Глава 11

Дисклеймер от автора: права на «Гарри Поттера» принадлежат Джоан Роулинг, я просто играю с ее игрушками. Даже если Гера никогда не будет принадлежать ему, он не сможет взять в жены девушку, к которой не испытывает абсолютно никаких чувств. Он не женится на Нарциссе Блэк. Теперь ему оставалось только убедить в этом третьекурсницу. На следующее утро Гермиона проснулась и собралась на завтрак. Планировка комнат была такой же, как на Гриффиндоре, но в комнате, кроме неё, была только одна семикурсница со Слизерина. Кровать уже была застелена, но когда Гермиона спустилась вниз, на диване сидела девочка её возраста и смотрела на неё. Она мягко улыбнулась. — Анна Гринграсс. Я твоя соседка по комнате. Гермиона улыбнулась в ответ и пожала девушке руку. — Гера Элиас. Мы с тобой единственные семикурсницы? Анна кивнула. — Да. До третьего курса была ещё одна, но её семья переехала в США. Большинство девочек из нашего выпускного курса распределились в Хаффлпафф. Там всего две гриффиндорки и четыре с Рейвенкло. Хочешь пойти позавтракать? Они вместе отправились на завтрак, и Анна показалась Гермионе вполне милой девушкой. Они уже почти дошли до зала, когда Анна вчерашний ужин. — Похоже, Беллатриса тебя недолюбливает, — заметила она. Гермиона фыркнула. — Да. Я не понимаю, в чем её проблема, кроме того, что я не росла в поместье или что-то в этом роде. — С ней всегда всё сводится к трём вещам. Ты победила её на дуэли, оскорбила её семью или привлекла внимание Люциуса? — судя по понимающей улыбке, Анна уже знала, что из этого списка подходит. Гермиона пожала плечами. — Насколько я знаю, Люциус помолвлен. Да и стал бы он вообще связываться с такой, как я, даже если бы был свободен? Анна пожала плечами. — Не знаю. Он довольно замкнутый, и мы с ним особо не общались. Я вообще предпочитаю держаться особняком. — Что ж, спасибо, что решила разделить со мной завтрак. Одно дело — жить одной, и совсем другое — когда тебя игнорируют, когда ты живешь с кем-то. — Анна кивнула и улыбнулась, когда они сели за стол и начали накладывать еду на тарелки. — Что ж, похоже, Беллатрисе стоит беспокоиться только о том, что ей будет мешать собственная сестра, — сказала её новая соседка по комнате, глядя на остальных. Гермиона посмотрела на Люциуса, сидевшего за столом с миниатюрной симпатичной блондинкой. — Довольно странно, — продолжила Анна, — я не припомню, чтобы они когда-нибудь разговаривали. Обычно они избегают друг друга. Гермиона приподняла бровь. — Значит, Нарцисса не так одержима Люциусом, как её сестра? Анна засмеялась. — Нет, я не думаю, что ей даже нравится Люциус. Нарциссу не назовёшь застенчивой, так что, если бы ей было интересно, я думаю, я бы увидела их вместе. — Впрочем, сейчас их беседа выглядела вполне дружелюбной, и говорили они оба довольно оживленно. — И всё же они помолвлены?» — скептически спросила Гермиона. — О, да. Многие старые семьи могут очень серьёзно относиться к своим бракам по договоренности. — Если слова Анны были правдой, то Гермиона могла предположить, что Люциус сейчас пытается разорвать брачный контракт. Будет ли это к лучшему?… И не решит ли он, что в случае успеха они с Гермионой сразу же должны быть вместе? Тем не менее она не стала бы ему мешать. Люциус, похоже, пытается избавиться от влияния отца. Это не может не радовать. Гермиона доела завтрак, стараясь не смотреть в сторону Люциуса, но её прервал Гораций Слизнорт, вручивший ей расписание на семестр. — Мисс Элиас, поскольку ваш первый урок начнется только сегодня после обеда, директор Дамблдор хотел бы видеть вас в своём кабинете при первой же возможности. Возможно, мисс Гринграсс покажет вам, куда идти? — Анна кивнула, и Слизнорт, покачиваясь, удалился. Гермиона и Анна встали и вышли из зала. Так получилось, что они вышли одновременно с