Деревня Кузнецов (Глава 11. Часть 2)

***

Нери шла к источникам, чувствуя, как каждая мышца в её новом теле гудит от напряжения. Алая Королева была в надежных (как она надеялась) руках кузнецов, Кириэ под охраной ворчливого Гриффона — пришло время смыть с себя грязь Квартала и дорожную пыль. — Слышь, ты, — Нери бросила свирепый взгляд на провожатого-кузнеца, когда тот заикнулся о правилах посещения. — Я разделась, как ты и просил. Но если я замечу хоть один лишний взгляд в мою сторону — клянусь, ты забудешь, как выглядят твои наковальни, потому что я выколю тебе оба глаза. Понял? Кузнец в маске Хёттоко судорожно закивал и пулей исчез в тумане. Нери глубоко вздохнула, стараясь смотреть исключительно на свою правую, демоническую руку. Она всё еще была для неё единственным напоминанием о том, кто она на самом деле. Остальное же... высокая грудь, изящные изгибы, гладкая кожа — всё это казалось чужим, неправильным, вызывающим лишь глухое раздражение и смущение. Она осторожно опустилась в горячую, пахнущую серой воду. Жар мгновенно обволок тело, заставляя Нери невольно выдохнуть. Она откинула голову на гладкий камень и закрыла глаза, пытаясь вернуть в памяти голос Кирие из сна. — Неро... я люблю тебя... Вдруг тишину нарушил плеск воды и звонкий, радостный голос, который раздался совсем рядом: — Ой! Тут кто-то есть? Простите, я не знала, что источники уже заняты! Нери резко распахнула глаза. Из густого пара, словно видение, медленно вышла Мицури Канроджи. Столп Любви была абсолютно нагой, и её пышные формы, розово-зеленые волосы и сияющая кожа в свете луны выглядели ослепительно. Мицури замерла, увидев Нери. Её глаза округлились, а щеки мгновенно вспыхнули ярко-розовым. — А-а! — вскрикнула она, прижимая ладони к лицу, но при этом продолжая разглядывать Нери сквозь пальцы. — Ты... ты та самая девушка со Собрания! Которая отказалась быть Хаширой! Боже мой, какая ты красивая! У тебя такая кожа... и эти волосы! И... и... Мицури внезапно замолчала, её взгляд опустился ниже уровня воды, а затем переметнулся на демоническую руку Нери. — Ой, — прошептала она, подходя ближе и совершенно не стесняясь своей наготы. — Твоя рука... она такая необычная! Можно мне... посмотреть поближе? Ты выглядишь такой одинокой здесь! Давай принимать ванну вместе? Я Мицури! Нери застыла, чувствуя, как краска заливает её лицо до самых кончиков ушей. Она видела демонов, видела смерть, но голая, гиперактивная Столп Любви, которая лезет к ней с обнимашками в источнике — это был враг, к которому её не готовили в Ордене Меча. — Эй, эй! Полегче, розовая! — Нери инстинктивно прикрылась демонической рукой, пятясь к другому краю бассейна. — Держи дистанцию! Я тут... я тут просто моюсь! И не надо так на меня пялиться! Тишина в горячем источнике стала настолько густой, что её можно было резать мечом. Пар лениво поднимался над водой, а Нери сидела, намертво зажмурившись и закрывая лицо левой рукой, пока правая — демоническая — инстинктивно сжалась в кулак под водой. — Слушай сюда, Розовая, — прохрипела Нери, и её голос от смущения стал максимально низким и грубым, почти как раньше. — Давай сразу расставим точки. Я не «сестренка» и не «загадочная дева». Я — Неро. Тот самый парень, который набил морду Санеми и притащил в Корпус Грифона. Это тело... это чертова родословная ошибка. Я парень. Внутри так точно, и вообще во всех смыслах. Поняла? Мицури замерла. Её рука, которой она тянулась, чтобы потрогать «необычные серебряные волосы», зависла в воздухе. В её голове со скрипом начали проворачиваться шестеренки. «Парень?.. Тот самый дерзкий Неро?.. Который грубил Оякате-саме?..» В памяти Мицури всплыл образ резкого, колючего юноши с тяжелым взглядом. Она перевела взгляд на сидящую перед ней Нери: изящные плечи, высокая грудь, нежные черты лица... и этот невероятно смущенный вид.

Секунда. Две. Три.

