Эпизод 2

***

Впервые за эту холодную осень выйдет солнце и станет заполнять своим тёплым светом дом. Однако, не всем жильцам дома он будет по душе. Этой ночью, Моргана снова ушла, но в этот раз барыжить с местным рынком. Прикупила себе карманный револьвер по неплохой цене у продавца, с которым давно была в расчёте, пару ловушек у местных дельцов и ушла на охоту. Вернулась, как обычно, под утро и сразу встала за плиту. Коты всё ещё не сдружились, но нежились на одном подоконнике в лучах солнышка. Моргана же, зашторила все окна плотными, почти не пропускающими свет шторами, только кое-где оставив щели. У неё болели глаза после неспанных ночей, уже хронической стала непереносимость к яркому свету. Энергии на её теле становилось всё меньше и она словно потухала, когда вокруг только начинала крутиться жизнь. Только два пушистых друга теперь давали ей стимул. По старой родовой книге она училась когда-то готовить и сегодня снова достала её, чтобы вспомнить чем нельзя кормить животных, но пока сидела за ней, вчитываясь в рукописный текст, заметила как зрение совсем перестало воспринимать текст. На старую страницу упала мокрая капля, а на тяжёлые вздохи прибежали кот и кошка, отвлекая девушку от внезапно нахлынувших мыслей. — Простите, милые, — Она обняла кота, держа на руках, пока кошка устроилась на плече, ластясь об щеку, — Так, как же зовут вас, золотые, — Моргана смахнёт слезу, смотря как пятнистая куда-то дёрнула. За ней пошёл и чёрный. Девушка не успела добежать, как те сиганули в незакрытую дверь, не оставив и весточки, вернутся ли они. Девушка совсем опустила руки, вернулась в кухню, закрыла пыльную книжку, убрав на верхнюю полку и поплелась на старинный диван, дать дрёму, пока что-нибудь не случится. Только шум с улицы не даст даже закрыть дёргающихся глаз. В деревне был выходной и хорошая погода - людь повыходил гулять и встречать приближающуюся зиму. Зачем-то надев на правую руку чёрную перчатку, Моргана пойдёт в ванную, умыться. На неё быстро прикуётся улыбчивый взгляд давно не спящего русала, который каким-то образом смахнул защёлку и приоткрыл форточку, чтобы в комнату проходил солнечный свет. Остановившись в пороге, Моргана не оценит такого хозяйствования в её доме и недовольно что-то бурча, накинет своё длинное чёрное пальто и прикрывая рукой в перчатке лицо, ловко запрыгнет по бортам наверх, к форточке и захлопнет её, забив щель бумажкой. Только когда встанет ногой на пол, поймёт, что на дурную голову, не понятно зачем надела перчатку, даже не догадываясь что пригодится. Сняв её и кинув в раковину, она обратила внимание на опешевшего русала. — Что? — И наклонилась к воде, не церемонясь, умывшись прямо оттуда, случайно задев пальцем чешую. Прищурившись, она опустила руку, проведя ей по чешуе и против, — Я думала совсем скользкие, как речная гадость, — Перевела взгляд на замершего в оцепенении юношу, — Морские наверное потому что?... — Предполагая, Моргана отринула, выпрямившись в спине. Тут, её взгляд пал на пятнистый комок, который стоял поодаль, на дальнем борту, лапой пытаясь дотянуться до хвоста в воде, — Вернулись таки, — Глаза Морганы будто снова загорелись. Чёрный кот тоже был тут как тут, будто приследуя четверолапую подругу, сидя на своей любимой табуретке. Пятнистая громко мяукнула, когда её заметили и выпрямилась, смотря на хозяйку дома. Теперь, при хоть каком-то свете, Моргана увидела, что на блеснувшем стальном месяце красовалась гравировка с подписью "Г-жа Потерянная", — Что, прям Госпожа? — В ответ кошка громко мяукнет. Моргана повернётся на звон цепей. Русал восторженно смотрел на кошачьих, уже рукой с опаской гладя чёрного, который так и