маленькой Нарциссой Блэк. Гермиона заметила её, но не подала виду. Когда они дошли до конца коридора и разошлись в разные стороны, Нарцисса остановила её. — Спасибо. Я не уверена, приложила ли ты к этому руку намеренно, но Беллатриса решит именно так. Будь осторожна. — Затем она ушла. Гермиона продолжила следовать за заинтересованно выглядящей Анной в кабинет, размышляя о том, что если Нарцисса имела в виду то, о чем она подумала... Беллатриса будет просто в ярости. — Что ж, это был один из самых интересных завтраков. Добро пожаловать в Хогвартс. Кабинет директора прямо за этой горгульей. Как староста, подскажу пароль: «Кровяные леденцы». — Гермиона попыталась изобразить интерес к движущейся горгулье и появляющейся лестнице и улыбнулась Анне. — Спасибо. Думаю, увидимся на занятиях. — Анна кивнула и пошла дальше. Гермиона поднялась по ступеням, скрывавшимся за горгульей-стражем, охранявшей кабинет директора. Она не совсем понимала, как сказать ему о том, что ей нужно, и надеялась, что всё пройдет хорошо. Поднявшись наверх, постучала в дверь. — Войдите, мисс Элиас, — услышала она голос директора. Гермиона вошла и нервно остановилась перед его столом. — Пожалуйста, присаживайтесь. Не хотите ли желейную конфету? — Гермиона посмотрела на блюдо на столе директора, мысленно отметив, что директор, похоже, ещё не пристрастился к лимонным долькам. Возможно, она могла бы принести ему немного. Она села, немного нервничая. — Мисс Элиас, обычно я приглашаю всех переведённых студентов на встречу в конце первой недели, чтобы узнать, как они осваиваются. Однако вчера за ужином вы, похоже, пытались привлечь моё внимание. Я правильно понял? Чем я могу вам помочь, мисс Элиас? — С любопытством спросил директор. — Чаю? — Он достал палочку и махнул ею в сторону чайника в углу, который начал шипеть и испускать пар. Проследив взглядом за движением палочки, Гермиона посмотрела на Дамблдора. — Сэр, я собираюсь рассказать вам кое-что, что потребует от вас полного доверия к моим словам. Для этого я расскажу вам кое-что о вас, чего не знает больше никто, по крайней мере сейчас. Он слегка усмехнулся, но кивнул, словно подыгрывая ей. — Волшебная палочка в вашей руке — это Бузинная палочка. Вы получили её, сразившись со своим бывшим возлюбленным Геллертом Грин-де-Вальдом. Чего бы директор ни ожидал услышать, явно не этого. Взгляд его стал жёстким, а правая рука сама собой опустилась к боку, ближе к палочке. — Откуда вам это известно? — спросил он таким тоном, будто готовился сразиться с ней за это знание, и Гермиону в который раз с момента его смерти обожгла злость от мысли, как же дорого обошлась миру его жадность. — Вам знакомо имя Том Риддл, — тихо сказала она. В голубых глазах, которые раньше лишь мерцали, вспыхнула ярость. — А что с ним? Он знает о моей палочке? — Нет, сэр. Он не знает. И я бы хотела, чтобы так и оставалось. Том Риддл сейчас дружит с главами многих влиятельных чистокровных семей. В конце концов они окажут ему поддержку, и он возьмет себе псевдоним Лорд Волан-де-Морт, прежде чем выйти на публику. Он и его последователи, Пожиратели смерти, развяжут две войны против британского магического сообщества, которые разрушат наше общество. Страх перед ним будет столь велик, что на протяжении тридцати лет люди будут бояться произносить его имя. В глазах директора появился страх. — Вы провидица, мисс Элиас? — Для этого мира — да. Но у меня нет дара предвидения. Я жила в мире, о котором говорю. Меня зовут Гермиона Грейнджер, я родилась в сентябре 1979 года. Дамблдор резко покачал головой. — Тогда вам не следует больше говорить со мной об этом, мисс Грейнджер. Вы можете нарушить ход событий и усугубить ситуацию! Гермиона покачала головой. — Нет, сэр. Я воспользовалась довольно мощным устройством, которое перенесло меня в совершенно