До Канроджи дошло. Она осознала, что стоит абсолютно нагая перед парнем, который сейчас чувствует себя максимально незащищенным. — А-а-а-а-а-а-а!!! — визг Мицури, казалось, перекрыл шум водопада. — ТЫ ПАРЕНЬ?! НАСТОЯЩИЙ ПАРЕНЬ?! Она мгновенно покраснела до цвета спелого помидора, причем румянец залил всё её тело. Мицури попыталась прикрыться руками, но от волнения начала спотыкаться в воде, создавая фонтаны брызг. — ПРОСТИ-ПРОСТИ-ПРОСТИ!!! — вопила она, зажмурившись. — Я НЕ ЗНАЛА! Я ДУМАЛА, ТЫ ПРОСТО ОЧЕНЬ СУРОВАЯ ДЕВУШКА! ОЙ, МАМОЧКИ, Я ТАК ОСКОРБИЛА ТВОЁ МУЖСКОЕ ДОСТОИНСТВО! Нери, не открывая глаз, проорала в ответ: — ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕ! ПРОСТО УЙДИ ИЛИ ДАЙ МНЕ ВЫЙТИ! ТЫ ОРЕШЬ ТАК, БУДТО ЭТО Я ТЕБЯ ТУТ ПОДЖИДАЛ! Оба сидели по разным углам бассейна, уткнувшись лицами в колени и стараясь превратиться в камни. Воздух буквально искрил от взаимного, зашкаливающего смущения. Для Неро, который всю жизнь любил только Кириэ и всегда вел себя как прямолинейный танк, эта ситуация была хуже, чем битва с тремя Высшими Лунами одновременно. — Это... это так романтично и ужасно одновременно! — послышался всхлип Мицури из другого угла. — Ты превратился в девушку, чтобы сражаться за свою любовь... Это же как в тех запретных романах, что я читала! — ЭТО НЕ РОМАН, ЭТО ПРОКЛЯТЬЕ! — рявкнул Нери. — И вообще, не смей никому говорить об этом в таких подробностях! Особенно Санеми. Если этот придурок узнает, он меня до конца жизни будет подкалывать!

***

Нери шла по тропинке, ощущая, как горячий пар постепенно испаряется с кожи, уступая место ночной прохладе. Каждое движение в этом теле было пугающе плавным. Она поймала себя на том, что перешагнула через поваленное дерево не тяжелым прыжком, а каким-то кошачьим, почти балетным пируэтом. «Черт...» — Нери остановилась и сжала кулак. — «Я становлюсь слишком мягкой. Если я привыкну к этой легкости, то когда вернусь в норму, Алая Королева покажется мне неподъемным бревном, а сам я буду двигаться как парализованный кабан». Она поняла, что эта «женская гибкость» — коварная ловушка. Да, она помогла против Даки, но против настоящих тяжеловесов вроде Аказы или Мудзана, ей понадобится та самая взрывная мужская мощь, которая ломает кости и пробивает стены. Нужно было срочно нагружать мышцы, пока они окончательно не привыкли к «грации». — Нери-тян! Подожди! Стой! Сзади, тяжело дыша и едва успев набросить юката, бежала Мицури. Она выглядела как взбудораженный розовый вихрь. Добежав до Нери, она низко поклонилась, чуть не стукнувшись лбом о землю. — Прости-прости-прости! — затараторила Канроджи. — Я вела себя так беспардонно! Я всё обдумала... это так благородно с твоей стороны — терпеть такие неудобства ради своей любимой! Ты настоящий мужчина в душе, Неро-кун! Нери закатила глаза, поправляя воротник. — Ладно, замяли, Розовая. Просто... в следующий раз ори потише. У меня от твоего ультразвука чуть перепонки не лопнули. Мицури резко выпрямилась, её глаза засияли восторгом. — Чтобы загладить вину, ты просто обязана... то есть, обязан... зайти ко мне на ужин! Я привезла с собой кучу сладостей и особых медовых блинов! Мы поедим, и ты расскажешь мне о Кирие-тян! Пожалуйста! Ужин — это ведь так важно для восстановления сил! Нери хотела было отмахнуться и уйти к Гриффону, но желудок, учуяв слово «ужин», предательски и громко заурчал. Демонический метаболизм был неумолим. — Еда, значит... — Нери задумчиво потерла подбородок. — Ладно. Но только если там будет мясо. Много мяса. И никаких розовых соплей про «романтику», поняла? — Конечно! — Мицури схватила Нери за руку (правую, демоническую, даже не вздрогнув от её вида) и потащила за собой. — Я попрошу кузнецов приготовить целого кабана! Пошли! Ужин в поместье Мицури