ластился, перекочевав на столешницу. А вот пятнистая ревновала. Непонятно правда кого. Через битый час, Моргана вернётся с миской и глубокой столовой ложкой. Только в миске, кроме бульона и плавающих овощей ничего не будет. Зачем такая широкая, чтобы пролить было легче? Быстро убежав, оставив миску на столешнице, стала снова чем-то шуршать на кухне. По её приходу с двумя более глубокими мисками и каким-то белым мотком подмышкой, она встанет, потеряв дар речи — Э... — Слегка наклонит голову и зажмурит глаза помотав ею в стороны, — Э-э! — Недовольно протянет, снимая кота, смело лакающего из миски и потянет за волосы русала, который повторял за котом, — Не санитарно как минимум! Поставив миски для усатых на пол, Моргана посмотрит на русала и почему-то рассмеётся, прикрывая рот запястьем. *** Этой ветренной, бушующей ночкой, Моргана направится туда, где ей никто не рад. С той ночи про неё ни слуху, ни духу, и явись она ныне, в этом месте прервётся покой, все живые навострят уши. — Явилась, — Одна смелая русалка вылетит из-за камыша. Она последняя из своих, кто остался дожидаться хотя бы весточки или следующего прибытия сестёр. — Скажи, как звали того русала, что я у вас забрала? — Моргана не была настроена на душевный разговор. У неё была одна цель, — Не томи, подруга, я знаю, что одна ты осталась. — Не подруга я тебе, смертная тварь, — Русалка скалится, но не подплывает близко к берегу. — Даже если спасу тебя от приблизжающейся смерти подругой не стану? — Как-то нахально улыбнувшись, двуногая достанет из сумки свёрток и кинет в воду. Русалка быстро схватит, предмет даже не успеет коснуться зеркальной поверхности. — Думаешь я поверю? Да может это ты их сюда притащила! — Русалка станет пятиться назад, участится её неспокойное дыхание. — Не в моих силах, человеку простому, сиренам приказы давать. Они сожрут тебя, даже моргнуть не успеешь, как кровью окрасится вода и мимо проплывёт кожа с твоего лица, —Предупреждающе, настораживающе, тихо и безэмоционально говорила девушка, смотря как сужаются от страха зрачки в манящих глазах русалки и как расплывается её лицо в истеричной улыбке, — Ваш русал убил человека, который должен был мне... — Монолог прервёт громкий смех русалки и громкие ругательства в сторону гостьи. Не успеет Моргана выронить и слова в ответ, как русалка быстро скроется в водах. Что-то недовольно пробурчав и протерев глаза, барышня покинет злополучное место, снова ничего не получив, только растратив целую ночь впустую. По лесной дороге, меж деревьев, снова увидит чуткий глаз промелькнувший белый волос. Сердце в груди будто приостановится, а шаг напротив, ускорится. Не часто Моргана вспоминала про богов, но в этот раз, вспомнив устрашающий силуэт длинного зайца, ненароком станет читать молитву, сначала в голове, потом глухо нашёптывая в прерывистых вдохах, пока вдруг не остановится, почти увидев перед собой нечто, похожее на человека. Сделав шаг назад, она оскалит зубы, нахмурив брови. Яркий белый свет слепил привыкшие к темноте глаза. — Телесный... — Существо смотрело двумя глазами на девушку и у той, кажется, пошла крупная дрожь, — Не дух? — Она сама тихо задавала себе вопросы, не прерывая зрительный контакт, не моргая, не дыша. Резко заглотнув в лёгкие воздух, Моргана дала разгон и пробежала мимо сущности, рукой дотронувшись до плеча. Ткань, плоть под ней, человеческие. — Кто ты? — Обернётся, почти успокоившись. Если смерть неизбежна, нужно хотя бы знать кто её подарит. — Ты молилась, — Сущность тоже медленно повернётся. Лица не видно за тканевым платком, глушащим приятный голос. Только глаза, светло-зелёный и блекло-голубой совсем расслабленные, будто никогда не знающие сна, — Я