другую временную линию. По сути, я вернулась в прошлое, и после первого изменения возникла новая реальность. Мое собственное время должно идти своим чередом. Я пришла сюда, чтобы предотвратить ужасы, которые видела в своей реальности. Чтобы предотвратить смерть. — И где вы раздобыли столь удивительный артефакт и зачем покинули своё время? Неужели будущее без вмешательства, настолько ужасно? Девушка снова покачала головой. — Я не скажу, откуда у меня это устройство. Я хочу, чтобы его секрет остался нераскрытым — точно так же, как его прежние хранители оберегали его в тайне на протяжении двух веков. Что касается вашего второго вопроса, то в конечном счёте в войнах побеждает сторона света. Я пришла из мирного времени, где всё начало восстанавливаться. Вот только цена этой победы оказалась слишком высока... Слишком много напрасных смертей. — Как долго вы планируете здесь оставаться, чтобы это изменить? Гермиона грустно улыбнулась, в её глазах заблестели слезы. — Директор, это не просто перемещение на несколько часов. Я бы не смогла вернуться, даже если бы захотела. Я останусь здесь до конца своих дней. — Зачем жертвовать мирным временем ради грядущих разрушений? — Моему лучшему другу, Гарри, суждено стать единственным человеком, который сможет победить Волан-де-Морта. На его спине еще до рождения нарисована мишень. Прежде чем он сможет победить Волан-де-Морта, он потеряет родителей и всех, кто мог бы их заменить, многих друзей и надежду на счастливое детство. На его долю выпало больше всего потерь, но я могу составить вам целый список людей, которые лично переживут смерть близких. Население настолько сократилось, что я была искренне потрясена, увидев, как много здесь студентов и первокурсников. — В будущем я буду не согласна со многими вашими методами. Хотя, на мой взгляд, одна из ваших идиом вполне уместна… Я делаю это ради всеобщего блага. Надеюсь, с вашей помощью я смогу предотвратить пытки и гибель сотен людей. Мое личное счастье ничего не значит по сравнению с возможностью спасти жизни тем, кто иначе будет обречён. Дамблдор подался вперёд, и в его глазах заплясали знакомые искорки. — Не могу сказать, что поступил бы так же, окажись я на вашем месте… но что сделано, то сделано. С чего начнём? — Я поклялась кое-кому помочь уберечь некоторых людей от неверного пути. Большинство из них уже учатся или будут учиться на факультете Слизерин. Вот почему я там. Распределяющая шляпа и я решили, что так будет лучше. Что касается этой части моей миссии — не дать людям принять худшие решения в их жизни… Четверо гриффиндорцев с первого курса — Блэк, Поттер, Люпин и Петтигрю — станут травить Северуса Снейпа и унижать его все эти годы. Поттер будет ревновать Северуса к Лили Эванс. В моей временной линии вы в основном воспринимали эти издевательства как детские шалости. В конце концов Сириус Блэк даже уговорил Северуса отправиться к Гремучей иве в полнолуние… — Нет! — воскликнул Альбус, широко раскрыв глаза. — Северуса спасли в последний момент, но вы не слишком сурово наказали Сириуса. Северус покинул школу, думая, что его ненавидят и что он ничего не стоит. Волан-де-Морт пообещал ему власть и месть. И хотя он раскаялся и стал великим человеком и бесценным шпионом, он был непосредственным виновником смерти родителей Гарри — Джеймса и Лили Поттер. Сэр, нельзя позволять ломать этому мальчику жизнь. Северус погибает героем в финальной битве, но при жизни он — несчастный, одинокий человек, который постоянно подвергает себя опасности, чтобы искупить свои ошибки. Альбус с грустью кивнул. — Я постараюсь строже пресекать травлю на всех факультетах. — И я тоже, — нахмурившись, сказала Гермиона. — Я не буду смотреть, как над ним издеваются однокурсники. Директор серьезно посмотрел на неё и снова кивнул. — Что ещё? — Самой