2.

Джинни тихо подошла к столу и осторожно поставила перед Гарри кружку дымящегося кофе. Уже, наверное, десятую за последние сутки. Аромат свежесваренных зёрен на мгновение заполнил комнату, смешавшись с запахом сигаретного дыма. Гарри едва заметно кивнул в знак благодарности, рассматривая пергаменты и заметки, которые не хотели складываться в единую картину. Дело не двигалось с мёртвой точки. Каждая новая идея, каждый намёк, каждая догадка рассыпались прахом. Их сова по имена Лео. Взъерошенная и явно уставшая после долгого полёта, опустилась на подоконник и постучала клювом в стекло. Джинни поспешила открыть окно, впустив в комнату порыв холодного ветра. Лео протянул лапу и дал понял, что он вернулся без весточки. По правде сказать, они и не надеялись на ответ. Слишком много воды утекло, слишком много обид осталось между факультетами. Но всё равно где-то глубоко внутри теплилась призрачна надежда на то, что кто-то нарушит молчание. Гарри винил себя. Очень сильно винил. Винил так, что эта вина тяжёлым грузом лежала на груди и давила, давила, давила, давила… Она прорастала колючими шипами в каждом в каждом воспоминании, в каждом «если бы». Последний раз они собирались в ресторане в Лондоне в конце декабря 2003 года, чтобы отметить повышение Гарри Поттера до главы Аврората. Гарри до сих пор помнил тот вечер до мельчайших деталей: отблески на бокалах с вином, смех Гермионы. За окном кружились снежинки, а внутри было так тепло и уютно, и казалось, что так будет всегда. Всё было прекрасно, ничего не предвещало беды. Они обсуждали планы на Новый год, спорили, где лучше устроить праздник — у Гарри с Джинни, у Гермионы или вовсе снять домик где-нибудь за городом. Вечер подошёл к концу и Гермиона, склонив голову набок, лукаво улыбнулась и пообещала заехать к ним через пару дней, чтобы всё окончательно решить. Но она так и не появилась. Сначала Гарри гнал от себя страшные мысли. Мало ли что могло случиться? Может, задержалась на работе, может, решила навестить кого-то из старых друзей… Но дни шли, а от Гермионы не было ни весточки. Когда Гарри наконец забил тревогу и отправился к ней домой, оказалось, что до дома она даже не дошла. Просто исчезла, испарилась в в холодном декабрьском воздухе. Вместе с Джинни они перевернули весь дом Гермионы вверх дном, чтобы найти хоть какую-то зацепку. Обыскали каждую комнату, каждый ящик, каждую полку. Перечитали все письма, изучили все записи в ежедневнике, проверили всевозможные места, где могли храниться важные документы или подсказки. Но не нашли ровным счетом ничего. Гарри помнил, как стоял посреди гостиной, сжимая в руках старую фотографию, на которой были запечатлены они втроём, счастливые, на фоне Хогвартса. Пальцы дрожали, а в горле стоял ком, который невозможно было. Он снова и снова прокручивал в голове тот вечер кадр за кадром. Вот они все вместе стоят у выхода из ресторана: Гермиона, раскрасневшаяся от тепла, вина и вмеха, крепко обнимает сначала Рона, потом Джинни, а затем поворачивается к Гарри. Её пальцы привычно, по-дружески, ерошат его волосы, как в школьные годы, когда хотела подбодрить. Гарри невольно улыбается в воспоминании. Он тогда шутливо отмахнулся, а она лишь рассмеялась, сверкнув глазами. Вот Гермиона мило улыбается Рону, что-то говорит ему на прощание, но Гарри не может разобрать слов, но видит, как шевелятся её губы, как в уголках глаз собираются морщинки от искренней улыбки. Потом она машет им рукой, поворачивается и уходит. Уличные фонари бросают золотистые пятна света на тротуар, снежинки кружатся вокруг неё, а она идет, не оборачиваясь, пока не растворяется за поворотом. Гарри, Джинни и Рон ещё какое-то время посидели в ресторане. Обсуждали что-то беззаботное, смеялись, допивали вино, не подозревая что это последний день, когда они видели её. Возможно, это последний день, когда они видели её живой. Потом они разошлись. Рон отправился к себе, а Джинни и Гарри аппарировали домой. Тогда всё казалось обычным, таким привычным. И от этого было ещё больнее — Если бы я только настоял на том, чтобы проводить её. — прошептал он, возвращаясь в реальность. — Если бы мы пошли вместе… Джинни подошла сзади и осторожно положила руку ему на плечо. Её пальцы слегка сжали ткань рубашки. — Гарри… — почти шёпотом произнесла она. — Ты не мог знать. Никто не мог. Джинни чуть приблизилась, и он почувствовал тепло её дыхания у своего виска. В её голосе звучала поддержка вперемешку