услышал. — Ангел? Телесный? — Моргана будто насмехнётся сама себе, — Не бывает такого. — Но ты проверила, — Сущность медленным шагом приблизится и протянет тонкую руку в белой капроновой перчатке, — Убедись ещё раз. Ангел не настойчив, грациозен. Движения осторожные, медленные, тяжёлые. — Холодный, — Девушка двумя руками схватилась за тонкое запястье, проведя одной до локтя, задрав рукав белой рубахи, убеждаясь, — Не мёртвый? — Ты не слышишь моё дыхание? — Оно сиплое, шумное, будто ангел дышит только ртом в сухой мороз. — Никогда не видела. Прошу простить, — Девушка уберёт руки, поправив дорогой белый рукав, — У тебя есть имя? — Ангел. Не часто услышишь, да? — Сущность приклонит голову на бок, — Я понимаю твои подозрения. Это видно по глазам, — Странный паренёк будто и вправду читал мысли, — От тебя веет энергией одной особы... Не расскажешь? — Твой вопрос подразумевает ответ "нет" изначально. В следующий раз попробуешь спросить по-другому, — Моргана приулыбнётся и развернётся, пойдя по тропе куда шла, но на готове, держа руку под плащем на рукояти кинжала. Она заприметила как силуэт, преследовавший её, пропал, после появления ангела. Ей больше ничего не было нужно, поэтому она и продолжила свой путь. Ангел в белой маске слегка опешил, смахнув прядь светло-ореховых волос с лица. Его разные глаза сверкнули в свете встающего вдали солнца. Сыро вздохнув, Ангел пошатнётся, закрыв глаза и грациозно приподняв руку, чтобы исчезнуть из виду, но её перехватит тяжёлая и резкая, опустив вниз, потянет за собой в настойчивом шаге в сторону. Ангел дрогнет, будто проснувшись. Глаза забегают, но не сопротивляясь, русый юноша пойдёт вслед тёмного высокого силуэта. Моргана тоже не дойдёт таки одна до дома. Она будет чувствовать присутствие, но не взгляд на себе. На границе деревни, она повернётся назад и сделает шаг. — Покажись, — Процедит она хрипло сквозь зубы. Воздух холодный и влажный после долгого дождя, с губ слетает теплый пар. Земля сырая, сапоги и низ штанов намок от росы. На встречу девушке из-за высокой травы выходит маленькая девочка. Она не улыбается, глаз за чёрной фатой не видно. Ветер обдувает растрепанные чёрные кудри. Ребенок явно не крестьянской породы. Одни дорогие чёрные и белые ткани её костюма с серебрянной вышивкой навеивают страх. Через непроглядную фату чувствуется её тихий опустошённый взгляд. Из поляны повылетают птицы от взрыва где-то далеко и не сказав ни слова, девочка пропадёт в их крыльях. *** Громкой хлопок и громкая отдышка всполошат всех гостей дома. Хозяйка быстро бежала и снова порвала любимый плащ. Кинув его на диван, она пулей залетит в приоткрытую дверь, где вокруг чугунной ванны грустно сидели кошка и кот. — Эй... — Тихо скрипнет взбухший пол под сапогами. Моргана припадёт к покрасневшим щекам русала обеими ладонями. Горячие. Коснувшись губами лба, услышит ухом как шлепнул хвостом по воде, — Тихо!... — Сделает паузу, и взглянув в прикрытые блестящие глаза, поменяется в лице, — Прости... — Переберёт длинные локоны в своих руках, уберёт за острые уши. Весь день она не будет закрывать двери, накроет русала всеми шерстяными пледами, растопит дом, собираясь с некогда серьёзным взглядом к наступающей ночи. В сумерки, Моргана отвяжет сопящего русала. Его непонимающий взгляд утонет от горячих пальцев на его разгорячённом теле, пока девушка будет перетаскивать тушу. В глубокой ночи, даже звёзды покажутся, тоже простятся с новым другом девушки. Она привезет и выпустит его в топи. С опаской, отпустив на берегу и отбежав на метр по суше. — Прости!... — Кинет русалу стеклянную баночку с мёдом. Он же, не сползая с травы, упираясь ослабшими руками в землю, будет