Часть 5

Адриану казалось, что он умирает, сидя на уроке. Они с Маринетт шли в школу вместе, и Нино это видел. Его лучший друг весь день бросал на него многозначительные улыбки. На переменах он то и дело пытался вытянуть из Адриана «всю правду». Ему отчаянно хотелось почувствовать юмор, или смущение, или шутливое раздражение. Вместо этого он испытывал лишь грызущую боль в желудке. Он притворялся, как мог, но было лишь вопросом времени, когда Нино заметит, что что-то не так. Когда наступил обед, Адриан на мгновение надеялся, что боль — это просто голод. Это оказалось не так, поскольку один-единственный кусочек еды едва не заставил Адриана броситься в туалет и никак не повлиял на его самочувствие. По обеспокоенному взгляду Маринетт он понял, что она заметила его беспокойство, когда он думал, что его сейчас стошнит. Честно говоря, Адриан был впечатлен тем, как хорошо она с ним справлялась. Настоящая супергероиня, без сомнения. Он пытался заставить себя почувствовать вину, но у него почти ничего не получалось. Он также ожидал большего смущения из-за своего… промаха за пикниковым столом ранее. Когда он признался, что хочет остаться рядом с ней. Что-то в том, как она себя вела — не отступая от него, несмотря на то, каким чудовищем он был… ему казалось, что её присутствие удерживает его от полного развала. Он не знал, что произойдет, если его оставят одного, не считая Плагга. (Адриан боялся оставаться наедине с Плаггом.) После вчерашней карусели эмоций Адриан чувствовал, что становится все более апатичным. Его мысли уносились во все более мрачные места. В минуты затишья он не мог не думать о том, насколько он бесполезен. Он вспоминал новую битву, которую вел с сентимонстром каждый час. Гигантская бабочка-монстр, которая была достаточно сильна, чтобы сдувать героев. Ужасный монстр, похожий на Годзиллу, который сеял хаос с помощью бананов. Вина, который существовал для того, чтобы заставить людей испытывать крайнее раскаяние. Кот Нуар едва не погиб в этих лапах. Все они — монстры. На что был способен Адриан? Он все яснее и яснее понимал, каким бременем он был как Кот Нуар. Ирония обладания Силой Разрушения была для него невыносимой. (Адриан боялся, что Плагг заставит его отказаться от Талисмана.) Утешительные слова Маринетт, сказанные сегодня утром, а также то, что Ледибаг в последнее время почти постоянно проявляет признательность Коту-Нуару, были единственными двумя лучами света, которые он мог разглядеть. Но даже на эти лучи Адриан мог наложить тень. Ни одна из девушек по-настоящему его не знала, они не могли понять, насколько сильно ошибались. Он не мог решить, хочет ли он погрузиться в эти мысли или же хочет отвлечься от них. Ничто не казалось ему привлекательным. После уроков Нино затащил Адриана в комнату для парней. — Чувак! Ты ей сказал? Что она ответила? — Нино загудел от волнения. — Я видел, как вы строили глазки за обедом! Боль. Адриан мечтал быть хотя бы наполовину таким же счастливым и беззаботным, как Нино. Он чувствовал себя таким глупым из-за их вчерашнего разговора, когда Адриан беспокоился только о влюбленностях. — Я ей не сказал, — выдавил из себя Адриан, собрав последние силы. — Я просто столкнулся с ней по дороге в школу. Нино застонал. — Это был твой шанс! Адриан изо всех сил старался не вздрогнуть от руки, которую его друг положил ему на плечо. Он лишь пожал плечами. Другой парень не заметил дискомфорта Адриана. — Ну что ж, — сказал Нино, снова вернувшись к своему весёлому настроению. — В следующий раз, чувак. Выйдя из ванной, Адриан вспомнил, что они вчетвером договорились сегодня поработать над своим проектом. Видимо, все попытки Маринетт отговорить их двоих провалились. — Школа тоже важна! — объясняла Алья. — Как ты сделаешь проект, если позволишь каждой отговорке встать на пути? Думаю, хомяк твоего соседа может подождать ещё час, прежде чем поесть. Маринетт поникла, проиграв битву. Она извиняющимся взглядом посмотрела на Адриана, на что он махнул рукой. В самом деле, что такое ещё