Глава 3

Дисклеймер от автора: права на «Гарри Поттера» принадлежат Джоан Роулинг. Я просто играю с ее игрушками. На следующее утро Гермиона взяла отгул на весь день. Она предчувствовала, что день будет напряженным, и не хотела совмещать работу с этим событием. На этот раз Гермиона постаралась выглядеть особенно хорошо: тёмно-синее платье до колена, чёрный блейзер и туфли на каблуках. Наряд был чуть скромнее, чем в прошлый раз, но она не хотела, чтобы Малфой подумал, будто она наряжается для него… хотя так оно и было. Прогулка по тюремному блоку прошла без происшествий, в отличие от прошлого раза. Мельком заглянув в камеру Долохова, Гермиона увидела, что тот спит, тихо всхлипывая во сне. В остальное время она не поднимала глаз от пола, пока её вели в зал для совещаний. Через несколько минут появился Люциус и обнаружил Гермиону уже сидящей за столом. Стражник закрыл за ним дверь и усадил Люциуса на второй стул. В этот раз он выглядел куда хуже, чем при их прошлой встрече. Волосы безвольно свисали ему на лицо, под глазами были темные круги. Кроме того, он слегка вспотел. Тем не менее он кивнул ей с едва заметной улыбкой. — Мисс Грейнджер, вы прекрасно выглядите. Уже приняли решение? — Да, но сначала… с вами все в порядке? Выглядите немного нездоровым, — спросила она. Он снова улыбнулся. — Ваша забота трогает меня и только сильнее убеждает в том, что я выбрал правильного человека. Я подхватил какую-то заразу. Она распространяется по всей тюрьме. Не переживайте, на меня наложили чары, так что без физического контакта я не заразен. Лично я подозреваю, что это драконья оспа. У некоторых других заключенных появляются пятна. — Вы получили необходимые зелья? Люциус покачал головой. — Предположительно, ждут новую поставку. Прошлая партия зелий оказалась просроченной. По словам охранника, через несколько дней должны завезти. Гермиона кивнула. По крайней мере, об этом позаботились. Драконья оспа обычно не становилась смертельно опасной, если её замечали в первую неделю. И всё же Люциус выглядел заметно хуже: осанка уже не была такой безупречно прямой, а сам он казался измученным. — Я надеялся, что мне не придется повторяться, но… Вы приняли решение? — снова спросил Люциус. Она откашлялась и кивнула. — Да. Но сначала я хочу кое-что уточнить. Мужчина закатил глаза и жестом велел ей продолжать. — Я и не ожидал ничего другого. Гермиона ловко достала из кармана листок бумаги, развернула его и положила перед собой. Увидев его, Люциус слегка усмехнулся. — Признаться, я не ожидал, что вы придёте со списком вопросов. Хотя организованность — это неплохо. Она проигнорировала его и прочитала первый вопрос. — Если я всё-таки отправлюсь в прошлое… кем именно я там стану? Люциус кивнул. — Вполне очевидный, но необходимый вопрос. Так получилось, что мои родители спонсировали студентов по обмену. Программа закрылась после войн, но раньше каждый год летом к нам приезжал новый ученик, который жил у нас перед поступлением на шестой или седьмой курс Хогвартса. Как правило, приезжавшие студенты были заинтересованы в том, чтобы после окончания учебы переехать в Англию. И одна девушка как раз должна была поступить на седьмой курс. — И я буду выдавать себя за нее? А делать, когда придет настоящая девушка? — Все очень просто. Вы пойдете на вокзал, встретите ее и наложите чары, чтобы она вернулась домой. Вы весьма хорошо разбираетесь в заклинаниях памяти, не так ли? — Разумеется, он прекрасно знал, насколько хорошо она владеет этой магией. В конце концов, это было частью её работы. — Мы понятия не имели, как она выглядит — только имя и биография. Она сошла со своего поезда, и я лично встретил её там. — И как я должна отучить вас от чистокровного снобизма, если сама буду изображать чистокровную? — спросила Гермиона, приподняв бровь. Люциус рассмеялся. — У моей матери была склонность к благотворительности. Обычно к нам