могущественной оппозицией Волан-де-Морта была группа под названием «Орден Феникса». В моей временной линии вы создадите его только через несколько лет. Я предлагаю вам создать его раньше. Из тех, кто уже окончил школу, я знаю Аластора Грюма, Аберфорта, Артура и Молли Уизли, Дедала Диггла, Фабиана и Гидеона Пруэттов, Эльфиаса Дожа, Гестию Джонс и Минерву МакГонагалл». Думаю, было бы полезно также навести справки о родителях Кингсли Шеклболта, Августе Лонгботтом, Филиусе Флитвике и Аделине Малфой. Я скажу вам, к кому ещё можно обратиться после того, как они закончат школу… если это ещё будет актуально. Дамблдор кивнул, обдумывая эти имена. — Все они вполне подходят, кроме, пожалуй… Аделины Малфой. Я подозреваю, что её муж — один из тех, кого разыскивает Том. Она мне очень нравилась, когда была моей ученицей, и я бы хотел, чтобы она осталась подольше, но сейчас я не уверен, что ей можно доверять. Гермиона кивнула. — Полагаю, Волан-де-Морт обратился к Абраксасу. Они с Люциусом стали Пожирателями смерти, как и сын Люциуса Драко. Я знаю, что эти двое впоследствии сильно пожалели об этом решении. — И всё же, Аделина, — с надеждой в голосе произнёс Дамблдор. — Она совсем не разделяет идеалы своего мужа. Возможно, это просто догадка, но я чувствую, что она могла бы быть полезной для нашего дела, — сказала Гермиона с легкой улыбкой. — Очень хорошо. Но я прошу, чтобы мы уделили этому время… Есть ли ещё что-то, что мне срочно нужно знать? — В моем времени Волан-де-Морт создал крестражи. Румянец, вернувшийся на щеки Дамблдора, тут же исчез. — Несколько? — К тому времени, когда он наконец будет повержен, их будет семь. Очевидно, что лучше бы он не успел создать их все. На данный момент созданы четыре… возможно, пять. Достать их будет непросто. Он отдал их своим последователям, чтобы те их защищали, даже не подозревая, что у них в руках. Поскольку я планирую помешать как минимум двоим из них стать Пожирателями, найти крестражи будет куда сложнее. Однако до двух из них относительно легко добраться. Дамблдор выглядел так, будто ему было трудно переварить полученную информацию. — Сэр, думаю, на сегодня достаточно. Вам нужно многое обдумать. Имейте в виду… он знает, когда крестраж уничтожают. Думаю, лучше собрать их всех вместе и уничтожить разом… И последнее: он уже приходил сюда в поисках работы? Дамблдор кивнул: — Да. Как раз перед последним учебным годом. — Значит, один уже здесь. Я могу забрать его, если у вас есть место, где его можно спрятать. Дамблдор снова кивнул, хотя было видно, что он едва может сосредоточиться. — Сэр, не отчаивайтесь. По крайней мере, у нас есть шанс подобраться к крестражу так, чтобы Том не узнал. Разумеется, я прошу вас сохранить в тайне то, что я рассказала вам о себе. Думаю, на данный момент нам также стоит держать в секрете информацию о крестражах. — Конечно, мисс… Элиас. Пожалуйста, дайте мне знать, если я могу ещё чем-то помочь. Гермиона кивнула. — Я так и сделаю, сэр. Но большая часть этого подождет до моего выпуска. Сейчас нужно сосредоточиться на своих однокурсниках, пока к ним не обратился Риддл или пока они не столкнулись с трудностями в реальной жизни. — Я понимаю. Спасибо, что доверились мне, мисс Элиас. Я свяжусь с некоторыми из тех, кого вы упомянули, и расскажу им о Томе Риддле. Могу ли я в личных беседах ссылаться на то, что встретился с провидицей? Это будет лучшим объяснением, чем правда. Я не назову вашего имени. Гермиона на мгновение задумалась, а затем кивнула. — Да. Со временем эта легенда может пригодиться и мне самой. — Спокойной ночи, мисс Элиас, — Гермиона вышла, заметив, как директор потянулся к стоящему на краю стола Омуту памяти. Она не сомневалась, что он просидит до глубокой ночи, пересматривая их беседу. Абраксас Малфой наблюдал за тем, как его жена, с которой