Часть 59

Приятного прочтения💞 _____________________ Спустя несколько часов Нора уже была в здание Мстителей. На ней уже было плотное серое пальто с металлическими застежками. Шею согревал объемный вязаный шарф глубокого синего цвета. Длинные светлые волосы были небрежно заколоты сзади, открывая её бледное, лицо. Комплекс встретил её гнетущей, мертвой тишиной. Огромные ангары пустовали, а в коридорах медицинского блока пахло медикаментами и стерильно. Гилберт шла по коридору, и стук её каблуков эхом отдавался от белых стен. В конце коридора, у большого стеклянного окна диагностического кабинета, она увидела Тони. Внутри палаты врачи как раз проверяли Роуди на аппарате МРТ огромный сканер монотонно и тяжело гудел, выдавая на экраны страшные снимки поврежденного позвоночника. Тони стоял, прижавшись лбом к холодному стеклу. Его плечи были опущены, а на лице темнели свежие ссадины и кровоподтеки после драки в аэропорту. Элеонора остановилась на расстоянии, не решаясь подойти слишком близко. Почувствовав чужое присутствие, Старк медленно повернул голову. Его взгляд, пустой и измотанный, скрестился с её взглядом. Нора стояла неподвижно, молча смотря на него с такой бесконечной нежностью, затаенной любовью и состраданием, что Старк на секунду забыл, как дышать. Ему отчаянно, до дрожи хотелось броситься к ней, спрятаться в её объятиях от этого кошмара, но чувство вины тяжелым камнем тянуло к полу. Он чувствовал, что после всего случившегося просто не имеет права прикасаться к ней. Не выдержав тяжести этого момента и того, как сильно сжалось любящее сердце, Гилберт первая медленно опустила глаза, уставившись на стерильный белый кафель. Прошла долгая, удушающая минута молчания, прежде чем Тони отвернулся от стекла и беззвучно кивнул в сторону выхода на воздух. Через минуту они уже стояли на просторном бетонном балконе комплекса. Прохладный воздух мгновенно ударил в лицо, унося удушливый запах больничного крыла, но легче от этого не становилось. Тони оперся ладонями о металлические перила, глядя куда-то вдаль. Его профиль казался каменным, а пальцы побелели от напряжения. Нора встала чуть позади. Она не торопила его, давая возможность собраться с силами. Ей безумно хотелось подойти и обнять его со спины, но невидимая граница их расставания после Альтрона прочно удерживала её на месте. — Врачи говорят, поврежден позвоночник, — глухо произнес Тони, и его голос сорвался, обнажая скопившуюся внутри пустоту. — Снаряд попал в реактор костюма, системы отказали, и он... он падал с огромной высоты, Нора. Я не успел его поймать. Он резко выдохнул, горько усмехнувшись собственному бессилию, и обернулся к ней. В его глазах застыли боль и дикая, изматывающая вина. И сквозь эту вину пробивался отчаянный, голодный взгляд человека, который слишком долго был оторван от той, которую любит больше жизни. — Худший сценарий — полный паралич нижней половины тела. Роуди, мой лучший друг, военный, который всю жизнь привык быть в движении, теперь заперт в постели. И это произошло из-за меня. Из-за моей чертовой гражданской войны с Кэпом. Из-за того, что я решил, будто могу всё контролировать. Видеть Тони такого сломленного было физически больно. Нора почувствовала, как к горлу подступил ком, а на глаза навернулись слезы. Она сделала один медленный шаг вперед, но остановилась, оставляя между ними небольшое расстояние. Гилберт лишь крепче сжала пальцами края своего серого полупальто, сдерживая порыв сократить эту дистанцию. — Перестань, Тони... — тихо, но с такой глубокой, искренней любовью произнесла она. Её голос слегка дрожал. — Это не твоя вина. Ты не нажимал на спуск. Ты не хотел этой войны. Роуди знал, на какой риск шел. Он солдат. И меньше всего на свете он бы хотел, чтобы ты сейчас не хоронил себя под этим грузом. Она посмотрела прямо в его измученные, потемневшие глаза. В её взгляде не было ни капли прежних обид — только чистая, мягкая забота и тепло, которое всегда его согревало. — Роуди жив, Тони, и это главное. Ты самый умный человек из всех, кого я знаю, и ты обязательно придумаешь, как поставить его на ноги. Только не уничтожай себя изнутри, умоляю. Тони долго молчал, неотрывно всматриваясь в её лицо, и в его глазах промелькнула такая острая, невыносимая нежность, что у Норы перехватило дыхание. Её слова, полные любви, казались ему спасением. — Где ты была? — негромко спросил Тони, переводя тему. Его голос прозвучал хрипло, почти надломанно. В этом простом вопросе скрывалась вся та тоска, безумное одиночество и немая мольба, которые он безуспешно глушил в себе. Ему не хватало её каждую секунду. Нора тихо выдохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от его тона, в котором сквозило столько любви и боли. — В Малибу, — ответила она, едва заметно пожав плечами. — А до этого? — спросил Тони, сделав полшага навстречу и пристально вглядываясь в неё. Ему хотелось знать о ней всё, заполнить ту пустоту, что образовалась после её ухода. — Я снимаю квартиру в Нью-Йорке, — ответила Нора, отведя взгляд куда-то в сторону. Эти слова прозвучали для Старка как оглушительный щелчок. Напоминание о том, насколько ближе к нему она была всё это время, и одновременно — как далеко. Она не сбежала на другой конец света, она осталась в огромном мегаполисе, совсем рядом. Он неотрывно смотрел на Нору, и в этом взгляде было столько любви, что у неё защемило в груди. Ему отчаянно не хотелось отпускать её сейчас. — Я бы хотел с тобой поговорить, — негромко, почти умоляюще произнес Тони, делая еще одно едва заметное движение в её сторону. — По настоящему поговорить. Обо всем. О нас. О том, что случилось... Я так скучал по тебе, Нора. Элеонора ласково посмотрела на него. Ей самой безумно хотелось сократить эти несчастные сантиметры между ними, прижаться к его груди и сказать, как сильно она тоже скучала. Но она понимала: сейчас, на пороге реанимации, посреди чужого горя и его жгучего чувства вины, совершенно не место для их личного разговора. Ему нужно быть с другом, а им обоим нужно поговорить без лишних глаз и давящих стен базы. — Только не здесь, — мягко, но уверенно перебила его Нора. — Я скину тебе адрес, где я живу, и ты, как освободишься и уладишь всё приедешь. Хорошо? Тони посмотрел на неё — измотанный, разбитый, но в его глазах впервые за этот страшный день загорелся настоящий, сильный огонек надежды. Он понял, что она не отказалась от него, что она всё еще любит его. Он слегка кивнул. — Хорошо, — тихо ответил Тони. — Я приеду. Обещаю. — До встречи, — сказала Нора. Она подарила ему последнюю, полную любви, тепла и безмолвной поддержки улыбку, развернулась и пошла прочь с балкона. Стук её каблуков снова эхом разнесся по стерильному коридору базы, но в этот раз Тони уже не чувствовал себя таким отчаянно одиноким. Сердце, зачерствевшее за год разлуки, снова оживало, пока он провожал её взглядом. _________________________ Благодарю за прочтения💞 Тик ток: Evelyn Rivers