попадали магически одарённые сироты из бедных семей. Мы считали, что все они полукровки, но точно не знали. Когда придёт время, уверен, вы сумеете придумать объяснение, которое устроит моего молодого двойника и объяснит, как среди них оказалась маглорожденная. Мы оплачивали им обучение в Хогвартсе и подготавливали к жизни в магической Британии. — Хорошо. Как её звали? — спросила она, пытаясь вспомнить, знала ли она эту девушку. — Гера Элиас. Она была одной из немногих студенток, которых мы спонсировали в самой Великобритании. Кажется, она была из Кардиффа. В любом случае я знаю, когда прибыл её поезд, так что перехватить её будет несложно. Гермиона вздохнула. — Да, но эта юная ведьма… если я займу её место, то отниму шанс на лучшее образование и нормальную взрослую жизнь. Люциус кивнул. — Так и было бы. К сожалению, взрослой жизни у неё почти не было. Во время Первой магической войны девушка была убита Джозефом Ноттом, после долгих месяцев насилия со стороны него и других мужчин. Гермиона ахнула от неожиданности и прикрыла рот рукой. На мгновение её глаза наполнились слезами, но затем на смену пришла решимость. Отправившись в прошлое, можно спасти хотя бы одну жизнь. — Полагаю, именно это Драко и имел в виду, когда сказал, будто сама история подталкивает всё к этому, — пробормотала она себе под нос. — Действительно, — ответил Люциус, ухмыльнувшись, и слегка кашлянув. — Полагаю, в вашем… списке вопросов не один пункт. Гермиона выпрямилась и снова сосредоточилась на бумаге перед собой. — Чего именно вы ожидаете от меня, когда говорите о смене ваших взглядов на магглов и маглорождённых? Люциус кивнул и усмехнулся. — Делайте всё, что необходимо, мисс Грейнджер. Я признаю, что заставить меня по-настоящему измениться будет непросто. В конечном счете все зависит именно от вас, ведь меня не будет рядом для наставления. Будете ли вы для меня соперницей, напарницей по учёбе, другом… или кем-то большим, решать вам. Гермиона ошеломлённо распахнула глаза. — Кем-то большим?! Не думаю, что вы вообще могли бы захотеть от меня чего-то подобного. Люциус окинул её взглядом, скользя по её телу, словно представляя, что скрывается под одеждой. — Не сомневайтесь, мисс Грейнджер, если бы не обстоятельства моей жизни и не взгляды, с которыми меня воспитали, я бы проявлял к вам очень… живой интерес. Я уверен: если молодой Люциус успеет узнать вас до того, как выяснит, что вы маглорожденная, он заинтересуется… Мисс Грейнджер, только вам решать, какими будут ваши отношения. Если вы всё сделаете правильно, мой молодой двойник примет от вас всё, что вы решите ему дать. Глаза Гермионы округлились еще сильнее, если такое вообще возможно. Невозможно! Она сразу же вспомнила Нарциссу Малфой. Высокая, стройная, светловолосая… воспитанная в чистокровных традициях. — А Нарцисса? Что насчет нее? Что она вообще думает обо всем этом? — Вопрос вырвался сам собой, хотя именно он и стоял следующим в её списке. Конечно, она записала это с намерением узнать, что почувствовала бы женщина, если бы Гермиона вернулась в прошлое, чтобы изменить мужчину, которого та любила. Но уж точно не собиралась выяснять, как Нарцисса отнесётся к тому, что её муж захочет затащить Гермиону в постель. Теперь уже Люциус приподнял бровь, и в его глазах заблестели смешинки. — Я не знаю точно, что бы она подумала, но предполагаю, что ничего особенного. Наш брак с Нарциссой был договорным. Уверяю вас, ни один из нас не был в восторге от этого брака. Мы с ней совсем не подходим друг другу. Мне всегда нравились женщины более… живые. И, думаю, мои предпочтения во внешности сейчас достаточно очевидны. А ей нравятся высокие, мрачные и загадочные мужчины. И не просто так крёстным Драко стал именно Северус Снейп. Одна из причин — возможность находиться рядом с Нарциссой. Я не посвящал Нарциссу в наш план, но уверен: препятствовать она бы не стала. Возможно, это