один час притворства? Оказалось, ещё один час только с лучшими друзьями — это гораздо хуже, чем школа. Пока его друзья вели себя как обычно и хорошо проводили время, казалось, что стены вокруг Адриана сжимаются. Он забывал, как дышать, когда должен был смеяться над шуткой. Все попытки Нино выступить в роли помощника вызывали у Адриана тошноту. Они не знают, что я притворяюсь. Это было отвратительно, как он просто притворялся человеком, а они даже не подозревали. Было лучше, когда они действительно сосредоточились на работе. Адриан плохо читал из-за постоянно работающего мозга, но, по крайней мере, он мог дышать. Когда прошел ровно час, Маринетт вскочила со своего места. — Ну, посмотри! Время летит, когда учишься, как говорится. Мне нужно бежать, покормить этого хомячка. — Она начала бросать книги в сумку, прежде чем посмотреть на Адриана. — О! Разве ты не говорил, что у тебя это запланировано? Тебе, наверное, стоит поторопиться, чтобы не опоздать! Это обращение привело Адриана в чувство. — О, э-э, да, — сказал он, тоже собирая свою сумку. Аля наблюдала за ними с поднятой бровью. Адриан не заметил, как они с Нино обменялись взглядами, наблюдая за подозрительным поведением своих друзей. — Эм, пока, Маринетт, — недовольно крикнула Алья, когда другая девушка выбежала из библиотеки. — Пока, люблю тебя! Адриан медленно последовал за ней, стараясь как следует попрощаться. Он не хотел, чтобы они подумали, что он уходит с Маринетт, не зная, что для этого уже слишком поздно. Он вздрогнул, услышав, как Алья пробормотала: — Этой девчонке конец, — по пути. ---- Вернувшись в комнату Маринетт, Адриан спокойно сидел на её шезлонге, пока она порхала по комнате, занимаясь неизвестно чем. Её движения напоминали движения насекомого: маленькие, быстрые и непостоянные. Он на мгновение задумался, не оскорбительно ли это, но Ледибаг была одета в костюм насекомого — не может быть, всё так плохо. Давление в груди Адриана привлекло его внимание к Плаггу. Квами вопросительно смотрел на Адриана. У него не было возможности поговорить с Плаггом с утра, когда он был в ванной. Адриан набросился на него за попытку вести себя разумно, вернувшись домой, чтобы поговорить с отцом — это был один из тех всплесков, которые исходят из обиды, и ты позволяешь себе это только тогда, когда действительно доверяешь человеку и знаешь, что он тебя не бросит. Он сразу же извинился, но Плагг отмахнулся, сказав, что понимает. Адриан просто моргнул, глядя на квами. — Как дела? — Прошептал Плагг. Адриан пожал плечами. Это был самый простой способ объяснить пустоту, которая росла внутри него. Глаза Плагга сузились. Наконец, Маринетт плюхнулась на пол перед Адрианом. — Алья смогла организовать встречу с Ледибаг сегодня вечером, — сказала она ему. — Она попросила тебя встретиться с ней возле Эйфелевой башни. По какой-то причине Адриан почувствовал лёгкое удивление. Ледибаг отреагировала очень быстро. Он предположил, что Алья занимала высокое положение как бывшая Рена Руж, у неё была какая-то прямая связь с Ледибаг, о которой даже Кот Нуар не знал. Он не почувствовал никакой ревности. — Это нормально? — спросила Маринетт, когда он не ответил. — Я не сказала ей почему, но думаю, она просто обрадовалась возможности связаться с Ледибаг. Адриан кивнул. — Во сколько? — Сразу после семи вечера. Мысль о том, чтобы повторить эту историю снова… в животе Адриана зародилась паника. — Пойдёшь со мной? — выпалил он, не подумав. Маринетт резко отпрянула, опираясь на руки. — О, ну… кажется, Алья меня не упоминала… Он был готов умолять. Возможно, это было видно по его лицу. — Ну, я понимаю, что многое из этого должно быть деликатным. У Ледибаг может быть информация, которую она не хотела бы раскрывать другим… — Адриан хотел возразить, но Маринетт ещё не закончила. — Простите, — сказала она, выглядя расстроенной. — Обычно я помогаю родителям закрывать магазин в это время! Они могут подумать, что что-то не так, если я уйду. Ах, да, конечно. Адриан немного поник. У Маринетт была