4. Не верила в признания

      Чанбин не помнил, сколько алкоголя выпил за прошедшие несколько часов после своего пробуждения. Сегодня в институт он не пошёл, впервые позволяя себе прогулять. Еще с утра он собирался пойти на занятия, а потом мимо него молча пролетела Черён, снова даже не поздоровавшись. Она специально просыпалась намного раньше, чтобы уходить из дома до того, как Чанбин успеет умыться. Так рано в институте было нечего делать, но девушку это не волновало.       И всё желание идти на учёбу после этого как рукой сняло. Чанбин остался дома, не видя смысла бежать следом или что-то говорить. Всё время, пока Черён была на занятиях, Чанбин в одиночку пил, сидя на полу в гостиной. Пару раз ему пришлось дойти до магазина, чтобы купить добавки, но потом парень так же валился на ковёр, облокачивался на диван спиной и открывал очередную бутылку, наливая во всё ещё влажную рюмку. Ему было тошно настолько, что делиться своими переживаниями не хотелось даже с сестрой. Рюджин его конечно же поймёт, вот только легче Чанбину после этого не станет.       Судьба прокляла его в тот день, когда он влюбился в Черён. Чанбин мог бы отвлечься на других женщин или найти себе иное занятие, но эта девушка занимала все его мысли. Отвлечься от неё было на грани невозможного, Со не мог выпустить её из головы ни на секунду.       — Глупый, некрасивый, — тихо произнёс Чанбин, вспоминая слова Черён, сказанные о нём. — Блять, почему я таким родился?       А потом подступил ком к горлу, потому что парень вспомнил фразу, брошенную Черён во время ссоры: «Лучше бы ты вообще не родился».       У Чанбина разрывалось сердце. В груди висела тоска, не дающая покоя. Парень не мог нормально спать и есть, теперь даже на учёбу ходить не хотелось. Ведь там он снова увидит Черён, снова услышит грубости в свой адрес, а потом снова потерпит, когда она в очередной раз решит его унизить. Он всё это уже проходил, но будет вынужден опять и опять лицезреть одни и те же картины и слышать одинаковые унижения. Будь они от кого угодно другого, Чанбину бы не было так сильно больно.       Вокруг него куча пустых бутылок. Глаза стали закрываться, и Чанбин позволил себе подремать совсем немного. За то время, что ему удалось погрузиться в сон, ни протрезветь, ни выспаться не удалось. Он проснулся от громко захлопнувшейся двери и дёрнулся, возвращаясь в реальность.       Шаги пронеслись по коридору. Чанбин слышал, как Черён поднимается в спальню по лестнице, и изводился. Когда дверь в комнату закрылась, он не выдержал. Вскочил и пошёл на второй этаж, набравшись решимости, чтобы поговорить. Сейчас им двигал алкоголь, и Чанбин даже не думал об этом, когда поднимался по лестнице. Он распахнул дверь в спальню и уставился на Черён, что снимала возле зеркала заколку с волос, устало упираясь свободной рукой на комод. Как только Чанбин вошёл, она встрепенулась, меняясь в лице и поворачиваясь к мужу.       — Что тебе нужно? — огрызнулась она, швыряя заколку на комод.       — Хочу поговорить, — произнёс Чанбин, стараясь делать вид, что трезвый.       — Ты напился? — брезгливо поморщилась Черён. — Пошёл вон.       — Ты не можешь выгонять меня из моего дома.       — Или уходишь ты, или я, — поставила ультиматум девушка.       Чанбин шатнулся, но устоял на ногах. Его взгляд был устремлён в злые глаза Черён, наполненные ненавистью. Даже после нескольких бутылок алкоголя Чанбину не было легче осознать, что жена ненавидит его всей душой.       — Я уйду, — нехотя согласился парень. — Просто поговори со мной.       — С чего вдруг?       — Мы же теперь женаты.       — И что?       — Так и будешь избегать меня каждое утро? — вздохнул Чанбин, придерживаясь за косяк.       — Так и буду, — пожала плечами Черён.       — Хватит вести себя как ребёнок.       — Не попадайся мне на глаза, тогда не буду вести себя так, — фыркнула девушка. — Ты собирался уходить, вот и уходи.       — Блять, Черён, ну я же люблю тебя.       — Засунь свою любовь куда-нибудь подальше от меня, — девушка отвернулась, отходя к окну. — Разговор закончен.       Терпения больше не осталось. Чанбин в несколько шагов сократил расстояние, собираясь подойти ближе, но Черён услышала и резко развернулась, толкая его в грудь, чтобы не смел приближаться. Парень шатнулся, не чувствуя устойчивости после алкоголя, и врезался плечом в стену.       — От тебя воняет за километр, — прыснула Черён. — Я ненавижу, когда от мужиков пахнет алкоголем.       — Как будто ты соглашалась разговаривать со мной, когда я был трезв, — обиженно отозвался Чанбин, потирая ушибленное плечо.       — Дай мне развод, — девушка решила направить диалог в более приятное русло.       