принесет счастье и ей. После рождения Драко мы с Нарциссой были скорее вежливыми союзниками, чем настоящими супругами. Гермиона несколько раз медленно моргнула. Конечно, она знала о браках по договоренности в чистокровном обществе. Это не было чем-то из ряда вон выходящим. Однако было странно, что человек, участвующий в таком браке, так спокойно рассуждает об этом. Большинство супружеских пар, которых она знала, действительно любили друг друга или, по крайней мере, любили когда-то. — Неужели большинство браков между чистокровными такие? — в шоке спросила она. — Некоторые — да. Я не уверен в процентах. Вы могли бы попросить Драко рассказать о другой стороне. Его обручили с Асторией ещё в пять лет. Из того, что он мне рассказал, он действительно влюблен в ведьму. — Гермиона нерешительно кивнула. Она даже не подозревала, что помолвка Драко и Астории была договорной. Похоже, он действительно любил её. — И последний вопрос. Есть ли что-то, чего мне стоит избегать, чтобы повысить шансы на успех? И в плане вас… и в плане попытки предотвратить войны и спасти как можно больше людей? Люциус задумался на несколько мгновений, прервавшись на приступ кашля, который звучал довольно жалко. Наконец он кивнул. — Когда Темный Лорд начал вербовать людей моего поколения, он был довольно жесток. Получение метки — это самая сильная боль, которую я когда-либо испытывал, и я всегда её ненавидел. Я презираю татуировки, и так было всегда. И это было не всё. Перед получением Метки тебя заставляли применить Аваду к человеку, которого ты считал близким. — В моём случае отец привёл магглу, которой дали Оборотное зелье, чтобы она выглядела как моя мать. Мне сказали, что она предала наше дело и её нужно убить. Над этой женщиной уже издевались разными способами, и когда мне приказали её убить, она лишь кивнула… словно сама хотела, чтобы всё наконец закончилось. Я какое-то время сопротивлялся, за что получил множество ударов Круциатусом. Моя левая нога до сих пор иногда дергается. В конце концов мысль о том, что я прекращу страдания «матери», действительно заставила меня сделать это… но воспоминание до сих пор не отпускает меня. Гермиона была в ужасе. Как же так вышло, что она ничего об этом не знала? Это было… чудовищно. Люциус продолжил. — Я был не первым, кого пометили в тот год. По крайней мере, до меня были помечены Антонин Долохов, Родерик Нотт и Грегори Гойл. После того как всё закончилось, нам всем сказали никому не рассказывать, иначе мы сильно пожалеем. Иногда мне кажется, что если бы кто-то заранее показал мне, кем Тёмный Лорд является на самом деле… я бы, возможно, не сделал этот выбор. Гермиона кивнула. — Значит, мне нужно предупредить вас о том, что вас ждёт? — Нет… Я не знаю, откуда у вас эта информация. Если вам удастся разговорить кого-то из них… вы сможете спасти не одного из нас. Пожалуйста, не думайте, что все мы изначально были жестокими монстрами. Многих из нас сломали обстоятельства. — Кого можно спасти? Люциус, казалось, задумался ещё на мгновение, и Гермиона схватила ручку, чтобы записать имена. — Долохов, Регулус Блэк, Северус Снейп и Рабастан Лестрейндж — у них есть шанс. — Больше никого? Люциус покачал головой. — Полагаю, это возможно, но я не знаю, кто именно. Хотя Долохов — единственный, кто учился на моем курсе. Северус был первокурсником, когда я учился на последнем. А Регулус и Рабастан были ещё на год младше него. Возможно, они знают о чувствах других больше, чем я, но я не уверен, что вам удастся с ними сблизиться. Гермиона нахмурилась. — Что ж… времени у меня, похоже, будет предостаточно. Люциус кивнул в знак согласия. — И последнее: по возможности избегайте Беллатрису. С её психикой были проблемы ещё до Азкабана. В школе она испытывала ко мне нездоровую одержимость. Думаю, она убила бы любую другую женщину, с которой я был, если бы я не женился на её сестре. Гермиона побледнела, вспомнив, что