своя жизнь, и люди, которые на неё рассчитывали, помимо него самого. — Мне очень жаль, — прошептала она, её глаза заблестели. — Всё в порядке, правда, — сказал Адриан. Он надеялся, что она поняла. Он… справится. ---- В течение следующего часа, пока они ждали 7 вечера, они почти не разговаривали. Телефон Маринетт постоянно звонил, приходили как и текстовые сообщения, так и игнорированные звонки. Адриан предположил, что это Алья, которая расспрашивала Маринетт о её внезапном уходе. Судя по опыту Адриана, это не выходило за рамки обычной эксцентричности Маринетт. Видимо, Алья, как её лучшая подруга, смогла это разглядеть. Нино тоже писал. Не было никаких сомнений, что они вместе. Адриан ответил лишь на несколько сообщений, самых простых. В какой-то момент Натали написала, спрашивая, почему Адриан ещё не вернулся из школы. Потребовалось около двадцати минут мучительного переживания, прежде чем Адриан показал сообщение Маринетт. Он не знал, как с этим справиться, не мог придумать никаких оправданий. — Ты не против? — спросила Маринетт, потянувшись за его телефоном. Он передал его, и его сердце успокоилось в тот момент, когда телефон покинул его руки. Его подруга напечатала для него сообщение. Она повернула телефон к нему, чтобы он мог прочитать сообщение, прежде чем она его отправит. Адриан: Нино пригласил меня переночевать, поэтому я у него дома. Адриан никогда раньше не отправлял подобных сообщений. Он никогда раньше не ночевал в чужом доме. Ну, за исключением прошлой ночи. В конце концов, он понимал, что это не сработает, но всё равно дал Маринетт разрешение. Ему было всё равно. Тем же мгновение раздался звук нового сообщения. — Сначала тебе нужно спросить разрешения у отца, — прочитала Маринетт. Или, вернее, перефразировала — сообщение выглядело длиннее. Её лицо исказилось, словно она попробовала что-то прогорклое, выражение её лица отражало чувства Адриана. Даже не дожидаясь ответа Адриана, Маринетт начала набирать ответ. Адриан: Передай ему, пожалуйста, от меня. Он едва сдержал смех, когда она показала ему своё сообщение. Всегда было как-то странно так бросать вызов отцу и Натали. Обычно это сопровождалось страхом, но сейчас он испытывал лишь лёгкое волнение. Если бы его мир не стал таким приглушённым за день, Адриан мог бы подумать, что это похоже на то, что чувствуют обычные бунтующие подростки. Хотя Адриан был совсем не нормальным. Маринетт отправила сообщение за него. Он ожидал немедленного ответа, но на этот раз Натали ответила лишь через несколько минут. — Она просто сказала «хорошо», — сказала Маринетт, подняв брови. — Она очень зла на моего отца… — Адриан задумался вслух. Может быть, Натали расскажет ему больше, если он подойдёт к ней. И всё же его беспокоило то, что она вообще об этом знала. Сколько же на самом деле было секретов? Адриан отогнал эту мысль. Отгонять мысли становилось его новой специализацией. До семи оставалось всего несколько минут, Маринетт поднялась с пола, нервно сжимая руки. — Прости, что я не пойду с тобой, Адриан, — сказала она. Он покачал головой. Адриан не хотел быть ещё большей обузой, чем он уже был. Он встретится с Ледибаг наедине, и что бы ни случилось, то и случится. Если Адриан окончательно сломается, пока её не будет, это будет просто ещё одной проблемой для всех. Они спустились по многочисленным ступеням дома Маринетт на первый этаж. Здесь Маринетт повернулась к Адриану, выглядя нервной. — Всё будет хорошо, — сказала она, избегая смотреть ему в глаза. — Ледибаг поможет. Адриан лишь кивнул головой. — Знаю, — сказал он. Затем, неожиданно, Маринетт обняла Адриана. Он затаил дыхание от удивления, не зная, стоит ли отвечать на объятия. Она крепко сжала его на долю секунды, прежде чем отстраниться. Когда она отстранилась, Адриан заметил, что её глаза плотно закрыты. — Вернись ко мне, — прошептала она. Затем она проскользнула в дверь пекарни, оставив Адриана с открытым ртом. — Уже влюблённые голубки? — Протянул Плагг, лениво выскользнув из-под рубашки Адриана. Это