Глава 3 Энергетический тупик

Если вы любите статистику, то вот вам занимательный факт: вероятность того, что пятнадцать взрослых, высококвалифицированных магов одновременно направят на вас свои энергетические концентраторы (которые они по нелепой случайности называют «волшебными палочками»), крайне мала. Но если вы двухметровый черно-белый монстр из жидкой темной материи, материализовавшийся в центре древнего шотландского замка, эта вероятность стремительно взлетает до ста процентов. Именно в такой ситуации я сейчас и находился. Я стоял посреди широкого, каменного коридора, освещенного неровным светом факелов. Напротив меня, выстроившись полукругом и перекрыв все пути к отступлению, замер весь преподавательский состав школы чародейства и волшебства Хогвартс. Во главе этой инквизиторской процессии возвышался старец с невероятно длинной серебряной бородой и в мантии, расшитой звездами. Альбус Дамблдор. Его пронзительные голубые глаза за очками-половинками сверлили мой череп с интенсивностью промышленного лазера. Пятнадцать деревянных палочек смотрели мне прямо в грудь, череп и живот. Я, переключив зрение в энергетический спектр, видел, как на их кончиках концентрируется плазма, кинетическая энергия и потоки радиации, готовые сорваться с цепи от одного неосторожного движения. Тишина была такой плотной, что ее можно было взвешивать. Как же мы докатились до этого восхитительного мексиканского тупика? Пока профессора решали, испепелить меня на месте или сначала задать пару вопросов, мой мозг, работающий со скоростью квантового компьютера, услужливо отмотал события на двадцать минут назад. Флешбек: 20 минут назад. Тайная Комната. После того как я провел успешную структурную дезинтеграцию дневника и Тома Реддла, встал закономерный вопрос логистики. Как вытащить двоих истощенных детей (один из которых только что пережил перестройку кровеносной системы, а вторая едва не стала батарейкой для фантома) из подвала, находящегося на глубине нескольких миль под землей? Гарри, придерживая Джинни, неуверенно показал на гигантскую, склизкую трубу, уходящую вертикально вверх. — Мы... мы спустились оттуда, — пробормотал он. — С нами был профессор Локонс и Рон. Они остались где-то в туннелях... Я задрал череп и посмотрел в зияющую черную дыру. С точки зрения гравитации и здравого смысла, подъем по покрытой тысячелетней слизью трубе без специального снаряжения был невозможен. Для людей. — Очаровательно. Местная архитектура продолжает поражать меня своей непрактичностью, — вздохнул я. — Отойдите. Я щелкнул пальцами. Вокруг Гарри и Джинни вспыхнуло синее свечение. Дети охнули, когда их ноги оторвались от земли на пару дюймов. Я изменил вектор их личной гравитации. — Экспресс-лифт активирован. Держите руки в пределах кабины, — монотонно прокомментировал я, шагнув в трубу. Мы начали плавно, как на антигравитационной подушке, подниматься вверх. Я летел впереди, раскинув полы своего плаща, дети парили следом. По пути мы наткнулись на каменный завал, где обнаружился рыжий мальчишка (очевидно, Рон Уизли) и взрослый мужчина с абсолютно пустым, бессмысленным взглядом (очевидно, Локонс). Реакция Рона была предсказуемой. Увидев поднимающегося из темноты гигантского скелета со светящимися глазами, он издал звук, похожий на крик кастрированного бабуина, и попытался упасть в обморок. Я не дал ему этой роскоши, просто подхватив его и Локонса синей магией. Когда наша живописная группа — я, четверо парящих в неестественных позах людей и огромный феникс, летящий позади — вылетела из раковины в женском туалете (что само по себе было абсурдно), нас ждал сюрприз. Нам навстречу из коридора выскочила высокая, строгая женщина в изумрудной мантии. Минерва МакГонагалл. За ней семенил низенький профессор Флитвик, а следом, как гигантская летучая мышь, летел Северус Снейп. Увидев, как из туалета выплывает двухметровый монстр из ночных кошмаров, левитирующий за собой пропавших студентов, МакГонагалл выронила из рук какую-то вазу. Ваза разбилась с оглушительным звоном. — Мистер Поттер?! Джинни?! — ахнула