***

Они сидели за низким столом, который буквально ломился от тарелок. Мицури ела за десятерых, но Нери... Нери ела за двадцатерых. Она поглощала огромные куски мяса с такой скоростью, что Гриффон, наблюдавший за этим через окно, только мог хохотать. — КАР-Р-Р! СМОТРИТЕ НА ЭТО! — орал ворон. — ОДНА — РОЗОВЫЙ ПЫЛЕСОС, ВТОРАЯ — СЕРЕБРЯНАЯ МЯСОРУБКА! ПАНК, ОСТАВЬ КОСТЬ КУЗНЕЦАМ, ОНИ ИЗ НЕЁ ХОТЬ ГВОЗДИ СДЕЛАЮТ! Мицури, жуя онигири, восторженно смотрела на Нери: — Ух ты-ы! Ты ешь даже больше меня! Это так... мужественно! Знаешь, Неро-кун, я ведь тоже пошла в охотники, чтобы найти кого-то, кто сильнее меня... И я так рада, что встретила тебя! Ты особенный! Нери замерла с куском говядины во рту. Она посмотрела на искреннюю, добрую улыбку Мицури и вдруг почувствовала, что раздражение уходит. — Знаешь, Розовая... ты странная. Но еда у тебя зачетная. И... спасибо, что не шарахаешься от моей руки.

***

Вечер в Деревне Кузнецов принимал всё более сюрреалистичный оборот. Пока Нери и Мицури заканчивали уничтожать запасы провизии, в дверях показалась Кирие. Она проснулась и, не найдя Неро рядом, пошла на запах еды. Мицури, увидев Кирие, буквально засияла. Она знала историю «Серебряной Девы» лишь в общих чертах, но интуиция Столпа Любви сработала мгновенно. — О-о-ой! Это она?! — Мицури подскочила к Кирие, едва не сбив ту с ног своими объятиями. — Какая милая! Какая нежная! Неро-кун, она же просто ангел! Кирие, привыкшая к грубоватой заботе Неро, была ошарашена таким напором тепла. Она робко посмотрела на Нери, ища поддержки. — Спокойно, Кирие, это Мицури. Она... — Нери замялась, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Она просто очень энергичная. И она знает, что я — это я. В смысле, парень. Кирие мягко улыбнулась. Она подошла к Нери и, проигнорировав её женский облик, привычно коснулась её плеча, показывая, что для неё ничего не изменилось. Мицури, глядя на это, едва не расплакалась от умиления: — Это самая прекрасная история любви, которую я видела! Вы так подходите друг другу, даже сейчас! Гриффон, сидевший на стропилах и наблюдавший за этой идиллией, внезапно встрепенулся. Его синие перья встали дыбом, а в глазах зажегся безумный огонь. — ТАК, СЛУШАЙТЕ СЮДА, ГОЛУБКИ! — проорал ворон, расправляя свои огромные крылья. — У МЕНЯ ЕСТЬ ИДЕЯ! КАР-Р! ПАНК, ТЕБЕ НЕ УДОБНО ТАСКАТЬ МЕНЯ НА ПЛЕЧЕ В ТАКОМ ТЕЛЕ, А МНЕ НАДОЕЛО ПУГАТЬ ТВОИХ КАКУШИ! — Гриффон, слезь оттуда, ты сейчас люстру обрушишь... — начала была Нери, но ворон уже сорвался с места. — ПОЛУЧАЙ ОБНОВКУ, ЗОЛУШКА! А-ХА-ХА-ХА! С диким криком Гриффон на полной скорости спикировал прямо на Нери. Мицури вскрикнула, Кирие зажмурилась, а Нери инстинктивно выставила вперед свою новую левую руку (человеческую), готовясь к столкновению. Но удара не последовало. Вместо того чтобы врезаться в плоть, Гриффон в момент касания превратился в поток чернильно-синей энергии. Воздух затрещал от статического электричества, и по комнате пронесся холодный ветер. Через секунду всё стихло. Нери стояла, тяжело дыша, и ошарашенно смотрела на свою левую руку. От самого запястья и почти до локтя кожу теперь покрывала невероятно детализированная, живая татуировка. Это были черные и темно-синие узоры, переплетающиеся в форме крыльев, молний и очертаний самого Гриффона. — Что за... — Нери провела пальцами по рисунку. Кожа в этом месте была прохладной и слегка пульсировала. — Голос Гриффона прямо в голове Нери: Не ори, панк! Теперь я всегда под рукой. Буквально. Захочешь, чтобы я вылез и навалял кому-нибудь молниями — просто дай знать. А пока я побуду здесь, посмотрю кино из твоих глаз. КАР-Р! Мицури замерла, её рот приоткрылся от изумления. — Это... это было так круто! — выдохнула она. — У тебя теперь татуировка! Ты выглядишь еще более дерзко! Кирие осторожно коснулась рисунка на руке Нери. Она почувствовала странную связь и поняла — это не просто украшение. Нери посмотрела на себя в зеркало: серебряные волосы, суровый взгляд, демоническая правая рука и татуированная левая. — Ну и ну... — прошептала она. — Теперь я официально выгляжу как ходячая проблема для любого демона.