5. гороскоп на совместимость

Двор Хогвартса в этот час напоминал потревоженный улей. По мощёным дорожкам в спешке сновали студенты: одни, с тоскливым выражением на лицах, торопились на очередное занятие по прорицаниям — предмету, который дружно проклинали все, кто на него записался; другие на ходу доедали сэндвичи, принесённые из Большого зала, и торопливо запивали их вкусным тыквенным соком. У древнего фонтана с крылатым грифоном группа третьекурсников с азартом отрабатывала заклинание призыва. Волшебные палочки поднимали в воздух забытые вещи: потрёпанный учебник по трансфигурации, чей‑то шерстяной шарф, перо, выпавшее из сумки, и даже одинокий ботинок — судя по всему, потерянный кем‑то из гриффиндорцев. Марлин МакКиннон сидела на каменных ступенях, ведущих к теплицам профессора Спраут, и словно отгородилась от суеты вокруг невидимой завесой. Она собрала волосы в небрежный хвост — чтобы упрямые пряди не лезли в лицо — и подставила лицо лучам солнца, наслаждаясь пришедшим теплом. Всё её внимание было приковано к собеседнице: девушке среднего роста со светло‑каштановыми волосами, которые в солнечных лучах отливали рыжиной. Её взгляд, цепкий и порой колючий, словно противоречил самой сути Хаффлпаффа, тем не менее Гестия Джонс ни разу не жаловалась на решение распределяющей шляпы и обожала свой факультет. — Да я же не выдумываю, это чистая правда! — горячо возразила Гестия Джонс. Она расположилась рядом, чуть подавшись вперёд, и энергично размахивала рукой, подчёркивая каждое слово. В другой руке она бережно держала потрёпанную книжку в мягкой обложке — своё недавнее сумасбродное увлечение. Поблёкшая надпись «Астрология и судьба: чтение знаков» кое‑где облупилась, а уголки страниц были загнуты от частого перелистывания. — Видишь ли, — Гестия заговорщицки понизила голос, — знаки никогда не врут. Это мы порой не умеем их правильно прочесть. Марлин усмехнулась и откинула со лба выбившуюся светлую прядь — солнечный блик на мгновение ослепил её. Встречу с Гестией она всегда ждала с особым чувством: смесью глубокого уважения и лёгкого недоумения. Они познакомились на третьем курсе — в больничном крыле, куда обе угодили при весьма драматичных обстоятельствах. Марлин оказалась там после того, как шальной бладжер сбил её с метлы во время матча по квиддичу, а Гестия — потому что ввязалась в драку со слизеринцем, осмелившимся оскорбить её маглорождённого друга. Так, между перевязками и приемом лекарств, они и разговорились. Тогда Марлин, которая привыкла, что барсуки — милые создания, любящие зелья и травологию, испытала самый настоящий культурный шок. Гестия, лёжа на больничной койке, не переставала возмущаться из‑за несправедливости мира, размахивала руками и грозилась «проучить этого высокомерного змеёныша при следующей встрече». Марлин невольно заинтересовалась столь эксцентричной особой — и с тех пор они подружились. И хотя их дружба не была такой же глубокой, как с Лили, Алисой, Мэри и Доркас, Марлин ценила эти отношения. С Гестией было удивительно комфортно: она умела слушать, шутить невпопад и заразительно смеяться. А после того, как Гестия начала встречаться с Гидеоном Пруэттом, их пути стали пересекаться всё чаще — на переменах, на вечеринках в гостиной и по дороге на занятия. — И кого же мне выбрали твои драгоценные звёзды на этот раз? — небрежно поинтересовалась Марлин. — Надеюсь, не Филча. Хотя у нас с ним, кажется, есть кое‑что общее — мы оба ненавидим Пивза. Гестия закатила глаза, но в её взгляде мелькнуло упрямое желание доказать свою правоту. Она с важным видом поправила потрёпанную книгу на коленях, разгладила загнутый уголок страницы. — Не смейся, МакКиннон. Я же серьёзно, — она перелистнула несколько страниц со схемами движения планет, замысловатыми созвездиями и непонятными символами, будто написанными чьей‑то рукой. — Ты у нас по гороскопу Рак, так? Двадцать второе июня. Типичный Рак: внешне — броня и смелость, внутри — верность и потребность в уюте. Тебе нужен кто‑то, кто снимет защиту