Глава 3. Часть 11. Ох уж эти Уизли.

Хэллоуин Хогвартс встретил в Большом зале, среди летающих тыкв и живых призраков и множества сладостей на столах. — Обожаю этот праздник, — заявил Фред, набивая рот конфетами. — Можно пугать Перси, и мама не ругается! — А ещё можно наложить заклятие на пирожки, — добавил Джордж, подмигивая Софье. — Хочешь попробовать? — Что вы туда положили? — Секрет фирмы. — Это опасно? — Смертельно. Для тех, кто не любит щекотку. Они хохотали, танцевали (Фред отплясывал с тыквой на голове), ели до отвала и чувствовали себя абсолютно счастливыми среди других таких же весёлых студентов. А потом, когда праздник закончился и все разошлись по спальням, Софья стояла у окна в гостиной и смотрела на луну. — Не спится? — Джордж появился бесшумно, как привидение. — Не знаю. Просто… всё думаю. — О чём? — О том, что год назад я боялась всего, что было вне семейного поместья. А теперь… теперь это всё мой дом. — Это и есть дом, — кивнул Джордж. — Для всех нас. Он постоял рядом минуту, потом зевнул и поплёлся в спальню. — Спокойной ночи, Соня. — Спокойной ночи, Джордж. Ноябрь принёс новые приключения. Близнецы нашли карту Мародёров. Они рассказали, что однажды шарились в каморке Филча и нашли какой-то пергамент и решили его забрать. В один день на пергаменте появилась фраза, и когда близнецы навели палочку, то она заработала, и с того дня они с ней не расставались. С ней их жизнь изменилась. Карта стала их тайным оружием, их пропуском в любые приключения, их самым большим секретом. — Только никому, — строго сказал Фред Софье, когда они впервые показали ей карту в гостиной. — Даже Лилии. Даже Эбби и Линде. Это наша тайна. — Почему мне показываете? — удивилась Софья. — А ты своя, — просто ответил Джордж. — Ты никому не расскажешь. Вскоре состоялся первый матч по квиддичу. Гриффиндор против Слизерина. Софья никогда не думала, что спорт может вызывать такие эмоции. Но когда она увидела близнецов на мётлах в форме цвета «кроваво-красный» (как выразился Фред), у неё внутри всё перевернулось. Трибуны полны студентами всех курсов и факультетов. Все учителя сидят на башнях, чтобы понаблюдать за этой битвой. — Только не убивайтесь, — прошептала она, глядя, как они взлетают. Матч был безумным. Близнецы носились по полю, как ужаленные, и бладжеры летали во все стороны. На третьей минуте Фред запустил такой удар, что слизеринский ловец чуть не свалился с метлы. На седьмой — Джордж отбил бладжер прямо в спину слизеринскому загонщику, и тот заорал так, что было слышно, наверное, во всём Хогвартсе. Все трибуны кричали поддержку за свой факультет. — ЭТО НАШИ МАЛЬЧИКИ! — орала Эбби, размахивая флагом. — ВПЕРЁД, ГРИФФИНДОР! — Сядь ты! — шипела Лилия, но сама смотрела не отрываясь. Линда на матч не пошла, решила остаться в библиотеке, заявив, что ей нужно готовиться к зимней сессии, хоть до неё ещё месяц. Гриффиндор выиграл. С разгромным счётом, и всё благодаря не только ловцу, но и благодаря великолепным загонщикам. Когда близнецы приземлились, их качала вся команда. Софья прорвалась сквозь толпу первой. — Вы… вы… — она не могла подобрать слов. — Крутые? Гениальные? Самые лучшие загонщики в истории? — подсказал Фред. — Безумные, — выдохнула она. — Вы безумные. Я… я никогда так не болела. — А ты попробуй, — Джордж вдруг схватил её за руку и потащил к выходу с поля. — Пошли! — Куда? — На башню. Смотреть на звёзды. Отмечать победу. — Я… я с девочками… — Они уже там! — крикнул Фред, подхватывая Эбби под руку. — Лилия, тащи пледы! И они побежали все вместе — по коридорам, через лестницы, смеясь и задыхаясь, — потому что в двенадцать лет счастье измеряется не в словах, а в беге и смехе и в том, что рядом те, кто нужен. На астрономической башне было холодно и красиво. Они сидели на полу, закутавшись в пледы, которые Лилия стащила из гостиной, и