Чанбин замолчал, прищуривая глаза и осматривая жену. После таких слов внутри него что-то надрывалось, мешая сердцу функционировать нормально.       — Не дам, — отозвался парень негромко. — Хочешь всю жизнь в одиночестве прожить?       — Лучше в одиночестве, чем…       — Чем со мной? — перебил Чанбин. — Давай, повтори ещё раз, как ненавидишь меня. Скажи, что никогда не сможешь полюбить. Тебе нравится делать мне больно.       — А ты, видимо, садомазохист, раз даже после этого не даёшь мне развод.       — Да, наверное, — парень шатнулся, разворачиваясь и направляясь на выход. — Раз считаешь меня садомазохистом, то так тому и быть.       Не успел он спуститься на первый этаж, как Черён выскочила следом за ним из комнаты. Парень обернулся, наблюдая, с каким злым и недовольным лицом спешит к нему жена, а та была готова взорваться от переизбытка гнева. Она хотела накинуться на Чанбина с кулаками, будто это поможет его убедить.       — Как ты смеешь не давать мне развод? — повысила голос девушка. — Я свободный человек, и я живу в свободной стране! Если я не хочу быть твоей женой, то имею полное право развестись, так почему тогда ты себя так ведёшь? Хочешь, чтобы я всю оставшуюся жизнь с тобой страдала? Тебе это нравится?       — На наших запястьях одинаковые номера, Черён, — по-прежнему спокойно отозвался Чанбин. — Судьба выбрала нас, чтобы в дальнейшем мы были вместе, а ты спустя пару дней требуешь от меня развод? Может, хоть раз пообедаешь со мной за одним столом или сядешь со мной за одну парту на лекции? Я прокажённый какой-то? Или из Ада к тебе поднялся?       — Я просто не хочу, Чанбин! — чуть ли не взвизгнула девушка. — Не хочу иметь с тобой ничего общего, не хочу жить в одном доме, не хочу…       — А с кем хочешь? — перебил её парень. — Все люди в девятнадцать лет получают метку, так кто тогда женится на тебе?       — Такие же несчастные, которые не смогли полюбить свою вторую половину!       — Пиздец, — усмехнулся Чанбин, почесав затылок. — Значит тебе с кем угодно будет лучше, чем со мной?       Ответить девушка не успела, потому что в дверь постучались. На миг Черён даже испугалась, не понимая, кого могло принести, но, судя по всему, Чанбин догадывался, кто мог стоять за дверью. Он открыл замок, и в дверях показалась симпатичная девушка, ниже Чанбина по росту. У неё были тёмные волосы до плеч и широкая улыбка, которой она одарила Черён перед тем, как поклониться. Черён кивнула в ответ, ничего не понимая.       — Черён, это моя сестра Рюджин, — потерянно сказал Чанбин, понимая, как не вовремя пришла сестра.       — Здравствуйте, — растерялась Черён, поклоняясь перед Рюджин.       Злость внутри неё притупилась стыдом, ведь скорее всего сестра Чанбина всё прекрасно слышала, когда стояла за дверью, однако виду не подавала. Она принесла с собой пирог, который отнесла на кухню, приглашая всех попить чай.       — Ты такая красивая, — порадовалась Рюджин, осматривая Черён с ног до головы. — Прямо как Чанбин про тебя рассказывал.       Черён повернулась к мужу, осматривая его с непониманием, а тот лишь опустил пьяный взгляд, негромко произнося:       — Не надо, пожалуйста, — это было обращено к Рюджин, однако та проигнорировала.       — Садитесь за стол, я сейчас порежу пирог, — улыбнулась она, указывая на стулья. — Черён, дорогая, присаживайся.       Рюджин слышала все последние слова их ссоры, потому что уже долго стояла за входной дверью, боясь постучаться. Она была в курсе, как Черён относится к её брату, но не могла сказать ей плохого слова, зная, как сильно Чанбин сходит по ней с ума. Понаблюдав, как Черён аккуратно и стеснительно усаживается за стол, Рюджин подняла взгляд на Чанбина.       — Братец, а ты чего стоишь? — растерянно улыбнулась Рю, а потом в миг стала серьёзной. — Ты пьян?       В этот момент Чанбин поднял взгляд и уставился на сестру, без слов подтверждая её догадку. После этого покосился на Черён, что молча наблюдала за ним. Так ничего и не сказав, парень сел за стол, но поодаль от жены, запомнив и впитав в себя каждое слово, брошенное в его адрес. Она не хотела находиться рядом с ним, а он был бы рядом, даже если бы она его втоптала каблуком в землю. Может, он и правда садомазохист.       — Зачем ты напился? — спросила Рюджин, стараясь не давить на брата, ведь ответ она знала, но всё равно хотела пристыдить.       — Настроения нет, — безэмоционально ответил Чанбин.       — С каких пор ты снова стал пить? — растерялась сестра.       — Он раньше не пил? — осмелилась задать вопрос Черён.       — Давно бросил, — вздохнула Рю, раскладывая куски пирога по тарелкам.       