смотреть потерянными глазами в расскаянные глаза шатенки, сверкающие в ночи, — Не смогу вылечить. То, что говорила тебе, всё правда. Не хочу больше смертей, прости, если сможешь, — Почти кричала осипшим голосом, — Мой знакомый, лекарь, знает как, но не согласится. Трава нужна, той что у меня нет и не будет никогда... — Девушка выдохнет и опустит глаза. Нащупав через чёрную перчатку что-то на руке быстро снимет её и кинет золотое кольцо в траву. Ещё раз жестами простится и как дунет встречный ветер, развернётся и убежит, исчезнув развивающимся порванным плащом. Винцер ещё пару минут посмотрит на простывший след и взявшись рукой за больную голову, перевернётся на спину, смотря на затягивающееся тучами небо, пока не услышит знакомый голосок. — Эй! — Вода даже не шелохнётся, как из неё выглянет певчий голос, — Она ушла? — Русалка покажется по пояс, приближаясь к берегу, схватит руками хвост и потянет в воду, — Горячий. Вот тварь! Русал только закроет глаза и не заметит как опустится на самую глубину вод, где ещё было слегка тепло. Только там, через пару дней заметит нездравый вид потихоньку сходящей с ума подруги. Сирены не разорвали её, только припугнули, и на вид, отравили. По своему излечению, прикажет девице пуститься вплавь до дому. Сам проводит её до некоторого русла и остановится проститься. — Неужели останешься?! Ты что, сумасшедший?! — Русалка схватит младшего за хладные руки, смотря в скованные глаза, — В твоих ногтях земля... В твоём сердце тоже, — Девушка успокаивающе вздохнёт, — Правильно говорили Фонет и Марьяна. Твою судьбу решишь только ты, — Русалка отпустит руки и приулыбнётся, — Делай как знаешь. Ты вырос за это время. Только, проводи меня уж до самого выхода в море, а потом ступай. Чую, теперь твоё время не скоро. Поблагодарив подругу за доверие, русал всё-таки согласится проводить ту до морской впадины, подозревая, что там та снова станет уговаривать его вернуться домой, но сильно удивится по прибытию. — Здесь и разойдутся наши пути, да? — Голой спиной к алоглазому, не поворачиваясь, русалка тихо пропоёт, — Ты всегда знаешь где твой дом. Следующим летом мы приплывём снова, хоть навещай нас там, на топях, — В тоне будет еле слышна улыбка и некая грусть, но вовсе не от разлуки, заключаящаяся скорее в гордости за одного из маленьких членов их большой подводной семьи, который точно определил для себя, чего хочет от жизни. Она уплывёт, даже не посмотрев на прощание в глаза. Станет смеркаться и воду окрасит красным заходящее солнце. Тогда, провожая молчаливым взглядом отчалившую подругу, русал заметит на морском берегу примечательную картину. За несколько дней, что он лечился навряд ли произошло бы что-то масштабное. С кем-угодно, но не с Морганой. Недалеко, на дикой суше, куда билась грозная волна, было нечто. Сущность со множеством крыльев, золотых колец вокруг и большим нимбом, как с икон, источающим почему-то тёмный свет. Со впадины было видно всё. Моргана будто ругалась. Резкая, грубо что-то кидала. Когда русал подплыл к тому месту, стал слышать и заметил, что от ангела падает огромная тень на девушку. До этого, юноша видал ангела когда-то, но он не имел никакого телесного обличия.. Моргана и вправду ругалась, громко, так, что голос её сел — Не боюсь я Вас и ваших форм! Хоть испепели меня светом своим, вера моя останется при мне! — Закашлявшись, зелёные глаза заметят выглядывающего из воды, — Не показывай мне жертв моих, сама всех на пальцах пересчитать могу! И каялась за это, прекращай! — Осознает. Она не обижается, думает, что помер Винцер её, — Не хочешь руки пачкать свои в крови людской, да? Противны мы Вам. Не защитить ты меня хотел, погубить! — Больше не