Часть 2

      Сонкён видел изменившееся поведение сестры: вдруг она стала необычно тактильной, а её глаза были постоянно на мокром месте при взгляде на него. При этом, вроде, он вёл себя как обычно, ничего такого сверхъестественного не произошло в его жизни. Правда, бывал дома всё реже, чаще зависая с друзьями в компьютерных клубах. Но ведь раньше он мог схлопотать от Донгён подзатыльник и грозное ворчание, если задерживался до поздна или плохо питался, она могла не сесть с ним ужинать за один стол, сказав, что «если такой самостоятельный, то сам и разогревай себе еду», и демонстративно уйти в комнату.       Но теперь она будто с трепетом ждала его каждый день, постоянно звонила, спрашивая всё ли у него в порядке. Такой гипер опеки Сонкён не чувствовал, даже когда родителей не стало, а ведь тётя носилась с ним как курица с только что вылупившимся цыплёнком, если не больше.       На все вопросы об изменениях в своём поведении Донгён отвечала с напускной улыбкой, что просто скучает, что ей одиноко, что её братик так быстро повзрослел, а она и не заметила. Первое время Сонкён вёлся на это, а затем стал считать себя невнимательным дураком, который не заметил того, что творилось с его единственной сестрой. Ведь даже тётя звонила из Канады, интересуясь всё ли у Донгён хорошо, на что Сонкён неизменно отвечал, что всё замечательно, не стоит беспокоиться, и «у нас скоро в университете вылазка на природу, поэтому нужны деньги, чтобы скинуться с одногруппниками, потому что я в числе ответственных за организацию».       Потом у Донгён появился странный парень. Выглядел он не менее странно: выжженные краской волосы, внимательный, прожигающий насквозь взгляд, будто сканер… А вскоре ещё и оказалось, что Донгён живёт с ним в месте! Такое вообще возможно? Какой-то парень, которого никто не знает, стал жить с его сестрой. Нет, Сонкён, конечно, понимал, что Донгён уже давно не маленькая девочка, но ведь совсем недавно у неё был другой парень, который потом оказался женат и крутил роман на стороне, а когда его интрижка вскрылась, он обвинил Донгён в том, что это она совратила чужого мужика. А вдруг этот, как его, Сарам… И имя странное… Как можно ребёнка назвать человеком? О чем думали его родители, давая это имя? Хотели выделиться? Тогда назвали бы в честь какого-то древнего мудреца. Так вот этот Сарам подозрительно быстро втёрся в доверие Донгён. Он, что, нищий, безработный? Почему живёт у неё в крохотном домике на крыше, а не наоборот не забрал её к себе? Почему не знакомит его, Сонкёна, со своими родителями? Ведь Сонкён, как единственный родственник рядом с Донгён, должен нести за неё ответственность. И будет нести, только дайте волю… Он ведь уже взрослый и может быть опекуном своей старшей сестры…       В общем, вещи происходили удивительные на протяжении пары месяцев. А потом Сонкён услышал разговор, который перевернул всё его мировоззрение, всю его жизнь, разделив на до и после.

***

      Донгён заметила, что младший брат вдруг стал более заботливым, что несказанно радовало. Теперь она действительно чувствовала себя той, кого любят, в ком нуждаются, кого обязательно защитят. Только почему это стало происходить именно тогда, когда жить ей осталось совсем немного? Почему она не могла получить всю эту заботу, когда отчаянно в этом нуждалась, но была вынуждена справляться с этим сама, потому что старше, потому что ответственнее, потому что должна. Хотя и сейчас у неё не меньшая потребность в заботе, но ведь рядом есть Разрушение — этот странный дух, который появился из ниоткуда, но как оказалось, присутствовал в её жизни всегда. Это Донгён придумала ему имя — Сарам. Он не был человеком, но называть его Ким Человек ей казалось забавным. Да ещё и «сарам» и «саран» настолько созвучны, что можно перепутать. А ведь «саран» значит «любовь». И постепенно в душе Донгён эти два понятия перепутались. В какой момент отношение к духу разрушения из желания видеть его человеком превратилось в желание любить его и быть им любимой? Донгён заключила с ним договор, по истечении которого должен умереть самый любимый ею человек вместо разрушения мира. Но если первое время она боялась, что самым дорогим ей был Сонкён, то к концу третьего месяца поняла, что самым страшным будет для нее потерять Сарама. Изначально она сама и добивалась этого, чтобы необдуманно заключённый договор был максимально выгодным, но теперь готова была пожертвовать собой, чтобы Сарам остался жив. И итогом всего станет абсолютная бесполезность этой договоренности. И это повергало в отчаяние, потому что при любом исходе, никто не будет счастлив, никто не выиграет, все будут потерпевшими убыток.       Как выйти из этой ситуации победителем, Донгён не имела ни малейшего представления. Хотелось проклинать свою не удачливость, свою болезнь, да и жизнь, в конце концов, тоже, ведь чем она должна была закончиться? Смертью. Если Донгён не умрёт физически, то, потеряв Сарама, погибнет душевно, ведь без него больше не представляла свою жизнь.

***

      А Сарам делал вид, что всё в порядке. Старался каждый день радовать Донгён, открывая в себе новые, неизведанные ранее грани, удивляясь той связи, которая между ним и Донгён образовалась. Все, в том числе и он сам, называли это судьбой, но для него это было всего лишь слово до недавнего времени. Но оказалось, что и у духа разрушения есть свои страхи, а Донгён быстро поняла, что и разрушением быть ему не очень-то и хотелось. А затем он стал ловить себя на том, что действительно хотел бы быть человеком. Пусть был бы нуждающимся в еде и отдыхе, слабым физически, но мог бы чувствовать больше…       И вот он смотрел на календарь, самолично зачеркивая в нем каждый прожитый день и видя, как всё ближе приближается к отметке ста дней с начала договора. 3 марта 2021 года всё закончится. Но почему так щемит где-то в грудной клетке? Почему не хочется расставаться с Донгён? Почему так сильно хочется пожертвовать собой ради ее здоровья и счастья? В какой момент понятия «сарам» и «саран» стали частью него самого?       Он думал об этом бессонными ночами, пока смотрел, как Донгён спит. Глупышка… предложила жить вместе. Даже спать вместе захотела. Нет, смелая. Его Донгён очень смелая и отважная. «Его Донгён»… Это прозвучало, снова отдаваясь теплом в груди. И он уже решил, как поступит, чтобы Донгён была счастлива, когда его не станет с ней рядом…       Он попросит стереть ей память, ведь так и не использовал желание в день своего рождения. Ему не смогут отказать… Да, точно. Он так и поступит…