33. Шанс

      Воздух казался кислым и густым. Ноги дрожали, как после долгой пробежки, а плечи никак не желали распрямляться. Даже моргать было тяжеловато — Сакура ощущала каждое движение своих век, будто приходилось заставлять эти крошечные мышцы сокращаться. И дико хотелось спать. Неужели проход через «границу» настолько истощил её?       — Девушку нужно усадить, — пропищал волк, аккуратно прихватив Сакуру за ладонь, и потянул за собой. Его пасть казалась горячей, как печка, и Сакура оглядела свою свободную ладонь. Кожа бледная, синюшная, словно всю кровь оттуда высосали. Неудивительно, что её вторую руку так жжёт от прикосновения живого существа.       — Девушку нужно проучить! — пробубнил Кабуто, поднимаясь с корточек. — А ну, глотни-ка, — участливо добавил он.              Кабуто буквально прилепил к дрожащим губам Сакуры горлышко ледяной бутылки, случайно стукнув стеклом по зубам. Кожу вокруг рта резко защипало, а язык запекло так же, как и руку. Сакура закашлялась, но с удовлетворением признала, что внутри разлилось живительное тепло, а тело начинает приходить в норму.              — Во! Я чё говорил! Это ж самое лучшее лекарство от таких перепадов, я вот разок не пил после прогулки туда, так чуть не сдох! Думал каюк…              — Мне нужна ваша помощь, — прохрипела Сакура, промакивая рот свободной ладонью. Вторую она тоже отдёрнула и, не брезгуя, вытерла о шорты, чтобы избавиться от волчьих слюней.              — Да можно было и не уточнять, — обиженно просипел Кабуто. — Всем от меня вечно чё-то надо, неблагодарные! Эти вон, друганы твои, завалились с обвинениями! А я что плохого сделал? — Кабуто снова начал заводиться, а Сакура потихоньку укладывала картинку и его слова в одно целое.              Так называемых «друганов» в этом мире у неё было не так много, но представляя, как каждый из них по очереди награждает Кабуто этим страшным синяком на пол-лица, Внутренняя Сакура нервически усмехнулась.              — Перестань жаловаться. Ты сам виноват, что начал перед ними свои истерики, — встрял волк. Теперь он казался Сакуре самым рассудительным обитателем этой мрачной пещеры. — Однако предупреди милую девушку о последствиях и ограничениях её пребывания.              — Да, да… Тебе ведь херово тут? — язвительно протянул Кабуто, и Сакура кивнула. — Так я предупреждал, мать вашу, нельзя по мирам шлёндрать просто так! Можно сдохнуть, а ты вот уже почти! И пей — не пей, а тебе конец, так что уматывай! Поздоровались и хорош!              — Ты даже мне надоел, — непривычно низко рыкнул волк. — Ведь знаешь, что проход закрылся и следует подождать. И потом, ты столько времени потратил на изучение порталов, когда мы помогли этой красавице, а теперь начинаешь мудрить? Для чего ты не спал ночами и изучал это всё?              — Вы нужны мне, — Сакура чувствовала, как её силы начинают растворяться — впитываются в эти грязные каменные стены, как вода в сухое полотенце. — Вы ведь говорили о порталах, где можно увидеть мой мир, но пораньше… Я очень благодарна за вашу помощь в прошлый раз. Всё получилось, и я вернулась куда нужно, но…              — Ой, знаю я, чё случилось. Не ной, — отмахнулся Кабуто и серьёзно взглянул на Сакуру, подходя вплотную.              В его чёрных раскосых глазах теперь не было ни капли веселья, да и взгляд был твёрдым, без привычной Сакуре поволоки. Она втянула воздух сильнее обычного и поняла, что так упрямо кололо её подсознание — от Кабуто не пахло алкоголем.              — И скажу прямо — смотреть на эту вашу дичь теперь неинтересно. Зачем вы всё испортили? Раньше было так захватывающе, а теперь тоска смертная…              — Я понимаю, — призналась Сакура, едва сдерживая слёзы при одном лишь воспоминании о разбитом болезнью Наруто. — Поэтому прошу помочь. Вы говорили, что можно отослать меня через портал, я хочу исправить хоть что-нибудь.              — Ты хочешь скакнуть в прошлое и куролесить там? — Кабуто выпучил глаза и раздул ноздри. — Ошалела совсем? Дура что ли? А если станет хуже?              — Куда ещё хуже… — пораженчески прошептала Сакура и сжала зубы.              — Куда? А правда — куда? Ну, у тебя хотя бы все живы пока что, а если ты испортишь чего? Если напортачишь? Я вот раз сходил… — Кабуто замолк так резко, будто его губы срослись намертво. Сакура распахнула глаза и изумлённо уставилась на него, ожидая продолжения.              — И это меня называют треплом, — хихикнул волк и клацнул белоснежными зубами. — Расскажи сам или я расскажу. Девушка имеет право знать, а не слушать твои витиеватые речи.              — Неважно это ни хера! Где гарантии, что я виноват? — огрызнулся Кабуто, полоснув по своему питомцу жгучим взглядом. Как бы не старался он скрыть эмоции, но от Сакуры не укрылась нервная испарина на его лбу и дрожащие от волнения зрачки.              — Этот гений лазил в ваш мир и даже умудрился поболтать со своим двойником, — деловито облизнулся волк, наклоняя голову и пронзительно заглядывая в ошалелые глаза Сакуры.              — Что? — выдавила она и приоткрыла рот. Насколько она помнила, Кабуто говорил, что подглядывал и только! Выходит, соврал или решил утаить? — И что вы ему…              — Я! Я! Я! Как какое говно, так сразу я! — взорвался Кабуто, до побеления сжимая кулаки. — Да просто поболтали чуток о жизни и мечтах! О высоком! О предназначении! Да и давно это было, — он высокомерно выставил указательный палец перед собой, едва не ткнув Сакуру в глаз. — Где гарантия, что идиот из-за меня башкой повернулся? Он и до этого был дебилом!              — Однако после ваших пьянок он и решил, что хочет править миром, — припечатал волк и прищурился.              — Так это вы виноваты? — проскрипела Сакура, ощущая жгучее желание расквасить эту гадкую рожу со второй стороны. — Неужели вам не совестно? Тогда тем более нужно всё исправить! Вы ведь говорили, что вам скучно, так почему отказываетесь?              — Не факт, что я виноват! А пил я там потому что плохо мне было, сто раз уже объяснил, — Кабуто задрал нос и вытянул губы, укоризненно взглянув на довольного своей выходкой волка. — Ладно, задолбали оба. Чё ты хочешь? — он скривился, упирая руки в бока.              — Мне нечего терять, поймите, — Сакура с трудом выдавливала слова, пытаясь усмирить скребущую сердце тревогу.              Могла ли она сделать хуже, пытаясь изменить будущее, которое являлось её настоящим? Вмешательство может привести к непредсказуемым последствиям и повернуть историю так, что текущее положение дел будет казаться радужной сказкой. Но может и исправить ту несправедливость, которая разъедала разум Сакуры, когда Итачи прощался с ней и Саске.              — Ты всё понял уже, а у неё маловато времени, — волк выступил вперёд и вытянул шею, задирая морду, будто хотел заглянуть в бесстыжие глаза своего хозяина. — Ты ведь говорил, что оба тела начинают разрушаться, если оказываются в одном мире. Хоть и с разной скоростью. Не боишься навредить настоящей девушке? Надо что-то решать.              Кабуто вздрогнул и схватился ладонью за свой покрасневший, заплывший глаз, осторожно прощупывая. Он злобно выдохнул, плюхнулся на пыльный каменный пол прямо перед Сакурой и принялся раскачиваться из стороны в сторону, мыча что-то себе под нос и массируя виски.              — Красавица, он ведь пить бросил после вашего ухода. Всё сидел без сна и отдыха, порталы свои разглядывал и что-то записывал. Я уж боялся всё — потеряли мы его, но пронесло. Так что не переживайте, мы почти дожали, — ласково прошуршал волк. Он подогнул лапы и подсунул морду Сакуре под ладонь, намекая, чтобы его погладили.              — Я сейчас отключусь, — поморщившись от боли в голове, прошептала Сакура, жалобно взглянув на животное. Даже шальная мысль снова отхлебнуть мутного пойла Кабуто, чтобы прийти в себя, теперь не казалась мерзкой. К сожалению, бутылка валялась на земле, издевательски поблёскивая стеклянными гранями — пусто!              — Тебе нужно выпить или, на худой конец, съесть что-нибудь — это прибавит сил на какое-то время. Трогать его бесполезно, поверь мне, — заговорщицки пискнул волк. — Но я предложить особо ничего не могу… хотя, если не побрезгуешь сырой курочкой…              — Погодите! — осенило Сакуру, и она начала судорожно рыться в наплечной сумке.              Как назло, баночка с пилюлями завалилась за подкладку, а ходящие ходуном руки не слушались, отчего Сакура нервничала ещё больше. Но когда она всё же выудила её, то вспомнила, что использовала весь запас во время исследований пещеры. Она чуть было не швырнула пустую ёмкость на пол, предоставляя, как та с хрустом разлетается на осколки, но осадила себя. Гнев не лучший советчик, а остатки сил нужно бросить на решение проблемы. Что ж, раз ей так необходимы калории — сырая курица не худший вариант…              Сакура рывком попыталась застегнуть заевшую молнию и бросила возмущённый взгляд на непослушную сумку. Краешек запечатывающего свитка торчал с уголка, и из-за него собачку и заело. А ведь Сакура поддалась панике — кстати, запрещённой для шиноби — и совсем забыла, что упаковала под печать кучу припасов, когда улизнула от Саске.              Облегчение, что не придётся давиться сырым мясом и объедать гостеприимного клыкастого советчика, придало сил, и Сакура спешно выдернула потрёпанный свиток из металлической ловушки. Развернула пергамент на земле и хлопнула ладонью, пробормотав под нос слова призыва. С привычным дымком прямо на бумаге появился пакетик с пилюлями, и Сакура, словно не евшая три дня собака, накинулась на вожделенную пищу. Сытость и тепло мягко обволокли её спустя миг, и теперь энергии хватало, чтобы обмозговать ситуацию.              Очень хотелось верить, что волк говорит правду, иначе Сакуре осталось недолго — чужой мир убивает её, да и судя по разговорам, вредит её копии, чего Сакура совсем не хотела. Пусть она и не знала эту девушку, но ощущала неразрывную связь с нею и искренне желала ей счастья. Впрочем, не ей одной. Сакуре была противна мысль, что своим появлением она может испортить жизнь местных Сакуры, Саске и, конечно, Итачи. Но выхода не было. Оставалось надеяться, что Кабуто выйдет уже из своего транса и сделает хоть что-то!              