с такой же болью. Гарри медленно повернулся к ней. Его глаза были полны невыплаканных слёз, а лицо искажала гримаса бессилия и вины. — Где же ты, Гермиона, — прошептал Гарри. Джинни отошла от Гарри и взяла в руки письмо. Она нервно теребила край пергамента, перечитывая строки Виктора Крама в очередной раз. Он обещал сделать всё, что в его силах, чтобы помочь найти Гермиону. Если она появлялась в Болгарии или появится, то Крам узнает об этом и передаст Джинни или Гарри. Спасибо и на этом. Послышался размеренный стук в дверь кабинета. Гарри вздрогнул, пальцы на мгновение замерли над пергаментом, а перо чуть не выскользнуло из руки. — Войдите, — глухо произнёс Гарри, не отрывая взгляда от бумаг. Дверь скрипнула, приоткрываясь, и в проёме появилась Пэнси Паркинсон. Её тёмные волосы были уложены в превосходную причёску, а на губах играла привычная ироничная усмешка. Она лениво окинула взглядом кабинет, задержавшись на стопках документов, разбросанных по столу. — Поттер, ты выглядишь ещё хуже, чем на 3 курсе, — скучно протянула Пэнси. За её спиной тут же показались Блейз, Теодор и Драко. Все как на подбор: сдержанные, подтянутые. Блейз подмигнул Джинни, а Теодор, заметив замешательство Гарри, не удержался: — Рот закрой, а то муха залетит, — и рассмеялся, откинув голову назад. Его смех прозвучал слишком звонко для напряжённой атмосферы. Гарри замер, чувствуя, как внутри всё перевернулось. Он не ожидал, что они все четверо приедут. После окончания школы их пути почти никогда не пересекались, он мало, что о них слышал. И вот теперь они стояли перед ним, готовые помочь. Мужчины, как и следует аристократам, по очереди подошли к Джинни и почтительно поцеловали руку. Драко задержал взгляд на её пальце, где блестело обручальное кольцо, и слегка приподнял бровь. — Милое колечко, — сказал Драко с едва заметной улыбкой, но в глазах читалось что-то похожее на одобрение. Блейз, стоявший чуть позади, нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Его терпение, видимо, иссякло быстрее остальных. — Так и будем стоять, пока ваша золотая девочка непонятно где? — резко бросил он. = У нас нет времени на любезности. Гарри прокашлялся, переводя взгляд от одного к другому. В груди нарастала смесь недоверия, благодарности и тревоги. Он пытался сформулировать мысль, но слова будто застряли в горле. — Вы… вы правда готовы помочь? — спросил он хрипло. Драко сделал Шаг вперед и, глядя Гарри прямо в глаза ответил: — Мы здесь не для светских визитов, Поттер. Говори, что нужно делать. — Что вам понадобится для поиска? — вмешалась джинни, выпрямившись в кресле. — Для начала список всех мест, где Грейнджер точно не было и нет, — деловито начал Драко, прислоняясь к краю стола и скрещивая руки на груди. — Затем список всевозможных мест, где она могла бы появиться. Также нам надо знать, где её видели в последний раз, в чем она была одета и куда направлялась. — Гарри, ты услышал? — спросила Джинни, внимательно наблюдая за шоком мужа. Он тут же замельтешил по кабинету, задевая стопки бумаг, которые с шелестом осыпались на пол. Он нервно провёл рукой по взъерошенным волосам, бормоча себе под нос: — Да-да, конечно… Сейчас… — он бросился к шкафу, рывком открыл дверцу и начал лихорадочно перебирать папки. — Я уже составлял эти списки… много раз… Где же они… — Вы уже ездили в Австралию? — спросил Блейз, лениво присаживаясь на край стола. — Нет, — прорычал Гарри, на мгновение застыв с папкой в руках. Воспоминания о недавнем разговором с Роном обожгли изнутри. — Хорошо, у меня есть там знакомые, — отозвался Забини, взяв из рук Гарри несколько листов и просматривая их. — Отправлю им информацию, они тоже подключатся, — Он достал из кармана мантии тонкий серебряный портсигар, но тут же убрал его обратно, поймав строгий взгляд Пэнси. — Что у неё с Уизли? — неожиданно спросила Пэнси, слегка наклонив голову. Её тон был небрежным, но в глазах читался живой интерес. — Они расстались ещё летом, — ответил гарри, опускаясь в кресло. — Не могу сказать, что на хорошей ноте, но всё же. — Вы уже допросили Уизли? — резко спросил Теодор Нотт, подходя ближе к столу. — Что? Нет! Он не причастен. Тем более он работает в Аврорате, куда ему… — он запнулся, заметив, как Джинни едва заметно нахмурилась, а Драко слегка приподнял бровь. — Я бы не была так уверена на твоем месте, — холодно произнесла Паркинсон, пристально глядя на Поттера. — Держи врага близко, а друга ещё ближе. — Пэнс, ты