взглянет на русала, а тот припрячется в кустах, недалеко. Как совсем стемнеет, Ангел примет снова облик человеческий и упадёт на песок с высоты своего роста. Поднимется, хромая. Платок спал с лица его, повис развязанный на шее, а вид был, мягко говоря, по-людски замученный. Оступившись на больной ноге, Ангел смотря в строгие глаза, слегка расправит руки, тяжело дыша. Как Моргана кивнёт, падёт в её объятия, согнув слабые колени. Они смотрелись контрастно: светло-серый, как пасмурные кучерявые тучки, витающий Ангел, пал в объятия несломленной скалы, тёмной как горный сланец. Почему-то никакого сострадания или радости русал не получил. Только резкое покаоывание в груди и большую неконтролируемую обиду. Он прислушался. Пока стоял штиль, было слышно как Ангел плачет в женское плечо и человечье его сердце будто разрывает тисками. За что-то он извиняется, а Моргана совсем не двигается, смотря уставшим взглядом в морскую гладь. Только тихо выдыхает осевший смрад. Хищным взглядом, русал ещё долго наблюдает за двумя, иногда затаивая дыхание, вслушиваясь в каждое слово. Вкушив свободу, он вспомнил как жил. Свежий воздух вдал трезвостью в опьянённую голову. — Я почему-то знала что ты не за откупом... — Ангел скатится на колени, устало опустив голову, почти к земле, согнувшись в спине, как раб, — Расскажи, чего жаждешь, — Она будет держать хладные тонкие руки в разорванных капроновых перчатках в своих, тёплых. — Тебе только отёсанное и подавай. Воды не льёшь за зря, дорого время твое... — Не разглогольствую лишний раз, правильно заметил, — Тоже опустившись на песок, Моргана вытянет ноги, потянет на себя лёгкое тело, накрыв рукой, — А ты не похож ни на одного ангела. И говоришь ещё реже. Но поверь, сколько б ты не таил, я уже всё знаю. — Не боишься смерти, не страшишься боли. Ты тоже не похожа ни на одну, кого я встречал, — Ангел бросит взгляд зелёного и голубого глаз на некогда расслабленные зелёные глаза, — Разве что.... — Тихо. Не хочешь говорить по делу, тогда молчи. Не раздражай, — На тебе энергия Высших, но говоришь что ни с одним никогда не пересекалась.... Я не чувствую лжи в словах твоих, птица, — Ангел вздохнёт, перед тем как встать с женкой груди, — Спасибо Сняв с рук остатки от капроновых перчаток, существо кинет их на песок и в эту же секунду они превратятся в пыль и рассеятся. — Откуп я принесу тебе, но будь любезен ценить исполнения твоих просьб. Конечно, можешь просить о чём-угодно безвозмездно, но смею спросить с тебя. Совсем немного! — Ангел внимательно слушал деву, не сводя глаз, — Можно я буду задавать по одному вопросу? В пределах границ конечно, — Ожидаюче, Моргана вобрала в грудь воздуха и получив неуверенный кивок спустя пару минут молчаливых раздумий, сразу спросит, — Почему серый ты, сизый? — В отличие от астральных ангелов и высших чинов, в телесном обличие простые ангелы могут выглядеть почти как-угодно. Это тяжело будет объяснить за раз, — На прощание, Ангел потянется к женской руке, в попытке легко поцеловать, но опешит, когда девушка резко отступится, вызволив руку. — Нет. — Грозно шикнет она, нахмурившись. Ангел в ответ качнёт плечами и расстворится странным жестом. Девушка зевнёт, потяневшись и оторопеет в моменте, когда увидет у берега травы в знакомой связке. Новые, переплетённые с теми, что ранее получала в подарок. А вместе с ними, в узле, золотое кольцо. Она быстро подбежит к берегу, схватив охапку, вглядываясь по сторонам. — Спасибо, рыбка! — Моргана слегка приулыбнётся, вдохнув морской воздух, почему-то машинально приложив к груди связку. Что-то осознав, она, как-обычно, быстро поменяется в лице и помахав куда-то вдаль рукой, молча поспешно убежит.