заставило Адриана захлопнуть рот. Его щеки лишь слегка покраснели, выдавая его смущение. — Правда, Плагг, сейчас не время, — пробормотал он печально. На самом деле, для этого никогда и не будет времени, по мнению Адриана. — Почему нет? — пожаловался Плагг. — Это она тебя обняла! Адриан решил проигнорировать это. — Мне нужно добраться до Эйфелевой башни. — Кот Нуар доберется туда быстрее, — сказал Плагг, и в его голосе читалась самодовольная заговорщическая ухмылка. На Адриана это подействовало. По крайней мере, это означало, что у Плагга пока не было намерений заставлять Адриана возвращать кольцо Ледибаг. (Если, конечно, это не была просто последняя поездка.) Оказавшись снаружи, в переулке, Адриан трансформировался. Он почувствовал, как сверхчеловеческая сила распространяется по его конечностям, а кошачий слух наполняет его мозг всеми дополнительными звуками. И он всё ещё не чувствовал… почти ничего. Подавив вздох, Адриан взбежал на ближайшую крышу и помчался к Башне. Он добрался туда слишком быстро. Найдя укромный куст, за которым можно было вернуться в обычное состояние, Адриан почувствовал, как у него перевернулся желудок. Он боялся, что придётся повторять свою историю. Адриан вышел на траву перед Башней. Маринетт не уточнила, где встретиться, поэтому он предположил, что Ледибаг найдёт его. Он не пробыл там и минуты, как героиня приземлилась прямо перед ним. — Адриан Агрест! Ого, ты сюда так быстро добрался… То есть, просто здорово снова тебя видеть! Адриан едва расслышал её. При виде её его чуть снова не вырвало. Он почувствовал, как паника подкрадывается к нему, и у него буквально провалилось в желудок. Снова и снова доказывалось, что он никогда не будет достаточно хорош для неё. С самого начала. — Адриан! Ты в порядке? — Красные пятнистые руки коснулись его плеч. Он закрыл глаза, собирая последние силы. Он хотел сохранять спокойствие ради неё. Конечно, он мог хотя бы это сделать. — Ледибаг, мне нужно тебе кое-что сказать, — сказал он, на этот раз встретившись с ней взглядом. Она выглядела обеспокоенной, но, как обычно, готовой к делу. Поразмыслив немного, Ледибаг сказала: — Пойдём куда-нибудь в укромное место. Можно? — Она протянула ему левую руку, а в правой держала наготове йо-йо. Он понял, что она имела в виду, и кивнул. Его леди обняла его, притянув к себе. Затем они поднялись в воздух и, раскачиваясь, приблизились к Эйфелевой башне. Она высадила их на их обычной площадке для встреч. По привычке и случайно Адриан сел на своё обычное место. Ледибаг последовала его примеру, сев напротив него. — Всё… в порядке? — спросила Ледибаг, когда стало ясно, что Адриан не собирается начинать разговор. — Нет, — ответил Адриан. Он знал, что ведёт себя капризно. Он пытался затянуть время. — Можешь рассказать, что случилось? Это был уже третий раз, когда он пересказывал эту историю. Он отчаянно этого не хотел. Адриан ломал голову, пытаясь найти способ сократить рассказ. Сначала он попробует краткую версию. Если ей понадобится от него больше, он, наверное, решит эту проблему позже. И вот, словно срывая пластырь, Адриан глубоко вздохнул и выпалил: — Я сентимонстр, и Феликс тоже, и мои родители и Натали знают. Ледибаг несколько мгновений молчала. Адриан не смотрел на неё. — О, Адриан, — наконец прошептала она. Слёзы снова текли из его глаз. Он ненавидел это. Одной рукой она обхватила его подбородок, направляя его взгляд на себя. Она выглядела грустной и обеспокоенной, но не испытывала отвращения или страха. Так и должно быть. Ледибаг не понаслышке знала, на какие ужасные вещи способен Феликс — на какие ужасные вещи он с ней сделал. Адриан, должно быть, способен на такие же ужасные вещи. Даже больше, если бы он превратился. Но Ледибаг этого не знала. — Адриан, я хочу, чтобы ты меня очень внимательно выслушал, — мягко сказала она. Ее рука все еще лежала на его лице, словно она боялась, что он убежит, если она не удержит его здесь. Возможно, она была права. — Ты не сентимонстр. Ты не монстр. Адриан услышал эти