Однако ничего не происходило. Сакура не выдержала и шагнула вперёд, намереваясь обратить на себя внимание, возможно, легонько подтолкнуть своего потенциального «спасителя». Но волк издал кряхтящий звук, похожий на кашель, и мотнул головой, ухватив Сакуру зубами за краешек юбки.              — Не стоит его злить, иначе процесс затянется.              Злить? Сакура перебирала в уме разные варианты и признавала — этого прохвоста сейчас может разозлить что угодно! Его повреждённая психика вспыхивает, как сухая трава в лесу, от любой искры — неверно брошенного слова, не вовремя заданного вопроса или чересчур глубоко вздоха. Нужно выбрать что-то однозначно положительное, да только разгрести мешанину из обломков больных эмоций Кабуто не мог даже его питомец. Что уж говорить о Сакуре, видевшей этого одержимого собирательством гения второй раз в жизни! Однако…              Сакура расцеловала бы Шикамару, будь он сейчас перед ней. Догадка, как склонить чашу весов в свою сторону, оказалась до безобразия наивной и дурацкой, но и гениальной одновременно. Кабуто ведь с завистью рассказывал Сакуре про «игрушку с деревяшками» и «того парня, сидящего за ней вечерами»! Она помнила хищный блеск в его глазах и гнусавый, завистливый голос.              Случайность ли — но Сакура купила мини версию сёги по совету Шикамару, хоть и не такую изысканную и дорогую, как у него. Для обучения вполне достойный вариант. Она запечатала неудобную квадратную штуковину в свиток прямо в магазине, да так и забыла о ней, закопавшись в проблемы и сожаления по самое горло. И времени попрактиковаться так и не выкроила.              Сакура развернула свиток ещё раз и призвала деревянную доску с резными фигурками. Смело отмахнулась от волка и за пару шагов оказалась перед ничего не замечающим Кабуто, который, к её радости, смотрел куда-то в пол, продолжая мычать и бормотать. Осталось лишь сунуть «подарок» ему под нос и ждать результата.              От глухого стука дерева о камень Кабуто всполошился и дёрнул плечами. Его глаза вспыхнули, как два чёрных факела, а по губам пробежала презрительная усмешка. Он осторожно коснулся уголочка доски, проводя по нему длинными костлявыми пальцами, и резко вскинул голову.              — Мне? — сдавленно прохрипел он, напряжённо моргая. Сакура лишь кивнула в ответ, с трудом улавливая хоть каплю понимания в буре, бушующей в его глазах.              На миг ей даже показалось, что Кабуто сейчас наденет эту доску ей на голову, настолько ошарашенно он выглядел. Но тот продолжал заворожённо водить ладонью по лакированному дереву, и Сакура задумалась. Неужели её нелепая попытка расположить к себе Кабуто оказалась настолько обидной, что окончательно взбесила его? К чему теперь быть готовой?              — Мне никогда ничего не дарили, — яростно прошипел он. — Все только требуют, требуют! Заставляют, давят, угрожают!              «Неужели это слезинки в уголках его глаз?» Хоть Сакура и свыклась с абсурдностью этого мира, но картина с почти ревущим Кабуто — могучим гением, стоит признать — сжимающим несчастную игру в кулаках, как ребёнок, выглядела странно.              «А кашеварящий и чинящий крышу Саске — это менее странно?» — Внутренняя Сакура снова вышла на связь и ехидно улыбнулась. И ведь она права! Не время размышлять, что странно, а что нет. Нужно пользоваться!              Похоже, ставка Сакуры сыграла как нужно, даже с перебором. Кабуто расплылся в идиотской улыбке и посмотрел таким мягким взглядом, что Сакура и сама почти улыбнулась.              — И что? Ты хочешь рискнуть, да? — подобрался он, стараясь выглядеть по-деловому и скрывая свой счастливый взгляд. — Я вот даже не знаю… видишь, можно оплошать… да уж… — размышлял, глядя в никуда и жуя губы.              — Есть ведь портал, вы говорили…              — Есть, есть, — протараторил Кабуто, поднимаясь. — Чё ж с тобой делать? Швырнуть тебя туда как есть? Так опять тебе плохо будет. Как это решить, я не знаю — нельзя ж постоянно пить, никакого организма не хватит! Да и чё вы будете делать там вдвоём? Значит, сознание надо переносить. А вот чё с этим делать? — он вытянул руки и махнул ими перед Сакурой сверху вниз, едва не зацепив её нос кончиками пальцев.              Теперь, когда сумбурные мысли обрели чёткий контур, Сакура внутренне сжалась. Она ведь не продумала механизм своего путешествия настолько чётко, махнув рукой и решив разобраться по ходу дела. Возможно, безнадёжность положения слегка придушила здравый смысл, вытолкнув на первый план веру, что Кабуто сам всё устроит. Ведь ему это удалось однажды. И кажется он что-то похожее уже бормотал, правда, в приступе алкогольной эйфории…              Ну швырнут её сознание в тело более молодой копии, и что дальше? Сознание юной Сакуры перенесётся сюда, но тогда и она, и местная Харуно погибнут, судя по словам волка и Кабуто. Готова ли Сакура на такое, ради спасения Наруто?              