смотрели на звёзды. Фред и Джордж всё ещё перебирали в воздухе, изображая свои подвиги. Эбби дремала на плече у Лилии. А Софья сидела в стороне и смотрела на них. — Сонь, — позвал Джордж тихо, чтобы не разбудить Эбби. — М? — Ты как? — Хорошо. — Правда хорошо? Она повернулась к нему. В темноте его глаза блестели, отражая звёзды. — Правда. Я… я счастлива. — Это хорошо, — кивнул он. И они замолчали, глядя на небо. Где-то далеко, в холодном поместье, отец, наверное, снова не разговаривал с матерью, а Деймон строил свои тёмные планы. Но здесь, на этой башне, всего этого не существовало. Был только ветер, звёзды и рыжий мальчик рядом, который теперь вдруг стал сиять для Сони ещё ярче. Прошли первые экзамены второго курса. Соня, как всегда, успешно всё сдала, и уже можно было готовиться к празднику и каникулам. Рождественские каникулы на втором курсе Софья встретила с тяжёлым сердцем. Она надеялась, что отец разрешит ей остаться в Хогвартсе хотя бы в этом году. Некоторые студенты с её курса оставались в Хогвартсе — у кого родители работали, у кого просто не было возможности уехать. Но когда она робко заикнулась об этом в письме домой, ответ пришёл жёсткий и быстрый: «Фросты проводят Рождество вместе. Это не обсуждается. Жду тебя 20 декабря. Отец». — Опять? — Джордж увидел её лицо, когда она читала письмо за завтраком. — Опять. — Может, напишешь, что болеешь? — Он пришлёт кого-то проверить. — Мы будем писать. Каждый день. Обещаю, — сказал Джордж. — И я, — кивнул Фред. — А если что — свистни. Мы прилетим. — На чём? — На мётлах! Долетим как-нибудь. Софья улыбнулась, хотя на душе скребли кошки. Соня вернулась обратно домой. Поместье встретило её привычным холодом. Отец даже не вышел. Мать поцеловала в щёку сухими губами и тут же нашла повод удалиться. А Деймон… Деймон ждал её в холле. — Сестрёнка! — он распахнул объятия, и Софье пришлось позволить себя обнять. Слишком долго, слишком крепко. — Я скучал. — Я тоже, — соврала она, глядя в сторону. — Врёшь, — усмехнулся он, беря её за подбородок и поворачивая к себе. — Но ничего. Научу не врать. Он улыбнулся той своей улыбкой, от которой у Софьи внутри всё леденело. Она быстро взяла свои вещи и ушла в свою комнату. Рождество прошло по знакомому сценарию. Идеальный ужин, дорогие подарки, пустые разговоры. Отец произносил тосты за процветание рода, как всегда. Мать улыбалась и подливала всем тыквенного сока, а отцу — вина. Деймон сидел напротив Софьи и смотрел на неё весь вечер. — Ты поправилась, — заметил он. — В школе хорошо кормят, я смотрю? — Нормально. — А у нас, значит, плохо? — он подался вперёд. — Похудела за каникулы летом. Жалко смотреть. Наверное, скучаешь по своим нищим друзьям? — Они не нищие, — автоматически ответила Софья и тут же прикусила язык. — А какие же? — усмехнулся Деймон. — Я слышал, Уизли — бедная семья. А ещё и чистокровные, позорят наш статус крови… — Деймон, — мягко сказала мать. — Оставь сестру. Она устала с дороги и хочет провести время с семьёй на праздник. — Конечно, мама, — он откинулся на спинку стула, но взгляд не отпустил. Ночью, когда все уснули, мать пришла к Софье. Она сидела на краю кровати, гладила дочь по голове и молчала, глядя в окно. А Софья лежала и думала о том, как же странно устроен мир: здесь, в этом ледяном доме, у неё есть мать, которая любит её, но не может защитить. А там, в тёплом Хогвартсе, у неё есть друзья, которые готовы на всё, но они далеко сейчас. — Мам, — прошептала она. — А мы можем с тобой уйти отсюда? Вдвоём… Мать замерла, потом медленно покачала головой. — Не сейчас, доченька. Не сейчас. Но когда-нибудь… когда-нибудь ты сможешь уйти. Я обещаю. — А ты? — А я… — мать улыбнулась грустно. — Я уже слишком долго здесь. Это мой дом. Моя клетка. Но ты… ты вырвешься. Я верю. Она поцеловала Софью в лоб и ушла, растворившись в