слова, но... — Талисман павлина само по себе не является злом. Ни один из чудесных талисманов не является таковым. Тот факт, что Монарх и Маюра использовали их во зло, не означает, что каждое творение чудесного талисмана — зло. Конечно, Адриан уже знал это. Это не меняло того факта, что… — Ты об этом не знаешь, но однажды Маюра создала разумного человека, который должен был быть моей копией. В какой-то момент Маюра уронила свой предмет — брелок с Эйфелевой башней, — сказала Ледибаг с лёгким смехом. Она опустила руку, проследив за ней взглядом. — Адриан, она была просто девочкой. Когда Маюра не отдавала ей приказы, она была просто человеком. Я дала ей брелок, а затем мы с Котом Нуаром предложили ей сразиться с нами. Она выбрала помочь нам победить Маюру. Ледибаг на мгновение замерла, нахмурив брови. Адриан явно знал, к чему всё идёт. Как он мог забыть о ней? Когда Ледибаг снова посмотрела на Адриана, в её выражении лица читалась печаль. — Маюра убила её прямо там. Она отменила амок, и Сентибаг… Она могла бы прожить целую жизнь. С этим предметом в руках она была точно такой же, как и все остальные. Человеком. Слеза стекла по маске Ледибаг, и она быстро вытерла её. Адриан вытер лицо. — Ты понимаешь, что я тебе говорю? Адриан кивнул. Он кивал, кивал и кивал, продолжая вытирать слезы, потому что они не прекращались. Адриану потребовалось некоторое время, чтобы снова успокоиться. Он полностью игнорировал то, что уже знал о природе творений Павлина. На самом деле, он просто боялся и был обижен. Обижен ложью своей семьи. Боялся отца, того, что тот мог скрывать такое. И всё же он чувствовал себя чужим. Его жизнь была связана с предметом. Он даже не знал, что это за предмет. Обладатель Талисмана Павлина мог «отменить» свою жизнь в любой момент, как Маюра отменила жизнь Сентибаг. Он был хрупким, как пёрышко. Это ничуть не лучше, чем быть монстром. — Могу я поделиться своим мнением о том, что тебе следует делать дальше? — спросила Ледибаг спустя некоторое время. — Да, — ответил Адриан. Его голос был прерывистым шепотом. — Я понимаю, что тебе сейчас, наверное, тяжело. Мне очень жаль, что от тебя так долго это скрывали. Пожалуйста, постарайся принять это и прийти в себя. В тебе и в том, кто ты есть, нет ничего плохого. Она сделала паузу, чтобы дать ему осмыслить услышанное. Затем… — Думаю, тебе стоит начать искать свой предмет. Спроси… Феликса, если тебе когда-нибудь удастся с ним связаться. Я знаю, что он стал очень скользким типом с тех пор, как… — Ледибаг откашлялась. — Или Натали, если ты думаешь, что она знает. Найди кого-нибудь, кто сможет тебе помочь. — П-правильно, — сказал Адриан, уже чувствуя себя подавленным. — Я также хотел бы предложить свою помощь. Я могу выломать любую дверь, которая тебе понадобится. Уверен, ты знаешь, что Талисман Павлина находится в руках Монарха. Узнать что-нибудь о том, как оно оказалось у него, может стать огромным шагом к его победе и спасению Парижа раз и навсегда. Он понимал, что нужно поймать Монарха. Это была одна из тех областей, о которых он намеренно старался не думать. — Спасибо, Ледибаг, — сказал он, склонив голову. Его Леди взяла его за руку. — Конечно. Пожалуйста, свяжись со мной, если тебе что-нибудь понадобится. Через несколько минут Адриан решил, что ему больше не о чем говорить, по крайней мере, пока. Они встали, и Ледибаг подошла ближе, чтобы помочь ему спуститься. — Эм, кстати, Адриан… — начала она, рукой обхватив его талию. — Ты не против, если я расскажу об этом Коту Нуару? Это удивило Адриана. — Почему? Ледибаг прикусила губу и отвела взгляд. — В последнее время я плохая напарница. Я стараюсь скрывать от него меньше секретов. Я действительно думаю, что это может быть подсказкой, и я хотела бы рассказать ему всю историю. Ошеломлённый, Адриан не ответил сразу. Она действительно пыталась завоевать его сердце, не так ли? Она боялась снова задеть его чувства. Он не мог описать свои ощущения, кроме сильной боли в груди. Это была хорошая или плохая боль? Она действительно