С тяжестью в сердце она признавала, что нет. Она не согласна принести в жертву невинную жизнь ради спасения другого человека, пусть и бесконечно дорогого ей. В таком случае, чем она лучше Мадары, который не считался с сотнями тысяч жертв ради исполнения своей мечты? Нужно искать иной выход.              — А если как-то… ну, избавиться от этого тела и второго сознания? — прошептала Сакура. С Итачи произошло как раз это — он погиб у себя в мире, и меняться сознаниями было не с кем.              — Какого второго сознания? — Кабуто выгнул бровь и посмотрел на Сакуру так скептически, что захотелось отвернуться. — Думаешь — будет обмен? Эээ, нет, женщина. Тут ты промазала! Меняться можно между разными мирами, а там жеж твой родной. Там ты сама же и живёшь! Думаешь, можно шлёпать вот так свои копии до бесконечности? Хер там плавал! Это я уже просчитал, так что не-а, — ухмыльнулся он. — Затык в другом. Когда я отошлю тебя туда — кто мне правила игры объяснит? Опять мне идти подглядывать? — он задумчиво постучал ногтями по доске и легонько поскрёб её.              Сакура подавилась слюной и закашлялась, настолько ошеломили её слова Кабуто. Она отказывалась верить, что прямо сейчас, в момент, когда её жизнь разорвалась надвое и буквально решается её судьба, этот идиот смеет волноваться о такой ерунде!              Какие правила? Сёги?! Вместо того, чтобы подробно разъяснить детали перемещения, он печётся о настольной игре? Или же он убежал мыслями совсем далеко, потому что для него схема прозрачна и он не видит помех?              Если Сакура верно поняла — Кабуто просто отправит её сознание в более молодое тело её же самой. При этом молодое сознание сюда не перенесётся. Выходит, то тело, в котором она сейчас, останется лишь безмозглой оболочкой? А в молодом теле будут уживаться сразу две личности одной и той же Сакуры, как было у Итачи?              От бурлящего каскада захлёстывающих друг друга мыслей голова пошла кругом, а на языке появился привкус желчи. Стресс и пилюли сделали своё дело.              — Я поняла суть, но скажите — как мне быть там? В какое время вы меня отошлёте? И как быть с той Сакурой? То есть… мной?              Совесть сверлила мозги Сакуры тупым, назойливым вопросом — имеет ли она право поступать так? Вторгнуться в сознание молодой версии себя? Но по сути — это ведь один и тот же человек, просто моложе. А значит, и отвечать придётся лишь перед самой собой. Уж этим Сакура ведь имеет право распорядиться?              — Ты не много хочешь от меня, а? Ты старше её, как-нибудь одолеешь. Не понял я, как там с этими сознаниями всё делается, мутная история. Так что устроишь ментальную битву! — хохотнул Кабуто, потирая руки.              «В последнее время только этим и занимаюсь», — мысленно проворчала Сакура.              — Я лишь могу сделать, чё обещал, а разгребаться тебе. Время не скажу, давно не смотрел туда, было кинцо поинтереснее. Но там ты выглядишь почти также, только без фиговины этой на лбу, — Кабуто мерзко ухмыльнулся и закатил глаза.              Воистину — этот человек испытывал маниакальное удовольствие от подобных идей. Он открыто упивался предвкушением чего-то провокационного и был готов жадно наблюдать за результатом, не будучи уверен в исходе. Или мастерски делая вид, что не уверен. До чего скука и невостребованность доводит вот таких забытых всеми гениев…              — Так! — оживился Кабуто, смахнув блаженное выражение лица. — Похоже, осталось тебе недолго, скоро загадишь мне тут всё! Платок-то есть? Заткни свой дырявый нос! — Сакура даже не заметила, что по губам потекла тёплая солоноватая кровь. — Пошли за мной, только предупреждаю — никто не должен знать, поняла? Ни слова, ни намёка, ни хрена! Ничего не менять без необходимости, только самое нужное! А то клянусь, наведаюсь туда к тебе и… короче не зли, поняла? — рявкнул он и бережно погладил свой синяк.              Сакура слушала его угрозы вполуха, сосредоточившись на сути, а не на тоне. Ведь именно вскользь Кабуто выбалтывает самые ценные вещи.              Глаза Сакуры резанул яркий сиреневый свет, когда Кабуто сдёрнул с расщелины в стене грязное, изъеденное мышами покрывало. Свечение было рассеянным, каким-то магическим, но на контрасте с полумраком пещеры оно казалось чересчур неуместным. Словно кто-то криво рассёк кусок скалы огромным кунаем, раскрошив края, и воткнул поглубже электрическую лампу.              «Это и есть обещанный портал? Как вообще возможно там что-то рассмотреть? До этого они выглядели как дрожащие водные пузыри», — лёгкие искорки сомнений украдкой вспыхивали, но Сакура мысленно затоптала их, не позволив разгореться. Она уже бросилась в омут с головой — сомневаться и терзать саму себя нет ни времени, ни смысла.              В который уже раз Сакура смело оставляет всё позади и шагает в неизвестность? Это происходит слишком часто, и она признавала, что начинает привыкать к подобной моральной встряске. В то же время она надеялась, что конкретно этот прыжок в никуда — последний!              — Готова? — сурово процедил Кабуто, вынимая свиток с полки.              — Да, — сухо ответила Сакура и сглотнула. — А что будет с этим телом, вы не ответили? — тихие слова еле прорвались сквозь бормотание Кабуто и низкое гудение, исходящее из щели в скале.              — Скормим вон блохастому, не ссы! — Кабуто истерично залился хохотом, забавно похрюкивая, и хлопнул Сакуру по плечу. — Шучу. Наверно. И это ваще не твоя забота, — он развернул свиток и принялся молниеносно складывать печати. — Запомни ещё раз — вмешиваться минимально! А мы с пушистым будем ставки на тебя делать. Проваливай уже, дурацкая женщина!!!              Сквозь шум в ушах до Сакуры долетели нравоучения волка о неуместности подобных глупых шуток. И возмущённые угрозы Кабуто взорвать пещеру, чтобы все дыры в другие миры завалило, тоже царапнули её слух. Но теперь это было неважно. И, возможно, Кабуто в чём-то прав. Эти скачки могут быть смертельно опасны. Пример самого Кабуто доказывал это как нельзя лучше. Но Сакура не успела обдумать эту мысль до конца, когда свербящая боль скрутила её тело так, что пришлось зажмуриться и зашипеть.              Сакура часто дышала и пыталась успокоиться. Боль отступала неохотно, накатывая волнами, но этим давая передышку и возможность осознать произошедшее. Испарилась она также внезапно.              Сакура открыла глаза, и, как сова, завертела головой. Вроде она опять где-то лежит, скорее полусидит, привалившись к чему-то шершавому и прохладному. Дерево? Постепенно обстановка стала прорезаться сквозь темноту. Мрачный ночной лес вокруг, тлеющие оранжевые угольки в центре лагеря, и до боли знакомый, родной сердцу храп. Сакура могла узнать эти чарующие звуки где угодно и чуть не завизжала от радости.              Наруто, вполне себе здоровый, расслабленный и, как всегда, взъерошенный, лежал на земле, наполовину вывалившись из своего спальника. Он храпел и пускал слюни так знакомо, что Сакура еле удержалась, чтобы не броситься на него в ту же секунду и не задушить в объятиях.       

— — - — -

             Сакура не попала в тело младенца. И это вроде как радовало, но в то же время она понимала — времени не то чтобы много. На какой из множества миссий она оказалась сейчас, припомнить было сложно. Они мало чем отличались друг от друга, особенно во время ночёвок. Распластанный, как толстая оранжевая клякса Наруто, по-солдатски ровно лежащий в спальнике Сай, дремлющая у древесного ствола Сакура…              «Так, погодите! А кто в таком случае дежурит?» — всполошилась она и пригладила волосы. Очевидно, это она и есть, раз парни крепко спят, а древесной скорлупки капитана Ямато не наблюдается. Сакура тихонько прыснула — она умудрилась оплошать в первые секунды своего возвращения в прошлое. Но потом догадка выпрыгнула из её спутанной памяти.              Такое и правда было однажды. Сакура вспомнила эту миссию! Ничего сложного, лишь доставка свитка в пределах родной страны, просто свободных команд не было. Той ночью они все заснули, ведь опасностей не предполагалось никаких, а на утро проснулись искусанные рыжими лесными муравьями, ведь огонь погас.              Сакура едва не засмеялась в голос и встала, разминая плечи и шею. Что ж, такое изменение прошлого вряд ли можно назвать критичным — ну оградит она товарищей от дерзкого нападения этих трудолюбивых насекомых, и что с того?              Сакура тихо обошла лагерь по кругу, подобрав пару сухих поленьев, и подбросила их в умирающий костёр. Если она верно всё сопоставила, эта миссия была им назначена спустя месяц после прихода Сая. Выходит, они уже встречались с Саске в логове Орочимару, но погони за Итачи и стычки с Обито — теперь-то Сакура знала, кто такой Тоби — ещё не случилось. А это значит…              Безумная идея ледяными шипами проехалась по спине, и Сакура замерла, ужасаясь собственным желаниям. Нет! Она обязана вытряхнуть из головы всё личное и определиться, что действительно полезного она может сделать! Кому можно раскрыть правду, у кого просить помощи? Да и кто ей вообще поверит? Или же стоит попытаться сделать всё самостоятельно, хоть это будет невероятно трудно? Вот только сделать — всё-таки что?              Сакура присела у костра, отломав сырую ветку с ближнего дерева и вспугнув устроившуюся на ночлег птицу. Жуткое карканье потревоженной вороны прокатилось по спящему лесу, и Сакура поморщилась. Вряд ли такой шум разбудит её товарищей, но стало немного совестно нарушать умиротворённую тишину. Кожа на затылке зачесалась, будто волосы там зажили своей жизнью — похоже, привычная паранойя не собирается ослаблять хватку так скоро.              «Да обычная ворона, каких в лесу сотни! Она улетела давно…» — Сакура втянула прохладный воздух и начала лениво передвигать оживающие угольки, словно знакомые фигурки сёги.              