ей снова придется жить в одном мире с Беллатрисой. Казалось, что, подружившись с Люциусом, она навлечет на себя гнев темной ведьмы. Тем не менее преимущества перевешивали риски. Она встретилась взглядом с Люциусом. — Я сделаю это. Люциус будто мгновенно расслабился от облегчения. — Замечательно. Вы даже не представляете, как я благодарен вам за готовность помочь. Хотел бы пообещать вам, что всё получится, но не могу. Однако, надеюсь, вы понимаете, что, если вы превзойдете мои ожидания, я… — Его прервал приступ кашля, и Гермиона с ужасом увидела, что, когда он отнял руку, на ней была кровь. Когда он снова начал кашлять, она подошла к нему и, не раздумывая, положила руку ему на плечо. Люциус тяжело осел в кресле, и Гермиона опустилась рядом, осторожно проводя ладонью по его спине, пока его продолжало трясти от кашля. Звук был страшным. По влажному хрипу Гермиона понимала, что крови становится всё больше. «Охрана!» — крикнула она. Стражник открыл дверь как раз в тот момент, когда кашель Люциуса на мгновение прекратился. Гермиона встретилась с ним взглядом, и на лице Люциуса мелькнуло какое-то странное выражение. В следующее мгновение он резко подался вперёд и настойчиво поцеловал её. От потрясения Гермиона застыла, совершенно не понимая, что вообще происходит. В реальность её вернули крик охранника и болезненное шипение Люциуса, которого грубо оттащили назад. Люциус Малфой поцеловал её?! Охранник, не теряя времени, грубо поднял Люциуса на ноги. Люциус усмехнулся. — Молодому Люциусу ты точно понравишься, — хрипло выдохнул он. — Остерегайся Беллатрисы. — Он снова закашлялся, когда его выводили из комнаты. — Драко свяжется с тобой! — крикнул он им вслед. Она стояла в комнате, пока не вернулся охранник. Он посмотрел на неё в замешательстве. — Зачем вы подошли так близко? — спросил он. — Он кашлял кровью… Я просто хотела убедиться, что с ним всё нормально, — растерянно пробормотала Гермиона. — Что ж, вам, наверное, лучше принять какое-нибудь зелье. На вашем месте я бы съездил в больницу Святого Мунго. Зелья должны были привезти сегодня днем, но кашель с кровью обычно не связан с драконьей оспой. — Он посмотрел на неё как на сумасшедшую. Впрочем, вряд ли его хоть сколько-то волновало состояние бывшего Пожирателя смерти. Гермиона понимающе кивнула, и охранник проводил её к выходу. Она сразу же отправилась в Мунго, где её обследовали на предмет возможного заражения. К счастью, всё оказалось в порядке. Гермиона вернулась домой и начала составлять список дел, которые нужно было сделать в течение следующего месяца, чтобы подготовиться к отъезду. Она намеренно старалась не думать обо всех тех, кого ей предстояло оставить. Она всё ждала, что Драко появится, но он так и не пришёл. И даже не попытался объясниться. За час до полуночи она наконец легла спать. На следующее утро её разбудил стук в дверь. Взглянув на часы на прикроватной тумбочке, Гермиона увидела, что было всего семь утра. Она встала с кровати, накинула халат и подошла к двери. На пороге стоял Драко с красными глазами. — Малфой? — растерянно спросила она. — Вскоре, после твоего вчерашнего визита к отцу, я получил письмо от совы, в котором говорилось, что ты согласна, — коротко ответил он. Она кивнула. — Да, так и есть. Мне казалось, ты говорил, что приедешь вчера вечером… Проходи, — сказала она, шире распахивая дверь и отступая в сторону. Драко откашлялся и вошел в комнату, его мантия была мятой, словно он так и не переодевался со вчерашнего дня. — В записке отец также упомянул, что он болен и надеется, что ты не заразилась. Через несколько часов со мной связались через камин и сообщили о его смерти. Судя по всему… что-то случилось с лёгкими. — В отчёте сказано, что у него начался приступ кашля прямо в камере… а потом всё закончилось. Гермиона ахнула и, не раздумывая, обняла светловолосого юношу. — О, Драко, мне так жаль… Она почувствовала, как Драко кивнул ей в плечо, прежде чем отстраниться. Он подошел к дивану и сел, словно не замечая ничего вокруг. — Нельзя сказать, что у нас с отцом были хорошие отношения. Я знаю, что он любил меня, но примером для подражания он точно никогда не был. Не знаю, почему я так расстроен. Гермиона села рядом с ним и взяла его за руку. — Потому что, несмотря ни на что, он был твоим отцом.