Сказки с Туманного острова

Сказка о доброй Радуге, Синем драконе и золотых грибах-опятах

Когда-то давным-давно, глубоко под землёй, в чистом хрустальном озере, жила самая красивая и добрая драконица на свете. Звали ту драконицу — Радуга. Изумрудной зеленью отливала её чешуя в темноте подземной пещеры, но на солнце горела она ярким золотом. Одиноко было той золотой драконице, но никто не знал об этом. И решилась однажды показаться она людям, в надежде, что найдёт она среди них собеседника. Но люди были такие маленькие, а она такая большая, что побоялась она случайно раздавить кого-нибудь из людей. Поэтому вылетела она из своей пещеры ночью, пока люди спали, и взлетела высоко в небо над землёй. До самого восхода кружила она в ночном небе, любуясь на синий океан, а когда взошло солнце, прилетела она к людям. Но слишком высоко поднялась она для человеческих глаз. Тогда спустилась она ниже и снова пролетела она над людьми, но слишком быстро летела золотая драконица. Не успели увидеть её люди. Только пробежали по земле золотые солнечные зайчики. Это солнечный свет отразился от её чешуи. И когда попадал такой лучик на человека, то поднимал тот человек голову и смотрел в небо, пытаясь понять, что за золотистый блик он только что видел. Тогда ещё ниже спустилась золотая Радуга и полетела низко-низко над океаном. В том океане жил любопытный Синий дракон. Увидел он, как мерцают на поверхности океана золотистые искорки, словно звёздочки, и выглянул посмотреть, что это за странное явление такое. И увидел самую красивую драконицу на свете, что летела низко-низко над водой к острову, на котором жили люди. Не заметила Радуга Синего дракона и полетела дальше. А он вылетел из воды и кинулся догонять прекрасную золотую драконицу. Долетела Радуга до острова. На этот раз увидели её люди, жившие на той стороне острова, с которой прилетела золотая Радуга. Замерли люди, ожидая, что будет делать огромное странное создание, мерцающее ярким золотистым светом. Никогда не видели они раньше ничего похожего, и не знали они, что им делать. А драконица зависла над островом, выбирая место, куда ей опустится, чтобы ничего не сломать и никого не раздавить. В это время нагнал золотистую Радугу Синий, не успевший вовремя затормозить свой полёт, потому что боялся, что улетит от него прекрасная драконица и не увидит он её больше никогда. Не ожидал он, что остановит она свой полёт и налетел на неё со всей своей мощью. И рухнули они вместе в океан по ту сторону острова, только и успели увидеть люди в небе изумрудный росчерк. Капельки солёной морской воды скатывались тогда по чешуе синего дракона, и отразились в них солнечные блики, что играли на золотой чешуе Радуги. И разошёлся тот свет радугами, закрыв на мгновение собой всё небо над островом. Брызгами разлетелась вода с чешуи Синего, когда налетел он на остановившуюся Радугу и упали эти брызги капельками на остров. И в тех местах, где попали они на прошлогодние дубовые листья, или старые трухлявы берёзовые пни, взошли грибы-опята.

Сказка об умном пути

Про Красного дракона, последних фей, добрых детей, и самый первый театр на свете!