Какова её новая цель — остановить войну? Или же позволить ей произойти, но уберечь Наруто, ведь Кагуя обязана быть повержена? Но в таком случае жертв всё равно не избежать… А если войны не случится, то это просто отсрочит проблему, так? Или же нет ничего плохого в этом? Кагуя сидела запечатанная тысячи лет, а план Мадары и Зецу — как Сакура определила — был шит белыми нитками.              «Чёрт! Сил никаких нет», — простонала она про себя. Ей явно стоит прочистить голову и немного притормозить, иначе эта бешеная гонка за разными идеями совсем вскипятит мозги. Генинская миссия, верные друзья рядом, природа и хорошая погода — пара дней такого отвлечения, и можно будет вернуться к плану со свежими мыслями.              Сакура снова взглянула на безмятежно спящих напарников, и давно забытое чувство неприязни пробежало по нервам, легонько щекоча. Её что же, раздражает Сай? Но он её верный товарищ, близкий человек, пусть и не такой, как Наруто, но всё же. Тогда почему?.. Сообразив и припомнив недавний разговор с Кабуто, Сакура скептически скривилась. Так вот, значит, в какой форме сознание молодой Сакуры будет прорываться наружу? Что ж, это ни капли не мешает, даже наоборот — захватывает. Сакура с радостью заглянет в себя прежнюю и сравнит, как же изменилось её отношение к жизни менее чем за год.              Наруто просыпался, как всегда, через силу. Он по-детски растирал загорелые щёки и бубнил хриплым ото сна голосом, что хочет поваляться ещё хоть пять минут. Сай же поднялся как заводная игрушка — резко, уверенно, на лице никаких следов сна. Идеально лежащие волосы, чистый взгляд и намёк на дурацкую улыбку на тонких бледных губах. Будто и не спал он ночью, а просто выжидал время.              — Завтракать пора, даттебайо! — оживился Наруто и сел на корточки, задом ко всем, копошась в своём огромном рюкзаке. — Я всю ночь ничё не ел, а уже идти пора. Где-то у меня онигири валялись. Со скумбрией! — он обернулся и хитро улыбнулся, протягивая Саю и Сакуре парочку криво слепленных рисовых треугольников.              — Рыба пролежала в твоём рюкзаке всю ночь. Ты специально подгадал? Тебя мучает запор, но нет при себе слабительного? — добродушно улыбаясь и щурясь, поинтересовался Сай, отчего Наруто порозовел от обиды и пихнул порцию Сая обратно в рюкзак.              — Да пошёл ты! Иди вон траву тогда ешь, раз онигири мои не нравятся! Я вчера на ужин ел и всё со мной нормально, рыба же в рис завёрнута! Ну я чё, не прав, Сакура-чан? — он жалобно взглянул на Сакуру, ещё настойчивее протягивая ей еду, почти впихивая в руки.              — Спасибо, Наруто, я не голодна, — Сакура улыбнулась так лучезарно, что заболели губы. Словно бы они отвыкли улыбаться искренне.              Эта сцена окутала её сердце нежной ностальгией, но жестокая реальность упрямо крошила эту беззаботность. Сейчас парни казались Сакуре наивными и невинными, даже несмотря на мрачное прошлое одного и сложное детство второго. Они ещё не обожжены войной, Наруто не пережил гибель любимого сенсея… И как же Сакуре хотелось, чтобы так оно и оставалось!              Однако она понимала, что это ложный путь. Острый меч не лепится из металла добрыми руками, как пластилиновая фигурка. Он куётся в жаркой печи, принимая и впитывая в себя тысячи ударов бездушного молота, и только тогда становится совершенным. Гибель Джирайи, разрушение деревни Пейном, смерть Хинаты, пусть и временная… Как бы ни хотелось Сакуре уберечь Наруто, предостеречь его, предупредить, она знала — нужно прикусить язык хоть до крови, но позволить ему пройти этот путь и стать тем, кем он должен стать.              Миссия закончилась безо всяких происшествий, и вот следующим вечером на обратном пути команда устроилась на ночлег. В момент прикончив скромный ужин из пары жареных костлявых куропаток, Наруто начал причитать, что не наелся и что с радостью прочешет округу в поисках грибов или ягод.              А ведь и правда… Сакура вспомнила, что в прошлый раз они не просто доставили свиток, а прогулялись по деревне в поисках лавки с лекарствами — искали мазь от укусов муравьёв. По пути наткнулись на замечательный магазинчик сладостей, пропахший мёдом и корицей. Наруто набил полные карманы и вечером с довольной рожицей их уплетал.              Хозяйка магазинчика оказалась жуткой сплетницей и наболтала тогда много интересного. Например, слухи о том, в какой из ближайших деревень скрывается один из лидеров банды грабителей, терроризировавших окраину Страны Огня. Команда Семь отразила информацию в отчёте о миссии, и спустя пару недель банда была захвачена. А теперь от этих событий остались лишь отпечатки в памяти Сакуры, уже побывавшей в этой ситуации…              Казалось бы — такая мелочь! Она просто подбросила дров в затухающий костёр, но цепочка пересобралась совсем иначе… Ей явно следует быть осторожной и прислушиваться к внутреннему голосу — чутко ловить отголоски сознания Сакуры помладше и принимать решения, исходя из них.              «И как Итачи не сошёл с ума в почти такой же ситуации?» — с грустью размышляла Сакура. Возможно, его закалённая психика и гениальный ум куда лучше справлялись с подобной задачей.       

