Визит к Союзникам (глава 10.5)

Токио, район Асакуса. Скрытое поместье Тамаё.

Нери сидела на татами, раздраженно поправляя подол юкаты. Становиться девушкой в его планы не входило, и каждый шаг в этом теле отзывался в голове отборным матом, который она едва сдерживала при хозяйке дома. Кирие сидела рядом, её розовые глаза с любопытством разглядывали узоры на кимоно Тамаё. Бамбук в её рту мерно подрагивал. Тамаё, изящная и печальная, замерла с чашкой чая в руках. Юширо, стоявший за её спиной, прожигал Нери взглядом, полным подозрения. — Это... поразительно, — тихо произнесла Тамаё. — Я видела много демонов за сотни лет, но эта девушка... Кирие. Она не просто не ест людей. Она восстанавливает силы сном, а её клетки... они будто застыли в состоянии ожидания. — Она особенная, — буркнула Нери, небрежно положив правую демоническую руку на колено. — И я здесь не для того, чтобы ты восхищалась её диетой. Мне нужно лекарство. Тамаё перевела взгляд на руку Нери. Её глаза расширились. — Твоя кровь... Юширо взял образец, пока ты спала после битвы в Квартале. Нери, ты понимаешь, кто ты? — Четверть-демон, потомок какого-то парня по имени Спарда, — огрызнулась Нери. — Гриффон постоянно каркает об этом в моей голове. Ну и что? Тамаё медленно встала и подошла к Нери, опустившись перед ней на колени. Она осторожно протянула руку, но не коснулась, а лишь почувствовала жар, исходящий от Нери. — Спарда... Мудзан до сих пор вздрагивает при упоминании этого имени. Он считал его своей правой рукой, своим величайшим творением, которое его предало. Твоя кровь — это не просто мутация. Для обычных демонов это чистейший яд. Она разрушает их клетки, стоит им только вдохнуть твой запах в бою. Ты — катализатор, живое пламя. Нери хмыкнула, скрестив руки на груди. — Яд, значит? Удобно. Значит, дед действительно был тем еще монстром. — Он был благородным воином, — мягко поправила Тамаё. — Но посмотри на Кирие. Она не нападает на людей не только из-за своей воли. Она чувствует твою кровь. Твоё присутствие рядом подавляет в ней зов Мудзана. Ты для неё — якорь. Кириэ, будто подтверждая слова, нежно ткнулась лбом в плечо Нери и издала тихое «мм-м». — Слушай сюда, — Нери посмотрела Тамаё прямо в глаза, и в её зрачках на мгновение вспыхнул лазурный свет. — Мне плевать на великое предназначение и на то, кем был мой дед или отец, который меня бросил. Я здесь ради неё. Если твои исследования помогут вернуть ей человечность — я дам тебе столько своей крови, сколько потребуется. Я выпотрошу любого демона, которого ты укажешь. Но если ты задумала что-то другое... — Эй! — вскинулся Юширо, хватаясь за бумажные талисманы. — Как ты смеешь угрожать госпоже Тамаё?! — Успокойся, Юширо, — Тамаё грустно улыбнулась. — Его гнев оправдан. Нери, я обещаю тебе: мы объединим наши усилия. Твоя уникальная кровь Спарды — это ключ, который я искала столетиями. С её помощью мы сможем создать то, что убьет Мудзана раз и навсегда.