и увидит тебя настоящей. — Ладно, — без энтузиазма кивнула Марлин. — Продолжай. — Идеальная пара для Рака — Скорпион, — Гестия ткнула пальцем в страницу, где красовалось его изображение. — Водная стихия, как и ты. Вы оба — глубокие, эмоциональные личности, но при этом Скорпион более сконцентрированный, что ли. Он тебя не распугает своей назойливостью, но и не даст замкнуться в твоей ракушке. Понимаешь? Это союз двух омутов, которые в итоге становятся одним морем. Звучит, как бред, но астрологи клянутся, что это так. Марлин задумчиво нахмурилась, глядя на замысловатый символ. В голове невольно всплыло знакомое лицо — серые глаза, чуть насмешливая ухмылка… Она тряхнула головой, отгоняя наваждение. — И кто же среди твой поклонников Скорпион? — не унималась Гестия. — Вспоминай, кто на примете, Марлс! Марлин задумчиво посмотрела на раскидистую крону бука, нависающую над двором. Скорпион… Она перебрала в уме всех известных ей Скорпионов — и опять всё свелось к однокурснику, Сириусу Блэка. Он же родился третьего ноября… «Ну нет!» — мысленно отрезала Марлин. Становиться фанаткой этого немного пуделя в её планы уж точно не входило. Он вечно шутил, провоцировал, заставлял её то беситься, то смеяться, то краснеть — в общем, выводил из равновесия. Безусловно, Марлин нравилось проводить с ним время… Но это же просто дружба, верно? Совершенно неважно, что в ней находилось место для взаимного флирта. Однако внутренний голос настойчиво и упрямо шептал иначе, ловя её на лжи. «Ты просто боишься признать, что он тебе небезразличен», — пронеслось в голове, и МакКиннон разозлилась на саму себя. — Бред, — повторила Марлин, но голос прозвучал неуверенно. — Я не верю в эту ерунду. — Это не ерунда, а древняя космическая мудрость, — обиженно поправила Гестия, захлопывая книгу. — Но дело твоё. Хочешь сидеть в своей ракушке до старости — сиди. А я вот, между прочим, свою совместимость проверила, и угадай, кто Телец? Гидеон! Телец и Дева — идеально. Мы с ним как две половинки одного кактуса. Марлин невольно улыбнулась, но взгляд её снова скользнул в сторону, будто ожидая, что Сириус вот‑вот появится из‑за угла. Блэк всегда славился супер-способностью: в самый неподходящий момент мог заявиться. — Вы как две упрямые овцы, — фыркнула Марлин и уже открыла рот, чтобы спросить, что там Гестия говорила про «растущую луну», так она хотела сгладить их небольшое напряжение, вернуть разговор в привычное русло. Но внезапно кто‑то сзади бесцеремонно опустил руки ей на плечи. По коже пробежали знакомые мурашки, которые она научилась игнорировать с переменным успехом. — Скорпион, значит? — Голос раздался прямо над ухом, с интонацией, которая могла означать всё что угодно: от искреннего интереса до очередной дерзкой шутки. Сириус Блэк, которого, казалось, ветер принёс неизвестно откуда, стоял за её спиной. Он нагло ухмылялся, а пальцы чуть сильнее и по-собственнтческм сжали плечи Марлин. — Что тут за тайное собрание? — продолжал Блэк, слегка наклонился и его дыхание обожгло её шею. — И почему я чувствую, что речь шла обо мне, раз вы тут обсуждаете скорпионов? Марлин усмехнулась и закатила глаза, но сердце предательски ёкнуло, когда она повернулась к нему. Сириус стоял вполоборота, и солнечный свет делал его профиль похожим на гравюру со старинной монеты — острый, красивый, совершенно невыносимый. На нём была рубашка с закатанными рукавами, галстук развязан и болтался на шее, а волосы, как всегда, лезли в глаза, придавая ему фирменный вид беспечного хулигана. От него пахло дымом и мятой. Гестия, увидев Сириуса, расплылась в довольной улыбке. Просто прекрасно! Теперь Джонс до конца жизни будет напоминать Марлин, какой она первоклассный астролог. Если, конечно, через месяц не перестанет страдать фигней и не направит свою бушующюю энергию в другое русло. В карих глазах Джонс заплясали торжествующие искорки. — О, Блэк, — пропела Гестия, — какое везение, что ты оказался здесь! Мы как раз обсуждали, кто подходит Марлин по гороскопу. Сириус изогнул