— — - — -

             Сакура пыталась жить прежней жизнью, которую уже однажды прожила. Короткие миссии, работа в госпитале, тренировки с командой, посиделки с друзьями. Но по ночам, в тишине и одиночестве, она лихорадочно анализировала этот странный «эффект домино». Разные схемы из, казалось бы, непересекающихся событий кривыми линиями ложились на воображаемую доску, путаясь и перекрывая друг друга. Паника душила всё сильнее, ведь Сакура так и не решила, когда именно ей стоит сделать тот самый решающий ход и сломать текущую временную линию.              На миссии по запечатыванию Трёхвостого она не удержалась и в порыве гнева выпалила предупреждение о кристаллах и клонах. Благо в тот миг никто не придал значения. Но Сакура понимала, что ходит по тоненькой ниточке между своим прошлым и будущим, и в любой момент эта ниточка может оборваться. До смешного знакомая ситуация — новое враньё, новая маска, как было и в чужом мире. Страх испортить всё и сделать хуже сдавливал её разум, мешая логически рассуждать. А может, ей просто не хватало умственных способностей, чтобы разглядеть причинно-следственные связи?              Неподъёмный груз ответственности парализовал Сакуру, а осознание собственной мощи жгло ладони. Словно информация о будущем — это совершенное оружие в её руках, которым можно как спасти миллионы жизней, так и бесповоротно навредить.              Она может рассказать правду, но тогда результат выйдет непредсказуемым. Эффект разорвавшейся бомбы будет обеспечен, а значит, действовать нужно тоньше.              Попытаться вычислить, где сейчас скрывается Кабуто, и бросить все силы на его поимку? Но война в любом случае начнётся, просто Акацки и Обито будут не так сильны без армии воскрешённых. Или же подбросить информацию об истинной сущности Пейна и постараться не допустить разрушения деревни? Как-то подготовиться к нападению? Но тогда Наруто не станет национальным героем, и чёрт знает, как сложится его дальнейший путь. Слишком рискованно, и последствий снова не просчитать…              Или же сфокусироваться на Обито? Ведь Сакура отлично знает, где и когда он объявится. Совет Пяти Каге — идеальная возможность, разве нет? Вот только было бы это так просто. Да и её знания об истинной сущности Обито мешали думать — менее года назад он был полноценным союзником, не жалел сил, когда Сакура делилась с ним чакрой, а он открывал один портал за другим в поисках Саске. Больше того — Обито пожертвовал жизнью, чтобы спасти Наруто и Саске, а теперь он снова злейший враг для них всех… Абсурдно, но реально.              Мысли Сакуры продолжали вращаться вокруг фигуры в оранжевой маске. Он, безусловно, ключ ко всему. Даже в их с Наруто скачке в иную реальность виноват именно он! А не будет его — не случится и война… Сакура прокручивала в голове всё, связанное с Обито, начиная с их первой встречи в лесу. Она выдирала из памяти каждую мелочь, пытаясь отыскать невидимую трещинку, способную нарушить предстоящий печальный ход событий, но тщетно.              Все обдумываемые варианты казались не искусной работой ювелира, а бесцеремонным вторжением. Что-то похожее планировал провернуть Саске после войны — разворотить всё вокруг, а потом смотреть, что же вышло и как собрать из обрывков что-то стоящее. Это точно не тот путь.              Вдобавок, назойливая эгоистичная мысль, что Итачи до сих пор жив, присосалась к разуму Сакуры, как паразит, впрыскивая свои ядовитые идеи. Да, Сакура отчаянно желала увидеть его, поговорить и попросить совета. Ведь бегает же он сейчас где-то, даже не подозревая, что по-королевски расселся в одной розоволосой голове!              Она представляла, как Итачи в своей фирменной самоуверенной манере отчитывает её, а после приводит её сумбурные мысли в порядок, обнажая гениальный в своей простоте вариант. Но это невозможно сейчас. Итачи отыгрывает роль злобного нукенина, и даже об истинных чувствах Саске к Сакуре он ещё не знает. Пока она лишь слабенькая напарница Наруто — Сакура помнила тот равнодушный взгляд, которым Итачи удостоил её в их первую встречу на миссии по спасению Гаары. Сейчас он уже не её Итачи.              Проковырявшись в своих мыслях почти до рассвета, Сакура сумела вздремнуть лишь пару часов, так ничего и не решив.              Спустя ещё неделю вот таких безрезультатных самокопаний, Сакура пришла к выводу, что боится. Она почти решилась пойти за советом к Шикамару, ведь одиноко вариться в ситуации становилось невыносимо. Но не успела. И теперь, стоя в полной экипировке у ворот Конохи, мозги и вовсе встали колом.              Миссия по захвату Учиха Итачи. Всего пара дней, и он погибнет от руки Саске. Может быть, это и будет толчком? Может, эта липкая тоска наконец отступит, и Сакура сумеет думать более здраво, не спотыкаясь о мысли, что он где-то рядом и жив?              Но как же она злилась сейчас на саму себя! На своё глупое, чувствительное сердце, которое трепетало при одной лишь мысли об этом человеке. И как же оно саднило, не желая принять эту жуткую истину — если Сакура пройдёт точку невозврата, то сумеет сосредоточиться на своей миссии. Дурацкие идеи о том, что есть шанс встретиться с Итачи, исчезнут как невозможные, хоть это и будет невыносимо больно.              Солнце пекло макушку, а пот после длительной пробежки заливал глаза. Сакура нервно смахнула прилипшие к щекам волосы и бросила дерзкий взгляд на выросшего прямо из дерева Обито. Его яркая оранжевая маска и чёрный плащ с красными облаками смотрелись дико на фоне сочной зелени пышного леса. Как комок грязи в прозрачном голубом ручье.              