Глава 8. Встреча с Лексом

     Я набрал номер, глядя на огни Метрополиса сверху. Ветер гулял между башнями, а внизу, за стеклянными фасадами, люди заканчивали рабочий день, даже не подозревая, что некоторые разговоры лучше вести на высоте.      Гудок. Второй.      — Кларк? — в голосе Лекса не было радости, но и холода как раньше — тоже. Скорее настороженность человека, которому давно не звонили без причины.      — Нам нужно поговорить, — ответил я. — Лично.      Короткая пауза.      — Ты решил вспомнить, что у тебя есть друзья?      Я позволил себе едва заметную улыбку.      — Возможно. Я могу прийти к тебе?      — Когда?      — Сейчас.     Тишина на другом конце стала плотнее. Я почти видел, как он прищуривается, глядя на часы.      — Ты в Канзасе, — произнёс он. — Это не совсем «сейчас».      — Ты будешь один?      — Да.      — Тогда через секунду.      Я оборвал вызов.

***

     Кабинет Лекса был таким, каким и должен быть кабинет человека, который привык контролировать пространство: минимализм без показной строгости, стеклянная стена с видом на город, тёмное дерево стола, бар в углу. Свет мягкий, не офисный — вечерний.      Телефон всё ещё был у него в руке, когда я появился в трёх шагах от стола.      Не хлопок, не вспышка. Просто в комнате стало на одного человека больше.      Он отшатнулся на полшага — не от страха, от рефлекса. Пальцы сжали телефон так, что пластик чуть скрипнул.     — Что… — он обвёл взглядом кабинет, будто искал скрытую дверь. — Как ты…      Я стоял спокойно, не приближаясь.      — Здравствуй, Лекс.      Он медленно опустил телефон на стол, не отрывая от меня глаз.      — Ты… вошёл? — он посмотрел на стеклянную стену. Она была целой. — Это трюк?      — Нет.      Он сделал шаг ближе, потом ещё один. Взгляд бегал по моему лицу, по плечам, будто он искал микрофон, проектор, скрытую камеру.      — Ты же… — он почти усмехнулся. — Ты же фермерский парень, Кларк.      — Был.      Слово повисло между нами.      Он обошёл меня по кругу, словно проверяя, не отбрасываю ли я странную тень.      — Ты хочешь сказать, что можешь появляться в запертых кабинетах? — в его голосе сквозила смесь раздражения и восхищения.      — Да.      Он остановился напротив.      — И ты решил продемонстрировать это мне, потому что…?      — Потому что ты поймешь меня.      Это не польстило ему. Он скрестил руки на груди.      — Ты понимаешь, как это выглядит? Ты исчез из моей жизни, потом звонишь, а через секунду стоишь в моём кабинете, как будто так и должно быть.      Я выдержал его взгляд.      — Я не исчезал. Я решал свои задачи.      — Без меня.      В этом было не обвинение — констатация.      Он подошёл к бару, налил себе виски, потом, помедлив, достал второй стакан.      — Если это галлюцинация, пусть будет приятной, — пробормотал он и протянул мне бокал. — Пьёшь?      Я принял стакан.      — Алкоголь на меня не действует, — ответил я. — Но вкус хороший.      Он замер.      — На тебя не действует?      Я сделал глоток — больше ради жеста.      — Не действует.      Он медленно поставил бутылку обратно.      — Объясни, — произнёс он тихо.      Я не стал растягивать паузу.      — Я не человек, Лекс.      Он не рассмеялся. Не потому что поверил, а потому что ждал, куда я веду.      — Это метафора?      — Нет.      Я посмотрел на стеклянную стену, за которой город тянулся огнями до горизонта.      — Когда мне было несколько месяцев, на Землю упала капсула. Её нашли Марта и Джонатан Кенты. Внутри был младенец.      Он молчал.      — Это был я.      Лекс сделал шаг назад, как будто расстояние могло помочь ему рассмотреть ситуацию трезвее.      — Ты серьёзно сейчас? — голос стал жёстче. — Инопланетянин?      — Да.      Он провёл рукой по лицу, потом резко рассмеялся — коротко, сухо.      — Это шутка? Эксперимент? Ты работаешь на кого-то?      Я подошёл к окну.      — Смотри.      Я оттолкнулся от пола не усилием мышц, а просто позволив телу перестать подчиняться гравитации. Поднялся на метр, завис. Ковёр подо мной остался нетронутым.      Лекс замер.      Он не закричал. Не сделал резкого движения. Только глаза расширились на долю секунды.      Я опустился обратно.      В комнате стало слишком тихо.      — Повтори, — выдохнул он.      Я взлетел выше — почти до потолка — и, не касаясь пола, переместился к другой стороне кабинета. Вернулся.      Он подошёл ближе, будто хотел коснуться воздуха вокруг меня.      — Это… — он сглотнул. — Это невозможно.      — Для человека — да.      Он посмотрел на свои руки, затем на меня.      — Что ещё?      Я не стал устраивать спектакль. Просто взял металлический пресс-папье со стола, сжал. Металл деформировался легко, без скрипа. Я положил его обратно — теперь это была бесформенная масса.      Лекс не отводил глаз.      — Сколько? — спросил он хрипло. — Насколько ты… силён?      — Достаточно.      Он прошёлся по кабинету, словно проверяя, не изменились ли стены.      — И ты всё это время… — он остановился. — Ты притворялся?      — Я жил.      Он посмотрел на меня резко.      — Ты мог уничтожить любого. Ты мог получить всё.      — Мне это не нужно.      Он прищурился.      — Тогда зачем ты здесь?      Я сделал шаг ближе.      — Потому что Земле будут угрожать.      Он замер.      — Кто?      — Не люди.      Я говорил спокойно, без нажима, но слова ложились тяжело.      — Есть силы, которые придут. Не завтра. Не через год. Но придут. И когда это случится, одной силы будет мало.      Он слушал уже не как скептик, а как аналитик.      — И ты решил, что я должен об этом знать?      — Я решил, что мне нужен партнёр.      Он почти усмехнулся.      — Ты — летающий, могучий… кто ты там… и тебе нужен партнёр?      — Да.      Я выдержал паузу.      — Я могу быть оружием. Но система — это не оружие. Это структура, люди, технологии, подготовка. Ты умеешь строить это лучше меня.      Он медленно подошёл к столу и опёрся на него ладонями.      — Ты пришёл ко мне, потому что считаешь меня достаточно умным, — произнёс он, — или потому что я достаточно амбициозен?      — И то и другое.      Он посмотрел прямо в глаза.      — И если я откажусь?      — Я найду другого.      Это прозвучало без угрозы. Просто как факт.      Он выпрямился.      — Ты всё ещё тот самый Кларк, который спорил со мной о справедливости?      Я позволил себе короткую улыбку.     — Я просто узнал больше.      Лекс долго смотрел на меня, затем медленно кивнул.      — Тогда начнём с малого, — сказал он тихо. — Ты расскажешь мне всё. Без фильтров.      Я протянул ему руку.      — Согласен.      Он пожал её — крепко, осознанно.      И в этот момент он всё ещё видел во мне бывшего друга, который внезапно оказался чем-то большим. Не богом. Не врагом.      Возможностью.