Существовал давно-давно в центре большого озера дивный сказочный остров. Выглядел тот большой остров как высокий холм, заросший травой. И жили на том острове маленькие маленькие феи, меньше ладони и огромный Красный дракон. Феи прятались среди густой зелени в траве, а дракон спал в самом центре острова, на вершине холма. Любил дракон поваляться сбоку на бок на солнышке днём, а по ночам сворачивался всё там же на верхушке холма в клубочек и спал. Истёр он своими боками всю верхушку холма до золотого песка. Охотился тот дракон далеко-далеко в море. Прилетал с охоты и садился на песок обсыхать от морской воды, похожий на красного птенца в золотом гнезде. А вокруг него резвились феи, катаясь на драконе, как на большущей красной горке. Только и смеялся дракон, дрожа боками, потому что было ему щекотно. Но однажды ночью, с далёких земель, пришли к берегам того озера люди. Увидели они большого красного дракона, спящего на холме, и испугались, что поест он всю рыбу в озере и не смогут они прокормить свои семьи. Тогда решили прогнать они красного дракона огнём и шумом. Тихо подплыли они к холму в центре озера и подожгли траву на нём. Только когда разгорелся пожар, и увидели люди, как из травы перепуганными мотыльками выпархивают прекрасные маленькие феи. Громадным костром полыхал в ту ночь остров. Проснулся от жара Красный дракон, ужаснулся, увидев бушующий вокруг пожар, взлетел с острова, взмахнул своими громадными крыльями и потушил огонь. Покружил он над сгоревшим островом, покружил, да и улетел в море. Феи успели разлететься с острова и не погибли. Только маленькие они были и очень устали, пока летели. Совсем немного оставалось до берега, но чувствовали феи, что не хватит у них сил долететь до берега. Вдруг увидели они на воде жёлтые кувшинки, что кубышками в народе зовутся. Выбрала себе каждая фея по цветку, устало опустилась на него, да и уснула. Играли днём на берегу того озера дети, пришедшие к его берегам вместе с родителями. Спустились они к воде, и увидели, как мерцают чьи-то тоненькие крылышки над жёлтыми цветами. Потянулись ребятишки к цветкам, чтобы сорвать их, и рассмотреть, что же там такое внутри, да только и успели, что наклонить по цветку, как проснулись феи, разбуженные колыханием волн на воде озера, поднятых ногами детей, выпорхнули из цветов, и разлетелись во все стороны, попрятавшись в лесу, только их и видели. Дракон тем временем полетал, полетал над морем, и припомнил, что не слышал грома в тот день, когда горел остров. А значит, не от молнии загорелась трава на нём. И решил Красный дракон вернуться и посмотреть, в чём была причина случившегося пожарища. Развернулся и полетел обратно к сожженному холму. Прилетел, и увидел людей, рубящих лес, чтобы построить избы на берегу, и понял, кто виноват в том, что сгорел его зелёный остров. Разозлился тогда дракон, полетел к избам, что начали строить люди, и сжёг их своим дыханием. Разгорелось драконье пламя, перекинулось на лес. Побросали люди топоры, спасаясь от огня, и кинулись бежать кто куда, толкая, сбивая с ног своих товарищей, топча друг друга. Испугался Красный дракон, что сгорит лес, как сгорела трава, на его любимом острове. Быстро поднял он сильный ветер своими могучими крыльями, и погнал огонь к озеру. Затушил разгорающийся пожар красный дракон, загнав в озеро опасный огонь до последней искорки, и приземлился на землю. Перешёл устало с выезженной огнём дороги заросли орешника, где царила прохлада и тень. Вырвался из драконьей пасти синий огонь. Быстрым всполохом пробежал по языку и огненным шариком пыхнул перед его мордой. Только и успел прикрыть глаза дракон от своего же огня. Но не почувствовал он жара, какой обычно бывал, если чихал он в детстве не осторожно. Похлопал глазами удивлённо Красный, и понял, что только что научился выдыхать не обжигающий огонь. Никогда раньше не уставал он так, как сегодня, от того и не выдыхал так, как получилось у него сейчас. Посмотрел на своё отражение в озере, увидел, что закоптил он себе всю морду, по самую шею. Усмехнулся дракон, глядя на своё отражение, оскалив зубастую пасть, покачал головой, и про себя, смеясь над собой, подумал: «Боже, какой же я страшный! Видно испугались меня люди, решили, что наврежу я им, вот и подожгли тогда остров, чтобы