Сейчас она могла отдать Обито должное — он так лихо всех провёл, прикидываясь то дурачком с писклявым голосом, то самим Мадарой, что даже гениальный Учиха Итачи ничего не заподозрил!              «Если бы они все только знали…» — Сакура скрипнула зубами и обвела товарищей острым взглядом.              — О! Ну-ка, кто тут? Коноха! — проверещал Обито, размахивая руками, будто отбивался от мух. — Раз, два, три… восемь! Так нечестно, вас много — я один!              — Не отвлекайтесь, — глухо приказал Какаши, поднимая повязку и обнажая шаринган. — Он просто задерживает нас. Численное преимущество за нами.              — Понял! — Наруто хрустнул кулаками и ехидно ухмыльнулся.              — Расенган! — за спиной Обито вырос клон, рассекая воздух воплями и ярким светом сжатой в шарик чакры.              Но Сакура даже не пыталась изобразить удивление — на неё всё равно никто не смотрит. Она прекрасно знала, что клон пролетит насквозь словно через призрака и исчезнет.              Ямато, Наруто и Киба бурно выясняли, что же сейчас произошло. Лёгкое волнение и злость временами накатывали на Сакуру, но она мастерски отсеивала свои мысли от мыслей юной Сакуры, не гася их, а используя, чтобы получше отыграть свою роль. Они провозятся здесь, примут правила игры Обито и позволят Саске и Итачи схлестнуться насмерть. И прибудут к обломкам храма Учиха, когда уже будет слишком поздно. Мёртвого Итачи и полуживого Саске кто-то успеет выкрасть. Вероятно, это был Зецу или же сам Обито, значения не имеет.              Сакура зажмурилась, приводя разум в норму. В голове, будто кадры из фильма, вырастало каждое последующее действие, и своё, и окружающих. Она метнулась к пыхтящему от ярости Наруто и встряхнула его за плечи.              — Наруто, соберись! — выплюнула она, найдя глазами его глаза и делясь своей решимостью. Затем ухватила его за руку и раскрутила вокруг себя, чтобы забросить на самую высокую ветку, где не прекращал куражиться Обито.              — О! Так это была приманка? — наигранно всполошился он, обернувшись к летящему клону Наруто с очередным расенганом в руке. — Окружают с трёх сторон!!! От кого же мне защищаться?              Сакура неслась так быстро, что воздух больно свистел в ушах. Она собрала чакру в кулаке, рефлекторно представляя, как проламывает эту паршивую рыжую маску — мысли юной Сакуры снова выползли на первый план. И даже ожидание однозначного провала не могло сбить её боевой настрой. Сейчас она резко двинется вперёд, а Обито плавно увильнёт влево, вынудив Сакуру пролететь мимо и едва не впечататься носом в ствол. Быть может, стоит попытаться смягчить своё падение?              — Шаннаро! — вскрикнула Сакура и кинулась на пока-ещё-врага, полностью передав контроль рефлексам шиноби и отбросив мысли о тщетности своей попытки.              Она выбросила вперёд заряженную чакрой руку и уже почти увидела, как Обито увернулся, но неожиданно для себя поняла, что направляет кулак в пустоту. В ту сторону, куда Обито переместится лишь спустя миг… Костяшки пальцев впечатались в мягкую ткань его плаща, пройдя по касательной в районе плеча, и Обито с жалобным воплем полетел вниз, размахивая руками, словно выпнутый из гнезда птенец. Сакура прижала руки к губам и распахнула глаза. Как же так получилось?              Она в несколько прыжков оказалась на земле, где Киба, Шино и Ямато пытались скрутить дезориентированного Обито, валяющегося на земле и стонущего как щенок. Древесные ленты вокруг запястий и лодыжек, рой жуков, облепивших живот и маску, и стальная хватка Акамару прямо на горле. Какаши упрямо вглядывался своим шаринганом в пытающегося освободиться Обито. Неудивительно, что он ныл и умолял его пощадить. Но это выглядело так фальшиво, что Сакура скривила губы и повернула голову в поисках Наруто.              Она судорожно бегала взглядом по округе, не понимая, куда мог запропаститься её напарник, и с ужасом заметила, что и Сай тоже исчез. Лишь Хината с активированным бьякуганом деловито хмурилась, сцепив руки в замок.              — Хината-сан, поищи Наруто и Сая! — выпалила Сакура.              — Они улетели, Сакура-сан. Ты молодец! Мы справились, — проворковала Хината, приподняв уголки губ. — Но его чакра… — с её лица в миг исчезла радость. Она указала пальцем за спину Сакуры, и та резко крутанулась на пятках.              — Ксо! Вот ведь тварь! — Киба злобно скалился и пинал ногой воздух в том месте, где секунду назад валялся корчащийся от боли Обито.              — Мы должны помочь Наруто и Саю. Очевидно, он бросился на перехват, — строго приказал Какаши.              Деревья, трава и камни начали расплываться перед глазами Сакуры в одно мутное пятно, а кровь стучала в висках так, что казалось, скоро разломает череп. Неужели воспоминания об этом моменте как-то отразились на действиях Сакуры, и из-за этого ей удалось зацепить Обито? Выходит, она выиграла этим немного времени, и его план задержать их группу провалился? И что теперь будет — Наруто и Сай найдут сражающихся братьев Учиха ещё до гибели Итачи?              «Что же я наделала…» — осознание рухнуло на голову Сакуры, словно раскалённые угли, даже дышать стало невозможно.              «Видимо то, что подсознательно и мечтала сделать?» — ядовито проскрипела Внутренняя Сакура, закатив глаза.