Миша побеждает Совершенную Форму Жизни

      Увидев Мишу, Шедоу зарычал на него. Его черная шерсть дыбилась, иглы топорщились, глаза злобно сверкали. — Привет, Шедоу. — Миша подошёл ближе. — Я тебе яблоки принёс, ты очень долго не ел.       Он стал открывать дверцу клетки и зверь показал клыки. — Тише… — он сунул руку с блюдцем в клетку.       Рука человека была незащищённой рукавом или ежовой рукавицей и была так уязвима для укуса! Напряжённый Михаил наблюдал за животным краем глаза, готовый в любую секунду отдернуть руку. Но Шедоу не делал никаких атак, он просто рычал на него, следя за рукой строгим взглядом. Так же аккуратно была поставлена кружка с водой. Увидев воду, Шедоу тут же навострил уши и, не обращая на Мишу никакого внимания, выпил драгоценную холодную влагу, ни оставив ни капли. Его так мучила жажда! Пока Михаил ходил ещё за водой, Шедоу успел съесть кусочки яблок из блюдца. — Ты уже и поесть успел? Молодец, ёжик, меня это радует. — сказал Миша, ставя кружку в клетку. — Это большой прогресс для нас с тобой.       Вода была снова выпита, только на этот раз лишь наполовину. Миша понял, что зверь утолил свою жажду. А вот голод никуда не ушёл. Желудок продолжал противно урчать, требуя пищи. Шедоу увидел, как Миша уходит и тоскливо опустил одно незабинтованное ухо.       Закалённый в боях характер не позволял просить пищу. Он этого просто не умел. «Придется добывать еду самостоятельно…» — вздохнул ёж, с тоской глянув на свои ноги, которые очень сильно болели.       Он выполз из клетки и потихоньку пополз вперёд, ища место, где предположительно была еда. Но так как он не знал, что и где находится в квартире Михаила, то заблудился. Сначала он приполз в душевую. Осмотрелся и ничего съедобного не нашёл.       Следующей локацией, которую он посетил, был балкон. Балкон был уютным. Здесь было множество комнатных растений и цветов, создающих незабываемые яркие оттенки серого цвета. Также были разбросаны подушки и пледы, а также небольшой столик со стульями. Периодически из приоткрытого окна доносился легкий шелест листвы деревьев и редкие птичьи трели. И опять ничего съедобного.       Шедоу уже устал ползти, но полз, полз и наконец-то очутился на кухне! Он увидел холодильник, только не смог его открыть — не хватило сил. У плиты стоял Миша и что-то готовил. Ёж не знал, что именно, но вкусный запах только сильнее разжигал в нём голод.       Шедоу увидел на столе коробку с хлопьями, с огромным трудом вскарабкался на табуретку, схватил коробку руками и стал падать с табуретки на пол вместе с коробкой хлопьев. — БУМ! — раздался звук падения.       Вздрогнувший Миша резко обернулся и увидел лежащего на полу ежа, морщегося от боли, но довольного собой. — Шедоу! — Миша бросил готовку и подбежал к ежу. — Ты как тут очутился? Ты из клетки на кухню…полз? Зачем? — Я искал себе еду! — обиженно фыркнул Шедоу, когда Миша забрал у него коробку. — Я эту коробку потом и кровью добыл! Знаешь, как мне больно было ползать? Отдай! — Ежам нельзя хлопья! — Можно! Мы с Марией такие ели и всё нормально со мной! Отдай, я есть хочу! — Ладно. — сдался Михаил. — Бери свои хлопья, только пожалуйста больше не выбирайся из клетки без разрешения! Ты же после операции, забыл?       Миша налил в тарелку молоко, в неё же насыпал хлопьев, перемешал и дал Шедоу: — Ешь. «Может быть после этого ты наконец-то дашь себя погладить?» — думал Михаил, наблюдая за тем, как Шедоу ест хлопья.

