Деревня Кузнецов (Глава 11. Часть 5)

Нери бежала так, как не бегала никогда в жизни. Легкие горели, мышцы разрывались от боли, но она видела перед собой только одну цель — крошечное, дрожащее от страха тело Хантенгу. — ПОЛУЧАЙ, ТРУСЛИВАЯ МРАЗЬ! — взревела Нери. В последнем отчаянном рывке она активировала Buster Arm. Гигантская призрачная рука материализовалась в воздухе, охваченная яростным синим пламенем. Нери схватила Хантенгу и с чудовищной силой впечатала его в землю, разрывая истинное тело Четвертой Луны в клочья. Раздался оглушительный хруст, и демон начал рассыпаться в пепел. Победа. Но цена была слишком велика. Первый луч солнца коснулся верхушек деревьев. Нери резко обернулась. Её сердце замерло. Кириэ стояла посреди открытой поляны, совершенно беззащитная перед светом. — КИРИЕ!! НЕТ! — закричала Нери, бросаясь к ней. Она хотела закрыть её своим телом, спрятать под хаори, затащить в тень, но Кириэ, словно ведомая какой-то неведомой силой, мягко оттолкнула её. Она сделала шаг вперед, прямо под палящие лучи восходящего солнца. Нери рухнула на колени, не в силах больше подняться. Слезы градом покатились по её щекам, смешиваясь с грязью и кровью. Она закрыла лицо руками, ожидая услышать крик боли, ожидая увидеть, как её единственная любовь превращается в горстку праха. Воздух зашипел, когда свет коснулся демонической кожи Кириэ, пошел легкий пар... Прошла секунда. Пять. Десять. Шипение прекратилось. Кириэ стояла неподвижно. Её демонические черты не исчезли, но кожа больше не горела. Она медленно повернулась, и солнечный свет, который должен был стать её палачом, теперь лишь мягко подсвечивал её серебристые волосы. Мицури, Муичиро и Гэнья замерли неподалеку, не смея пошевелиться. Гриффон, затихший на плече Муичиро, широко открыл клюв от изумления. Это было невозможно. Демон, покоривший солнце. Кирие посмотрела на свои руки, затем перевела взгляд на Нери, которая всё еще дрожала от рыданий, боясь поднять глаза. Девушка-демон сделала неуверенный шаг, её губы дрогнули, и в утренней тишине раздался тихий, хриплый, но такой родной голос: — Н... Н... Неро... Нери замерла. Она медленно подняла голову, глядя на Кириэ сквозь пелену слез. Этот голос... она не слышала его с того самого дня, когда их жизнь превратилась в ад. — Кирие?.. — прошептала Нери, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Ты... ты можешь говорить? Ты жива? Кирие слабо улыбнулась и протянула ей руку. В этот момент для Неро не имело значения, в чьем он теле, какая Луна повержена и что будет завтра. Самое главное — она была здесь, она была собой, и солнце больше не было их врагом. Солнце уже полностью вышло из-за горизонта, заливая поляну теплым золотым светом. Тишина, наступившая после гибели Хантенгу, казалась оглушительной. Нери, отбросив Алую Королеву в сторону, буквально проползла последние метры и вцепилась в Кирие, обхватывая её руками так крепко, словно боялась, что та испарится, если хватка ослабнет. Она уткнулась лицом в плечо Кирие, и её плечи затряслись от рыданий, которые она больше не пыталась сдерживать. — Спасибо... спасибо... — бессвязно шептала Нери, сжимая ткань одежды девушки. — Спасибо, что не ушла. Спасибо, что выдержала. Прости, что я был... что я была такой слабой. Я клянусь, Кирие, я больше никогда тебя не отпущу. Слышишь? Никогда! Кирие нежно положила ладонь на затылок Нери, поглаживая серебристые волосы. Она всё еще была демоном, но в её глазах теперь светилась та самая искра осознанности, которую они искали всё это долгое