Глава 2. Дыхание на шее

Ли Сянь встретила рассвет без сна. Она сидела на краю чужой кровати, сжимая в руках клинок. Его холодная сталь была единственным напоминанием о том, кто она есть на самом деле. В дверь вошёл Цзинь Чжэнь. Он был одет в простой тёмный халат, и это делало его ещё более опасным. Он двигался легко и тихо, как хищник. — Время работать, — сказал он, кладя на столик свёрток. — Надень это. Твоё прежнее платье — для чужих глаз. А это — для наших дел. В свёртке лежало платье цвета тёмной ночи. Простое, но дорогое. Она повернулась к нему спиной и начала переодеваться. Она чувствовала его взгляд на своей коже — тяжёлый и оценивающий. — Что я должна делать? — спросила она, закалывая волосы. — Сегодня тебя пригласили на чаепитие. Жёны моих генералов будут жалеть «бедную пленницу» и выпытывать у тебя всё, что знаешь. Твоя роль — быть тихой, напуганной и благодарной за их жалость. Запомни каждое слово. Особенно то, что говорят между делом. Он подошёл так близко, что она почувствовала тепло его тела. — А что я получу? — она не отступила, подняв на него глаза. — Завтра твоим людям в лагерях выдадут двойной паёк и тёплые одеяла. Не как милость, а как плату за твою работу. И ты сама увидишь отчёты. Честно. Его дыхание коснулось её губ. Внезапно в груди стало жарко и тесно. Это была не ненависть. Это было что-то новое и тревожное. — Договорились, — прошептала она.

***

Чаепитие было пыткой. Женщины в шелках обступили её, касались её рук, заглядывали в глаза. Их слова текли, как мёд, но в воздухе висела ложь. — Милая, он, наверное, ужасно груб? — спросила жена генерала Лю, и её пальцы сжали запястье Ли Сянь чуть сильнее, чем нужно. — Он… мой господин, — опустила глаза Ли Сянь, заставляя голос дрожать. Одна из женщин почти не говорила. Молодая жена министра Вэня. Её звали Мэй. Её глаза были полны такого же страха, который Ли Сянь видела в зеркале. Она не враг. Она жертва, — мелькнула мысль. Это было важно. Вечером Цзинь Чжэнь ждал её в её же покоях. Он стоял у окна, очертания его фигуры были четкими в свете заходящего солнца. — Что узнала? — спросил он, не оборачиваясь. Она четко перечислила всё: кто спрашивал, кто намекал, кто молчал. Когда она упомянула Мэй, он медленно повернулся. — Её семья в заложниках у мужа. Она боится его больше, чем меня. Это слабое место. Он подошёл к ней. Расстояние между ними снова исчезло. Его рука поднялась, и большой палец провёл по её щеке, стирая несуществующую пылинку. Прикосновение обожгло, как удар тока. — Ты была идеальна. — Я просто сделала, что должна. — Именно это и ценно, — его голос стал тише. Он наклонился, и его губы почти коснулись её уха. — Завтра ты будешь стоять рядом со мной на утреннем совете. Пора показать всем, что ты не пленница. Ты — моё оружие. И моя защита. Он отступил и вышел. Ли Сянь осталась одна, щека всё ещё горела. В воздухе висел его запах — кожи, железа и чего-то неуловимого. Она медленно выдохнула. Багровый халат лежал на полу, но теперь он казался не саваном, а первой броней. Враг стал союзником. А в её крови, помимо ярости, зажёгся новый, опасный огонь. Она не знала, что это. Но это заставляло её чувствовать себя живой.