Часть 64

Глава 64 Баланс Рассвет третьего дня выдался ясным и неожиданно теплым — в долине дыхание весны ощущалось куда сильнее, чем на открытых равнинах. Над лагерем теннов стоял низкий гул: люди стягивались к нашим кострам, брали еду и просто радовались погожему дню. В воздухе висело предвкушение большого праздника. Огромное количество молодых девушек и вдов, собравшихся в одном месте, придавало событию особый шарм. Для местных это было в новинку — тенны обычно не устраивали столь масштабных смотрин. Мои воины выглядели внушительно в чистых, опрятных доспехах из рыбьей кожи, подбитых войлоком и мехом. Тяжелые накидки на плечах и новые бронзовые ножи, полученные в ходе обмена, подчеркивали их статус. Одинаковое снаряжение выделяло их из толпы, создавая образ единой и грозной силы. Прошел перед строем, заглядывая в глаза каждому. — Сегодня можете расслабиться и отдохнуть в хорошей компании, — сказал негромко. — Вы выбираете тех, кто будет хранить огонь в ваших юртах. Смотрите, оценивайте, слушайте. С кем решите связать судьбу, с теми и будете жить. Нам не нужны те, кто просто ищет легкой доли. Нужны те, кто готов строить новую жизнь вместе с Желтыми Щитами. У вас есть уникальный шанс — выбрать самим. Инструктаж был коротким. Приказал дарить лишь малые знаки внимания: костяные гребни, меховые воротники или тонкие ремешки. Каждый подарок сопровождался фразой: «Приходи к главному костру на закате. Там решится, назову ли я тебя своей». Весь день лагерь напоминал растревоженный улей. Женщины доставали лучшие наряды с бронзовыми бляшками, вплетали в косы камни и мех. Такого размаха в поиске женихов здесь еще не видели. Даже местные мужчины, почуяв неладное, включились в конкурентную борьбу за сердца и внимание своих женщин — кто-то брал удалью, кто-то обещаниями. Видел, как Торгрем наблюдает за этим из тени своей юрты. Его воины хмурились, глядя на интерес сестер и вдов к моим парням, но уговор был скреплен. Количество невест зашкаливало: многие пришли просто показать себя, не обязательно планируя уйти с нами, но пропустить такое событие не могли. Атмосфера конкуренции накалилась до предела — именно этого и добивался. Праздник удался на славу. Когда зашло солнце и зажглись главные костры, напряжение последних дней окончательно сменилось безудержным весельем. Дым от жаровен поднимался к звездам, смешиваясь со смехом и звуками песен. Люди Торгрема, поначалу державшиеся настороженно, быстро влились в общее гулянье: еды было вдоволь, а компания оказалась куда приятнее, чем многие ожидали. Мои воины не подвели. Они вели себя достойно, как и подобает мужчинам Желтых Щитов, сочетая в себе силу и неожиданную для горцев мягкость в обращении. К середине ночи пары уже сложились сами собой. Мужчины и женщины сидели у огня, обсуждая будущее, а подарки в виде войлочных отрезов и мехов перекочевали в руки новых хозяек. Почти каждый из моих сорока охотников нашел себе спутницу. Один из парней, рослый и смешливый умудрился привлечь внимание сразу двух вдов — впрочем, это было его личное дело, раз он был готов обеспечить обеих.. В целом, в лагере царило редкое для этих суровых краев довольство. Тенны увидели, что их дочери и сестры уходят не в рабство, а в сильные семьи, где их ждет достаток и уважение. Старейшины, умиротворенные хорошим пиром и перспективой богатого выкупа, больше не ворчали, а Торгрем, видя радость своего народа, окончательно расслабился. Утром лагерь проснулся под гул голосов. Воздух был пропитан запахом остывших костров и наступающей весны. Охотники, еще вчера бывшие суровыми воинами, теперь сияли улыбками, напоминая объевшихся сметаны котов. Они деловито сновали между санями, помогая своим избранницам укладывать нехитрый, но добротный скарб тех, кого они выбрали. Впрочем, без эксцессов не обошлось. Когда караван уже начал выстраиваться, возник шум у дальних саней. Одна из девушек, видимо, решившая в последний момент испытать судьбу, попыталась сбежать от своего охотника. На нее вовремя указали, и мне пришлось вмешаться, пока дело не дошло до открытого конфликта с ее родней. Подозвал воина к себе. Он выглядел растерянным и злым, пытаясь удержать девчонку за локоть. — Остынь, — сказал ему жестко, пресекая любые попытки применить силу. — Семья, построенная на привязи, в первом же бою обернется ножом в спину. Эту девушку взять нельзя. Уговор с Торгремом был о добровольном союзе, а не о похищении. Верни ее отцу и найди ту вечером, когда лагерь уже был в пути, удалось поговорить с тем самым парнем с глазу на глаз. Выяснилось, что ситуация была куда прозаичнее и обиднее. Его просто развели как лоха. Девчонка оказалась хитрой: весь праздник она крутилась рядом, принимала ухаживания и, что важнее, подарки. Наш охотник, одурманенный весной и вниманием, отдал ей и костяные гребни, и ценные ремешки, и даже свой запас