она, бледнея. А затем ее взгляд сфокусировался на мне. Палочка оказалась в ее руке быстрее, чем я успел моргнуть. Но Снейп был быстрее. Не задавая вопросов, он резко взмахнул палочкой. — Сектумсемпра! Невидимое лезвие кинетической энергии, способное разрезать человека пополам, устремилось к моей шее. Я даже не поднял руки. Я просто позволил плащу из темной материи расшириться. Заклинание Снейпа врезалось в мою грудь и... увязло. Как пуля, выпущенная в чан с густым сиропом. Я с интересом наблюдал, как магическая энергия рассеивается, поглощенная моей нестабильной структурой. — Занятный вектор атаки, — вслух оценил я, заставив свой голос звучать с металлическим скрежетом. — Но проникающая способность оставляет желать лучшего. Вам бы увеличить плотность пучка энергии. Это стало последней каплей. Снейп отшатнулся, Флитвик наколдовал щит, а МакГонагалл послала из своей палочки сноп красных искр — сигнал тревоги. Меньше чем через три минуты коридор наполнился людьми. И вот так мы подошли к текущему моменту. Конец флешбека. — Отойди от детей, чудовище, — негромко, но с такой угрозой, что температура в коридоре, казалось, упала на несколько градусов, произнес Альбус Дамблдор. Его взгляд вонзился в мои глазницы. Я почувствовал странное давление на периферии своего сознания. Чужеродная энергия, тонкая и острая как игла, пыталась проникнуть в мой разум, прочитать мои мысли, сканировать память. Легилименция. Я мысленно усмехнулся. Пытаться прочитать разум сущности, которая вечность провела в Пустоте и чье сознание разорвано на несколько измерений одновременно? Это всё равно что пытаться выпить океан через соломинку. Я просто открыл ему доступ к верхнему слою своих воспоминаний — к той самой Пустоте. Бескрайней, сводящей с ума, ледяной, абсолютной пустоте, где нет ни времени, ни пространства, ни надежды. Дамблдор резко моргнул, его лицо на долю секунды исказила гримаса неподдельного экзистенциального ужаса. Он пошатнулся, едва заметно опершись на стену. Игла его магии с паникой выдернулась из моего разума. — Директор! — взволнованно воскликнула МакГонагалл, заметив его состояние. — Я в порядке, Минерва, — тяжело дыша, ответил старик. Он посмотрел на меня уже совершенно иначе. Без высокомерия. Со смесью опасения и глубокого, настороженного интереса. Я решил, что пора брать инициативу в свои костлявые руки. — Чудовище — это весьма субъективный термин, мистер Дамблдор, — произнес я. Мой голос, многослойный, с легким цифровым эхом, заставил профессоров крепче сжать палочки. Помона Стебль нервно сглотнула. — Давайте смотреть на вещи через призму логики, — я плавно развел руки в стороны. Из моего плаща выскользнули четыре левитирующие белые кисти с дырами в ладонях и зависли в воздухе вокруг меня, медленно вращаясь. Несколько преподавателей ахнули. — Если бы я хотел нанести этим биологическим организмам, которых вы называете студентами, физический или энергетический урон, они бы уже находились в состоянии углеродного пепла. Однако, как вы можете наблюдать своими оптическими сенсорами, они живы, их структурная целостность восстановлена, а токсины из организма мистера Поттера успешно выведены. Я сделал паузу, давая им время переварить информацию. Гарри, наконец, подал голос. — Профессор Дамблдор! Он говорит правду! — отчаянно закричал мальчик, выступая вперед, закрывая меня собой (что выглядело комично, учитывая мою комплекцию). — Он спас мне жизнь! Там был василиск... Том Реддл... этот скелет, он... он уничтожил дневник Волан-де-Морта и вытащил яд из моей крови! По рядам преподавателей прокатился гул. Имя Темного Лорда сработало как детонатор. Снейп судорожно втянул воздух, его черные глаза расширились. Дамблдор поднял руку, призывая к тишине. — Это правда, Гарри? — тихо спросил старик. — Да, сэр! Клянусь! Дамблдор медленно опустил свою палочку. Это был жест величайшего доверия — или величайшей самоуверенности. Остальные преподаватели, хоть и с явной неохотой, последовали его примеру, но палочки не убрали, продолжая держать меня на мушке. — Вы уничтожили крестраж Тома