пересмотрела маггловских фильмов? — усмехнулся Драко и свёл брови к переносице. Паркинсон лишь закатила глаза, но на губах мелькнула слабая улыбка. Она поправила манжету блузки, скрывая лёгкое волнение. Джинни встала и подошла к мужу, мягко положив руку ему на плечо. Её голос стал тише: — Гарри, мы должны проверить все версии. Даже те, что кажутся невозможными. Ради Гермионы. В комнате повисла тяжёлая тишина. Гарри перевёл взгляд с жены на собравшихся — на их серьёзные лица, на готовность действовать. Он глубоко вдохнул, сжал кулаки и кивнул: — Хорошо. Мы проверим всё. Абсолютно всё. — В общем, все документы у нас. Мы начнём работу, я подключу частного детектива из Италии, думаю, дело сдвинется с мёртвой точки, — сказал Драко. — Спасибо, — искренне произнесла Джинни, и её глаза заблестели от наворачивающихся слёз. Она сделала шаг вперед, словно хотела обнять Пэнси, но сдержалась. Гарри лишь молча кивнул всем, его губы дрогнули в слабой благодарной улыбке. Когда уже все собирались уходить, перебрасываясь короткими фразами и собирая разложенные на столе бумаги, Гарри вдруг поднял взгляд и сказал: — Малфой, насчет оплаты, у нас есть… — Поттер, заткнись, — резко перебил его Драко. Он сделал шаг к двери, но на мгновение остановился, обернулся и мягко добавил: — Давай сначала найдём ваш мозг Золотого трио, а потом уже обсудим оплату. С этими словами он развернулся и скрылся за дверью, оставив после себя шлейф запаха дорогих духов и странное ощущение, будто между ними только что что-то сдвинулось с мертвой точки в их отношениях. — Джинни, я тебя обожаю, — тихо произнёс Гарри, когда шаги за дверью стихли. Он резко повернулся к жене, схватил её за руки и притянул к себе. Его глаза теперь светились чем-то новым. — Я буду любить до конца этой жизни и в каждой последующей! — сказал Гарри и поцеловал её в губы, крепко обнимая. Джинни на мгновение замерла, а затем ответила на поцелуй, обвив руками его шею, прижавшись всем телом. Гарри давно не улыбался так. Целых три месяца.

***

Апрель, 2004

Драко невероятно повезло, что его компания могла работать без его непосредственного участия. Мысль об этом дарила странное чувство свободы. Малфой Эликсир в Италии собрал поистине блестящую команду. Драко невольно улыбнулся, вспоминая каждого из них. Да, если он и был генеральным директором, лицом компании, её стратегическим мозгом, то за кулисами кипела работа настоящих профессионалов, выстроивших безупречный механизм. В отделе разработок Блейз, с его острым умом, буквально вдохнул новую жизнь в процессы. Он заражал своей энергией, подбрасывал дерзкие идеи и заставлял команду мыслить нестандартно. Под его началом отдел превратился в кузницу инноваций. Здесь рождались формулы, которые потом покоряли рынок. Драко прекрасно знал, что Блейз не допустит ни застоя, ни халтуры, ни хаоса. Тео, возглавлявший отдел токсинов, действовал иначе. Его стиль был холодным. Он выстраивал протоколы с маниакальной скрупулёзностью, проверял и перепроверял каждый этап, не оставляя места ошибкам. В его лаборатории царил идеальный порядок. Каждый реагент и каждая колба знали своё место. И не дай Мерлин, чтобы что-то стояло не на своём месте. Тео создал систему, где малейшее отклонение от нормы мгновенно фиксировалось и исправлялось. А Пэнси… Пэнси была их щитом и мечом в одном лице. Блестящий юрист, она умела читать между строк, находила лазейки там, где другие видели лишь глухую стену, и парировала атаки конкурентов с изяществом фехтовальщицы. Драко помнил, как она однажды за полчаса разнесла в пух и прах претензии крупного поставщика. С ней компания была под надёжной защитой. Каждый из них выдрессировал свой отдел до идеала настолько, что мелкие нарушения решались на месте, без привлечения высшего руководства. Драко мог отсутствовать неделями, и бизнес продолжал работать как часы. Эта мысль вызывала в нём гордость. Он встал на ноги и только поэтому мог позволить себе такую роскошь. Да, ему невероятно повезло, что у него есть друзья, которых можно спокойно назвать семьёй. Последнее время ему везло во всё. Но стоило мыслям коснуться другой стороны жизни, улыбка погасла. В любви ему не повезло. Совсем. Любовь нельзя купить за деньги. И это, пожалуй, было единственным, что по-настоящему омрачало его благополучную жизнь. На протяжении целого месяца люди Блейза методично прочёсывали всю Австралию. Они побывали от засушливых центральных пустошей до живописных