соли. План у нее был простой: дождаться рассвета и исчезнуть вместе с добычей, оставив незадачливого жениха ни с чем. Но хитрость подвела ее в самом конце. Она банально перебрала местной бормотухи, которой тенны щедро угощали гостей, и вместо того, чтобы тихо уйти в горы, мертвецки уснула прямо за нашими санями. Там ее и обнаружили, когда начали грузить вещи. Подарков при ней уже не было — видимо, успела передать своим или спрятать. — Она не сбежать хотела от страха, — сплюнул воин, когда правда выплыла наружу. — Она просто воровка. Этот случай быстро разошелся по отряду. Парни, которые еще утром сияли, теперь стали смотреть на своих избранниц чуть внимательнее, проверяя узлы на тюках. Я же использовал это как повод для последнего урока перед домом. — Смотрите в оба, — сказал бойцам у костра. — Вы воины, а не дети. Женщины теннов горды и хитры, они веками выживали в этих скалах. Тот, кто позволяет обвести себя вокруг пальца из-за смазливого лица, завтра так же проспит врага на посту. Девушку ту мы, конечно, оставили в долине. Торгрем лишь хмыкнул, когда узнал детали, и обещал «проучить» воровку по своим законам. Мой же воин, хоть и остался один, зато быстро протрезвел от любовного дурмана.то пойдет за тобой сама, или возвращайся один. Воину Желтых Щитов не пристало тащить в юрту добычу, которая кусается. Воин, стиснув зубы, отпустил ее. Девушка тут же скрылась среди своих, а парню пришлось быстро пересмотреть свои симпатии, чтобы не ехать домой с пустыми руками. Этот случай послужил хорошим уроком для остальных: мы здесь строим родство, а не захватываем рабов. Когда отряд уже был в пути, удалось поговорить с тем самым парнем с глазу на глаз. Выяснилось, что ситуация была куда прозаичнее и обиднее. Его просто развели как лоха. Девчонка оказалась хитрой: весь праздник она крутилась рядом, принимала ухаживания и, что важнее, подарки. Наш охотник, одурманенный весной и вниманием, отдал ей и костяные гребни, и ценные ремешки, и даже свой запас соли. План у нее был простой: дождаться рассвета и исчезнуть вместе с добычей, оставив незадачливого жениха ни с чем. Но хитрость подвела ее в самом конце. Она банально перебрала местной бормотухи, которой тенны щедро угощали гостей, и вместо того, чтобы тихо уйти в горы, мертвецки уснула прямо за нашими санями. Там ее и обнаружили, когда начали грузить вещи. Подарков при ней уже не было — видимо, успела передать своим или спрятать. — Она не сбежать хотела от страха, — сплюнул воин, когда правда выплыла наружу. — Она просто воровка. Этот случай быстро разошелся по отряду. Парни, которые еще утром сияли, теперь стали смотреть на своих избранниц чуть внимательнее, проверяя узлы на тюках. Я же использовал это как повод для последнего урока перед домом. — Смотрите в оба, — сказал бойцам у костра. — Вы воины, а не дети. Женщины теннов горды и хитры, они веками выживали в этих скалах. Тот, кто позволяет обвести себя вокруг пальца из-за смазливого лица, завтра так же проспит врага на посту. Девушку ту мы, конечно, оставили в долине. Торгрем лишь хмыкнул, когда узнал детали, и обещал «проучить» воровку по своим законам. Мой же воин, хоть и остался один, зато быстро протрезвел от любовного дурмана. Дорога через перевал вымотала всех. Тяжелые сани, раскисший снег и сорок новых ртов — каждый шаг давался с трудом, но когда впереди показались знакомые очертания нашего плато, усталость сменилась тихим торжеством. Стоял у входа в крепость и смотрел на массивные стены, возведенные великанами. Это больше не была временная стоянка. Теперь это мой дом. Место, где за каменной стеной были те, кто верит мне. Но вид складов, выдолбленных в мерзлоте за пределами укреплений, раздражал меня. Хранить еду вне стен в этом мире — значит приглашать смерть на ужин. — Лето будет жарким, — негромко сказал я, глядя, как охотники помогают женщинам разгружать добро. — Нам нужно перенести всё внутрь. Уже были договоренности с великанами о том, что они придут зимой, и мы снова обменяем излишки нашей рыбы на их труд. Они построят внутри каменные склады. периметра, создав настоящие неприступные хранилища. Но пока воины обживали юрты с новыми хозяйками, мои мысли занимало другое. Мой дар. Он наконец дорос до работы с животными размером с жеребёнка. Это был ключ к следующей ступени. Если возьму под контроль молодого коня и «прорасту» в него своим сознанием, мы станем единым целым. Он будет расти, и вместе с ним будет крепнуть мой дар контроля. Уже давно хотел подчинить лошадь — это будет полезно и для способностей, и для личного перемещения. Конечно, предстоит много работы по дрессировке и объездке. Опыта в этом немного, но в прошлой жизни доводилось бывать на конных прогулках. Помню разные типы сёдел, из чистого любопытства когда-то разглядывал их конструкцию и в общих чертах понимаю, как собрать удобную сбрую.