прогнать». Вдохнул глубоко Красный, и выдохнул через нос, чтобы успокоится. Вдруг услышал он, какой-то странный тихий не слишком приятный для его чувствительных перепончатых ушей звук. Осторожно подкрался он поближе к источнику шума, что шёл со стороны пепелища, которое устроил дракон. Близко подходить и смотреть не стал, только просунул нос между ветвями и листьями густо разросшегося орешника. Втянул ноздрями воздух, принюхиваясь. Пах воздух золой и людьми. Только люди пахли как-то странно. Тогда высунул дракон язык и лизнул им воздух, чтобы уловить вкус этих людей. Вкус был непривычный, но приятный. Так понял дракон, что это дети, игравшие вдалеке от взрослых, чтобы не мешать им, вернулись искать своих, занятых постройкой родителей, а вместо изб и родителей увидели только выжженное поле. Вот и плакали они теперь на все голоса, друг перед другом, да кто громче, вплоть до рёва. Этот рёв-то и не нравился чувствительным ушам Красного, больше рассчитанных на шёпот фей, чем на людской крик. Захотелось дракону сожрать всех этих детей, чтобы они не орали больше и не раздражали его чувствительные уши, но быстро передумал Красный, вспомнив, что сам виноват в их крике. Тогда решил он как-нибудь успокоить их, чтобы не плакали они и не кричали больше. Но помня о том, насколько ужасным мерещится он людям, решил не показываться детям сразу, понимая, что испугаются они его такого большого и зубастого. Посидел Красный, подумал, да вспомнилось ему вдруг, как в детстве мама его, Хрустальная дракониха, учила его нагревать дыханием воду, чтобы стала она тёплой. И нравилось красному тогда наблюдать, как поднимается над водой густой пар. В пар можно было нырнуть, как в белое облако и спрятаться в нём от всего мира. Только и успевала ловить его в детстве мама за красный хвост, чтобы не искать потом в туманном облаке. Усмехнулся Красный, вспомнив ещё и добрые мамины сказки, и тут же сообразил, как успокоить ему плачущих детей, не показываясь им. Поднял дракон своим дыханием тёплый густой пар над озером, а сам нырнул в воду. Увидели те дети, которые больше всхлипывали, глотая слёзы, чем орали в голос, как легло прямо на озеро облако, а в том облаке мелькают искорки. Синяя, красная, синяя, красная. И стали дёргать увидевшие эти огоньки дети друг друга за рукава, слегка толкать или тыкать пальцами тех, кто уж слишком громко ревел, а потому не видел ничего и никого вокруг, и указывать один другому на волшебный туман с огоньками внутри. Быстро успокоились дети. Даже самые шумные из них. Затихли, смотря на ставший сиреневым от мерцающих огоньков туман, тихо переговариваясь между собой. И в наступившей тишине стало слышно «Бульк, Бульк»», «Бульк, Бульк» Те, кто был из ребятишек по бойчее стали подбивать товарищей, потрогать странный туман, но пока никто не решился, а те, что были поосторожнее, стали гадать, что это за странное облако такое, друг с другом перешёптываясь. Как вдруг раздался звонкий голосок девочки, которая, не говоря никому ни слова, решилась просунуть руку в лиловый туман по самый локоть: — Он тёплый! Тогда уже все дети попробовали потрогать и погладить необычный туман, некоторые не побоялись в него даже голову сунуть, только ничего не увидели кроме тёплого тумана вокруг. Вдруг голубенькая искорка выскользнула из лилового тумана, и упал на самой его границе. А за ней следом, как хвостик, мерцающая, небесно-голубая змейка. И ещё много разных известных людям животных рисовал в тумане Красный дракон своим пламенем, а дети, узнавая тех или иных животных, уже сами восклицали их названия. И сам увлёкся этой игрой Красный. Стал рисовать он в тумане своим огнём странных существ, соединяя вместе известных ему животных. Засмеялись дети. Стали наперебой давать названия странным существам, беря из названия каждого известного животного, по несколько букв, и соединяя вместе. Очень увлёкся Красный этой игрой. Вылетел он из тумана высоко в небо и нарисовал своим огнём в ночном небе большое кольцо. Солнышко! – хором выкрикнули дети. Испугался Красный, что увидели его дети. Нырнул обратно в озеро, рассеивая крыльями туман. Но успел услышать, как воскликнули ему в след дети: — Ты куда-а? Снова вспомнилась Красному его радужная Хрустальная мама. Именно с такими словами вылавливала она его в