прибрежных городов. Они обшарили каждый уголок, который хоть как-то мог быть связан с Гермионой Грейнджер, наведывались в библиотеки и университеты, где она могла бы искать редкие книги или вести исследования. Особенно тяжёлым оказалось посещение дома её родителей. Блейз лично присутствовал при разговоре и видел, как дрожали руки у миссис Грейнджер, когда она показывала семейные фотографии, как мистер Грейнджер то и дело отворачивался к окну, стараясь скрыть слёзы. Они рассказывали о последней встрече с дочерью в сентябре 2003, о её планах. Поиски не дали никаких результатов. Гермионы там не было. Ни следов, ни подсказок, ни магического следа. Тем временем Драко всё ещё не мог добиться полноценного допроса Уизли. Это начинало его злить и одновременно казалось до абсурда смешным. Он нервно постукивал пальцами по столу, сдерживая раздражение, и думал: «Если тебе нечего скрывать, значит тебе нечего бояться». Но Рон Уизли, вопреки ожиданиям, не выглядел напуганным. Скорее упрямым и раздосадованным, словно его оскорбляла сама мысль, что его подозревают. В конце концов Гарри решил взять дело в свои руки. Он пригласил Уизли в свой кабинет. Там, под приглушенным светом настольной лампы, Рон, глядя Гарри прямо в глаза, горячо клялся в любви к Гермионе. Он повторял снова и снова, что не имеет никакого отношения к её исчезновению, что готов сделать всё, лишь бы её найти. В его словах была искренность или, по крайней мере, Гарри очень хотелось в это верить. Вот только странно, что частный детектив достала некоторые фотографии Гермионы, от которых по спине пробежал холодок. На каждом снимке на заднем плане неизменно маячили трое. Где она их взяла — уму непостижимо. На первой фотографии видно, как Гермиона сидит в парке на деревянной скамейке, укутавшись в тёплый шарф. В руках у неё толстая книга, что-то из классики маггловской литературы. Она выглядит спокойной и погруженной в чтение, но если присмотреться к размытому фону, там, за её спиной, по тропинке неторопливо идут они. Рон что-то оживлённо рассказывает, размахивая руками, Кормак смеётся, а Эдриан, чуть отстав, смотрит прямо в камеру. Или, может, просто мимо? От этого взгляда становилось не по себе. На следующей фотографии видно, как Гермиона устроилась в кафе у окна с чашкой кофе, задумчиво крутя в руках ложечку. А через дорогу, у витрины магазина, снова они. Стоят втроём, будто случайно, но слишком синхронно поворачивают головы в сторону кафе. Кормак поправляет воротник пальто, Эдриан что-то достает из кармана, Рон Оглядывается по сторонам. Частный детектив по имени Джуди молча раскладывала снимки на столе, один за другим, словно раскладывала карты. Её пальцы с аккуратным маникюром слегка задерживались на каждом фото. — Маггловское видеонаблюдение всё‑таки хорошая штука, — наконец произнесла она, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. — Особенно когда кто‑то очень хочет, чтобы его не заметили… но всё равно попадает в кадр. Гарри Поттер долго разглядывал разложенные на столе фотографии, прищурившись, будто надеялся, что при более пристальном рассмотрении странные совпадения рассыплются, утратят зловещий смысл. Пальцы слегка постукивали по деревянной поверхности, выдавая внутреннее напряжение, хотя лицо оставалось почти бесстрастным. Наконец он шумно выдохнул, пожал плечами и небрежно отложил снимки в сторону. — Это просто совпадение, — произнёс он ровным тоном, но в глубине зелёных глаз мелькнуло сомнение. — Они же все живут в одном городе… Конечно, иногда пересекаются в одних и тех же местах. Джуди, стоявшая у окна, резко повернулась к нему. Её губы сжались в тонкую линию, а пальцы непроизвольно сжали край стола. — Возможно, вы просто не хотите смотреть правде в глаза, — заметила она. — Но, Мерлин…. Капля сыворотки правды и всё было бы решено. Никаких догадок, никаких «возможно». Только чистая истина. Поттер на мгновение замер. После долгих споров было решено установить слежку. Каждый возьмет на себя одного из подозреваемых. Рон работал в Аврорате, и его перемещения были относительно предсказуемы. Эдриан Пьюси служил в Отделе Тайн. Кормак же числился в «Пушках Педдл» — команде по квиддичу, что давало ему массу возможностей для внезапных отлучек и встреч. За Кормаком вызвалась следить Джинни Поттер. — Я знаю его манеру, — уверенно заявила она. — И он никогда не заподозрит, что я могу за ним следить. Тем более не забывай, что я тоже в этой квиддичной команде.