ценит Кота Нуара. — Ты можешь сказать «нет», — тихо сказала Ледибаг. Было ясно, что она не хочет, чтобы он это говорил. — Нет, извини, всё в порядке, — наконец сказал Адриан. — Можешь сказать ему. Маленькая часть Адриана болезненно интересовалась, как она передаст ему это. Если бы только он мог избавить её от хлопот, раскрыв себя. Ледибаг оставила Адриана там, где нашла его в траве, попрощалась и улетела. Как обычно, Плагг выглянул из кармана рубашки. — Нуууууууууу? — Что, ну? — Ну как ты? Тебе стало лучше после того, как Ледибаг рассказала тебе то, что ты и так знал? — Плагг всегда говорил прямо. Адриан знал, что квами проявляет свою любовь тайной заботой и вонючим сыром. Тот факт, что он был так легкомысленен, лишь означал, что он заботится об Адриане. Адриан выдавил из себя лёгкую улыбку для своего маленького друга. — Я… — На этот раз он не знал. Возможно, это было улучшением по сравнению с тем, что было явно не в порядке. — Спроси меня ещё раз через несколько дней, — сказал он вместо этого. Плагг фыркнул. Адриан решил вернуться к Маринетт. Это дало Плаггу достаточно времени, чтобы поделиться с Адрианом своими мыслями о сыре за весь день. Парень просто слушал, впервые за день понимая, что кто-то предлагает ему хоть какую-то нормальность. Завтра суббота. Адриан знал, что хотя бы сегодня он сможет поспать, а завтра сможет поговорить с Маринетт. Она могла бы помочь ему составить какой-нибудь план. Кстати, о Маринетт: она расхаживала перед дверью пекарни, когда он подошёл. Она заметила его, когда повернулась, чтобы пойти в другую сторону. — Адриан! На его лице снова появилась лёгкая улыбка. Это были две улыбки с разницей всего в несколько минут. — Как всё прошло? — спросила она, подбегая к нему. Его взгляд неотрывно следил за её развевающимися косичками. — Она… сказала мне то, что мне нужно было услышать, — сказал он. Он чувствовал себя таким подавленным в тени её волнения. И всё же на её лице расцвела самая лучезарная улыбка, такая яркая, что ему почти пришлось прищуриться. — Это замечательно! Я так рада. Маринетт начала вести его обратно в свою комнату. Они прокрались через первый этаж дома, и его друг сказал ему, что хотя её отец рано лёг спать, она всё равно не хочет рисковать тем, что мама их услышит. Проблеск вины напомнил Адриану, насколько сильно он её обременяет. В её комнате на столе стояли две тарелки с едой. — Ешь столько, сколько хочешь, — сказала она ему, усаживая их двоих на шезлонг, чтобы поесть. К сожалению, аппетит Адриана так и не вернулся. Он мог только ковыряться в еде. — Извини, — пробормотал он, когда Маринетт убрала его тарелку. — Не извиняйся, — серьёзно сказала она. Остаток вечера пролетел быстро. Маринетт не стала расспрашивать его о подробностях встречи с Ледибаг, хотя было ясно, что ей это интересно, и он ничего не стал рассказывать. Он устал. Измучен. Он хотел поговорить с ней, но решил подождать до завтра. Маринетт снова попыталась предложить ему свою кровать, но он отказался. — Правда, Адриан, я не против, — настаивала она, но Адриан был непреклонен. Поэтому он свернулся калачиком на шезлонге, обнаружив, что там удобнее, чем он ожидал, с одеялом и подушкой. Сон быстро одолевал его, поэтому ему нужно было высказаться первым. — Маринетт? Он услышал, как она заерзала на кровати. — Да? — быстро ответила она. — Спасибо. — Он не знал, как выразить свою глубокую благодарность. Она ответила не сразу, как он ожидал. Когда же она ответила, это был столь же неожиданный ответ. — У тебя есть стремления. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы вспомнить, что он сказал тем утром. — Ты хотел учиться в школе, и тебе это удалось. — Её голос был таким тихим и нежным, что Адриану приходилось напрягать слух. Его сладость почти усыпляла его. — Ты хотел бросить модельный бизнес, и тебе это удалось. Ты борешься за себя каждый день. Пожалуйста, продолжай в том же духе. Он не мог держать глаза открытыми. — Спасибо, — попытался он повторить. Он не знал, сорвались ли эти слова с его губ.