Часть 59

Учихе Итачи семь лет, когда он заканчивает Академию; Учихе Итачи восемь лет, когда он становится чуунином; Учихе Итачи было пять лет, когда его познакомили с младшим братом, а затем мир свёл его с Учихой Шисуи. Он был его дальним родственником, как и все в его клане, но Шисуи не был похож ни на кого из них; более талантливый, чем ты, тебе придётся учиться в два раза больше, чтобы попытаться догнать его, — говорила Ёри-сама, одна из старейшин их клана, что была ответственна за его базовые знания. Учиха Шисуи — это энергия, солнце, широкая улыбка, тёплая рука, протянутая после спарринга, и данго, которые он приносил ему с каждой миссии, а позже Итачи полюбил эту сладость. Его шаринган вращается, и Итачи никогда не мог забыть некоторых из их встреч; если честно, он почти уверен, что его шаринган пробудился в тот день, когда Шисуи улыбался ему, утягивая в тень, когда они решили украсть несколько подношений с молитвенных алтарей богам, в которых его друг никогда не верил (если боги есть, то у меня будет к ним много жалоб, — только и ответил ему Шисуи, солнце тонуло в его кучерявых волосах, а смех был заразительным). Но, как и всё в мире, однажды наступает закат. Для Итачи он наступил тогда же, когда Шисуи опоздал в деревню после задания. Затем прошёл день. Затем три. Через неделю шиноби принято считать пропавшим без вести или погибшим, и был отправлен отряд на поиски. Они ничего не нашли. Те дни были немного смазаны для Итачи: он лишь тренировался, а затем проводил время с Саске, который всегда был рад его присутствию. Его отец не ответил на его вопрос о Шисуи — взгляд стал более задумчивый, дальше, чем был его кабинет. (Мама сказала ему, что на следующий день отец пошёл на кладбище навестить старого друга; Итачи — хороший сын, и он быстро учится, он больше не задавал вопросов). Время шло быстро и мучительно медленно одновременно, пока, однажды, Шисуи не вернули в клан: связанного, недовольного, с завязанными глазами, чтобы он не мог использовать шаринган. Его друга бросили в изолятор в центре их клана, в отделении полиции, куда, на самом деле, почти никого не заключали, ибо их клан практиковал откровенное кумовство, на взгляд Итачи. Возможно, Шисуи был первым заключённым Учихой со временем прошлого шефа (как слышал Итачи, прошлый глава полиции мог легко заковать соклановца в наручники, подавляющее чакру, и бросить человека в изоляторе на недели). Итачи пробирается следующей ночью, он слишком умен и насторожен, чтобы красться в самом начале, тем более, когда его клан в напряжении. В руках Итачи беззвучно болтается связка ключей, когда он открывает изолятор, а его друг поднимает голову на шум, все ещё с завязанными глазами; Итачи падает на пол, излишне поспешно, чтобы развязать Шисуи глаза. Его друг улыбается, когда видит его, как будто ничего не случилось, как будто он не пропал на несколько месяцев, как будто Итачи не думал о тихом домашнем алтаре. — Я рад, что первым делом увидел тебя, — говорит его друг нетипичную для себя фразу, а затем морщится. — Извини, я переобщался с Джираей-сама… — и у Итачи есть вопросы; много вопросов. Но самый главный и первый из них: — Ты в порядке?.. — он не заметил ран в первый раз, но Шисуи был где-то, откуда его не отпускали. Итачи не готов верить, что его друг решил просто уйти. Оставить его. Шисуи снова улыбается, на тот раз извиняюще. — Прости, что не писал и ничего не сказал. Я в порядке, правда. И я был в порядке, — его друг чуть усмехается, — знаешь, Мизукаге-сама не так уж и страшен, если узнать его поближе. Да, конечно, он ворчливый старик со словами, которые не говорила даже моя бабушка, но он любит детей, а ещё готовит неплохой рамен, — произносит Шисуи нелепицу, словно в ней много смысла. У Итачи много вопросов, очень много, но он его голос слегка дрожит, когда он робко спрашивает разрешения второй по важности мысли: — Можно я тебя обниму?.. Шисуи моргает на него, секунда тишины ощущается, как вечность, и он улыбается кивая, не в силах ответить на объятия из-за скованных за спиной руками. Учихе Итачи восемь лет, когда он потерял и обрёл друга.

(— Что я пропустил? — весело спрашивает его Шисуи, и Итачи наклоняет голову на бок. — Кажется, у моего отца роман с женой Хокаге, — вроде бы это он слышал последним, а потом туда присоединилась женщина Яманака. Шисуи удивляется так громко, что Итачи приходится бежать, чтобы его не застукали).