Реддла, — констатировал Дамблдор. Это был не вопрос. — Я устранил пространственную аномалию, состоящую из паразитарного кода души, да, — кивнул я. — Отвратительная работа, должен заметить. Структура была нестабильной, как уран-235 в картонной коробке. — Альбус, мы не можем доверять этой твари! — прошипел Снейп, делая шаг вперед. Его мантия взметнулась, как крылья летучей мыши. — Посмотри на него! Это сгусток темной магии! Его нужно немедленно связать и отправить в Отдел Тайн, или сбросить в Арку Смерти, пока он не... Я резко повернул череп в сторону зельевара. Мои пустые глазницы вспыхнули ярким фиолетовым светом. Давление в коридоре скакнуло так, что заложило уши. Вода в вазах с цветами мгновенно испарилась. — Осторожнее с терминами, лаборант, — мой голос опустился до угрожающего, скрежещущего баса. — Я игнорирую ваши примитивные вспышки агрессии только потому, что считаю вас забавными. Но не стоит путать мою научную отстраненность со слабостью. Если вы попытаетесь применить ко мне силовые методы, я не просто уничтожу ваши деревянные указки. Я разберу этот замок на субатомные частицы, переверну гравитацию и заставлю вас дышать азотом. Мы друг друга поняли? Снейп побледнел, его губы сжались в тонкую линию, но он промолчал. Инстинкт самосохранения оказался сильнее гордости. Дамблдор внимательно наблюдал за нашей перепалкой. — Чего вы хотите? — спокойно спросил директор Хогвартса. — Вы спасли наших учеников. Мы перед вами в неоплатном долгу. Но ваше присутствие здесь... дестабилизирует. Вы не человек. Вы не маг. Вы не призрак и не демон в классическом понимании. — Я — Доктор В.Д. Гастер, Королевский Ученый, — я слегка поклонился, насколько позволял этикет существ из пустоты. — И вы правы, я здесь чужой. Меня вырвало из моего пространственного континуума и выбросило в ваш подвал. И честно говоря, я не горю желанием болтаться по вашему миру в статусе бродячего феномена. Мне нужны ресурсы. Мне нужна лаборатория. Мне нужны данные о законах физики и магии этого измерения, чтобы найти способ стабилизировать свое существование. Я сделал эффектную паузу. Мои левитирующие руки сложились в замок на уровне груди. — Поэтому я предлагаю вам сделку. Мирный договор. Консенсус, который устроит обе стороны и предотвратит бессмысленную трату энергии на конфликт. — Какую сделку? — подозрительно прищурилась МакГонагалл. — Я остаюсь в этом замке. Вы предоставляете мне доступ к вашей библиотеке, материалам и закрытым архивам. Взамен я обязуюсь не разрушать вашу планету, не проводить несанкционированных опытов над органикой и... — я притворился, что задумался (что сложно сделать без лицевых мышц), — могу взять на себя часть образовательного процесса. Уверен, вашим студентам не повредит курс лекций о квантовой природе мироздания и опасностях пространственных дыр. Сказать, что преподаватели были в шоке — значит ничего не сказать. Скелет из темной материи только что предложил им стать их коллегой. Флитвик нервно икнул. — Вы хотите... преподавать? — недоверчиво переспросил Дамблдор. — Я ученый. Передача знаний — моя базовая функция, — пожал я плечами. — К тому же, я обладаю интегрированными знаниями человека из... скажем так, другого варианта развития событий. Я знаю многое о будущем вашего мира. О Томе Реддле. О мальчике, — я кивнул на Гарри. — Считайте меня инвестицией в вашу безопасность. Преподаватели загомонили. Посыпались протесты. «Абсурд!» «Это ловушка!» «Он сожрет детей на первом же уроке!» — Тишина, — властно произнес Дамблдор. Гомон мгновенно стих. Директор задумчиво гладил свою бороду, глядя на меня. В его голове явно вращались сотни шестеренок, взвешивая риски и выгоды. Наличие сущности, способной щелчком пальцев уничтожить Темного Лорда, — это слишком мощный актив, чтобы от него отказываться. Но и слишком опасный, чтобы пускать на самотек. — Ваше предложение интригует, доктор Гастер, — наконец произнес Дамблдор. — Но слова — это лишь вибрация воздуха. Я не могу позволить существу вашей силы находиться рядом с детьми без гарантий. — Я ожидал этого, — удовлетворенно