Часть 72

Глава 72 Цитадель весны Рыбалка в этом году превратилась в настоящую промышленную операцию. Людей стало в разы больше, сетей — тоже. Учли ошибки прошлого сезона, когда рыбачили до тех пор, пока последняя снасть не превратилась в бесполезный ворох рваных веревок. Организовали всё с размахом: возле каждого поселка обустроили оборудованные места для лова, поставили теплые временные юрты для обогрева смен, подготовили склады. В этот раз охрану рыбы поручили варгам. Их животные — лисы, волки, хищные птицы — неусыпно следили, чтобы всякая мелкая лесная живность не растащила улов. В прошлом году на этом потеряли немало, зато в этом — набили целую гору шкурок этой самой «мелочи», которая так и лезла на запах свежей рыбы. Места для хранения в этот раз спрятали подальше от лишних глаз — особенно от глаз великанов. Прошлой зимой стало понятно, сколько эти громадины способны сожрать, если дать им волю. Теперь для обмена было заготовлено ровно столько рыбы, сколько планировалось, и ни хвостом больше. Улов снова был фантастический. Десятки тонн серебристой рыбы горами лежали на льду. Ловили по старой привычке — пока сети не изорвались в ноль. Для бывших диких, которые только начали вливаться в наше общество, процесс стал настоящим шоком. Они никогда не видели еды в таком количестве. Только заработанный кровью авторитет и уже выстроенная иерархия заставляли их работать, а не впадать в ступор или безумие от вида такого богатства. Некоторых, правда, пришлось в прямом смысле охаживать палками, чтобы они перестали таращиться и принялись за разделку и закладку рыбы на хранение. Сюрпризов с лишним количеством гигантов в этом году не случилось. Новых семей великанов не появилось: те, для кого путь к моим землям был рационален, пришли еще в прошлом сезоне. Остальные остались на своих огромных территориях, разбросанных по северу — иначе им было просто не прокормить свои стада. Совет патриархов собрался в морозных сумерках. Огромные фигуры великанов, похожие на живые скалы, возвышались над костром. Камни для строительства они обязались заготовить сами, но в этот раз я решил использовать и дерево. Каркасы, перекрытия, тяжелые бревна для крыш — их мощь была здесь незаменима. Старший из патриархов, чья борода была похожа на замерзший водопад, обратился к Златоусту. Голос его рокотал, как обвал в горах. — Златоуст... Маленький вождь великих дел. Мы шли сюда по старым тропам. Раньше там было шумно, пахло дымом и кровью диких людей. Теперь там тишина. Неужели твои Желтые Щиты убили всех? — Я не убиваю без нужды, — ответил , глядя в его глаза, размером с добрую тарелку. — Те люди, которых вы видели — в желтых повязках, — теперь мои люди. Они охотятся на тех землях по моему слову. Великаны загудели, переглядываясь. — Мы видели, как они смотрят в небо, как птица опускаются к ним— пробасил другой патриарх. — Это твои глаза, Златоуст? — Мои. И это значит, что порядок теперь везде. Помню наше соглашение и чту его: мы бьем только мелкую дичь. Но люди бывают глупы или жадны. Если вы увидите, что кто-то из моих охотников нарушил уговор и замахнулся на крупного зверя... — сделал паузу, — не убивайте их сразу. Патриархи недовольно заворчали, но поднял руку. — Придите ко мне. Заплачу виру в двойном размере за каждое убитое животное. Рыбой, солью или деревом. И сам накажу нерадивого охотника так, что другие побоятся даже смотреть в сторону ваших стад. Мое наказание будет страшнее вашей дубины. Старший великан медленно кивнул, обдумывая предложение. Вира в двойном размере была весомым аргументом. — Хорошо, Златоуст. Пусть будет так. Твое слово твердо, как камень, который мы будем таскать. Мы не тронем желтых повязок, если они не тронут наших животных. Но ты дашь нам рыбу и дерево, когда придет время? — Вы получите всё, о чем договорились. Стройка закипела с невиданным размахом. По заранее намеченным местам начали расти стены, а гигантские руки великанов с легкостью укладывали тяжелые деревянные перекрытия, которые обычные люди не подняли бы никогда. Приходилось участвовать во всем лично. Никого другого великаны не признавали за авторитета, поэтому целыми днями разъезжал по лагерю на Буране. Мой конь за это время еще сильнее вырос, став настоящим чудовищем: сидя на нем, мог общаться с гигантами, почти не задирая головы вверх. Нужно было возвести много построек. В основном это были однотипные прямоугольные здания, выстроенные вдоль стен с небольшим отступом. В будущем они станут нашими главными складами: здесь будет храниться всё — от еда, инструменты, вещи, соль стратегические запасы. Особое внимание уделил мастерским, требующим огня. На следующее лето в планах стояло массовое производство керамики. Мы испытывали в ней острый дефицит — хранить сыпучие продукты и жидкости в шкурах или грубых плетенках было неудобно и ненадежно. Для этого нужно было собрать большую камеру для обжига и обустроить просторное место для сушки