Грех

      Грех. Его имя — грех.       Я была глупа и наивна, когда он появился в моей жизни. Водой просочился в невидимую трещинку, ядовитым туманом заполнил лёгкие, тяжелым опиумом одурманил голову.       Родители мои умерли, а родственники, не захотев брать на себя ответственность за сироту, отдали на воспитание в монастырь. Они посчитали, что монашки лучше детского дома.       В молитвах и работе шла моя юность, а мимо каждый день ходил он — падре. Высокий, темноволосый, в чёрной сутане с белой колораткой. На проповедях он глубоким голосом нёс пастве божий промысел. Глаза его сверкали страстью и любовью к Господу, руки вздымались к небесам.       Монашки завороженно внимали его словам, принимали причастие из его рук и смиренно склоняли головы, не смея поднять взгляд. Одна я не могла оторваться от его лица и смотрела на него до тех пор, пока меня не одергивала старшая монахиня. Она шипела мне на ухо: «Гре-ех!» — и больно тыкала жестким пальцем в рёбра. Это ненадолго отрезвляло меня.       Но однажды, принимая облатку, я облизнула пальцы падре. И он улыбнулся. А вечером призвал меня к себе, чтобы прочесть наставление о кротости и смирении. «Гре-ех!» — слетало с его уст, когда он входил в меня. «Гре-ех…» — стонал падре, увидев девственную кровь. «Гре-ех!» — обжигал меня своим дыханием, выплёскивая семя.       — Имя тебе — грех! — мягко пожурил меня падре, отпуская. — Прочти сто раз «Отче наш» и приходи каждый день на исповедь.