булькнул я. — Обычные клятвы на крови или Непреложные обеты не сработают. Моя структура несовместима с вашей магией на молекулярном уровне. Вы не сможете меня связать. — Тогда о каком договоре может идти речь? — холодно спросил Снейп. — О договоре с фундаментом, — я широко, жутко улыбнулся и указал пальцем вниз. — Ваш замок, Хогвартс... это не просто груда камней. Я чувствую его энергетическую матрицу. Он живой. У него есть примитивное, рудиментарное сознание, сформированное тысячелетием скопления магической энергии. Я предлагаю заключить контракт с самим замком. Магический симбиоз. Я становлюсь частью его системы, а он выступает гарантом того, что я не нарушу условия. Если я попытаюсь нанести вред замку или его обитателям, Хогвартс просто отсечет меня от своего источника энергии и выбросит в Пустоту. Выкинет и сильно повредит мою структуру. Дамблдор выглядел по-настоящему пораженным. — Контракт с Камнем Основателей... Это древнейшая, забытая магия. Я читал о ней лишь в хрониках. Вы уверены, что способны на такое? — Я создавал механизмы, извлекающие энергию из ядра планеты. Договориться с разумным зданием — тривиальная задача, — самодовольно ответил я. Дамблдор сделал шаг ко мне. Его голубые глаза мерцали. — Хорошо. Я принимаю ваше предложение, доктор Гастер. Мы избежим бессмысленной битвы. Но как директор этой школы, я вношу в наш контракт два обязательных дополнения. — Внимательно слушаю ваши переменные, директор. — Условие первое, — жестко чеканя каждое слово, произнес старик. — Полный и абсолютный запрет на причинение любого физического, ментального или духовного вреда студентам и персоналу школы. Вы не имеете права проводить над ними эксперименты, брать их биологические материалы или использовать их в качестве... тестовых субъектов. Даже с их согласия. — Скучно, но приемлемо, — согласился я. — Никаких вивисекций без письменного разрешения родителей. Договорились. Что дальше? — Условие второе. Вы хотели преподавать. Наша должность профессора Защиты от Темных Искусств в данный момент... вакантна. Профессор Локонс, как я вижу, недееспособен, — Дамблдор кивнул на пускающего слюни блондина. — Вы займете эту должность. Но. Вы не покидаете территорию Хогвартса без моего личного сопровождения. И вы позволите мне и профессору Снейпу изучать вашу природу — исключительно мирными методами, разумеется — чтобы мы могли понять, с чем имеем дело. Я задумался. Защита от Темных Искусств. Должность, проклятая самим Томом Реддлом. Любой, кто ее занимает, не держится дольше года. Либо умирает, либо сходит с ума, либо увольняется. «Забавно», — подумал я. — «Интересно, как проклятие, основанное на магии местной реальности, попытается вышвырнуть сущность из-за пределов времени и пространства? Это будет грандиозный научный эксперимент!». — Ваша попытка посадить меня на поводок весьма амбициозна, Альбус, — я усмехнулся. — Но я принимаю ваши дополнения. Должность профессора меня вполне устроит. Я научу их защищаться не от мелких проклятий, а от фундаментальной энтропии. Дамблдор кивнул. — Тогда приступим. Как нам заключить этот контракт? Я не стал отвечать. Я просто опустился на одно колено и положил свои основные, покрытые черной слизью ладони прямо на холодные каменные плиты коридора. Я закрыл глаза-провалы. Мое сознание нырнуло глубоко вниз, сквозь слои гранита, земли и магии, прямо к сердцу замка. Я позвал. Не словами. Я послал импульс чистой энергии на частоте, которую мог понять только древний, спящий разум. «Приветствую, Архитектура. У меня есть запрос на авторизацию нового пользователя. Ты слышал Директора? Я согласен на его требования.». Коридор содрогнулся. Это было не землетрясение. Это была глубокая, фундаментальная вибрация. Пыль посыпалась с потолка. Преподаватели попятились, с ужасом глядя на то, как по стенам побежали светящиеся серебристые руны — древние символы Основателей. Замок просыпался. Он почувствовал меня. Он ощутил мою Пустоту, и на мгновение мне показалось, что он испугался. Но я послал ему свои намерения — четко структурированные условия контракта. Защита учеников. Передача знаний. Симбиоз. Каменные плиты подо мной раскалились. Серебряные руны стекли со стен и змеями поползли по полу ко мне. Они оплели мои руки, впитываясь прямо в кости. Это не было больно. Это было похоже на то, как если бы кто-то вписывал новый системный код прямо в мое ядро. «Авторизация подтверждена. Добро пожаловать, Профессор В.