованной руки. Его щёки несколько покраснели, а он невнятно пробурчал:    — Спасибо…    Но Найтмер всё же услышал это и ухмыльнулся краешком рта. Больше ждать было нельзя — путь до окраины города и так составил бы приличных двадцать минут, поэтому Амур и Ник всё же смирились с их маленьким правонарушением в области вождения. Однако уже через пару минут езды Николас пожалел, что не выгнал своего наставника с водительского места. Они неслись по улицам с бешеной скоростью, обгоняя медленно плетущиеся машины и делая крутые виражи на поворотах. Во время одного такого разворота на круговом движении Ник со всей силы впечатался лбом в боковое стекло, отчего Амур аж подпрыгнула.     — Мы не на гонках «Формулы 1»! — воскликнула девушка, но тут же поджала губу, так как посчитала свой тон слишком грубым для разговора с высшим по рангу.     — Мы должны как можно скорее достричь нашей цели.    Глаза Найтмера так и светились азартом, а сам он широко ухмылялся. Кажется, ему доставляло удовольствие либо вот такими «гонками» испытывать действие адреналина под грудиной, либо доводить до смертельного шока этих двоих. А может, и всё сразу.     — Теперь я понимаю, почему у вас нет прав… — пробурчал под нос Николас.    Но Найтмер на эти заявления лишь хмыкнул и вновь обратился к парню:    — А теперь расскажи, что произошло с тобой во время слежки.     Ник кивнул и уже в более подробной и внятной форме объяснил каждую деталь, а после влепил и свой вопрос, что волновал его ещё с начала встречи:     — Так что у вас с лицом?     — Кто-то прознал о нашем плане, — сказал Ховард. — Я имел подозрения на некоторых личностей, что за этим могут стоять. У меня была своя тактика действий, я хотел проследить за ним, но меня будто поджидали, и… вот.    Он показал на свой разбитый лоб, при этом круто повернув машину на другую улицу одной левой рукой. Ник снова отлетел в стекло, хоть и не так сильно.     — Получается, что кто-то работает на две стороны? Но ведь о нашем плане знали только Оскар и я…    — По правде говоря, нет. Я не могу совершенно не посвящать тех, кто стоит выше меня, особенно в такие серьёзные дела. Но максимум, что я говорил им, так это то, что сегодня проверю свою догадку.     Николас огорченно и взволнованно вздохнул. Выяснить, кто это был, у них сейчас точно не получится. Но Амур, теперь услышав в красках все, что произошло, влилась в беседу:    — Но… а вы как считаете?     — Обычно я принимаю решения, прямо смотря на ситуацию своими глазами или с головой находясь в ней. Не люблю планировать, — улыбнулся Найтмер.     — Значит, остаётся прибыть на место, — сделала логичное умозаключение Амур.    Николас только сейчас заметил, в каком напряжении находятся его плечи, и тотчас расслабил их. По телу разлилась ноющая боль в мышцах, особенно в ногах. Страшно было представить, с каким ощущением в конечностях он встанет на следующий день. Парень посмотрел в окно: машина выехала на одну из трасс и промчалась мимо поста полицейских. На секунду сердце Флетчера ушло в пятки, но небольшой пост остался позади. Он сглотнул ком в горле и посмотрел на Найтмера:    — Почему вы просто не сдадите на права? Это не так сложно.    — Ты действительно хочешь знать причину? — не сразу отозвался он.    — Я не хочу лишиться наставника.     — Скажем так, я неудачно пошутил у психолога.     Лицо Николаса сначала исказило удивление и непонимание, но потом ненужная улыбка наползла на лицо, и, как бы тот не пытался её сдерживать, всё же прыснул. Он немного успокоился, когда и Амур рядом прикрывала лыбу рукой.    — Но можно же пересдать через определённый срок, — всё ещё не отойдя, усмехнулся парень.    — Есть и вторая причина. У меня не самое хорошее зрение.     Ник сначала чуть удивился, но потом закусил губу. Обычно люди и с относительно плохим зрением могли получить права, поэтому словосочетание «не самое хорошее», видимо, было ещё мягко сказано. На все последующие расспросы на эту тему Найтмер умело уклонялся от ответов, лишь улыбаясь себе под нос.                                         ***    С мастерскими умениями Найтмера водить машину до места они добрались за каких-то пятнадцать минут. Чтобы попасть в парк, нужно было свернуть с трассы на более узкую дорогу вправо, но Найтмер остановил машину у обочины. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставляя лишь алые отблески на лакированном покрытии автомобиля и коже лица.     — Дальше пойдём пешком для скрытности. Плюсом, я не хочу угробить дорогую тачку.     Николас и Амур кивнули, а первый вытащил пистолет, держа его наготове. Его нижняя часть одежды всё ещё была влажной, но парень старался не обращать на это внимание.     — Рука не болит? — поинтересовался Найтмер, видя старания того.    Флетчер сжал и разжал ладонь. Движение дались через боль, но он всё равно стиснул рукоять оружия.    — Всё отлично, — соврал он и улыбнулся (и у кого он этому научился?..)    Амур недоверчиво посмотрела на парня, но возражать не стала, Найтмер же просто кивнул и пошёл следом.    — Судя по всему, парк этот немноголюдный, — начал мысли вслух Ник. — Нам стоит разделиться, я ведь прав? — он глянул сначала на начальника, затем на подругу. — Погодите, а зачем здесь ты, Амур?     — Потому что группировка опасна, — ответил за девушку Найтмер.    — Что? Группировка? Какая? — глаза Николаса приняли удивленный вид.    — Ой, а я что, правда не говорил?     Мужчина виновато почесал затылок и пояснил слегка недовольному подчинённому:    — Некоторые из моих доводов приводят к тому, что эта целая группировка. А те три дружка на катере тому подтверждение.     Они всё же решили разделиться, чтобы хотя бы наполовину окружить территорию. Но парк оказался пуст. Здесь не было не то, что преступников — даже простых людей.    — Парк можно считать относительно заброшенным, в такое время мы вряд ли найдём здесь живые души, — пояснил Найтмер.     — Но откуда вы взяли сведения о точном времени отправки нашей жертвы?    Этот вопрос мучал Николаса ещё с начала сегодняшнего дня.     — Простая закономерность всех предыдущих убийств. Из этого я сделал вывод, что жертв они выбирают не «здесь и сейчас», а так сказать, договариваются с ними на встречу. Но, как ты и сказал, нашу жертву убили ещё час назад, а этих двоих не видно.     Николас смотрел на сторонам, прикусив губу.     «Неужели он ошибся? Но такого просто не может быть!» — мысленно ударил себя он.     Но не успел парень и предложить что-то, как сзади раздался выстрел, а потом чей-то крик и смех. Николас моментально повернулся и увидел, что его наставник отшатнулся назад, держась за плечо, из которого струилась кровь.    — Вот, как это делается, — насмешливый, но такой знакомый голос раздался из тени, где стоял человек.     Незнакомец явно был в капюшоне, так как лицо закрывала ткань.     — Твои доводы абсолютно верны, — кажется, он обращался к Найтмеру. — Я не один, а все мои жертвы — закономерности тех интегралов, что были небрежно начерканы на твоих листах.     Мужчина в капюшоне щёлкнул пальцами, и вокруг них из темноты деревьев возникло семь человек с огнестрельным оружием. Среди них Ник заметил и тех двоих. Незнакомец вышел из тени.    — Ты просто гений, но никогда не умел прятать свои записи с ключами к разгадке от лишних глаз.     Найтмер прерывисто дышал, пока его рука стискивала ключицу, а другая лежала на рукоятке пистолета. И тут Николас всё понял: этот знакомый вечно надменный голос, прямое обращение к его начальнику на «ты». Но даже не успел это озвучить, так как не поверил собственным доводам. Незнакомец снял капюшон и взору троих открыл свои волнистые чёрные волосы, такие же чёрные глаза. Перед ними предстал не кто иной, как Оскар.    — Ос… — Ник запнулся, так как тот махнул рукой и продолжил сам.    — Как приятно смотреть на ваши испуганные лица. Дайте угадаю, следующий вопрос будет: «Оскар, почему? Ты же хороший! Не надо так!», — он метнул едкий взгляд в сторону Николаса, намекая на того. — Я открою тебе один секрет: я стал работать здесь немногим ранее тебя, Ник, а в преступной организации состою уже около пяти лет. Ты бы знал, сколько дают за голову твоего любимого наставника в подпольных делах!     