бровь и окинул их подозрительным взглядом: — И кто же? Надеюсь, не Филч? — Хуже, — Гестия трагически вздохнула. — Скорпион. — Скорпион? — Сириус сделал вид, что глубоко задумался. — Хм… Кто у нас тут Скорпион? Дай‑ка подумать… — он нарочито медленно перевёл взгляд на себя, потом снова на девушек и хлопнул себя по лбу. — О, Мерлин! Это же я! — Именно! — торжествующе воскликнула Гестия. — Звёзды не врут! — Звёзды не врут, — повторил Сириус и повернулся к Марлин. — Что скажешь, МакКиннон? Готова проверить космическую мудрость на практике? — Только если звёзды скажут, что Скорпиону пора замолчать, — парировала Марлин, но не смогла сдержать улыбку. Сириус рассмеялся: — Видишь, Гестия? Звёзды уже начали работать. МакКиннон улыбается! — Сириус, — предупреждающе произнесла Марлин, стараясь, чтобы голос звучал строго, но её попытка с треском провалилась. — Что? — Он недоуменно посмотрел, но на нее это не подействовало. — Я просто поддерживаю научный интерес твоей подруги. Джонс, продолжай. Что там ещё про нас написано? Звёзды обещают нам кучу детей или кучу скандалов? Лично я голосую за оба варианта. — Ты невыносим, — выдавила Марлин, хотя на самом деле ей хотелось то ли провалиться сквозь землю, то ли вцепиться ему в воротник рубашки и поцеловать так сильно, чтобы он он наконец-то заткнулся и перестал нести чушь. Противоречивые чувства бушевали внутри, смешиваясь в какой‑то вихрь, от которого голова шла кругом. — За это ты меня и любишь, Марлин, — парировал Сириус. — И звёзды это подтвердили. Слышала? Звёзды, Марлин. Небесная канцелярия болеет за нас. «Почему он всегда так на меня действует?» — подумала Марлин. — Не боишься такими заявлениями распугать свой фан-клуб?— выдала Марлин, приподняв бровь. — Они не переживут, если ты так быстро остепенишься. — Брось, Марлс, не забивай свою прелестную голову такой ерундой, — Сириус усмехнулся. — Тем более ты же лидер моего фан-клуба. «Он просто дразнит, — убеждала себя Марлин. — И это всего лишь очередная шутка». Но сердце билось быстрее, чем обычно. — Сириус, отвали, — твердо сказала Марлин. — Но это же судьба! — Сириус сделал шаг вперёд, собираясь снова обнять её, но Марлин специально увернулась. — Или ты правда не веришь в совпадения? Марлин не ответила. Просто смотрела на Сириуса — на взъерошенные волосы, на эту дерзкую улыбку, на то, как солнечный луч играет на его скуле. И вдруг поняла, что злиться на саму себя ещё сильнее. Какого черта она пялится на Блэка так, будто видит впервые в жизни?! Тем временем Гестия громко засмеялась. Её смех разнёсся по двору, привлекая внимание нескольких студентов, которые на мгновение замерли, разглядывая эту странную троицу: Марлин с раскрасневшимися щеками, Сириуса, всё ещё ухмыляющегося, и Гестию, которая едва стояла на ногах. Со стороны теплиц показался Гидеон Пруэтт — рыжий и веснушчатый, в слегка помятой мантии и с двумя яблоками в руках. Заметив свою девушку, он радостно замахал рукой, заодно поздоровавшись с однокурсниками. — Эй, народ! Что тут за веселье? — поинтересовался Гидеон, подходя ближе. — Да так, — небрежно протянул Сириус, — МакКиннон не признаёт очевидные вещи. — А это Блэк меня, как обычно, бесит, — Марлин улыбнулась, стараясь, чтобы это прозвучало как можно более равнодушно. — Увидимся на ужине, ракушка моя, — прошептал Сириус, быстро чмокнув её в макушку и рассмеялся, когда Марлин толкнула его в бок. Гестия подошла к Марлин и, заглянув ей в глаза, едва слышно сказала: — Я же говорила. Скорпион — твоя судьба. Не благодари, Марлс. Марлин закатила глаза. В груди что‑то трепетало, будто маленькая птица, пытающаяся вырваться на свободу. «Может, Гестия права?» — мелькнула мысль. Но Марлин тут же отогнала её, стараясь сохранить невозмутимый вид. Попрощавшись с Гидеоном и Гестией, Марлин осталась одна. Она смотрела вслед удаляющейся фигуре Сириуса — его силуэт то пропадал за группами студентов, то снова появлялся в между ними, и кончики её губ подрагивали в искренней улыбке, которую уже не получалось скрыть.