он прожил 21 год, вышла из их общей ванной комнаты. Она как раз завязывала пояс халата, но ещё не успела затянуть узел. Он вскочил с кровати и подошёл к женщине, которая, как он искренне считал, с каждым годом становилась всё красивее. Абраксас перехватил её руки и начал развязывать халат. — Почему бы тебе не вернуться в постель, Эдди? Я уверен, что смогу тебя увлечь. — Вот как? Ну, пожалуй, я могла бы... — её фразу прервал резкий стук в окно. Аделина оглянулась и отстранилась от Абраксаса. — Письмо от Люциуса! Держу пари, он очень рад, что Геру распределили на Слизерин, — взволнованно сказала она. Она распахнула окно и быстро взяла конвент, оставив окно открытым, чтобы сова могла сама решить, залетать ей или нет. Абраксас проворчал что-то себе под нос и подошёл к жене, узнать, что же там такое важное. Новость просто обязана была быть важной… Когда Аделина начала читать вслух, он передумал, обнял жену и поцеловал её в шею. Дорогие мама и отец, Надеюсь, это письмо застанет вас в добром здравии и вы не слишком расстроитесь из-за того, что в поместье снова так тихо. — Абраксас фыркнул. Он любил сына, но у мальчика была ужасная привычка мешать ему проводить время с женой. Аделина шлепнула мужа и продолжила читать с ухмылкой на лице. Во-первых, я хочу поблагодарить вас за то, с каким усердием вы меня воспитывали, и заверить вас, что я полностью уверен в том, что вы действуете в моих интересах. Мне очень повезло, что я ваш сын. По правде говоря, после разговора с Нарциссой Блэк мы решили, что в наших общих интересах не жениться друг на друге. Что касается деловых отношений, которые должны были сложиться после нашей свадьбы, мы намерены довести их до конца и разделить прибыль или убытки поровну. Я уверен, что вы разочарованы тем, что я не хочу жениться на девушке, которую вы для меня выбрали, но я прошу взглянуть на ситуацию с другой стороны. Союз с Нарциссой всё равно принесет пользу нашей семье в плане укрепления её положения и финансового благополучия, а теперь я могу жениться на женщине, которая ещё больше укрепит наше положение. На данный момент у меня нет планов относительно того, на ком я женюсь. Я ещё недостаточно хорошо знаю здешних девушек, чтобы принимать столь серьезное решение. Тем не менее мы с Нарциссой понимаем, что брак между нами приведет лишь к напряженности и раздорам. Скорее всего, мы ограничимся только одним наследником, поскольку совершенно не подходим друг другу. Если же я женюсь на женщине, которая мне небезразлична, у нас было бы много наследников, что вернёт фамилии Малфой былое величие многочисленного и гордого рода. Пожалуйста, не думайте, что я делаю это, чтобы пойти наперекор желаниям кого-то из вас. Я думаю не только о своём будущем счастье, хотя и надеюсь его обрести, но и о нашей семье. Ваш преданный сын, Люциус А. Малфой P.S. Я уверен, что Сигнус Блэк скоро выйдет с вами на связь. Мы с Нарциссой сегодня оба написали домой о своём решении. Аделина почувствовала, что её муж перестал читать примерно на середине, но сама продолжила. Может быть, ещё не всё потеряно? Неужели Люциус сможет стать человеком, который сам будет принимать решения, а не плясать под дудку отца? Она вспомнила о Гере и снова почувствовала благодарность к девочке. Она не знала, были ли между ними какие-то отношения, но была уверена, что без Геры ничего бы не случилось. — Абраксас? — спросила она, обернувшись. — Поверить не могу, что он так поступил! Кто он такой, чтобы судить, сложился бы их брак или нет?! Наш союз тоже был договорным, однако ты — любовь всей моей жизни! Аделина нежно улыбнулась и приложила руку к щеке мужа — человека, который был так заботлив с ней за закрытыми дверями. — Абраксас, дорогой, по крайней мере, до свадьбы мы находили друг друга привлекательными и симпатичными. Ты же знаешь, что