5. Бывает совсем паршиво

      Сегодня на занятиях Черён снова могла сидеть за своей любимой партой, а не в конце аудитории, ведь Чанбин вновь не пришёл на учёбу. Он занял её стол в надежде, что сможет сидеть за ним вместе с женой, однако Ли гордо оставила своё место и ушла, а сейчас была рада посидеть за излюбленной партой, пока Чанбина не было видно на горизонте.       Доедая пончик с ванильным кремом, девушка смотрела обучающее видео в телефоне перед занятиями, чтобы лучше освоить материал. Она не сводила взгляда с лектора на экране, не обращала внимания на снующих мимо однокурсников. Как только видео закончилось, Черён подняла взгляд, глубоко вздохнула и откинулась на спинку стула, отодвигая от себя пустой контейнер, где когда-то лежал сладкий пончик.       В аудиторию вошла Миён. Её глаза светились от радости, а на губах сияла улыбка. Она искала взглядом подругу на задних рядах, но Черён окликнула её с передней парты:       — Садись со мной, — Ли похлопала по столу, привлекая внимание.       — Разве Чанбин не здесь сидит? — растерялась Миён.       — Как видишь, его нет, — пожала плечами Черён. — Так что садись.       — Почему он перестал ходить на учёбу? — подруга села рядом, но не могла обойти волнующего вопроса. — Вы поругались?       Ли задумалась, пытаясь понять, как мягче ответить. Их отношения даже руганью было сложно назвать, ведь они только и делали, что ссорились и лаялись, как собака с кошкой. За несколько дней, которые они прожили в браке, не было ни единого спокойного разговора. Черён старалась не пересекаться с мужем на учебе, по пути в институт или обратно. Ей удавалось избегать его, даже находясь в одном доме.       — Похоже, что мы поругались? — загадочно ответила девушка.       — Вы ни разу за одну парту не сели, — надула губы Миён. — Он плохо к тебе относится? Я переживаю.       — Да всё нормально, — Черён пожала плечами. — Наверно, Чанбин просто заболел.       — Наверное? — вскинула брови подруга. — Вы разве не в одном доме живёте?       — Слушай, к чему столько расспросов? — обозлилась Ли. — Не нужно пытаться разобраться в наших отношениях, они слишком сложные и неподвластные никакой логике.       — Ладно, — неохотно согласилась Миён. — С тобой можно поделиться радостью?       — Конечно.       Подруга радостно улыбнулась и закатала рукав, показывая запястье. Глаза Черён засияли, пока она читала номер, который будет принадлежать соулмейту Миён. На губах появилась радостная улыбка, и Ли не выдержала, крепко обнимая подругу и радуясь за её счастье.       — Я так волнуюсь, — прокомментировала Миён. — Всё это так волнительно.       — Понимаю тебя, — отозвалась Черён с улыбкой. — Сама через это прошла.       А потом улыбка растворилась на губах девушки. Она погрузилась в воспоминания, понимая, что у Миён ещё есть надежда встретить свою любовь, а у неё уже никогда не будет. На запястье Черён проявился номер, а на её пальце красовалось кольцо, которое она ненавидела всей своей душой. Она до сих пор не могла поверить, что теперь навсегда будет связана брачными узами с нелюбимым человеком.       — Как думаешь, он будет красивый? — улыбнулась Миён, касаясь пальцами своего запястья.       — Надеюсь, — поддерживая, отозвалась Черён.       Она надеялась, что хотя бы её подруге повезёт в личной жизни. Опустив взгляд на собственное запястье, Ли провела по своему номеру двумя пальцами и тяжело вздохнула, понимая, что теперь каждый день, раз за разом, ей придётся заходить в нелюбимый дом, видеться с ненавистным человеком и разделять с ним один воздух. С Чанбином было сложно даже молчать.       А ведь у Черён не было на то даже веской причины. Он просто раздражал её целиком и полностью. Его внешний вид, его поведение и манеры — абсолютно всё вызывало неприязнь внутри девушки. Это началось с того самого момента, когда они впервые встретились в стенах института. Чанбин поприветствовал её косой улыбкой и подмигиванием, а потом с какого-то чёрта стал называть «киса». От этого прозвища внутри Черён просыпалась зловещая кошка, желающая расцарапать негодяю всё лицо.       — После выходных расскажешь, как у вас всё прошло? — улыбнулась Ли, поглядывая на подругу.       — Конечно! — обрадовалась Миён. — Я хочу красавчика на дорогой машине.       А Черён даже это было не нужно. Она мечтала просто влюбиться, однако прекрасно понимала, что испытать какие-либо чувства к Чанбину точно не получится. Если бы они прежде никогда не встречались — ещё можно было бы попробовать, но после совместной учёбы во время которой приходилось видеть Со каждый день — очень маловероятно.       С задних парт послышались радостные крики однокурсников. Черён обернулась, понимая, что все они собрались толпой вокруг Хёнджина, который держал в руках телефон. Судя по всему, они смотрели какое-то шоу на записи, или же играли в игры. Черён обычно не вдавалась в подробности, поэтому вновь повернулась к своим вещам, доставая ручку и тетрадь, чтобы приготовиться к предстоящему занятию. Миён отошла к однокурсникам, в отличие от Черён, ведь интересовалась, чем они там занимаются. На это Ли тоже не обратила никакого внимания, продолжая заниматься своими делами на большой перемене.       Ещё несколько раз обернувшись, Черён понаблюдала за подругой и однокурсниками, но подходить к ним всё ещё не собиралась. Прозвенел звонок, после которого Миён направилась к парте и снова села рядом с Ли. Её состояние показалось Черён слишком напряжённым, и она удивлённо похлопала глазами, раздумывая, стоит ли спросить у подруги, из-за чего так резко поменялось её настроение, однако та начала сама:       — Ты знаешь, что они смотрят? — спросила Миён.       — Нет, — Черён уже испугалась, что однокурсники показали её подруге какие-нибудь страшные вещи, заснятые на камеру.       — Показать?       Если бы Черён было интересно, она подошла бы к задним партам вместе с подругой и смотрела бы в телефон Хёнджина в компании с остальными, однако именно в этот момент, увидев напряжённость Миён, девушка согласилась и кивнула. Надо же было посмотреть, что так напугало её подругу.       Миён нерешительно достала свой телефон, что-то вбила в поисковике и стала рыскать в браузере. Черён терпеливо ждала, хотя с каждой секундой интерес подбивался всё сильнее. Интрига возрастала, но когда Миён включила видео и повернула к подруге, та разочарованно фыркнула, понимая, что ничего особо страшного однокурсники не смотрели. На видеозаписи, что велась в прямом эфире, показывали единоборство двоих бойцов, лица которых уже были в крови. Смотреть на подобные картины было не особо приятно, и Черён поморщилась, слегка отстраняясь.       — Тебя это так напугало? — вскинула Ли брови. — Разве ты никогда не смотрела с папой спортивный канал, где показывают такие же бои?       — Смотрела, но ни разу не наблюдала за кем-то знакомым.       — Знакомым? — вскинула брови Черён, внимательнее рассматривая парней на видео. — Ты кого-то из них знаешь?       Повисло молчание. Миён не отвечала, а Черён продолжала всматриваться в лица, пока её вдруг не осенило. Боец в красных шортах, по лицу которого стекала кровь, был её муж Чанбин.       Девушка потеряла дар речи. Её пустой взгляд продолжал наблюдать, как незнакомый боец ударяет по лицу Чанбина, и тот, не успев защититься падает. Соперник тут же подлетел, собираясь выбить остатки сил, но Со увернулся, вскакивая на ноги и продолжая бой. Он смог нанести несколько ударов, но было видно, что Чанбин держался из последних сил. Черён ещё ни разу не видела его в таком состоянии.       — Это прямой эфир, — замечая удивление, сообщила Миён.       — Не могу на это смотреть.       Отвернувшись, Черён уставилась в одну точку, переваривая всё, что увидела. Подруга выключила запись и убрала телефон, замечая, что Ли слишком сильно впечатлилась.       — Ты не знала? — нерешительно прошептала Миён.       Отрицательно мотнув головой, Черён опустила взгляд. Теперь перед её глазами стоял Чанбин, весь избитый и в крови. Злость и раздражение ударили в голову, и Ли уже представила, как хотела бы врезать по его глупой голове самостоятельно, а потом собрать вещи и уйти из дома. После увиденного ей было страшно даже думать о возвращении, однако ничего поделать с этим уже было нельзя.       