Часть 40

За 400 лет до начала создания деревень.

Сегодня в падении умирают звёзды. — О чём ты думаешь? — спрашивает его старый друг, у него два больших шрама на щеке, чёрные волосы Учих, но зелёные глаза. Хатаке Аюми всё ещё смотрит в небо, звёзд куда меньше, чем в их родной стране, из которой им пришлось бежать; он гладит Рю, большого серого волка, по мягкой и тёплой шерсти. — Ты веришь в реинкарнацию? — вместо ответа спрашивает он, если бы его дочь выжила, ей было бы десять; он хочет верить, что она в лучшем месте, чем это. Минору смеётся, смешок резкий и острый. — Если она существует, то я был бы женщиной, влюблённой в родного брата, — говорит его друг, и Аюми качает головой; зелёные глаза горят, в них нет шарингана, его друг был слишком смешанной крови для того, чтобы получить техники своей родословной; нежеланный ребенок, которого бросили после рождения. Аюми встретил его, когда тот бродил без цели в пустыне, едва живой, так ненавидящий весь мир; его дочь просила помочь этому человеку, а он никогда не мог отказать ей. — Какое точное описание, — замечает он, подбрасывая хворост в костёр; Гого, его второй волк, открывает один глаз, поворачивая ухо к северу; Аюми делает глубокий вдох, он чует запах дерева и реки, которых не должно быть в этой стране. Он слушает треск древесины в огне, когда наклоняет голову, а клинок проносится мимо его головы. — Твои друзья нашли тебя, — с улыбкой замечает он, когда Минору чертыхаясь, подпрыгивает на ноги. Сенджу Кенжи образуется в вихре, у него красные глаза и тёмные длинные волосы; этот мужчина так настойчиво гонится за Минору, что Аюми бы никогда не подумал, что тот женат; на его вкус, это слишком неприлично. Сенджу едва не топят их в воде, давя огонь Минору числом, и Аюми разрубает это всё молнией, наполняя ею меч, пока его товарищи-волки прикрывают их. — Напомни, что ты им сделал? — говорит он, перекидывая Минору через плечо, его друг ругается грязно и смачно, но не мешает ему его нести. — Он маньяк, который не понимает ответа «нет»! — возмущается его друг, и Аюми направляет больше силы в ноги, взмывая в воздух, перекидывая мужчину с плеча на свои руки; зелёные глаза горят неподдельным раздражением. — Я спас его жалкую задницу от бандитов один раз! Двадцать лет назад! И теперь он уверен, что мы друзья и преследует меня! Аюми не может сдержаться, он смеётся в ночи, пока они падают со скалы. — В этом нет ничего смешного! — возмущается его друг, и бьёт его по плечу; их волосы, чёрные и белые, застывают и переплетаются в воздухе, когда они падают. Он приземляется на ноги, пыль поднимается, и он бежит дальше; запахи Сенджу всё ещё преследуют их. — Может, ты дашь парню шанс? Он, очевидно, настойчив, — шутит Аюми, и Минору смотрит на него с предательством, он почти хочет извиниться. Почти. Учиха Минору недовольно складывает руки на груди, отворачиваясь от него. — Я? Этому Сенджу? Не в этой жизни, — уверенно произносит его друг, и Хатаке Аюми не спорит, пряча их от слишком недогадливых преследователей. Ему интересно, будет ли такое преследование и у других поколений.

(— К слову, я люблю мужчин постарше, — сообщает ему Минору, когда они идут к горячим источникам; сегодня они расходятся, Аюми возвращается к своей стае, а Минору продолжает свой долгий путь в одиночестве. — А тот Сенджу младше тебя, верно? — замечает Аюми, не уточняя, что сам младше на пару лет; у них не такого рода отношения. — Ага, на четыре года. Но по уму, как будто ещё лет на двадцать. Я в начале думал, что он мной увлечён, я бы даже сказал одержим, но нет. Этот придурок говорит мне о дружбе, при этом преследуя меня через девять стран. Вот, что мне с ним делать? — Минору устало опускается в горячую воду, выглядя таким же усталым, с каким видом жалуется. Аюми слегка раздумывает над этим, он думает о своей семье, о дочери, которую забрала чума, о воинах в безымянных могилах; он думает обо всём и ни о чём, что есть в их мире. — Скажи ему, что ты женат, а твой муж невероятно ревнивый, поэтому ты не можешь общаться с Сенджу, — Минору закатывает на него глаза, фыркая. — А ты в этой истории кто? Они видели нас вместе, — возражает его друг, не предлагая роли мужа, и Аюми пожимает плечами. — Тайный любовник, которого ты бросил, — Аюми наслаждается тем, с каким недоверием на него вылупились зелёные глаза; Минору, казалось бы, сожалеет, что вообще с ним знаком. Если Хатаке Аюми может загадать желания перед падающими звёздами, он бы пожелал, чтобы их семьи всегда были дружны.)