— Драко ничего не ответил, но благодарно взглянул на неё. После нескольких минут молчания он снова заговорил. — Несомненно, его последним желанием было, чтобы ты довела дело до конца, и я рад, что ты согласилась. Где бы он сейчас ни был… уверен, он всё равно благодарен тебе. И мне тоже легче от мысли, что где-то у него всё-таки может появиться шанс на искупление. Она снова кивнула. — Да… ну… эм… Я заранее записываю план действий. Ты не подскажешь, как сделать так, чтобы мои вещи достались Гарри? Драко кивнул. — Я полагал, что ты оставишь Поттеру какое-нибудь письмо. Прилагая документы на твою квартиру и записку с завещанием, тем самым все уладишь. Министерство учтет это, если при передаче дома новому владельцу документы будут находиться внутри. Чтобы избежать проблем, лучше просто опустошить свои хранилища и оставить всё здесь. — Спасибо. Я так и сделаю. Драко достал из кармана небольшую папку, увеличил её и протянул ей. — Это вся имеющаяся у нас информация о мисс Элиас. Отец подошел к делу основательно. Она должна была приехать только с палочкой и тем, что было на ней надето. И это даже удобно, учитывая, что при перемещении, ты всё равно сможешь взять только то, что будет при тебе. Отец также записал всё, что ей было известно о семье до приезда. Ничего особенного: имена, занятия членов семьи и место встречи. Кроме нескольких коротких писем, ничего нет. Она не упоминала о друзьях. Гермиона открыла папку и пролистала бумаги. — Что мы будем делать дальше? Драко откашлялся, явно немного растерявшись. — В мой день рождения, 5 июня, я приду за тобой сюда ближе к полудню. Мы вместе вернёмся в Малфой-мэнор. Понадобится немного моей крови как наследника рода, чтобы открыть доступ к маховику времени. После этого я вырежу символ на твоей руке и добавлю кровь в сам маховик. Затем мы настроим артефакт и найдём хорошее место для твоего перемещения. Судя по записям, это не больно, но… дезориентирует. Ты прибудешь очень уставшей. Поскольку в Малфой-мэноре тебя пока не ждут, будет время прийти в себя. Всё остальное, что может оказаться полезным, есть в папке. Отец постарался на славу, как и я. Гермиона кивнула, и Драко встал. — Мне нужно идти. У меня… дела. Гермиона встала и пошла с ним к двери. — Я могу чем-нибудь помочь? Может… мне стоит прийти на похороны? Драко неожиданно притянул её к себе и обнял. — Ты уже делаешь для нас больше, чем достаточно. Спасибо, Грейнджер. Что касается отца… твоё присутствие на похоронах вызвало бы слишком много вопросов. Лучше сосредоточься на том Люциусе, которому ещё только предстоит жить. Прощай. Если тебе что-то понадобится, свяжись через камин. Следующие несколько недель пролетели гораздо быстрее, чем ожидала Гермиона. Она начала собирать коробки с именами своих друзей и складывать в них вещи, которые они оценят больше всего. Невиллу — книги по травологии. Джинни — несколько книг по бытовым заклинаниям. Луне — «Мифология волшебных существ». Фотографии Гермиона разделила между всеми, кто был на них вместе с ней, при необходимости делая копии. Конечно, больше всего фотографий досталось Гарри. Счёт в Гринготтсе закрывали с таким видом, будто она лично оскорбила весь гоблинский народ. Впрочем, теперь это уже не имело значения. В то же время она старалась не афишировать свои действия. В свободное время она снова начала вязать и сделала три детских одеяльца. Одно для Поттеров, одно для Лонгботтомов и одно для Малфоев. Она надеялась, что о ней всё-таки будут вспоминать с