Люциус никогда особо не интересовался мисс Блэк. Честно говоря, я даже рада. Мне кажется, Люциусу нужна женщина, которая была бы чуть более… душевной. Абраксас усмехнулся: — И, полагаю, по-твоему, душевной женщиной была бы эта глупая Гера Элиас! Аделина пожала плечами и отстранилась с легкой улыбкой. — Девушка сильная, умная, уравновешенная и быстро соображает. Если бы она не была бедна и не происходила из сомнительной семьи, ты бы сам запер её с Люциусом в одной комнате, предварительно накачав их любовными зельями и настойками для плодовитости. Абраксас отошел на несколько шагов и начал расхаживать взад-вперед, как всегда делал в стрессовых ситуациях. — Да, но всё же она бедна, и, насколько нам известно, она может оказаться грязнокровкой! Аделина сверкнула глазами. — Ты же знаешь, Эйб, я ненавижу это слово. — Маглорождённой, хорошо, Аделина. Я по-прежнему настаиваю на своём! Наш круг никогда её не примет. Посмотрите на Элиону Долохову! Ты её единственная подруга во всём высшем свете, и даже не думай, будто дела Вона не пошли из-за этого под откос! — возразил он. Аделина улыбнулась и взяла Абраксаса за руки. — Что касается богатства, то у нас самих его более чем достаточно, и приданое нам не нужно. Что касается её происхождения, то род Малфоев может получить ещё больше прибыли. Шеклболты, Пруэтты, Спрауты, Лонгботтомы, Поттеры и Боунсы! Все они — очень влиятельные и богатые семьи, которые не хотят иметь с нами дело, потому что опасаются, что любая прибыль, которую они получат от сотрудничества с нашей семьей, пойдет на подавление их собственных идеалов в министерстве и Визенгамоте! — А Люциус?! Большинство его друзей отвернутся от него. Мальчишка Шеклболт уже его ненавидит и будет всячески ему мешать! Аделина наклонилась и поцеловала мужчину. — Абраксас, любовь моя, меня очень радует, что тебя больше всего беспокоят последствия для нашего сына. Я прошу тебя не поддаваться гневу. Мы даже не знаем, причастна ли эта девушка к случившемуся. Но если это так, и Люциус решил, что предпочел бы её… ты можешь сделать всё возможное, чтобы её приняли. В конце концов, это его решение, и если он считает, что девушка, любая девушка, стоит того, чтобы потерять более консервативных друзей… Пусть сам решает. Ты его отец, ты просто люби его и попытайся смягчить удар. Абраксас замер в её руках, на несколько мгновений погрузившись в раздумья. — Хорошо. Посмотрим, к чему это приведет, но знай одно, Эдди. Я не в восторге… А теперь сними халат. Я напишу мальчику позже. — И я прочту твой ответ до того, как он будет отправлен, — строго сказала Аделина. Абраксас кивнул, и халат соскользнул на пол. От Автора: Ситуация становится все сложнее. Но мне это нравится, потому что я люблю головоломки. Это последняя глава, которую я уже отредактировала, так что у меня будет несколько дней, чтобы отредактировать следующие пять глав или около того. Я уже опережаю вас на 25 тысяч слов, так что впереди еще много интересного! Сейчас я пытаюсь придумать, как правдоподобно свести нужных мне людей. Надеюсь, теперь все лучше понимают, кто такой Абраксас. Учитывая, что в каноне есть целых две строчки, в которых упоминается Абраксас, я сам решила, где его разместить. Как и Люциус в преклонном возрасте, он не обязательно хороший человек, но и не злодей. Он, как и его сын и невестка в каноне, превыше всего ценит семью, даже несмотря на их гордыню и неверные решения. Как я уже говорил, по-настоящему злых персонажей очень мало. Это не значит, что люди не могут совершать дурные поступки. Отзывы, особенно развернутые (хотя я и не жду их постоянно), вызывают у меня улыбку и еще больше разжигают желание писать. Думаю, к среде я постараюсь закончить следующую главу. В следующей главе появятся знакомые лица и начнутся перемены за пределами семьи Малфоев.