Оскар прекрасно видел, как дрожали губы его «друга» от накатывающей злости и непонимания, несмотря на то, что тот так пытался это скрыть. Видел онемевшее от страха лицо Амур. Ему не могло не приносить это наслаждения.     — Никогда не думал, что дело с моими жестокими расправами станет таким популярным. Хотя оно и очевидно, люди ведь такие глупые. Я был под самым вашим носом, а никто даже бровью не повёл на меня! — на лице возник оскал, широкий и пугающий, словно у хищника, что поймал свою жертву. — Кста-ати, это я заранее внушил вашему преследуемому человеку пойти в иную сторону, чтобы его там убили, а ты, Ники, сбился с пути.     Оскар вновь метнул взгляд на парня, явно показывая неумение следить у того.     — Я бы и дальше продолжил скрываться, но надо же, Ховард наконец-то начал догадываться о неком предателе Оскаре! И, несомненно, на сто процентов убедился бы в этом позже.    Глаза Николаса расширились, а он с ошеломлением посмотрел на наставника. Оскар несколько прикрыл глаза. Было видно, что какими бы идиотами он не считал всех полицейских, Найтмера, как и Ника, он уважал, как умных и тактичных врагов.     — Поэтому давайте решим всё здесь и сейчас!    Оскар хотел вновь поднять руку с пистолетом, но Найтмер оказался быстрее. Он сделал выпад вбок (в принципе, этому базовому приёму учили всех полицейских, чтобы уклониться от пули), а затем, зигзагом приблизившись к парню, перехватил запястье того. Но и Оскар был не промах. Он резко подался вниз, ногой вмазав прямо по тыльной стороне коленного сгиба Найтмера. Тот упал, разжав хватку, но моментально перекатился через себя, отскочив назад. Всё произошло за пару секунд, и Николас хотел устремиться на помощь, но вовремя понял, что товарищи Оскара в любой момент могут открыть огонь. Он тут же схватил Амур и, по привычке дёрнувшись вбок, отскочил за деревянную беседку. Ник приметил эти небольшие сооружения сразу же, так как они были хорошим укрытием. И его действия были правильными: рядом с беседкой пролетела очередь пуль.     — Что случилось с Оскаром? Разве он не… — голос Амур сильно дрожал, и она даже не пыталась это скрыть.    — Я не знаю, — ответил Николас.    — Твой начальник знал? Как давно?    — Я не знаю…     Он старался сохранять спокойствие, и внешне у него это действительно получалось, хоть в груди сейчас пылал поток ярости, смешанной с непониманием и отчаянием. Ситуация никак не хотела укладываться в голове. Неужели Оскар действительно всё это время лишь притворялся? Но тогда почему ни Ник, ни другие люди в участке не замечали даже малейших зацепок? Только Найтмер узнал это и скрывал? Николас не мог поверить в то, что один из его товарищей, действительно близких, окажется преступником.    — Амур, нам надо помочь Найтмеру, — он попытался выглянуть из-за прикрытия, но чуть не получил пулю в лоб. — Чёрт, я должен вызвать помощь в виде полиции!     Так он и сделал, быстро набрав нужный номер. Он назвал точный адрес и вкратце описал произошедшее — пообещали приехать через пять минут. «Ага, на другой конец города-то», — мысленно фыркнул Николас. Не успел он убрать телефон, как рядом с ним оказался Найтмер. Он снова держался за ключицу и тяжело дышал. Увидев наставника, Николас хотел было схватить его за плечи, но одёрнул себя.    — Что происходит? Оскар — убийца? Это вы предполагали?!     Голос перешёл на крик, поэтому Ник поджал губу. Он просто не мог позволить себе кричать, показывать эмоции, ведь потери самообладания не должно было быть у полицейского, она только сбивало бы с толку.    — Да… именно, — хрипло выдавил тот, искривив губы в странной улыбке.    — Но почему не сказали? Разве меня не нужно посвящать…     Но Найтмер выставил руку, жестом показывая, чтобы тот успокоился.    — Это было всего лишь слабое предположение, которое я сделал пять дней назад. Я не хотел подвергать тебя ненужным сомнениям, когда тебе надо было сосредоточиться на своём задании. Вы должны были встретиться в парке, я был уверен, что он покажет себя настоящего, и тогда бы я…    Из его груди вырвался рваный кашель. Глаза Николаса округлились, теперь внутри появилась только чистая ненависть к Оскару, от которой парня передёрнуло.     — Я арестую его, — сквозь зубы прошипел Флетчер.     — Ник!… — Амур схватила его за руку. — Пожалуйста…    — Стоять, Николас, — приказал Найтмер и покосился на него строгим взглядом.     Парень недовольно искривился, но остановился. Сейчас ему не хотелось говорить с начальником и слушать наставления: мысль о том, что тот недоговаривал важную информацию, прожигала грудь. Найтмер продолжил:    — Он не из слабаков, и ты это понимаешь. Если ринешься один, то попадёшь под пулю его людей. И как бы ты сейчас ненавидел меня за мою единоличность, — улыбнулся он, — Я никогда не желал тебе зла или не доверял. И если сейчас Оскару удалось обхитрить меня, то следует покончить с этим вместе.     Николас сперва нахмурился, но затем прикусил губу и сжал кулаки. Он не ожидал услышать это, но, признаться, слова успокоили его пыл.     — Ваша рука ранена.    — Значит, вторая всё ещё целая, — усмехнулся он и осторожно выглянул из-за стены сооружения.     — Но… — как бы Николас не злился на наставника, волнение за того было выше.    — Никаких «но». Амур, постарайся поломать глотки товарищам Оскара, — он указал пальцем на остальные беседки, за которыми можно было укрыться. — Николас, мы с тобой зайдем с другого края, где стоит Оскар. Я отвлеку людей с автоматами. Давайте станем самыми уважаемыми людьми в участке, что раскрыли это дело.    С этими словами он ещё больше ухмыльнулся. Было видно, как загорелись глаза мужчины. Амур помедлила, задержав взгляд сначала на друге, а потом на окровавленном плече Найтмера, но всё же кивнула и с почти твёрдым «есть!» шмыгнула за другое укрытие. Николас ещё несколько секунд смотрел девушке вслед, но потом повернулся и вобрал в лёгкие воздух: «Я должен. Ради Амур и Найтмера, ради своей работы. Ради мамы».     План был незамысловатым. Ничего лучше придумать было и нельзя, учитывая, что они находились под обстрелом. Ник уже потерял наставника из виду, но где-то позади услышал крик одного из преступников. Он не мог не улыбнуться себе под нос, в груди немного полегчало. Пока Найтмер и Амур отвлекали на себя остальных, Ник без труда пробрался по периметру парка. Теперь он видел спину Оскара, который пытался стрелять. Парень начал стремительно приближаться к тому, и, когда между ними оставалось уже несколько  метров и Николас был уверен, что сейчас просто въедет по затылку того, Оскар резко развернулся. Флетчер почувствовал острую боль под дыхом, а в глазах помутнело. Он упал на спину, но резко перекатился вбок, несмотря на боль от удара. Этим незамысловатым перекатом он смог миновать ещё один удар, а после сам со всей силы впечатался в Оскара, сбивая того с ног. Но упасть тому он не дал, тут же подхватив за руки со спины и скрутив их.     — Ты должен быть арестован! — рявкнул он.     Лицо мужчины исказила кривая и страшная ухмылка, а он повернул голову так, чтобы одним глазом видеть Николаса, а потом засмеялся.     — Кажется, твой наставник хорошо научил тебя ближнему бою, — прошипел он, — только вот он сам уже не в форме.     Николас непонимающе дёрнулся, импульсивно повернув голову в сторону перестрелки. Видимо, этого и добивался Оскар. Воспользовавшись тем, что парень ослабил хватку, он со всей силы двинул ему в подбородок, и Ник отлетел назад.     — Твоя ошибка лишь в том, что ты легко предаешься эмоциям и переживаниям, несмотря на то, какой спокойный вид пытаешься строить.     Николас поднялся на локтях, немного пошевелив челюстью. Вроде цела. Он устремил пронзительный взгляд на человека перед ним.    — Ты…    — Больно, да? — с наигранной жалостью начал он. — Когда один из твоих товарищей отказывается на самом деле не тем, кем себя выставлял?     Губы сжались в плотную линию. Всё вокруг плыло, а звуки битвы поодаль слились в неясный гул. Тело отдавалось пульсирующей болью, а раненую ранее руку парень и вовсе не чувствовал. Сейчас он видел только Оскара перед собой. Николас прикусил губу чуть ли не до крови, мысленно приказав себе: «не отрубаться!». Он вновь оказался на ногах и, выставив плечо вперед, ринулся на противника. Но в следующий момент почувствовал, как ноги подкашиваются, а сам он летит прямиком в асфальт.     «Чёрт!» — Ник кое-как успел выставить перед собой руки, так и ожидая, что по затылку прилетит удар. Но услышал над собой взвизг Оскара и моментально вскинул голову. В ладони мужчины торчал нож, а виновник этого пнул того на землю поодаль.     — Ещё не время, Николас, — бойкий голос наставника вывел парня из забытия.     Найтмер протянул ему руку и помог подняться. Но Оскар уже стоял на ногах, на что Ховард лишь усмехнулся:    — Не побоюсь и сломать тебе эту руку. А может, обе. С наслаждением бы посмотрел, как твои жалкие товарищи будут помогать тебе сходить отлить.     На лице у Найтмера играла насмешливая улыбка даже похуже, чем у Оскара. Ник не видел на том и отголоска страха или дрожи. Хотелось ему быть таким, а лучше превзойти своего начальника.     — Думал, несостоятельность моего плана и эта ерундовая пуля выбьет меня из колеи? Кажется, ты всё ещё не понял, почему все ВАШИ так хотят мою голову, — Найтмер перевёл взгляд на Николаса. — Сделаем это вдвоём.     Парень решительно кивнул и двинулся с левой стороны на Оскара, Найтмер — с правой.     «У нас почти получилось!» — пронеслось в мыслях.     Почти. И снова Николас бежал впереди паровоза.    Флетчер схватил Оскара за руку, готовясь заломить её, но не почувствовал напора с другой стороны от наставника. В ту же секунду он услышал выстрел, а потом и едкий смех Оскара. Николас отпрянул и увидел одного из преступников, стоящего в тени поодаль. Рядом с ними Найтмер отшатнулся назад на пару шагов, а затем с характерным звуком ничком упал на землю головой вниз. Под ним разлилось пятно крови.     Земля ушла из под ног Ника, а перед глазами помутнело. В груди что-то сильно начало давить,  будто бы сдавливая все внутренние органы и перекрывая доступ к кислороду. Его начало трясти изнутри. Всё вокруг почернело. Он видел только Найтмера и кровь. В разум Николаса начали пробиваться смешки, безобразные и насмешливые. Он медленно перевёл пустые и ошарашенные глаза с подрагивающими зрачками на Оскара.     — Я убью тебя, — дрожащим шепотом прошипел он.    Больше для парня не существовало ничего вокруг: ни других людей, ни законов, ни того факта, что он — полицейский. Николас кинулся на Оскара и проскользнул у него под ногами, а затем со всей силы вдарил тому в затылок. Флетчер не кричал, не плакал и не бился от отчаяния. Ему хотелось лишь одного. Убить Оскара и оставшегося преступника.     Но где-то вдали Николас услышал вой полицейских сирен. Оскар тут же отпихнул от себя застывшего парня, хорошенько пнув в живот.     — Отступить, — жестко приказал он товарищу.— Иначе мы трупы.     Николасу казалось, что он пролежал так вечность, но, открыв глаза, понял, что прошло не более десяти секунд. И за эти десять секунд преступников уже не было. Ему хотелось погнаться за ними, но здравый смысл будто бы начал рушить его ледяную ненависть и ярость. В разуме Флетчера вновь всплыла картина недавно произошедшего и он, рыпнувшись вперед, рухнул рядом с Найтмером. Парень вцепился ему в плечи и повернул к себе лицом (сейчас было уже не до манер). На груди мужчины, чуть выше сердца, было пулевое ранение, из которого растекалась кровь. Он прерывисто дышал и всё ещё был в сознании.     — Живите… Ещё немного, — Ник пытался что-то сделать, но даже не знал, куда пристроить свои руки, чтобы остановить кровь (парень никогда не умел оказывать первую помощь, несмотря на уроки).     Он вскинул голову и увидел в темноте улицы полицейские машины, а после и Амур, которая подбежала к людям и начала яро показывать пальцем в сторону Николаса. Должно было наступить хоть какое-то облегчение, что его подруга жива, но такового не было. Парень почувствовал на своей руке слабую хватку и вновь резко опустил глаза. Найтмер держал его за запястье, призывая отпустить его плечи, но Ник не отцеплялся.    — Не смейте умирать! — он пытался сымитировать строгий голос, но вышел дрожащий шёпот.     Уголки губ Найтмера чуть приподнялись вверх, и он слабо улыбнулся.     — Всё будет… хорошо… — хрипло прошептал он, перед тем, как полностью закрыть глаза.