теплом. Написать прощальное письмо, которое, она была уверена, прочтут многие, было сложнее всего. Она не представляла, как объяснить людям, что добровольно оставляет их всех ради призрачной надежды на лучший мир. И ещё Гермиона не хотела оставлять Драко разбираться с последствиями её выбора. Чувствуя себя немного виноватой из-за того, что присваивает чужую идею, Гермиона всё же решила написать, будто сама создала этот маховик времени. Она спросила Драко, и тот одобрил эту идею. Перед отъездом она несколько раз пыталась повидаться с друзьями, но у них всегда было много дел, и они обещали встретиться завтра. Через несколько дней после смерти Люциуса она всё-таки встретилась с Гарри за коротким обедом, и тот сообщил новость так, словно ждал, что Гермиона обрадуется. — Я понимаю, что о мёртвых плохо не говорят, но что, если мне нечего сказать хорошего? — спросил он в шутку. Гермиона неодобрительно посмотрела на него.— Хотя бы можно признать, что он был готов взять всю вину на себя, лишь бы его семья не пострадала. Да, он был слизеринцем и Пожирателем смерти. Но своим близким он оставался предан до конца. Гарри застонал — Миона, я вообще-то пошутил. Но Гермиона всё равно продолжила — Я понимаю. Но всё же попробуй посмотреть на ситуацию чуть шире. Кроме того, ты… мы ведь понятия не имеем, каким человеком Люциус стал под конец жизни в Азкабане. Может быть, он сожалел о том, что натворил. Может быть, он хотел искупить свою вину. — Чтобы не провести остаток жизни в Азкабане? Я уверен, что так и было, — быстро возразил Гарри. Гермиона вздохнула и сменила тему. Сейчас он бы всё равно её не понял. — По крайней мере, Гарри, пообещай мне, что не будешь плохо относиться к Драко. Каким бы человеком ни был Люциус, он всё равно оставался отцом для него. Какое-то время ты стыдился своего отца и того, что делал Сириус, но это не мешало тебе любить их. Если встретишь его, не заставляй Драко стыдиться собственной скорби. — Это при условии, что Малфой хоть чем-то лучше своего придурковатого папаши, — сказал Гарри, нахмурившись при мысли о своем школьном заклятом враге. — Учитывая, что ты сам выступал в его защиту на суде, я надеюсь, ты знаешь, что это так. Ты в курсе, что он открывает школу для магглорожденных? Начальную школу, куда они смогут пойти, когда подтвердится, что они волшебники и ведьмы? Подумай, как тяжело нам было адаптироваться к новому обществу. Он пытается помочь им, чтобы их приняли и подготовили к жизни в волшебном мире. Гарри неохотно кивнул. — Звучит неплохо… — Да. В качестве одолжения я бы попросила тебя попытаться наладить с ним отношения и двигаться дальше. Он пытается стать лучше и проложить новый путь для своей семьи. Не мешай ему, публично выступая в роли его врага. Врагов у него и без того хватает. А вот друзей почти нет. Гарри застонал и обхватил голову руками. — Тебе повезло, что я так сильно тебя люблю и уважаю, — тихо сказал он. Гермиона наклонилась через стол и мягко накрыла его руку своей. — Да, Гарри, конечно. Никогда в этом не сомневайся… И в том, как сильно я это ценю. Он с любопытством посмотрел на нее, но, если и хотел что-то сказать, передумал. И даже когда в их последнем объятии Гермиона прижала его к себе чуть крепче обычного, Гарри ничего не сказал. Просто обнял её в ответ так же крепко. Примечание автора: Ух ты, кажется, я никогда раньше не писала так быстро. После этого я планирую снизить темп публикации. Надеюсь, что новая глава будет выходить раз в два-три дня. Я не хочу доводить себя до такого состояния, когда приходится выкручиваться, чтобы уложиться в «срок». Большое спасибо всем, кто оставил отзыв! Я так рада, что вам нравится читать эту историю, как и мне — придумывать ее. Пожалуйста, просмотрите и поделитесь своим мнением! Это очень воодушевляет, и, возможно, мне это понадобится, когда мой писательский запал пойдет на спад. На данный момент 33 000 просмотров!