время. — Не... ро... — снова тихо произнесла она, вкладывая в это имя всю свою любовь. В этот момент тишину прорезал всхлип, переходящий в громкий рыд. — ЭТО ТАК ПРЕКРАСНО!!! — Мицури Канроджи, не в силах больше сдерживать свой эмоциональный фонтан, сорвалась с места. Она влетела в них как розовый ураган, обхватывая Нери и Кирие своими мощными руками. Но на этом она не остановилась. Она дотянулась до стоящего рядом Гэньи, который совершенно опешил от такого напора, и за воротник притянула к себе Муичиро, который просто не успел среагировать. — ВЫ ТАКИЕ МОЛОДЦЫ! ВЫ ВСЕ! — Мицури обнимала их всех разом, прижимая к себе в одну огромную, сумбурную кучу из героев, демонов и охотников. — Я ТАК СЧАСТЛИВА! ВЫ ЖИВЫ! КИРИЭ-ТЯН ЖИВА! ЭТО САМАЯ ЛУЧШАЯ НОЧЬ В МОЕЙ ЖИЗНИ! — Эй... полегче, Розовая... ребра... — прохрипела Нери, зажатая между грудью Мицури и спиной Муичиро, но она даже не пыталась вырваться. На её лице, сквозь слезы, впервые за долгое время появилась слабая, искренняя улыбка. Гэнья, красный как рак, пытался не смотреть по сторонам, но даже его суровое лицо смягчилось. Муичиро, зажатый в объятиях Столпа Любви, просто смотрел в небо, чувствуя на своем лице тепло солнца и странное, забытое ощущение тепла от других людей. Гриффон, хлопая крыльями, приземлился на вершину этой «живой горы» из обнимающихся людей. — НУ ВСЁ, РАЗВЕЛИ ТУТ СЕРЕНАДЫ! — проорал ворон, хотя в его голосе явно слышалось облегчение. — КАР-Р-Р! СМОТРИТЕ НА ЭТО! ПАНК В ОБНИМАШКАХ, СТОЛПЫ В СОПЛЯХ! ЭТОТ КАДР Я БУДУ ВСПОМИНАТЬ ВЕЧНО! ХОТЯ ЗНАЕТЕ ЧТО? ДЛЯ ТАКОЙ ДЕРЬМОВОЙ НОЧИ КОНЦОВКА ВЫШЛА ЧЕРТОВСКИ СТИЛЬНОЙ! Путь обратно в Поместье Бабочки напоминал триумфальное шествие выживших в аду. Солнце уже стояло высоко, когда побитый, перебинтованный, но живой отряд показался на горизонте. Нери шла в центре, бережно поддерживая Кирие. На плече Нери гордо восседал Гриффон, который всю дорогу без умолку пересказывал «свои подвиги», приукрашивая их так, будто он в одиночку заклевал Хантенгу. Гэнья плелся чуть позади, всё еще смущенный недавними обнимашками Мицури, а сами Столпы — Муичиро и Мицури — замыкали шествие, выглядя на удивление умиротворенными.

Прибытие в Поместье

Как только ворота поместья распахнулись, их встретил настоящий переполох. Аой выронила таз с водой, а маленькие помощницы — Суми, Кио и Нахо — с криками радости бросились к ним навстречу. — ОНИ ВЕРНУЛИСЬ! ГОСПОЖА ШИНОБУ! ОНИ ЗДЕСЬ! Шинобу Кочо вышла на крыльцо со своей неизменной мягкой улыбкой, но, увидев состояние Нери и Муичиро, её брови едва заметно дрогнули. Она быстро оценила масштаб повреждений. — О боже, Нери-сан... Муичиро-кун... — прошептала она, подходя ближе. — Вы выглядите так, будто вас пропустили через камнедробилку. И... Кирие-тян? Шинобу замерла, заметив, что Кириэ спокойно стоит под прямыми солнечными лучами, не скрываясь под плащом. В глазах Столпа Насекомого промелькнул научный интерес, смешанный с искренним шоком. — Она... под солнцем? — Шинобу подошла вплотную, осматривая Кирие. — Это... невероятно. — Она теперь особенная, — Нери устало усмехнулась, прижимая Кирие к себе. — И она говорит, Шинобу. Так что готовь лучший чай, у нас будет очень длинная история. Момент в лазарете Спустя час всех наконец-то отмыли и перевязали. Нери сидела на кровати в белой больничной одежде, которая была ей явно велика. Её левая рука снова была покрыта бинтами «для вида», хотя она уже чувствовала, что полностью восстановилась. В палату заглянула Мицури с огромным подносом онигири и