Черён поджала губы, ведь знала и понимала, что напился Чанбин из-за неё. Только сейчас, перед посторонним человеком в лице сестры своего мужа, она чувствовала себя виноватой, уже жалея, что наговорила так много гадостей. Покосившись на Чанбина, Черён опустила голову, кусая собственные губы, а Рю еле заметно улыбнулась, радуясь, что смогла хоть немного показать обоим, что в своих убеждениях и ссорах они не правы.       — Черён, дорогая, бери пирог, — Рюджин пододвинула тарелку к жене своего брата, одаривая её взглядом полным любви.       Рю словно чувствовала любовь своего брата, относясь к Черён так же трепетно, как он хотел делать это сам.       — Спасибо, — смущенно ответила девушка, принимая выпечку и кружку чая.       — Прости, нуна, я не голоден, — вздохнул Чанбин.       — Ешь, — Рюджин строго посмотрела на брата, подозревая, что тот уже пару дней нормально не ел. — Может, протрезвеешь быстрее.       — У меня нет аппетита.       — А когда соджу в себя вливал, аппетит был? — более строгим голосом спросила Рю. — Черён, следи, пожалуйста, чтобы он не пил. Уже два года рюмку в руки не брал.       — У него проблемы с алкоголем? — с толикой страха задала вопрос Черён, словно боясь находиться рядом с мужем.       — Чанбин долгое время был в депрессии, — вздохнула Рюджин, а потом дёрнулась, наблюдая, как брат психует, выходит из-за стола и уходит в другую комнату. — Поэтому и пил.       — Из-за чего у него была депрессия? — Черён и сама немного напугалась, что муж ушёл в другую комнату, не желая слышать, но в какой-то степени была даже рада остаться наедине с его сестрой.       — Из-за безответной любви к тебе, — тихо ответила Рюджин, поражая своими словами Черён. — Ты удивлена? Он не признавался тебе в чувствах?       — Признавался, — в очередной раз опустила взгляд девушка, стыдясь самой себя. — Я не верила.       — Ты его даже не знала, — прошептала Рю, улыбаясь. — Чанбин продавал мороженное в парке, а ты часто гуляла там с подругой.       Черён закашлялась, попёрхиваясь чаем. Она вытаращила глаза, уставившись на сестру мужа и не зная, что ответить. Черён ведь была уверена, что знакома с Чанбином лишь два года, которые они учатся вместе в институте.       — Такого не может быть, — опешила она, отрицательно мотая головой. — Из-за этого он был в депрессии?       Рюджин кивнула:       — Только не говори ему, что я растрепала все подробности, а то обозлится. Он перестал пить, когда попал с тобой в одну группу в институте. Ты только не подумай, что он за тобой следил. Чанбин вполне нормальный человек, а не преследователь какой-то. Он просто хотел учиться вместе с тобой, а ты как раз рассказывала подруге о поступлении. Вот он и услышал.       — Звучит жутко, — отозвалась Черён.       — Прости его, пожалуйста, — вздохнула Рюджин. — Он не со зла это делал. Чанбин каждый день говорил только о тебе.       — Правда?       — Да, — улыбнулась Рю, вспоминая, с каким трепетом брат каждый раз отзывался о своей влюбленности, но потом улыбка пропала с её губ, а в глазах образовалась грусть. — Я понимаю, что ты его не любишь. Знаю, что ты хочешь развод, но можно попросить тебя кое о чём?       — Можно, — неуверенно ответила Черён.       Она была уверена, что Рюджин попросит потерпеть ради Чанбина или попытаться его полюбить, переступая через собственные чувства, однако из уст девушки прозвучало совсем другое.       — Если ты всё же решишь развестись, не делай ему слишком больно, — еле заметно улыбнулась Рюджин, хотя в её глазах заблестели слёзы. — Закрой за мной дверь, пожалуйста. Если понадоблюсь, я живу в соседнем доме. Приходи в гости.       — Хорошо.       Черён вышла из-за стола, направляясь за Рюджин и поклоняясь ей на прощание. Девушка покинула дом, а Ли закрыла за ней дверь, а потом обернулась, осматривая прихожую и прокручивая в голове все слова Рю. Она долго стояла молча в одиночестве, а потом направилась в гостиную, откуда доносились шорохи. Открыла дверь и остановилась в проходе, осматривая мужа, который, уже не наливая в рюмку, пил соджу прямо из горла.       — Что ты делаешь? — спросила Черён уставши.       Не заметивший её парень чуть не поперхнулся, убирая бутылку и сглатывая алкоголь. Его взгляд был растерянный, совсем не ожидающий увидеть Черён.       — Ты и так пьян, — девушка прошла в гостиную и забрала из рук парня бутылку. — Где лежат мусорные мешки?       — В верхнем ящике на кухне.       Черён направилась в указанную комнату, взяла один мусорный мешок и вернулась. Она стала собирать пустые бутылки после бурного дня Чанбина, пока парень всё ещё сидел на ковре и молча наблюдал, ничего не понимая. Закончив, Черён направилась на выход из комнаты, прикрывая за собой дверь и бросая напоследок:       — Ложись спать.