Часть 35

Фугаку не уверен, что не убьёт кого-то из старейшин к концу этого года, если всё пойдёт так и дальше. Шисуи пропал в неизвестном направлении (мальчик ушёл в Туман, у него нет доказательств, у него нет причин так думать, но он знает это), а старейшины требуют от него, чтобы он заставил Итачи стать чуунином, несмотря на то, что тот закончил Академию всего полгода назад; его сыну семь лет, черт подери; то, что для Шисуи это было увеселительной прогулкой, для его сына означает ещё больше тренировок и ответственности. Фугаку лишь радуется, что Минато бы не позволил ни одному ребёнку взрослеть слишком быстро, насмотревшись на своего ученика. — Плохой день? — спрашивает Инони, когда его ноги сами приводят его в цветочный магазин, несколько гражданских и не только глаз оборачиваются на него, и он едва не морщится от нелепости слухов, которые разносятся по деревне быстрее лесного пожара; почему-то все уверены, что он изменяет своей жене. Дошло до того, что Микото напоминает ему, что их брак был договорным, и она не против, но ему нужно быть осторожным в этом вопросе. Не найдя, что ответить, он мог лишь повторить то, что всегда слышал от Хо, когда кто-то спрашивал о нём и Белом Клыке: если бы я хотел изменять, я бы не женился. Фугаку бы желал обладать хоть половиной той воли, что содержал в себе его предшественник на посту главы полиции. Если бы Учиха Хо был жив, возможно, бы война закончилась раньше; чёрт, может быть, Коноху бы даже не в тянули в эту войну, если бы этот человек был жив. А его сын не погиб бы столь рано, а клан бы относился к нему иначе; Фугаку не думает, что нашёлся бы в их клане такой глупец, кто мог бы отвергать сына Хо, будь тот жив. Фугаку никогда не обещал присматривать за его семьёй, Хо бы никогда не взял такое обещание с пятнадцатилетнего подростка, но, став старше, он понимает, что совершил множество ошибок, а учитывая то, что случилось с Шисуи, он продолжает их совершать. — Скорее плохое десятилетие, — отвечает он, вместо приветствий; Инони вручает ему горшок с каким-то растением подержать, и он едва видит что-то за ним, его старая подруга чем-то занимается, прежде чем приказать ему поставить горшок на освободившееся место. Фугаку почти уверен, что старейшины бы проели ему мозг, если бы увидели его сейчас, вместо этого он ставит горшок на указанное место. Инони даёт ему тряпку и говорит протереть все листья, пока она не вернется; листья большие и тёмно-зелёные со светлыми точками, Фугаку протирает примерно половину, когда женщина, хромая, возвращается после того, как закрыла магазин. Солнце садится, и она включает свет. — Есть очередной роман, с которым мне стоит тебя поздравить? — шутит она, выходя из подсобки с двумя чарками и кувшином саке. Фугаку думает сдать её Кушине, что она выпивает на рабочем месте, выглядит нездоровым. — К счастью, старейшины бы предпочли Микото найти второго мужа, чем мне еще одну жену, — он наслаждается тем, как Инони кашляет, и заканчивает протирать растение, название которому не знает. Он устало садится напротив неё за единственный стол за прилавком. — Они хотят, чтобы я наладил связь с Мизукаге. Тишина опускается на них, слышны шаги людей за пределами цветочного, он чувствует несколько сигнатур чакры проходящих по деревне и прыгающих по крышам шиноби, он видит как мимо проходит несколько из его офицеров, лениво осматривая окрестности, но не патрулируя по-настоящему. — Не думаю, что мне можно слышать такие разговоры, — замечает Инони, наполняя их чарки, Фугаку смотрит на своё отражение в алкоголе. Прошло четырнадцать лет со смерти Хо, а он всё ещё не может и приблизиться к пониманию того, как этот человек успевал делать всё и вся, споря со старейшинами, растя сына, балуя свою сестру, дисциплинируя полицию, выпивая с саннинами и Белым Клыком, споря с Третьим Хокаге, когда он с чем-то откровенно не согласен, при этом никогда не унывая. Так ли выглядит право сильного? Этот человек даже сам выбрал, какой будет его конец. — Нет, — глухо отвечает он, делая большой глоток, — нельзя. Но я не могу подойти к Минато и сказать ему, что мой клан решает найти обходной путь, если с Листом пойдет что-то не так. Инони смотрит на него, её глаза кристально чисты и серьёзны, ему кажется, что они сидят в засаде, ожидая нападения врага. — О чём именно мы говорим, Фугаку? — она дает ему шанс, она позволяет ему сменить тему, если он того захочет. Он не пользуется этим. — Клан Учиха думает покинуть Коноху, — говорит он, и чарка выскользает из рук Инони, разбиваясь в красных осколках.

(Обито поёжился от внезапного холода, закатное солнце удлиняло тени, когда он выглянул в окно. Он задумался, не может ли он теперь заболеть, раз у него нет больше клеток Сенджу? Или до него тоже добралась эта злосчастная плесень? Если это последнее, то он сожжёт водный квартал и плевать на все последствия, он лично найдет каждому жителю новое жильё. Он смотрит на свою тётю и кузена, которые сидят на одной из крыш в далеке и сжигают бумажные деньги для мёртвых; точно, он совсем забыл, сегодня же годовщина смерти его отца.)