сладостей. — Нери-тян! Кириэ-тян! Я принесла подкрепление! Вам нужно много кушать, чтобы восстановить силы! — ЭЙ, РОЗОВАЯ! МНЕ ТОЖЕ ОДНО ДАЙ! — Гриффон спикировал с подоконника прямо на поднос. — Я ТРАТИЛ ПЛАЗМУ КАК НЕ В СЕБЯ, МОИ БАТАРЕЙКИ НА НУЛЕ! КАР-Р! Кирие сидела рядом с Нери на краю кровати. Она больше не была тем безмолвным созданием, что пряталось в коробке. Она с интересом рассматривала Поместье, иногда робко улыбаясь девочкам, которые приносили ей чистую одежду. Она повернулась к Нери и тихо произнесла: — Неро... здесь... тепло. Нери замерла, глядя в её глаза. Она поняла, что в этом странном, жестоком мире они наконец-то нашли место, которое можно назвать временным домом. — Да, Кирие. Здесь тепло, — Нери взяла её за руку. — И больше никто не заставит нас прятаться. Дверь палаты не просто открылась — она практически слетела с петель от мощного удара ноги. — ГДЕ ЭТОТ СЕРЕБРЯНЫЙ ПАНК?! ВЫХОДИ НА СМЕРТНУЮ БИТВУ, Я СЛЫШАЛ, ТЫ ТАМ РАЗНЕСЛА ВСЮ ДЕРЕВНЮ БЕЗ ВЕЛИКОГО ИНОСКЕ! — в комнату ворвался Иноске, как всегда без рубашки и в своей кабаньей маске, размахивая зазубренными мечами. Следом за ним, спотыкаясь и завывая, влетел Зеницу. Его лицо было опухшим от слез, а хаори развевалось на ходу. — НЕЕЕЕРИ-ТЯЯЯЯЯН! — завопил он, бросаясь к кровати и скользя на коленях по гладкому полу. — МНЕ СКАЗАЛИ, ЧТО ТЕБЕ ОТОРВАЛИ РУКУ! Я ТАК ПЛАКАЛ, ЧТО ЕДВА НЕ ВЫПЛАКАЛ ВСЕ СВОИ ОРГАНЫ! ПОЧЕМУ МЕНЯ ТАМ НЕ БЫЛО, ЧТОБЫ ЗАЩИТИТЬ ТВОЮ НЕЗЕМНУЮ КРАСОТУ-У-У... А?! Зеницу резко замолчал, его глаза чуть не вылезли из орбит, когда он увидел Кириэ, мирно сидящую на кровати рядом с Нери под лучами солнца, льющимися из окна. — Она... она... — Зеницу задрожал всем телом, указывая на Кириэ пальцем. — Она сидит на солнце?! И она... ОНА ЕЩЕ КРАСИВЕЕ, ЧЕМ РАНЬШЕ! ПОЧЕМУ ВАМ ВСЕГДА ДОСТАЕТСЯ ВСЁ САМОЕ ЛУЧШЕЕ, А Я СИЖУ С ЭТИМ КАБАНОМ?! Иноске тем временем вплотную подошел к Нери, ткнув пальцем в её перевязанное плечо. — Эй, Ты! Твое пузо всё еще целое? — он прищурился сквозь прорези маски. — Мне сказали, ты там летала и взрывала всё синими молниями! Ты что, украла силу у того Громового Старикашки? — ЭЙ, СВИНЬЯ, ПОЛЕГЧЕ С ПАЛЬЦАМИ! — Гриффон, до этого мирно жевавший онигири, взлетел и завис перед мордой Иноске. — ПАНК СЕЙЧАС НЕ В НАСТРОЕНИИ ДЛЯ ТВОИХ БОДАНИЙ! И ВООБЩЕ, ТЫ ПОЧЕМУ ТАКОЙ ГРОМКИЙ? ДАЖЕ Я ОТ ТЕБЯ ГЛОХНУ! КАР-Р! — ГОВОРЯЩАЯ ЕДА! — Иноске попытался схватить Гриффона зубами прямо через маску. — Я СЪЕМ ТЕБЯ И ОБРЕТУ СИЛУ КРИКА! Нери, наблюдавшая за этим хаосом с нескрываемым раздражением, медленно подняла здоровую руку и дала Зеницу легкий подзатыльник, чтобы тот перестал вытирать сопли об её одеяло. — Ну и цирк... — вздохнула она, но в глазах промелькнула искра привычного озорства. — Иноске, если ты еще раз назовешь Гриффона едой, он поджарит твои беконные бока. А ты, Зеницу... — она посмотрела на блондина. — Успокойся. Рука отросла, Кириэ в порядке, и, как видишь, я всё еще могу надирать задницы. Кириэ, глядя на шумных гостей, тихо рассмеялась. Для неё этот шум был признаком жизни, той самой нормальной жизни, которой им так не хватало. — Друзья... — тихо сказала она. Зеницу мгновенно затих, его лицо вытянулось от шока. — Она... она говорит... — прошептал он, и через секунду снова завыл, но теперь уже от восторга: — У НЕЁ ГОЛОС КАК У АНГЕЛА! НЕРИ-ТЯН, Я ЖЕНЮСЬ НА ВАС ОБОИХ! — Мечтать не вредно, — Нери хищно усмехнулась, сжимая кулак, на котором заискрились синие разряды. — А теперь, раз уж вы здесь, тащите больше еды. Мы с Кириэ проголодались за целую битву.