Часть 14

Глава 15. Соль и Статус Руне сидел, прислонившись к стене, его лицо было серым от боли. Асва принесла кипяток. Парень подошел к воину. Он осмотрел опухшее плечо. Рана глубокая. Началось разложение тканей. Просто промывкой тут не помочь. Надо вырезать. Парень повернулся к Хагу: "Отец, мне нужен твой тонкий нож." Хаг насторожился. "Бронза? Это хороший нож, парень." "Гниль глубокая," — ответил Парень. — "Наш нож слишком широк, он порвет здоровое мясо. Твой — острый и тонкий. Он вырежет только гниль. Воин должен выжить, чтобы ты получил бронзу. Дай мне его." Хаг, поколебавшись, развязал пояс. Парень взял бронзовый нож. Нож был тонкий. Парень посмотрел на Хага. "Держи его, отец. Будет больно." Хаг крепко схватил Руне, чтобы удержать. Воин заскрежетал зубами, готовясь к боли. Бронза за гнилое мясо. Цена назначена. Парень окунул лезвие в горячий отвар. Сначала чистка. Он надавил на плечо. Руне крикнул. Парень разрезал кожу. Гной и кровь вытекли. Парень работал быстро. Лезвие снимало гнилое мясо. Он вычищал края раны, чтобы видеть здоровую ткань. Чистка завершена. Теперь вымыть. Простая вода не вытянет всю грязь. Он где-то читал, что раствор соли может помочь. Соль, возможно, заберет гниль и не повредит новое мясо. Парень, не отрываясь от работы, сказал: "Соль. Много. И кипяток." Асва быстро принесла соль. Парень растворил ее в горячей воде. Он промыл рану. Грязь выходила. Это шанс. Шанс заработать авторитет лекаря. Если Руне встанет, статус Парня будет состоятельным. Здесь, чтобы считаться взрослым, ты должен сам о себе заботиться и не быть обузой. Раны у местных заживают быстро. Это может быть потому, что выживают только сильные. Слабые умирают в детстве. Остается крепкое мясо. Или магия. Но Парень не верит в чистую магию. Он видит: порой достаточно просто не мешать телу воина. Руне — сильный воин. Если он вернется сильным, ценность моей работы вырастет. Клан Топоров будет искать меня. Они будут приходить сами. Я стану полезен. Мой статус изменится. Парень закончил промывание. Он взял чистый мох и приложил его к ране, используя остатки соленой воды. Затем туго перевязал плечо полосой кожи. Хаг отпустил Руне. Воин тяжело дышал. "Сделано," — сказал Парень. "Ты закончил?" — спросил Хаг. "Грязь вышла. Теперь заживление. Нужен покой. Рана должна сохнуть. Каждый день менять повязку. Если гной снова пойдет, зови меня. Если нет, то нож твой," — ответил Парень. Хаг, держа в руках свой пустой пояс, смотрел на сына. "Соль, тонкий нож... Ты откуда это взял?" Парень пожал плечами, не глядя на отца. "Это приходит." "Приходит? Наша Асва полжизни собирает травы и не знает, как вырезать гниль," — Хаг подался вперед. — "А ты, пацан... тебе сколько лет? — ты спасаешь воина Клана Топоров. Говори четко!" Парень, наконец, посмотрел на Хага. Его глаза были холодны. "Мне снится, отец. Я видел во сне, что гниль нужно вырезать острым, а грязь вытягивает соленая вода. Предки показывают мне. Этого достаточно, чтобы получить бронзу." Хаг кивнул. "Сны. Хорошо. Главное, чтобы нож остался у нас." Парень ушел обратно в темноту пещеры. Осталось ждать результата. Смена Сцены: У Входа в Пещеру Торг и Ильм сидели у входа в пещеру. Они жарили мясо. Дым от очага поднимался тонкой струйкой к холодному небу. Морозы были близки. "Этот Топор должен выжить," — сказал Торг, рассматривая наконечник копья. Его голос был низким, как камень. — "Хаг получил слово. Мы получим бронзу. Если он умрет, мы получим только гниль." Ильм кивнул. Он был старше и меньше говорил о мясе. "Он выживет. Парень поработал хорошо. Это не такая работа, как у Асвы. Не просто трава." Торг поднял взгляд. "Да. Но откуда он знает? Хаг говорит: сны. Сны — это ложь для детей. Наше племя Мамонтов не слушает сны." Ильм отложил копье. "Я видел, как он работал. Быстро. И та вода — соль. Я видел нашего Варга. Он тоже один. И Парень теперь один. Они оба знают, что другие не знают." Торг выпрямился. Он не любил думать о таких вещах. "Ты думаешь, Парень теперь как Варг?" Они продолжали охранять вход в пещеру. Зима началась, и хищники стали злыми. Они знали, что здесь мн ого людей, но расслабляться не стоило