темноте. А Соня долго лежала, глядя в потолок, и сжимала в руке деревянную львицу, поглаживая пальцами дерево. — ЖИВАЯ! — заорали близнецы хором, когда она вышла из камина в «Дырявом котле». — Писала же, — улыбнулась она, падая в их объятия. — Мало! — заявил Фред. — Мы насчитали только четырнадцать писем! — А должны были пятнадцать! — добавил Джордж. — Где пятнадцатое? — Забыла отправить, — призналась Софья. — Прощаем, — великодушно разрешил Джордж. — Но ты должна нам пирожок. — И два, — кивнул Фред. — И рассказать всё. — И ничего не утаивать. Второй семестр оказался насыщенным. Близнецы пропадали то на тренировках по квиддичу, то исследуя Хогвартс с картой. Оливер Вуд, капитан команды, гонял их так, что они падали с мётел без сил, но счастливые. — Мы будем чемпионами! — орал Фред, влетая в гостиную после очередной тренировки. — Мы порвём все факультеты, и кубок будет наш! — Я сегодня засадил бладжером так, что слизеринский ловец улетел в зрители! — вторил Джордж. — Вуд сказал, это было красиво! Софья сидела в кресле у камина и делала уроки, но краем уха слушала их болтовню и улыбалась. Карту Мародёров они теперь таскали с собой постоянно. Софья не раз замечала, как близнецы шепчутся над ней в углу, планируя очередную вылазку. — Идёшь с нами? — спросил как-то Джордж, подмигивая. — Куда? — В Выручай-комнату. Хотим проверить, можно ли там что-нибудь спрятать. — Что спрятать? — Ну… — он загадочно улыбнулся. — Пока секрет. Выручай-комната оказалась именно такой, как описывали старшекурсники: огромная, пустая, готовая превратиться во что угодно. — Здесь можно сделать склад, — задумчиво протянул Фред, оглядывая стены. — Склад для чего? — Для наших будущих изобретений. — Каких ещё изобретений? — Увидишь, — загадочно ответил Джордж. — Когда-нибудь. Они ничего не объяснили, но Софья чувствовала: близнецы что-то задумали. Что-то большое. В феврале был ещё один матч — Гриффиндор против Пуффендуя. Гриффиндор выиграл с ещё большим разрывом, чем в прошлый раз. Близнецы летали как боги — их бладжеры не оставляли соперникам ни единого шанса. — Это потому что мы тренируемся по ночам! — шепнул Джордж Софье после матча, когда их качала вся гостиная. — По ночам? — ахнула она. — Вас же поймают! — Не поймают, — самодовольно ухмыльнулся Фред. — У нас же карта. Мы знаем, где Филч, где профессора, где все. — Это опасно. — Это весело, — поправил Джордж. — Хочешь с нами? В следующий раз? Софья задумалась. Правила были правилами. Но… — Хочу, — выдохнула она. Первая ночная вылазка случилась в марте. Они пробирались по тёмным коридорам, сверяясь с картой. Фред и Джордж шли впереди, Софья — за ними, сжимая палочку и стараясь не дышать слишком громко. — Филч в восточном крыле, — шепнул Фред. — Миссис Норрис с ним. У нас есть полчаса. — Куда идём? — На кухню. Хочу украсть пирожных. — Мы идём грабить кухню? — изумилась Софья. — Посреди ночи? — А что, есть идеи лучше? Оказалось, что кухня Хогвартса — это огромный зал, где домовые эльфы трудятся круглосуточно. Увидев студентов, они сначала испугались, но потом, узнав, что те просто хотят есть, расцвели и накормили их до отвала. — Приходите ещё! — пищали эльфы, махая им вслед. — Всегда рады! — Обожаю это место, — заявил Фред, набивая карманы пирожными. — Мы теперь будем ходить сюда каждую ночь. — Не каждую, — осадил его Джордж. — А то лопнем. Они сидели в башне, жевали пирожные и смотрели на звёзды в волшебном потолке. — Знаешь, Сонь, — вдруг сказал Джордж. — А ведь без тебя было бы не то. — Что не то? — Всё. Дружба. Шалости. Жизнь. Ты как… ну, как талисман. Приносишь удачу. — Я просто стою рядом, — смутилась Софья. — И этого достаточно, — кивнул Фред. — Ты своя. Понимаешь? Своя. Софья промолчала, но в груди разлилось тепло. Она долго смотрела на профиль Джорджа, на блеск в его глазах и сама невольно улыбнулась.