***

Этот разговор стал мостиком в прошлое, которое Нери (Неро) так долго пыталась игнорировать. Тамаё смотрела на неё с печальной мудростью, перебирая старые записи. — Расскажи мне о них, — голос Нери прозвучал глухо, почти требовательно. — О тех двоих. О моём отце и его брате. Ты сказала, их убили за «грехи отца». Мудзан так сильно их ненавидел? Тамаё вздохнула, поправляя рукав кимоно. — Мудзан не просто ненавидел их, Нери. Он их боялся. Спарда был единственным, кто мог смотреть ему в глаза, не склоняя головы. Его сыновья, твои отец и дядя, унаследовали его гордость, но не его осторожность. — Мой отец... — Нери запнулась на этом слове. — Каким он был? — Вергилий был холодным, — Тамаё прикрыла глаза, вспоминая. — Его клинок, Ямато, не обладал магией в привычном понимании, но он был настолько идеально выкован и так сильно резонировал с его демонической кровью, что казалось, будто он режет саму ткань пространства. Твой отец искал силу, чтобы защитить то, что ему дорого, но в итоге это его и погубило. А его брат, Данте... он был другим. Веселый, шумный, он сражался своим Мятежником так, будто танцевал среди смерти. Они были как лед и пламя. Мудзан и Кокушибо объединились, чтобы уничтожить их. Это была не эпичная битва, это была кровавая баня... Нери слушала, и её кулаки сжимались всё сильнее. Челюсть напряглась, а из-под бинтов на правой руке начали вырываться синие искры статического электричества. В комнате стало ощутимо жарче — кровь Спарды закипала от осознания несправедливости. — Значит, их просто стерли... — прорычала Нери, и её голос начал приобретать тот самый пугающий демонический окрас. — Просто потому что какой-то бледный слизняк испугался их фамилии?! — Нери, успокойся, — попытался вклиниться Юширо, но его голос дрогнул от давления её ауры. Воздух в комнате задрожал. Нери уже почти вскочила, её лицо исказилось в яростном оскале, а правая рука начала непроизвольно выпускать когти. Она была готова разнести этот дом прямо сейчас от переполняющей её ярости. И в этот момент сзади обвились тонкие, прохладные руки. Кирие, которая до этого тихо сидела в углу, бесшумно подошла и обняла Нери со спины, уткнувшись лицом в её лопатки. Она тихо, успокаивающе промычала через бамбук: «М-мм... м-м...». Её маленькие ладони накрыли сжатые в ярости кулаки Нери. Вспышка ярости погасла так же мгновенно, как и началась. Лазурное свечение в глазах Нери сменилось обычным цветом. Она тяжело выдохнула, накрыв руки Кириэ своими. — Черт... Прости, — буркнула Нери, расслабляясь в объятиях подруги. — Опять завожусь на ровном месте. Кирие не отпускала. Она чуть сильнее прижалась к ней, и Нери почувствовала, как её сердцебиение выравнивается под этот мерный, спокойный ритм демонической девчонки. — Она — твой предохранитель, — мягко заметила Тамаё, наблюдая за этой сценой. — Кирие не просто демон, Нери. Она — твоя человечность. Пока она рядом, ты никогда не станешь таким, как Мудзан. Твои предки гордились бы тобой. Нери хмыкнула, аккуратно поглаживая руки Кириэ, которая теперь довольно сопела ей в спину. — Мои предки были теми еще козлами, раз оставили меня в этом дерьме одного. Но... спасибо за рассказ. По крайней мере, теперь я знаю, чьи счета я буду оплачивать кровью Высших Лун.

***

Нери сидела на коленях, позволяя Кириэ продолжать свои сонные объятия. Взгляд охотницы был прикован к Тамаё, которая теперь сосредоточенно записывала что-то в свиток. — Значит, план такой, — подала голос Нери, и в её женском обличье прорезались те самые хриплые интонации. — Я продолжаю вскрывать Луны, как консервные банки, и передаю тебе их кровь через твоих кошачьих курьеров. А ты в это время колдуешь над антидотом для Кирие. — Всё верно, — кивнула Тамаё. — Но будь осторожна. Твоя кровь Спарды — это магнит. Чем сильнее ты становишься, тем громче она «звучит» для Мудзана. Он поймет, что ты не просто случайная ошибка природы, а прямой наследник того, кого он так и не смог подчинить. Нери хмыкнула, поправляя воротник юкаты, который ей немилосердно жал. — Пусть понимает. Меньше бегать придется. Она медленно поднялась, аккуратно пересаживая Кирие в её ящик. Демоническая девчонка послушно забралась внутрь, на прощание тихонько мазнув рукой по ладони Нери. Закрепив ремни на плечах, Нери направилась к выходу, где уже стоял недовольный Юширо. — Эй, врач, — Нери остановилась в дверях, не оборачиваясь. — Сделай так, чтобы Кирие снова могла улыбаться без этой бамбуковой палки. Это всё, что мне нужно. На остальное — плевать. — Мы сделаем всё возможное, Нери-сан, — тихо ответила Тамаё. Когда шаги охотницы затихли и морок дома снова скрыл их от внешнего мира, Юширо наконец выдохнул. Его плечи, которые он держал напряженными всё время, опустились. — Госпожа Тамаё... она пугает меня, — признался он, глядя на закрытую дверь. — В ней столько ярости. Она это же чистое разрушение. Тамаё подошла к окну, глядя на луну. — Ты прав, Юширо. Она не солнце, которое согревает. Она — шторм. Но вспомни Спарду... Он тоже не был святым. Он был демоном, который выбрал человечность. И Нери делает тот же выбор каждый день, сражаясь со своей кровью. — Вы думаете, он выживет? — Юширо скрестил руки. — Мудзан не оставит его в покое. — Дело не в том, выживет ли он, — Тамаё обернулась, и в его глазах блеснула странная надежда. — У него есть то, чего нет у многих — тот, ради кого стоит возвращаться из бездны. Нери шла по ночным улицам Асакусы, стараясь не привлекать внимания. Каждое движение в теле девушки давалось ей с трудом — центр тяжести был другим, походка изменилась, даже Алая Королева за спиной теперь казалась тяжелее. — ЭЙ, НЕРРИ-ТЯН! — Гриффон приземлился на её плече, ехидно чирикая. — МОЖЕТ, КУПИМ ТЕБЕ НОВОЕ КИМОНО? ТЕБЕ ИДЕТ ЭТОТ РОЗОВЫЙ ЦВЕТ, КЛЯНУСЬ СВОИМИ ПЕРЬЯМИ! — Заткнись, пока я не сделала из тебя жаркое, — огрызнулась Нери, прибавляя шагу. — Мы возвращаемся в штаб. Что-то намечается...