глиняных заготовок. Также заложил здание литейки сразу с запасом. Накопилось много испорченного оружия и сломанных инструментов из бронзы — пришло время начать экспериментировать и переплавлять лом в нужные нам вещи. Не такое уж и хитрое это дело справимся. Эксцесс случился в самый разгар работ. Одна из великанш, завидев группу женщин, отправившихся на реку для заготовки льда из посёлка ремесленников, узнала в одной из них ту, чьё племя когда-то конфликтовало с её семьёй. Недолго думая, она догнала несчастную и сожрала её на глазах у всех. В поселениях поднялась паника. Люди, ещё недавно привыкавшие к соседству с гигантами, заперлись в домах, а воины Желтых Щитов выставили копья. Совет патриархов собрался прямо возле стен крепости. На этот раз обстановка была накалена до предела. — Уважаемые патриархи, что же это выходит? — начал я, и мой голос, усиленный эхом от каменных стен, дрожал от праведного гнева. — Чту заключённое между нами соглашение, специально для вас добываю соль и привожу её вам. Не охочусь на ваших животных. Ловлю специально для вас горы рыбы, чтобы вы зимой могли не убивать так любимых вами мамонтов! Сделал паузу, глядя на то, как великаны неловко переминаются с ноги на ногу. — И что же делаете вы? Убиваете моих людей и едите их?! — перешёл на тяжёлый, трагичный тон. — Разве еды мало? Может быть, ваши женщины голодают? Скажите мне, если это так, я дам ещё больше рыбы. Патриархи загудели, их голоса сливались в низкий, виноватый рокот. Старший выступил вперёд, опустив голову так низко, как только мог. — Уйми гнев, Златоуст, — пробасил он, и в его голосе слышалось искреннее раскаяние. — Мы скорбим о твоей потере. Это была глупая женщина из нашей семьи. У неё старая память и короткий ум. Она увидела ту, чья кровь была ей враждебна, и не увидела на ней жёлтой повязки. Она подумала, что если на женщине нет твоего знака, то она всё ещё дикая добыча из степи. Другой патриарх добавил, прижав огромную руку к груди: — Мы наказали её. Она больше не подойдёт к твоим людям. Мы не голодны, твоя рыба жирна и вкусна. Это была ошибка разума, а не голод желудка. Мы виноваты перед тобой и твоим домом. — Одной вины мало, — отрезал я. — Мои люди напуганы. Они боятся выходить за стены. — Мы загладим это, — поспешно ответил старший патриарх. — Мы построим для тебя столько каменных стен, сколько ты укажешь. Будем таскать самые тяжелые глыбы до самой весны, не прося лишней еды. Мы сделаем твою крепость такой высокой, что ни один враг не посмотрит внутрь. Вот так, блядь... Просто взяла и съела. Надо признать, что мужчины у великанов соображают получше, да и куда менее кровожадны, особенно патриархи. Эти-то понимают ценность союза, а у баб их, видимо, инстинкты порой перекрывают остатки разума. Главное было — не перегнуть палку. Наезжать на этих громил в открытую нельзя, не вывезу. Раздавят одним махом, а потом, конечно, будут сидеть над руинами и искренне сожалеть, но мне-то от этого легче не станет. Нужно было играть на их чувстве долга и вины, и это сработало. Ситуация разрешилась в мою пользу, и это открыло новые горизонты. Раньше с ними было сложно договориться о чем-то сложнее, чем «принеси камень — положи камень». Попросить построить прямую стену — легко, а вот когда дело доходило до инженерных изысков, например, возвести арочный вход... Упирались рогами. Ни в какую не хотели возиться. Теперь же, на волне их раскаяния, я планировал дожать этот вопрос. Это в первую очередь нужно для главных ворот крепости. Делать их на деревянных перекрытиях — значит оставить слабое место. Огонь, гниль или просто таран легко справятся с деревом. А вот монолитная каменная арка, сложенная из гигантских блоков, — это уже совсем другой уровень обороны. После этого инцидента великанов можно было запрягать на те задачи, которые они раньше саботировали. Если они чего-то не хотят — ты с ними не договоришься, упертые, как стадо баранов. Но сейчас они готовы были в лепешку расшибиться, чтобы загладить вину за ту «ошибку разума» План по постройкам был выполнен полностью. К весне великаны закончили свою работу: крепость преобразилась, обзаведясь мощной каменной аркой ворот и ровными рядами складских помещений, которые теперь надежно защищали наши запасы. Как только солнце начало пригревать сильнее, а снег стал рыхлым, гиганты снялись с мест и откочевали на свои дальние стоянки, оставив после себя тишину и монументальные плоды своего труда. Пользуясь тем, что после инцидента великаны стали непривычно сговорчивыми, обучил их языку знаков. Теперь, если птица под контролем варга спускалась на песок или свежий снег перед патриархом и чертила лапами определенные символы, великан понимал их значение. Крепость Желтых Щитов теперь выглядела не просто как лагерь выскочек, а как настоящий центр силы. Мощные стены, защищенные каменными сводами входы и длинные ряды мастерских, это выглядело достойно даже для какого-нибудь средневековья.