Когда занятия закончились, Черён попрощалась с подругой и поплелась в сторону остановки. По пути до дома она старалась максимально оттягивать время, постоянно останавливаясь возле прилавков магазинов или присаживаясь на лавки. Дорога заняла намного больше времени, чем обычно. Девушка успела утомиться, тем более, что пол ночи не спала из-за переживаний, так ещё и устала на учёбе.       Заходя в дом, она прислушивалась к каждому шороху. Машина Чанбина была припаркована напротив ворот, а значит он точно был дома — в этом можно было не сомневаться. Черён тихо разулась, осматривая прихожую и пытаясь определить, где сейчас находится муж. На цыпочках она вошла в гостиную и бросила взгляд в сторону зала, где в последнее время спал Чанбин. Внутри был выключен свет, но девушка прекрасно понимала, что муж именно в той комнате. Он словно спрятался специально, чтобы Черён его не видела.       У неё был выбор: уйти в спальню и закрыть дверь, чтобы не видеть мужа, или же пройти в зал и проверить, в каком он состоянии после боя. Выбор был очевиден. Стоило скрыться с глаз долой, чтобы не сталкиваться с Чанбином, но ноги понесли Черён в противоположную сторону от спальни. Она подошла к прикрытой двери в зал, нажала на ручку и переступила порог. Взгляд моментально приковался к Чанбину, который лежал на диване. Как только он услышал, что вошла жена, тут же встрепенулся и сел, бросая на Черён уверенный взгляд.       — Забери, — парень указал на стопку денег, которая лежала на столе.       — Что это?       — Деньги. Заработал сегодня.       — Своим лицом? — злобно прошипела Черён, осматривая разбитую бровь мужа, рану на губе и множественные ссадины на скулах.       Чанбин глубоко вздохнул. Он старался принести в семью деньги, а его жена снова была недовольна.       — Я вроде уже говорил, что участвую в боях, — спокойно произнёс парень.       — И это значило, что ты будешь возвращаться домой избитый?! — опешила девушка. — А если тебя там убьют или покалечат?!       — Зачем ты кричишь? — почти шепотом спросил Чанбин, чувствуя, как он повышенного тона жены начинает болеть голова.       Черён замолчала. Пытаясь восстановить сбившееся от переживаний дыхание, она опустила взгляд на пачку денег, что лежала на журнальном стеклянном столе, а потом вновь уставилась на Чанбина, что не сводил с неё глаз. И несмотря на скандал, который девушка чуть не устроила, несмотря на её крики, что помешали его отдыху, взгляд у парня был абсолютно спокойный, пропитанный нежностью к жене.       — У всех мужья, как мужья, а у меня… — пробубнила Черён и вышла из гостиной.       Чанбину будто ножом по сердцу прорезали. Черён умела делать больно, не прилагая для этого физических усилий. Она калечила словом. Знала, как сделать больно.       Бросив взгляд на деньги, Чанбин прикрыл глаза, вспоминая сегодняшний бой. Больно и унизительно. Он редко проигрывал, но сейчас, из-за плохого настроения и постоянных ссор с женой, не мог сосредоточиться и пропускал один удар за другим. Его сопернику повезло, Со оказался в своей худшей подготовке и в ужасном расположении духа. Неизвестно, сколько все это ещё будет продолжаться, но Чанбин готов был даже проигрывать ради того, чтобы принести в семью денег.       Откинувшись на спинку дивана, парень поморщился от боли. На теле проявлялись синяки после побоев, на лице образовалась припухлость в районе брови и скулы.       Дверь в гостиную открылась. Чанбин дёрнулся, выпрямляя спину и устремляя взгляд на вошедшую Черён. В её руке была маленькая аптечка, которую она привезла с собой в чемодане из родительского дома. На лице, как обычно, преобладало недовольство, но к нему парень уже успел привыкнуть. На большее он и не рассчитывал, поэтому с удивлением наблюдал за женой, что села рядом с ним на диван и стала открывать аптечку.       Чанбин молчал. В тишине он наблюдал за Черён, смотрел на её тонкие руки, бледную, бархатную кожу и хотел прикоснуться. Хотя бы ненадолго, лишь одним пальцем, чтобы почувствовать нежность чужого тела.       Черён намочила ватную палочку обеззараживающим средством и подняла взгляд, встречаясь с глазами мужа. Он не мог оторваться, зачарованно наблюдая за каждым её действием.       — Держи, — девушка протянула ватную палочку. — Обработай свои раны.       — Не могу, — Чанбин повернул ладони тыльной стороной, показывая кровавые ссадины на костяшках. — Всё болит.       — Твою мать, — шикнула Черён. — Какой же ты проблемный. Почему не перевязал раны? Почему в мед пункт не зашёл?       Парень пожал плечами. Черён коснулась его ладони, придерживая на весу, и стала касаться ватной палочкой ссадин на костяшках. Она старательно обрабатывала ранки, прекрасно зная, что Чанбину щипет, однако он не произнёс ни звука.       Спустя пару минут девушка перешла к его второй руке. Намочила новую ватную палочку и приступила к обработке, игнорируя внимание Чанбина в свой адрес. Он ещё никогда не был так счастлив, получая долгожданное внимание от девушки мечты. Хоть она уже стала его женой, добиться расположения всё ещё было очень сложно. Парень радовался каждому мигу, проведённому рядом с Черён. Когда она обрабатывала ему раны, Чанбин понимал, что пошел на бой не зря. Он лез бы под чужие кулаки на рожон, если бы знал, что дома жена обратит на него внимание.       — Боже, на тебе живого места нет, — переходя к лицу, прокомментировала Черён.       Новой палочкой она обработала рану на брови, потом перешла к скулам. Изо всех сил девушка старалась не смотреть мужу в глаза, но прекрасно видела, что Чанбин не отрывает от неё взгляда. Нечаянно она взглянула в его карие радужки и утонула — настолько они были глубокими и чувственными. В них крылось столько недооценённой любви.       — Что? — спросила Черён, не понимая, чем могла привлечь такое внимание.       — Ничего.       — Губу сильно щипать будет, — девушка снова смочила палочку в обеззараживающем средстве.              — Ладно.       Черён коснулась ватным наконечником ранки. Моментально стало больно, но Чанбин пытался не подавать вида. Губа дрогнула от неприятных ощущений, и это не могло остаться незамеченным. Черён вновь заглянула в глаза мужа, наблюдая за его реакцией на болезненную обработку.       — Терпи, — сказала она.       Чанбин послушно сидел, даже не шевелился. Он готов был терпеть боль вечность, лишь бы Черён находилась рядом.       — У тебя ещё и под глазом царапина, — шикнула девушка, переходя ватной палочкой чуть выше.       Она делала всё аккуратно, не желая доставить ещё больше дискомфорта. Чанбину было наплевать на пощипывания во всех ранках. Он наблюдал за женскими руками, что касались его лица. Не смог совладать с эмоциями и прислонился губами к запястью Черён, на котором виднелся номер соулмейта. Закрыл глаза и нежно поцеловал, обжигая горячим дыханием. Открыл веки и посмотрел на жену, ожидая её реакции, но девушка лишь застыла, не понимая, что происходит. Он поцеловал ещё раз в то же запястье, причмокивая губами и оставляя влажный след на чужой коже.       — Что ты делаешь? — напряглась Черён.       — Целую тебя, киса, — прошептал Чанбин так трепетно, что внутри у девушки всё сжалось.       Её прозвище прозвучало не пошло или дерзко, как обычно, а мягко и нежно. Черён никогда бы не подумала, что злополучная «киса» из уст Чанбина выльется с такой лаской.       Увидев растерянность в глазах жены, парень прильнул к её плечу и уткнулся в шею, путаясь носом в волнистых волосах. Руки аккуратно положил на талию, хотя прекрасно знал, что может знатно отхватить за это. Губы Чанбина скользнули по одежде, которая прикрывала плечо Черён, но это не помешало ему оставить там поцелуй. Пусть нелепый, через ткань кофточки, но с любовью и чувствами.       — Спасибо, любимая, — прошептал он, обнимая. — Ты у меня такая заботливая.       Черён пребывала в шоке. Ситуация выглядела, как полное безумие со стороны влюблённого в неё Чанбина, в адрес которого постоянно прилетали нелестные слова, а то и хамства из уст Черён. Будь девушка на его месте, не смогла бы выдержать такого напряжения, а он терпел, продолжая относиться с нежностью, да ещё и находил в себе силы, чтобы говорить такие нежные слова. После них совсем не хотелось злиться.       — Отдыхай, — сказала ему девушка, не рискуя отстраниться.       Чанбин улыбнулся и отодвинулся.       — Больше не смей ходить ни на какие бои, — всё-таки высказала своё недовольство девушка, после чего закрыла аптечку и ушла, оставляя Чанбина одного.       И хоть его влюблённому сердцу всё ещё было тяжело, появилась надежда. Черён стала проявлять к нему заботу, и Чанбин в тот миг был счастлив, как никогда.