Д. Гастер». — эхом отозвалось в моем сознании нечто массивное и древнее. Свечение погасло. Вибрация прекратилась. Я медленно поднялся с колен. На костяшках моих рук теперь тускло мерцали серебряные символы Хогвартса — печать договора. Я посмотрел на свои руки, затем перевел взгляд на ошеломленных волшебников. Рон Уизли всё ещё выглядел так, словно его сейчас хватит удар, а МакГонагалл держалась за сердце. — Полагаю, мой текущий аватар вызывает излишний стресс у вашей углеродной нервной системы, — задумчиво произнес я. — В целях оптимизации учебного процесса и снижения риска массовых инфарктов среди студентов, инициирую протокол визуальной адаптации. Преподаватели вновь напряглись и вскинули палочки, когда моя темная материя пришла в движение. Но на этот раз это была не атака. Это была квантовая компрессия. Мой гигантский, склизкий скелетный каркас начал сжиматься. Звук был похож на сминаемую фольгу, смешанный с тихим гудением трансформатора. Текучая тьма, формировавшая мое тело, уплотнилась, превращаясь в элегантный, строго скроенный длинный черный плащ-сюртук с высоким воротником, облегающий теперь вполне человеческую, хоть и очень высокую фигуру. Мои длинные костлявые кисти с зияющими дырами изменили текстуру. Костная ткань сгладилась, волокна переплелись, визуально имитируя плотную белоснежную ткань. Теперь это выглядело так, словно на мои руки надеты безупречные, аристократичные белые перчатки, хотя технически это всё ещё были мои собственные кости. Оставшиеся левитирующие руки я просто спрятал в подпространственный карман от греха подальше. Но самые радикальные изменения претерпела голова. Вытянутый, пугающий череп деформировался, сжимаясь и принимая человеческие, правильные пропорции. Белая кость приобрела гладкую текстуру холодного фарфора. Теперь это была не жуткая обнаженная черепушка, а скорее изящная театральная маска, плотно прилегающая к лицу. Две фирменные трещины — одна над правым глазом, другая под левым — остались на месте, как и застывшая, теперь чуть более утонченная, но всё такая же нечитаемая улыбка. Пустые глазницы сузились, скрывая бесконечную тьму, оставив лишь две мягко мерцающие белые точки зрачков. Капюшон плаща надвинулся на голову, завершая образ. Я провел костяной рукой в «перчатке» по своему новому лицу-маске. Клик. Я перенастроил и голосовые связки. Убрал скрип рвущегося металла и эффект пространственного искажения. Теперь мой голос звучал как глубокий, бархатистый, абсолютно спокойный человеческий баритон, разве что с легким, едва уловимым синтетическим эхом. — Так-то лучше. Индекс пугающести снижен на семьдесят три процента, — констатировал я приятным голосом, одергивая полы своего идеально сидящего черного плаща. — Эстетика функционального минимализма. Надеюсь, в таком виде я не спровоцирую у первокурсников неконтролируемые панические атаки? Даже Дамблдор на мгновение потерял дар речи, наблюдая, как первобытный монстр из Пустоты за пару секунд превратился в эксцентричного, пугающе элегантного джентльмена в фарфоровой маске. Снейп выглядел так, словно проглотил лимон целиком — очевидно, мой новый окультуренный вид бесил его ничуть не меньше старого. — Вот и всё, дамы и господа, — я грациозно развел руками, учтиво склонив голову в маске. — Контракт интегрирован. Система обновлена. Визуальный интерфейс настроен. Полагаю, теперь я официально ваш коллега. Подскажите, где здесь учительская? И, ради всего святого квантового поля, скажите мне, что у вас подают нормальный кофе, потому что после всего этого структурного сюрреализма мне жизненно необходим кофеин. Гарри Поттер, стоящий у стены, тихо сполз по ней на пол и наконец-то позволил себе роскошь потерять сознание.