детстве из туманного облака за красный хвост. Тогда поднял голову красный дракон над водой. Осторожно подплыл к детям, и замер на мелководье, не двигаясь с места. Дети посмотрели на неподвижного дракона, каменным изваянием застывшего у самого берега. Молча, топтались на одном месте дети, раздумывая как подойти к красному дракону, но никто не решался. Тогда стали они толкать друг друга, желая вытолкнуть кого-нибудь к дракону и посмотреть, съест его дракон или нет. Была среди них девочка, которой очень не нравилось, когда так толкают, а с ней её брат. Он очень любил свою сестру, помнил об этой её особенности и спрятал её себе за спину, чтобы девочку не толкали. А сам держал за руку. Девочке же на очень-очень хотелось погладить большого красного дракона, потому, что казался он ей умным, и красивым. Но не знала она, как попросить брата, чтобы он разрешил ей потрогать дракона. Хоть кончик хвоста. Хоть одним пальчиком. Дракон даже и не заметит. Потянула она брата за рукав. — Что? – повернулся к ней брат. — Я хочу его потрогать, — шепнула ему на ухо девочка, чтобы никто больше не слышал. — Ты чего! — поразился мальчик. — Он же такой жуткий! Закусила девочка губу, опустила голову, посмотрела на землю и пробормотала: — Он добрый. Зажмурилась она сильно-сильно, и представила, как гладит большого дракона по огненно красной чешуе. И вдруг услышала, как тяжёлым басистым голосом спросил большой дракон. — Я Красный, а вас всех как зовут? — Говорящий! — ахнули дети. Тут послышался шум и крики. Это, ломая ветви орешника, бежали взрослые с заточенными дубовыми кольями наперевес. Бежали они убивать красного дракона, который пленил их детей. И впереди всех бежал отец той девочки, которая хотела погладить дракона. Кинулась она, отцу наперерез, желая загородить собой большого красивого дракона, и во весь голос крикнула: — Не надо! — прозвучал её голос в общем гомоне тоненьким отчаянным мышиным писком. Не услышал его отец, не успел остановиться. А так как был он среди взрослых самого низкого роста, то ударило его белое дубовое копьё прямо дочери в сердце. Но не умерла она, а развернувшись через левое плечо, отлетела, подброшенная в воздух силой удара. Только и послышался хруст и звон. Испугался Красный дракон, за маленькую девочку, что упадёт она, и даже задуматься не успел, как уже поймал летящее тело в свои большие ладони, увенчанные жуткими чёрными когтями, которые на самом деле были слишком тупые, чтобы навредить хоть кому-нибудь мельче кита. Перепугался отец, что убил он собственную дочь, но тут в воцарившейся тишине прозвучал тоненький звонкий голосок, из драконьих ладоней прозвучавший звонким громким колоколом: «Не убивайте его! Он ДОБРЫЙ! — Да, — поддержали её хором остальные дети. — А ещё он Говорящий! — Что? Правда? — засомневались люди, но концы кольев своих к земле нагнули. — Правда, — буркнул несколько обиженный на них Красный. За то что не верят они в него. А дети вот поверили, потому, что души их были чище и честнее чем у взрослых. Раскрыл свои большие ладони Красный дракон, по ним девочка как по горке скатилась прямо в объятия к отцу. — Живая! — обрадовался отец, выпуская из рук заточенный деревянный кол и ловя дочку. Поднял он девочку на уровень своих глаз, радуясь, что жива она, цела и невредима. И, не выдержав потока, переполнявшего его счастья, закружил, подняв над собою на вытянутых руках. Позже интересовались у неё и взрослые и дети, что звенело тогда, когда ударил её дубовый кол в самое сердце, и почему не умерла она. А девочка только улыбалась и отвечала, что спасла её ракушка, которую нашла она на берегу озера, когда в первый раз увидела его. Сделала она втайне от родителей себе из неё кулон. Когда ударил её отец дубовым колом в грудь, то соскользнул кол по её кулону и острый его конец прошёл у неё между ухом и левым плечом. Только вот на совсем мелкие кусочки разлетелась эта ракушка… И чтобы не грустила его дочь о своей утрате, пообещал ей отец достать для неё из озера точно такую же. С тех пор жил Красный среди людей и помогал им там, где не справлялись они сами. Ворочал слишком большие для человека камни, переносил на большие расстояния людей. И ещё много всего полезного. А на том месте, где произошли все эти события, через много много лет вырос ясень.