***

Прошло два месяца. Шедоу постепенно мог ходить, в черном звере просыпалась активность и бунтарство. В приручении значительно виделся прогресс. Шедоу уже не нервничал, когда рядом с ним находился Миша, он подпускал его к себе и позволял давать еду, но никогда не брал пищу с руки, хотя Миша очень хотел этого добиться. Поняв, что уговаривать чёрного зверя взять еду с человеческой руки бесполезно, он бросил эту попытку, но не оставил следующую — погладить непокорного. Мужчина работал с ежом терпеливо и спокойно, пытаясь показать ему, что человеческая рука — не угроза. — Ну тише, ёжик… Я не страшный… — уговоривал Миша, медленно и осторожно протягивая руку к зверю. — Рррррр… — ёж чёрной молнией метнулся в сторону. POV Шедоу. Я не люблю людей. Они злые и я понял это, как только мы с Марией очутились на Земле. Этот Миша пытается меня потрогать. А я не хочу! Не надо ко мне лезть! Он меня побьёт, я точно знаю! Проходил… До сих пор хлыст помню… Но нужно отдать ему должное: он не собирался сдаваться. Он смелый и не боится меня, он спокоен и терпелив. И руки у него почему-то яблоками пахнут. Кстати об этом. Миша в качестве еды дал мне именно яблоки, а не кошачий корм, как делал тот жестокий укротитель, у которого руки имели запах крови. И он помогал мне, когда я плохо чувствовал себя в машине. Что ж, посмотрим, может и стоит дать ему шанс… Конец POV Шедоу POV Миша Это прекрасный зверь. Когда я нашёл его, ужаснулся, как жутко он выглядел. Ноги были похожи на куски мяса, по телу шрамы, рубцы, из уха течёт кровь. Он волочит эти куски мяса за собой, стонет, плачет. Я подхожу — он рычит и старается убежать. Я долго пытался понять, хищник его подрал, что ли? А потом мне рассказали о Паше и о том, как он обращался с этим зверем. Ни одно животное, даже самое злое не заслуживает такого жестокого обращения к себе! Я попытаюсь его приручить. Это не будет быстро, но я справлюсь. Самую сильную волю можно сломать только доверием и уважением. Он боится моей руки и я знаю почему. Он ещё не отошёл от хлыста. Но я это исправлю. У нас всё получится! Конец POV Миша.       Миша возил Шедоу в ветклинику лечить ноги, давал ему лекарства, ухаживал за ним. Ёж стал чувствовать себя лучше, глаза стали блестеть, шерсть лосниться, и вес был вполне нормальным. И ноги с каждым днём переставали болеть, так что Шедоу уже начинал бегать. — Хорошо! Очень хорошо! — Миша был доволен результатами своих стараний. — Иди сюда, Шедоу!       Ёж сразу же откликнулся на своё имя и встал недалеко от Миши. Миша протянул руку к ежу. «Пожалуйста…позволь коснуться…»       Шедоу стоял смирно, внимательно следя за рукой человека. Палец Миши осторожно погладил ухо ежа, прошёл по голове, потом ладонь погладила шипы и спину. — Рррр… — начал рычать зверь, хмурясь. — Да ладно тебе, Шедоу. Ну признайся, что приятно, когда я тебя глажу, а? Из горла ежа вырывалось хриплое порыкивание, он начал дрожать и хотел уйти. — Чшшш… Хватит убегать, Шедоу. Пора сдаться. Я ничего не сделаю плохого. — Нет! Не трогай меня! Ты где-то прячешь хлыст или шокер?! — сердце колотилось в бешеном ритме, страх сковал ежа. — С чего ты взял? Вовсе нет, мой друг. — спокойно говорил Михаил. — Мои руки совершенно пусты. Вот, смотри. В подтверждение своих слов мужчина показал руки. На них ничего не было. — Убедился? Теперь всё хорошо?       Шедоу продолжал рычать, но постепенно все тише и тише, скорее так, для порядка. Миша чувствовал, что ёж уступает, сдается ему. — Вот так, Шедоу… — Миша затаил дыхание. «Тук-тук-тук-тук». — билось сердце под белым пушком. — Успокойся… — руки Миши нежно чесали зверя за ухом. — Мррр, мррр… — услышал внезапные звуки мужчина и посмотрел на Шедоу.       Ёж опустил ушки, закрыл глаза и мурлыкал! Его тело было расслабленным, сердце билось спокойно, он даже шипы к спине прижал. Постепенно Шедоу разрушал стены дикости и страха, которые воздвиг вокруг себя. Непокорность слабла, превращаясь в пепел. — Вот так… Какой молодец… — шептал Миша, не веря своему счастью. — Правду говорят: только пониманием, уважением, доверием и лаской можно сломать волю даже самого сложного животного, в то время как жестокость, насилие и страх делают животное монстром. Миша взял Шедоу за руку. — И не страшно, верно? Видишь, ты сейчас сотрудничаешь со мной и всё хорошо. — улыбнулся мужчина. — Я знал, что мои старания дадут плоды.       После ещё пяти минут такого тактильного контакта ёж отошёл, вернув себе стоическое выражение лица: — Всё, хватит. Хорошего по чуть-чуть. — Как скажешь, я не стану заставлять.       Михаил был доволен, что ему удалось сделать то, чего он так долго добивался. Вылечив ежа и поставив его на ноги, подарив вторую жизнь и возможность ходить, мужчина получил награду.       Колючий убийца собак, зверь, ломающий ребра одним ударом в грудь, черный монстр, не боящийся веревок и транквилизаторов, Совершенная Форма Жизни была сломлена добротой и лаской, доверием и пониманием. Ёж Шедоу подчинился человеку в благодарность за спасение своей жизни.       Миша стал готовиться к тому, чтобы отпустить Шедоу на волю. Но дойдет ли дело до этого?