Последняя сказка

О феях и новом доме

Корен считал себя очень серьёзным и ответственным братом, но сестрёнка раз за разом умудрялась прибавить ему проблем. Вот и сегодня она отправилась гулять с подружками на берег озера, недалеко от Горелого острова, и всё никак не желала оттуда возвращаться! «Уж не полезла ли эта дурёха в воду?» — думал Корен, шагая по мягкой зелёной траве. Он успел напридумывать себе множество ужасов, способных случиться с маленькой девочкой в этих местах, когда эта маленькая девочка сама выпрыгнула прямо перед ним из пышного куста. — Корен! Ты же не будешь отнимать её? — воскликнула сестрёнка, прежде чем мальчик понял, что она бережно держит в ладонях цветок лотоса, над лепестками которого лишь слегка виднеются полупрозрачные тонкие стрекозиные крылья, местами надорванные, и помятые. — Лиса, это что, фея? Они же детей в чащу леса заводят! — Никого она никуда не заводила, я её сама нашла! — возмутилась девочка. Осторожно заглянув в цветок, мальчик рассмотрел маленькую изящную фигурку с тонким ручками и ножками, не толще стебелька плюща. — Она такая маленькая и хрупкая… — Корен удивлённо выдохнул. Взрослые всегда говорили, что феи похищают детей… Но, зачем таким крохам дети? — Если за феями не гоняться, то они не улетают…Хотя мне кажется эта просто не может лететь. Остальные девочки хотели её взять, но её же нельзя хватать, она очень хрупкая! Они бы её убили, сами того не желая, только они не понимают! — нажаловалась брату Лиса. — Вот я с ней и убежала и спряталась. Корен задумался, а не терялись ли те, кто преследовал крылатых красавиц сами? Фея боится, что её схватят и улетает… Летают они не очень высоко и не так быстро, чтобы сразу потерять их из виду. Погонится так кто, надеясь фею поймать, а та скорее в лес в листве прятаться. Кто по сторонам смотрел и дорогу домой запомнил, или забежал не далеко, прежде чем фея спрячется, тот и вернётся. А кто в лес глубоко зашёл и дороги назад не помнит? Сколько таких потеряшек в лесу погибло? Но феи ведь тогда и не виноваты, они просто как Лиса сегодня, убегают и прячутся, чтобы их не преследовали. — Если она не может летать, то надо ей помочь. Только я даже не знаю, что феи едят, — вздохнул Корен. — Наверное, мёд? — неуверенно предположила Лиса. — Необязательно. Я вот раньше думал, что ежики только траву едят и фрукты, а староста мне сказал, что они на мышей, ящериц и лягушек охотятся. — Такую маленькую фею, мышь скорее сама съест, я видела, как полевые мыши шмелей ловят! – прикрывая цветок ладошкой, воскликнула Лиса. — А пойдём к старосте и у него спросим, что делать с феей. — К самому Красному жрецу? А он нас не прогонит? — испуганно пискнула девочка. Староста был человеком высоким, со строгим взглядом и почему-то казался очень страшным. — Ну меня же не прогнал, когда я про ежа спросил. Может он твоей фее помочь вновь летать сможет. Я слышал, он многое знает о Горелом острове и даже бывал там. — Правда? — Вот и пойдем, спросим! — воодушевился Корен. Красный встретил их хмурым взглядом, от которого Лисе всегда хотелось сжаться и спрятаться. Но Корен смело рассказал про находку, попросив фею не убивать, ведь она не опасна. — Да я ни за что не стал бы её убивать! — ужаснулся Красный, приглаживая рыжую с проседью бороду. — А сказки те, для несмышленышей всяких придуманы были, чтобы долго не объяснять, почему фей нельзя трогать! Но ты Лиса молодец, сама догадалась. Девочка зарделась от такой похвалы от самого старосты. — А её можно вылечить? — набравшись смелости, пискнула Лиса. — Увы, уже нет. – покачал головой Красный. — Путь созидания намного сложнее пути разрушения. Мало у кого хватает внутренней силы, чтобы пройти его до конца и далеко не все ошибки на нём можно исправить. Так же, как нельзя вылечить крылья этой феи. Но я, пожалуй, могу помочь ей немного по-другому… Красный сделал из дерева маленький домик. Старую крышку от бочки засыпал землёй и посадил мох. Так у феи появились зелёные холмы для прогулок. А жила она теперь в доме у старосты на чердаке, у окошка под самой крышей. Очень редко кому Красный позволял увидеть фею, и Лиса очень гордилась тем, что её староста всё же пускал. Вскоре, люди стали замечать маленькие крылатые силуэты, утром и вечером кружащие возле чердачного окна дома старосты. Постепенно феи всё дольше оставались, всё чаще прилетали к людям, а затем и вовсе поселились вместе с ними. Люди делились с ними мёдом и фруктами, а феи стали незаменимыми помощниками. Они помогали находить ягодные поляны, хорошие места для охоты, а ещё искали пропавших людей и выводили из леса заблудившихся. Деревня разрослась до посёлка, посёлок – до города. Небольшие домики сменились каменными строениями, а в центре у городской площади был построен огромный замок. Вокруг самой высокой башни выстроили балкон для фей, а шпиль построили в виде маленькой копии огромного замка. Много воды утекло с тех пор. Мир изменился. Там где была земля, стало море. Доходили лишь слухи, что люди сильно измельчали с тех пор, как пустили зло в своё сердце… Но, бывает и сейчас рождаются среди них великие герои, способные идти по дороге созидания до самого конца. Быть может, вам повезёт таких встретить в своей жизни. А может, это вы и есть?